Юридическая конструкция правового положения

СОДЕРЖАНИЕ: Определение правового положения осужденных к лишению свободы: вопрос о соотношении понятий правовое положение и правовой статус личности. Система правового положения личности: конституционное, ограниченное - специальное и индивидуальное положения.

Министерство внутренних дел Российской Федерации

Белгородский юридический институт

Кафедра уголовного права, криминологии

Дисциплина «Уголовное право»

Реферат

На Тему: «Юридическая конструкция правового положения

осужденных к лишению свободы »

Подготовил:

Студент 332 группы

Маленький П.Д.

Белгород

2008


ВВЕДЕНИЕ

Исследование проблем, связанных с определением правового положения осужденных к лишению свободы в РФ, принято выделять в качестве самостоятельного направления в юридической науке. Однако это направление характеризуется слабой степенью разработанности, неполнотой законодательных установок, которые давали бы объективное представление о реальном месте рассматриваемой категории лиц в системе правовых отношений, а также отсутствием комплексного подхода в соответствующих научных публикациях. До настоящего времени среди ученых не выработана единая позиция по вопросу о том, что представляет собой правовое положение осужденных к лишению свободы, каковы содержание данной юридической категории, элементы, входящие в указанное понятие. Ответы на эти и многие другие вопросы мы попытаемся дать в своей работе. Их рассмотрение начнем с анализа общетеоретических проблем, касающихся учений о правовом положении личности, а затем перейдем к непосредственному предмету нашего исследования.

Одним из наиболее дискуссионных в юридической литературе остается вопрос о соотношении понятий «правовое положение» и «правовой статус» личности, об установлении их содержательной стороны. Подобного рода ситуация обусловлена сложностью исследуемых правовых явлений, привлекающих к себе острое внимание большого количества деятелей науки. Это в свою очередь ведет к отсутствию единства мнений по данному вопросу и многочисленным дискуссиям, позволяющим правоведам отстаивать свою позицию как наиболее правильную и обоснованную.

Большинство ученых воспринимает юридические категории «правовой статус» и «правовое положение» как научные термины, обладающие идентичным содержанием. Так, В.М. Баранов считает, что выделение этих понятий в качестве самостоятельных юридических категорий является абсолютно безосновательным, не обладает ни теоретической ценностью, ни практической значимостью. По его мнению, такой подход является искусственным и обусловлен, прежде всего, желанием исследователей наполнить новым содержанием имеющиеся теоретические разработки в данной области.


Характеристика положения осужденных

Вместе с тем характерной особенностью стало то, что все большее число ученых рассматривает указанные понятия как сложные явления правовой действительности, объединяющие множество элементов. Кроме традиционно включаемых в них прав и свобод, юридических обязанностей и законных интересов они добавляют и иные компоненты. Так, М.С. Строгович помимо названных причисляет к элементам правового положения также правовые гарантии и правовую ответственность, Л.Д. Воеводин – правоспособность, принципы права, гражданство и гарантии реализации прав и обязанностей.

Своеобразным отражением противоречивости вывода о включении в одно понятие нескольких элементов являются компромиссные позиции ученых, заключающиеся в выделении правового положения личности в узком (традиционное восприятие) и широком смысле (обобщающая категория, включающая множество элементов). На их фоне наиболее объективной и аргументированной представляется точка зрения Н.В. Витрука, разграничивающая юридические категории «правовое положение» и «правовой статус». По его мнению, в содержание правового статуса входят права и свободы, юридические обязанности и законные интересы личности. Понятие же правового положения включает в себя такие понятия, как гражданство и правосубъектность, выступающие в качестве необходимых предпосылок правового статуса, сам правовой статус, а также юридические гарантии прав и свобод личности. Такое разграничение, на наш взгляд, обосновывается наличием некоторых юридических категорий и элементов правовой системы (помимо непосредственно влияющих на определение места субъекта в системе общественных отношений – прав, свобод, законных интересов и обязанностей - и поэтому входящих в его правовой статус), которые служат своеобразной оболочкой, обеспечивающей само наличие либо максимально эффективную реализацию правового статуса.

Ведь и гражданство, и правосубъектность, и юридические гарантии наполняются конкретным содержанием и приобретают определенный смысл только при тех обстоятельствах, когда в законодательстве наличествует положение, связанное с осуществлением субъектом тех или иных мер возможного либо должного поведения, а проще говоря, самих субъективных прав, законных интересов и юридических обязанностей. Так, например, только само существование прав и свобод влечет за собой возникновение у лица юридической связи с государством в данной сфере общественных отношений, признание его правосубъектности, а также появление совокупности средств и условий (гарантий), обеспечивающих реализацию данных прав и свобод.

Весьма неоднозначно в юридической литературе рассматривается вопрос разграничения различных видов правового положения личности. В теории права их традиционно выделяют три: а) общее, или конституционно-правовое положение гражданина; б) специальное, или родовое положение определенных категорий граждан; в) индивидуальное положение конкретного лица. Общее правовое положение личности служит основой специального положения, обусловленного наличием у человека различных социальных характеристик (женщина; иностранный гражданин; осужденный к лишению свободы и пр.). Оно в свою очередь является базой для индивидуального правового положения, соответствующего определенным условиям и обстоятельствам, в которых оказывается то или иное конкретное лицо.

В этой связи несколько спорной, ввиду ее нетрадиционности, представляется точка зрения Н.А. Богдановой, утверждающей, что помимо общего (конституционно-правового) существует еще и конституционное положение. Отличие конституционного положения от конституционно-правового, по ее мнению, заключается в том, что первое обусловлено правовыми нормами, содержащимися только в Конституции, а второе включает в себя также правила поведения, закрепленные в других источниках конституционного права. Вместе с тем она отрицает необходимость выделения индивидуального положения, характеризуя его как лишний элемент правовой системы. Не следует также забывать о значении такого вида правового положения, как отраслевое. Несмотря на то, что государственное право играет решающую роль в определении места личности в системе общественных отношений, конкретные отраслевые положения являются неотъемлемым элементом данной системы, в значительной мере дополняя и конкретизируя конституционно-правовое положение любого лица.

В целом поддерживая общепринятую правовую доктрину, с учетом специфики проводимого нами исследования, мы хотим предложить несколько иную точку зрения по данному вопросу, аргументировав ее соответствующими доводами.

Система правового положения личности, на наш взгляд, может выглядеть следующим образом: 1) общее, которое включает в себя два уровня: а) конституционный и б) ограниченный конституционный, служащие предпосылками для 2) специального; 3) индивидуального правовых положений.

Несмотря на то, что теоретически конституционное правовое положение является узловой категорией и охватывает сферой своего воздействия абсолютно всех членов общества, наличие у лица тех или иных социально-правовых характеристик может являться фактором, значительно влияющим на определение конкретного содержания рассматриваемого понятия. Указанные характеристики (в частности, осуждение лица к лишению свободы) влекут за собой трансформацию некоторых элементов их общего правового положения (например, конституционных обязанностей), которая, в свою очередь, обусловливает изменение порядка осуществления данных элементов или вовсе ведет к их утрате. Так, например, лица, содержащиеся в исправительных учреждениях, в силу факта изоляции от общества не в состоянии исполнить конституционную обязанность по несению военной службы.

Подобное положение вещей, при котором элементы правового положения субъекта утрачиваются либо приобретают особые формы осуществления, некоторые авторы именуют правовым модусом. К термину правовой модус в юридической науке наблюдается неоднозначное отношение. Так, Н.И. Матузов оценивает его как неудачный, не вполне «элегантный», стилистически избыточный, тогда как Р.П. Мананкова, напротив, отмечает точность и полноту рассматриваемой категории в условиях нашего небогатого понятийного аппарата и считает ее оптимальным видом правовой информации о правах и обязанностях граждан.

Мы же считаем целесообразным согласиться с наиболее приемлемой в данном случае точкой зрения Н.В. Витрука, который предпочитает категорию специального правового положения как более оправданную и необходимую. Это понятие, исходя из его смыслового значения, на наш взгляд, в наибольшей степени верно отражает особенности правового положения лица, обладающего различными социальными характеристиками.

Ориентируясь на предложенную модель, мы можем четко обозначить область нашего непосредственного исследования – конституционно-правовой и специальный уровень законодательства, регулирующего правовое положение лиц, содержащихся в исправительных учреждениях.

Таким образом, определив сферу направленности научного поиска, перейдем к рассмотрению вопросов, прямо связанных с определением понятия и юридической природы правового положения лиц рассматриваемой категории, характеристике элементов его содержания и установлению их сущности.

С учетом проведенных нами общетеоретических исследований, касающихся понятий «правовое положение» и «правовой статус» личности, которые, безусловно, являются определяющими по отношению к другим, тесно примыкающим к ним юридическим категориям, мы попытаемся использовать как уже имеющиеся наработки по данной проблеме, так и высказанные нами взгляды при рассмотрении вопросов, связанных с правовым положением и правовым статусом лиц, осужденных к наказанию в виде лишения свободы.

Проведенные нами теоретические исследования, направленные на установление сущности общего понятия правового положения личности, в полной мере можно отнести к проблеме, являющейся непосредственной сферой наших интересов – правовому положению осужденных к лишению свободы. Анализ правового массива и литературных источников позволяет сделать вывод, что правовое положение осужденных к лишению свободы, в силу факта вхождения последних в особую категорию лиц, обладающих принадлежащими исключительно им социальными особенностями, имеет трехуровневую систему:

1. Общее правовое положение, в структуре которого выделяют два его вида: а) конституционно-правовое, идентичное с законопослушными гражданами. В качестве юридических свойств данного понятия следует назвать, на наш взгляд, его идентичность, выраженную в распространении масштаба своего действия абсолютно на всех лиц, находящихся в данный момент на территории РФ, вне зависимости от их социальных признаков и свойств, а также неизменность, состоящую в постоянстве входящих в указанное понятие элементов, реализуемых данными лицами; б) ограниченное конституционно-правовое положение, включающее в себя элементы, осуществление которых осужденными к лишению свободы имеет определенные особенности. Так, например, в силу факта изоляции от общества, лица данной категории утрачивают конституционное право на свободу передвижения.

2. Специальное правовое положение, представляющее собой совокупность содержащихся в уголовно-исполнительном законодательстве юридических норм, закрепляющих особые права, свободы и обязанности рассматриваемой категории лиц.

3. Индивидуальное правовое положение, определяющее место конкретного осужденного к лишению свободы в системе общественных отношений.

Конституционно-правовое положение обусловливает существование ограниченного конституционного, специального и индивидуального правовых положений осужденных, которые, в свою очередь, являются конкретизирующими по отношению к нему, т.к. отражают специфические особенности положения лиц, содержащихся в исправительных учреждениях.

Далее, следуя предложенной теоретико-юридической конструкции, в качестве элементов правового положения рассматриваемой нами категории лиц следует назвать следующие: 1) гражданство; 2) правосубъектность; 3) правовой статус; 4) юридические гарантии прав и свобод.

В связи с острой дискуссией, имеющей место в литературных источниках по поводу содержания правового положения и нашедшей отражение и в нашей работе, особую роль приобретает проблема установления идентификационных параметров, позволяющих обособить обозначенные нами элементы правового положения осужденных к лишению свободы в ряду других, называемых различными авторами. В качестве такого рода параметров мы предлагаем выделять следующие:

1) юридическая природа элементов, входящих в понятие правового положения лиц, содержащихся в исправительных учреждениях. Основываясь на предложенной нами модели исследуемого понятия, можно прийти к выводу, что в качестве его элементов выступают исключительно правовые явления, признаки, качества и характеристики личности, с помощью которых законодатель фиксирует ее место в системе общественных отношений. На этом основании в него не могут входить категории, не нашедшие своего отражения в законодательстве, а также иные неправовые явления (общие гарантии прав и свобод, социальная ответственность и др.) ;

2) связанность со включенностью лиц, содержащихся в исправительных учреждениях, в систему социально-правовых отношений, определяющих место осужденного в их структуре. Причем это место прямо зависит от наличия взаимных юридических связей между осужденными к лишению свободы и иными субъектами права;

3) связанность с реализацией тех или иных правовых возможностей, направленных на удовлетворение своих жизненных потребностей, либо с необходимостью осуществления каких-либо мер должного поведения в интересах иных лиц.

Установив общие черты, характеризующие элементный состав правового положения осужденных к лишению свободы, перейдем к содержательной характеристике каждого из них. Одними из важнейших элементов рассматриваемого понятия являются правосубъектность и гражданство. Данные правовые категории следует рассматривать в качестве необходимых предпосылок другого элемента правового положения осужденных к лишению свободы - их правового статуса. Несмотря на то, что правоспособность и гражданство непосредственно не включаются в структуру правового статуса лиц, находящихся в исправительных учреждениях, они являются своего рода условиями, обеспечивающими его существование. Указанные правовые категории в силу своей юридической природы служат как бы формами закрепления элементов, входящих в правовой статус осужденных к лишению свободы, без которых наличие последнего было бы просто невозможно.

Правосубъектность, т.е. возможность лица выступать в качестве субъекта правовых отношений, включает в себя два элемента: 1) правоспособность, которую можно определить как закрепленную нормами права способность осужденных к лишению свободы быть носителями прав; 2) дееспособность, т.е. возможность реализовывать их своими действиями. Разграничение указанных элементов правового положения является, безусловно, необходимым и свидетельствует о важности отводимой им законодателем роли, связанной с закреплением прав и свобод. Так, например, являясь формальными носителями права на образование, т.е. обладая по отношению к нему правоспособностью, осужденные к лишению свободы не могут реализовать его в полном объеме (например, обучаться очно в высшем учебном заведении), т.е. их дееспособность носит ограниченный характер.

Гражданство следует рассматривать как устойчивую правовую связь лиц, содержащихся в исправительных учреждениях, с государством, характеризующуюся наличием их взаимных юридических прав и обязанностей. В зависимости от степени устойчивости этой правовой связи все осужденные к лишению свободы делятся на собственных граждан, лиц без гражданства и иностранных граждан. В соответствии со ст.24 УИК РФ осужденные к лишению свободы – иностранные граждане и лица без гражданства пользуются теми же правами и несут те же обязанности, которые установлены для обычных лиц данной категории, за исключением изъятий и ограничений, предусмотренных законодательством РФ. Исходя из этого определяется и перечень тех прав, свобод и обязанностей, которые будут принадлежать рассматриваемой категории лиц в сравнении с осужденными к лишению свободы - гражданами РФ.

Гражданство, как и правосубъектность, кроме того, следует рассматривать в качестве элемента правового положения осужденных, который как бы пронизывает все другие элементы, но при этом одновременно выполняет вполне самостоятельную функцию – обеспечивает связь между государством и рассматриваемой категорией лиц при помощи закрепленных в законодательстве прав, свобод и обязанностей.

Исходя из достаточной степени разработанности правосубъектности и гражданства, выступающих в качестве самостоятельных элементов правового положения осужденных к лишению свободы, в научной литературе, а также из отсутствия в их содержании какой-либо специфики, определяющей особенности предмета нашего исследования, представляется целесообразным не останавливаться на их характеристике, а перейти к рассмотрению оставшихся звеньев правового положения лиц, содержащихся в исправительных учреждениях.

Наиболее полным образом специфика рассматриваемого нами понятия раскрывается в таком его элементе, как правовой статус. Называя его основой и ядром всего правового положения осужденных к лишению свободы, мы без преувеличения можем сказать о том, что указанная правовая категория как в структурном, так и в содержательном плане непосредственным образом связана с реализацией прав и свобод, а также с исполнением обязанностей лицами, содержащимися в исправительных учреждениях. Выполняя такого рода предназначение, правовой статус становится сердцевиной, вокруг которого располагаются иные элементы правового положения рассматриваемой нами категории лиц. Вместе с тем, играя столь значительную роль, он не может существовать обособленно, одним своим наличием определяя место осужденных к лишению свободы в системе общественных отношений. Его сущность и содержание напрямую зависят от других элементов их правового положения – правосубъектности, гражданства и юридических гарантий, обеспечивающих основу его существования и служащих средствами его реализации.

Говоря о правовом статусе не только как о теоретически самостоятельном и важнейшем элементе юридической конструкции правового положения, но и реально существующей правовой действительности, на наш взгляд, следует остановиться на его функциональном юридическом предназначении. По данному вопросу в научной литературе нет единства мнений. Так, Н.А. Богданова говорит о нем как о самостоятельном элементе правовой системы, обеспечивающем процесс реализации лицами своих прав, свобод и обязанностей; В.А. Патюлин предлагает рассматривать его в неразрывном единстве со звеньями правовой системы, направленными на установление юридических взаимоотношений субъекта с государством, а Н.В. Витрук связывает его наличие с необходимостью отражения места личности в системе общественных отношений. В целом соглашаясь с представленными мнениями довольно видных специалистов в своей области знаний, мы бы хотели предложить компромиссную позицию, затрагивающую основные аспекты сформулированных ими точек зрения и одновременно учитывающую непосредственную направленность нашего исследования. В этой связи следует отметить, что необходимость существования категории правового статуса обусловлена не только его важностью, позволяющей в наиболее полной форме зафиксировать состояние осужденных к лишению свободы в системе социальных связей и отношений путем наделения их определенными правами и обязанностями, но и следить за динамикой развития данных прав и обязанностей в процессе их осуществления лицами, содержащимися в исправительных учреждениях.

Не исключает глубоких противоречий в достаточной степени исследованный, но не нашедший однозначного разрешения в научной литературе вопрос об установлении структурного состава и содержательной стороны правового статуса осужденных к лишению свободы. Учитывая, что данная проблема является важнейшей в проводимом нами исследовании, представляется целесообразным рассмотреть ее в рамках отдельной главы.

Следующим элементом правового положения лиц, содержащихся в исправительных учреждениях, являются юридические гарантии. Вообще проблема гарантированности прав и свобод не только осужденных к лишению свободы, но и любых других лиц, как нам представляется, носит довольно специфичный характер. Многоаспектность и неоднозначность проявлений данного понятия свидетельствует не только о его важной роли в системе обеспечения реализации прав и свобод, но и значительных проблемах теоретической исследованности и законодательной регламентации этого элемента правового положения осужденных к лишению свободы. Значение юридических гарантий как для структуры исследуемого нами понятия, так и для правовой системы в целом, на наш взгляд, необходимо рассматривать в двух плоскостях: 1) влияние на целостность системы и гармоничность взаимодействия всех элементов правового положения осужденных к лишению свободы и 2) влияние на реализацию правового статуса, а точнее, его основного звена – прав и свобод лиц, содержащихся в исправительных учреждениях.

В первом значении юридические гарантии выступают в качестве определенных средств, обусловливающих комплексность структуры правового положения рассматриваемой нами категории лиц, и тем самым являются механизмом обеспечения его функционирования. Так, например, существование правосубъектности и гражданства, а также юридических признаков, характеризующих данные правовые категории (правоспособность, механизм корреспонденции и др.), невозможно рассматривать в отрыве от юридических гарантий, которые в данном случае выступают как свойства, обеспечивающие и их наличие, и полноту отражения в законодательстве, и, в необходимых случаях, защиту.

Во втором случае юридические гарантии выполняют узкоспециализированные функции по осуществлению осужденными к лишению свободы своих прав. Выступая в данном качестве, они приобретают свойство условий и средств по обеспечению максимально эффективной поддержки и защите прав и свобод лиц, содержащихся в исправительных учреждениях, как бы становясь благоприятной средой их реализации. Так, например, возможность осуществления рассматриваемой нами категорией лиц права на свободу совести и вероисповеданий обеспечено целым арсеналом средств (наличием соответствующей нормативно-правовой базы, ее полнотой и непротиворечивостью, существованием разветвленных механизмов его защиты – обращение в прокуратуру, суд и др.).

Останавливаясь на анализе юридических гарантий как элементе правового положения осужденных к лишению свободы, необходимо досконально исследовать их сущность, выделить конкретные виды, остановиться на способах проявления и механизме совершенствования их законодательной регламентации. Ввиду важности данных проблем, которые не могут быть разрешены в пределах общей характеристики структуры правового положения, мы считаем целесообразным остановиться на их рассмотрении в рамках отдельной главы нашего исследования.

Таким образом, проведенный нами теоретический анализ литературных источников, касающихся общего учения о правовом положении личности и его некоторых его законодательных аспектах, самостоятельные выводы, полученные в ходе собственных умозаключений, осмысление норм действующего законодательства, затрагивающего стороны исследуемой нами проблемы, позволили, на наш взгляд, достаточно достоверно определить основные элементы структуры правового положения лиц, содержащихся в исправительных учреждениях, а именно правосубъектность и гражданство, выступающие в качестве предпосылок другого элемента – правового статуса, а также юридические гарантии. Обозначив основные юридические свойства данных понятий и дав им общую характеристику, раскроем содержание и сущность двух важнейших из них – правового статуса и юридических гарантий.


Право осужденных к лишению свободы на личную безопасность

Как уже отмечалось в нашей работе, существенная гуманизация деятельности уголовно-исполнительной системы в последние годы повлекла за собой значительные изменения законодательства, регулирующего порядок отбытия наказания и правовое положение осужденных к лишению свободы. Так, в 1992 г. в действовавший в то время Исправительно-трудовой кодекс впервые была включена норма, закрепляющая право осужденных на личную безопасность. Ныне действующий УИК РФ 1996 г. также предусмотрел данное обстоятельство в качестве одной из важнейших гарантий прав и свобод лиц, содержащихся в исправительных учреждениях. Данные положения были введены в законодательство в качестве необходимой меры, обеспечивающей возможность любого осужденного к лишению свободы получить гарантии личной неприкосновенности. Как абсолютно верно пишет по этому поводу Б.З. Маликов, наделяя лиц данной категории правом на личную безопасность, государство не только защищает их от вероятных посягательств, но и противодействует возможному совершению правонарушений в исправительных учреждениях.

Сущность рассматриваемого права состоит в том, что при возникновении какой-либо угрозы жизни и здоровью осужденного к лишению свободы он вправе обратиться к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказание, с просьбой обеспечить его личную безопасность. В данном случае это должностное лицо обязано незамедлительно осуществить меры по устранению угрозы жизни и здоровью обратившегося осужденного. Начальник учреждения должен принять решение о переводе данного лица в безопасное место или иные меры, снимающие угрозу личной безопасности осужденного к лишению свободы. Ранее при возникновении подобных ситуаций осужденные сами разрешали возникающие угрозы – обычно это были или побег из исправительного учреждения, или совершение грубого нарушения, в результате которого в обязательном порядке следовало водворение в штрафной изолятор, а нередко конфликт завершался и совершением преступления.

Анализ сущностной стороны рассматриваемого права предопределяет исследование вопроса об основаниях его реализации осужденными к лишению свободы. Исходя из положений УИК РФ и Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, на наш взгляд, к таковым следует отнести, прежде всего, наличие угрозы личной безопасности осужденного, выраженной в возможности применения физического насилия со стороны иных осужденных. Указанное обстоятельство является наиболее распространенным, а зачастую единственным основанием перевода конкретного лица в безопасное место. К наиболее часто встречающимся поводам возникновения подобного рода ситуаций можно отнести, например, деятельность осужденного, направленную на сотрудничество с администрацией исправительного учреждения; личные неприязненные отношения между отдельными лицами или их группами; совершение осужденным поступков, противоречащих принятым в пенитенциарной среде «традициям» и др.

Вместе с тем достаточно узкое толкование практическими работниками исправительных учреждений юридической нормы, закрепляющей порядок реализации осужденными к лишению свободы рассматриваемого права, сводящегося зачастую лишь к устранению угрозы физической расправы, на наш взгляд, является неправомерным. Мы считаем, что к основаниям перевода лица в безопасное место также необходимо отнести психическое насилие, выраженное в систематическом совершении действий по отношению к осужденному, которые унижают его честь и достоинство. Достаточно высокий уровень распространенности таких явлений в исправительных учреждениях диктует необходимость адекватного реагирования со стороны их администрации с незамедлительным помещением осужденного в безопасное место. Непринятие должных мер компетентными лицами в указанной ситуации может привести не только к причинению вреда данному лицу, но и в целом дестабилизировать нормальную жизнедеятельность исправительного учреждения.

В качестве еще одного из оснований реализации лицами, содержащимися в исправительных учреждениях, права на личную безопасность следует назвать угрозу их здоровью, исходящую от других осужденных, являющихся носителями опасных заболеваний (наркомания, психические расстройства, туберкулез, ВИЧ и др.). В настоящее время законодательство РФ предусматривает необходимость содержания таких лиц в специализированных лечебных исправительных учреждениях либо прохождения ими обязательного курса лечения. Однако в силу различных причин (позднее выявление заболевания, переполненность больниц, отсутствие необходимых медикаментов и др.) не исключается возможность нахождения таких лиц в обычных условиях отбытия наказания, что может создавать опасность жизни и здоровью других осужденных.

Исходя из анализа положений уголовно-исполнительного законодательства, закрепляющих право осужденных к лишению свободы на личную безопасность, можно прийти к выводу, что его реализация может осуществляться в двух формах: 1) по заявлению самого лица и 2) по инициативе начальника исправительного учреждения. В первом случае сам осужденный, определив наличие обстоятельств, которые угрожают его жизни и здоровью, обращается с устным либо письменным заявлением к любому должностному лицу, которое обязано принять меры по обеспечению личной безопасности осужденного. Во втором случае сам начальник исправительного учреждения, установив конкретные факты, свидетельствующие о наличии подобного рода ситуации, принимает решение о переводе осужденного к лишению свободы в безопасное место.

Вместе с тем при более глубоком анализе норм УИК и Правил внутреннего распорядка исправительных учрежденийвозникает вопрос, является ли принятие решения о переводе осужденного в безопасное место начальником исправительного учреждения обязанностью или правом последнего. К сожалению, вышеозначенные нормативные документы не дают нам ясного ответа. По нашему мнению, в связи с указанными обстоятельствами законодатель должен достаточно четко определить, следует ли предоставить начальникам исправительных учреждений возможность самостоятельно, объективно оценив совокупность имеющихся фактических данных, принимать решение о переводе осужденного в безопасное место либо закрепить в действующих правовых актах обязанность удовлетворить данную просьбу лица. Несмотря на противоречивость данной ситуации, сводящейся к наличию многочисленных доводов, которые могут быть приведены в пользу того или иного решения, проблема, на наш взгляд, должна найти свое правовое разрешение.

В этой же связи достаточно спорным является вопрос о том, как необходимо содержать нескольких лиц, в отношении которых принято решение о переводе в безопасное место, – раздельно либо по несколько человек. Ни закон, ни Правила внутреннего распорядка не содержат однозначного решения данной проблемы и называют лишь виды помещений, в которые водворяются осужденные рассматриваемой категории. Попытаемся проанализировать данную ситуацию. С одной стороны, исходя из общих принципов гуманизма и справедливости, человек, жизни и здоровью которого угрожает опасность, должен содержаться отдельно от всех иных осужденных, поскольку ситуация, послужившая основанием для перевода его в безопасное место, действительно носила серьезный характер. С другой стороны, здравый смысл говорит о том, что устранение угрозы осужденному, исходящей от конкретных лиц, путем помещения его в безопасное место не препятствует возможности содержания его с осужденными, не представляющими для него никакой опасности. Естественно, что в данной ситуации при принятии решения о совместном содержании лиц, в отношении которых имеется угроза их личной безопасности, необходимо четко оценивать ситуацию и имеющиеся фактические данные, чтобы не допустить возможности причинения вреда кому-либо из них.

Существенным фактором, обусловливающим возможность совместного нахождения лиц, жизни и здоровью которых угрожает что-либо, является и недостаточное наличие имеющихся специально оборудованных помещений на территории исправительного учреждения, которые могли бы позволить содержать каждого осужденного к лишению свободы отдельно. В этой связи, на наш взгляд, необходимо закрепить в законодательстве норму, которая бы четко регламентировала порядок размещения данной категории лиц.

Помимо возможности перевода осужденного в безопасное место в качестве альтернативы ст.13 УИК РФ также называет «иные меры», устраняющие угрозу его личной безопасности. Формулируя данную норму, законодатель, на наш взгляд, умышленно ушел от перечисления возможных действий администрации, которые бы нейтрализовывали опасность жизни и здоровью осужденного к лишению свободы, т.к. их перечень не может являться исчерпывающим. К наиболее часто встречающимся мерам в такой ситуации следует отнести проведение бесед с лицами, со стороны которых исходит угроза личной безопасности осужденного, усиление контроля за их поведением, перевод самого осужденного либо данных лиц в разные отряды и др.

Исходя из анализируемых положений уголовно-исполнительного законодательства, можно прийти к выводу, что они предусматривают три вида последствий перевода осужденного к лишению свободы в безопасное место:

1) обратный перевод в жилые помещения исправительного учреждения в случае отпадения угрозы личной безопасности лица;

2) перевод осужденного в другое исправительное учреждение;

3) перевод лиц, угрожающих личной безопасности осужденного, в иное исправительное учреждение.

В указанных случаях дальнейшая судьба такой категории осужденных может сложиться по-разному. В случае позитивных изменений в обстоятельствах, послуживших поводом для возникновения угрозы его личной безопасности, он может спокойно продолжать отбывать наказание. Однако зачастую складывается ситуация, когда принятые меры не устранили опасности жизни и здоровью осужденного к лишению свободы, даже если он переведен в иное исправительное учреждение. К сожалению, уже неоднократно упоминаемые нами УИК и Правила внутреннего распорядка не содержат решения данной проблемы. А ведь в нынешних условиях она является весьма актуальной. «Тюремные традиции и ритуалы» предусматривают достаточно жесткое наказание лиц, которые нарушили их те или иные положения, и осужденный, покидая пределы безопасного места и попадая в обычные условия исправительного учреждения, сильно рискует вновь подвергнуть свои жизнь и здоровье опасности.

Таким образом, мы завершили рассмотрение комплекса проблем, касающихся реализации осужденными к лишению свободы права на личную безопасность, являющегося одной из важнейших гарантий, обеспечивающих возможность полномасштабного осуществление лицами данной категории целой системы иных личных прав (например, права на неприкосновенность личности). Характеризуя содержательную сторону исследуемого явления, мы остановились на таких важнейших его аспектах, как основания, порядок и формы реализации, юридические последствия осуществления лицами, содержащимися в исправительных учреждениях, указанного права. А в заключение нам бы хотелось попытаться сформулировать определение понятия права осужденных к лишению свободы на личную безопасность. Под ним, на наш взгляд, следует понимать обусловленную наличием угрозы жизни и здоровью осужденного возможность его перевода в безопасное место или принятие иных мер, устраняющих указанную угрозу, реализация которых связана с заявлением самого лица либо с инициативой начальника исправительного учреждения.


Литература:

1.*Конституция Российской Федерации. М., 2006.*УК РФ, 2006.

2. *Комментарий к Уголовному Кодексу РФ с постатейными материалами и судебной практикой/ под ред. Никулина С.И., Издательство «Менеджер», М., 2006.

3. *Уголовное право / Общая часть/ под редакцией Рарога А.И., М., 2005.

4. *Бюллетень Верховного суда 1998-2006 гг.

Скачать архив с текстом документа