Психология семейных кризисов Олифирович

СОДЕРЖАНИЕ: Олифирович Н. И., Зинкевич-Куземкина Т. А., Велента Т. Ф. Психология семейных кризисов. — СПб.: Речь, 2006. — 360 с. В книге содержатся теоретические и методологические положения семейной пси­хологии и психотерапии. Представлен обзор семейных кризисов, описание каждого из которых содержит феноменологию, диагностику и рекомендации по оказанию психологической помощи.

Олифирович Н. И., Зинкевич-Куземкина Т. А., Велента Т. Ф.

Психология семейных кризисов. — СПб.: Речь, 2006. — 360 с.

В книге содержатся теоретические и методологические положения семейной пси­хологии и психотерапии. Представлен обзор семейных кризисов, описание каждого из которых содержит феноменологию, диагностику и рекомендации по оказанию психологической помощи. Приведены техники и приемы работы с семьей, а также специально подобранный диагностический инструментарий, которые могут оказать­ся полезными в работе психолога-консультанта.

Книга предназначена для студентов, обучающихся по специальности «Психоло­гия», семейных психологов и психотерапевтов, психологов-консультантов, психо­логов, работающих в учреждениях образования, социальных работников и педаго­гов, а также может быть интересна тем, кто нуждается в более глубоком понимании истоков собственных семейных проблем и способов их разрешения.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение.................................................................................................................7

Глава 1

ПСИХОЛОГИЯ СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ .............................................................9

1.1. Основные понятия семейной психологии.....................................................9

1.2. Общие принципы, виды и направления оказания психологической помощи семье.................................................................................................20

1.3. Основные положения психологии семейных кризисов.............................23

1.3.1. Понятие о кризисе..............................................................................23

1.3.2. Семейный кризис................................................................................25

Глава 2

НОРМАТИВНЫЕ СЕМЕЙНЫЕ КРИЗИСЫ ...........................................................31

2.1. Понятие нормативного семейного кризиса................................................31

2.2. Кризис 1. Принятие на себя супружеских обязательств.............................35

2.2.1. Феноменология кризиса.....................................................................35

2.2.2. Диагностика........................................................................................41

2.2.3. Психологическая помощь..................................................................42

2.3. Кризис 2. Освоение супругами родительских ролей и принятие факта появления нового члена семьи......................................................................48

2.3.1. Феноменология кризиса.....................................................................48

2.3.2. Диагностика........................................................................................54

2.3.3. Психологическая помощь..................................................................56

2.4. Кризис 3. Включение детей во внешние социальные структуры...............58

2.4.1. Феноменология кризиса.....................................................................58

2.4.2. Диагностика........................................................................................63

2.4.3. Психологическая помощь..................................................................64

2.5. Кризис 4. Принятие факта вступления ребенка в подростковый период.... 69

2.5.1. Феноменология кризиса.....................................................................69

2.5.2. Диагностика........................................................................................73

2.5.3. Психологическая помощь..................................................................74

2.6. Кризис 5. Семья, в которой выросший ребенок покидает дом..................77

2.6.1. Феноменология кризиса.....................................................................77

2.6.2. Диагностика........................................................................................80

2.6.3. Психологическая помощь..................................................................81

2.7. Кризис 6. Супруги вновь остаются вдвоем (кризис семьи, в основном выполнившей свою родительскую функцию)..............................................82

2.7.1. Феноменология кризиса.....................................................................82

2.7.2. Диагностика........................................................................................84

2.7.3. Психологическая помощь..................................................................85

2.8. Повторный брак............................................................................................86

2.8.1. Феноменология кризиса.....................................................................86

2.8.2. Диагностика........................................................................................89

2.8.3. Психологическая помощь..................................................................90

Глава 3

НЕНОРМАТИВНЫЕ СЕМЕЙНЫЕ КРИЗИСЫ ......................................................92

3.1. Понятие ненормативного семейного кризиса............................................92

3.2. Измена...........................................................................................................93

3.2.1. Феноменология кризиса.....................................................................93

3.2.2. Психологическая помощь..................................................................98

3.3. Развод.......................................................................................................... 100

3.3.1 Феноменология кризиса....................................................................100

3.3.2. Психологическая помощь................................................................ 106

3.4. Тяжелая болезнь..........................................................................................107

3.4.1. Феноменология кризиса................................................................... 107

3.4.2. Психологическая помощь................................................................ ИЗ

3.5. Инцест......................................................................................................... U7

3.5.1. Феноменология кризиса................................................................... 117

3.5.2. Диагностика...................................................................................... 126

3.5.3. Психологическая помощь................................................................ 129

3.6. Смерть члена семьи.................................................................................... 131

3.6.1. Феноменология кризиса................................................................... 131

3.6.2. Психологическая помощь................................................................ 140

Глава 4

ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

В СИТУАЦИИ КРИЗИСА ................................................................................... 143

4.1. Диагностика структуры семьи.................................................................... 144

4.1.1. Опросник «Шкала семейной адаптации и сплоченности» (FACES-3).............................................................................................. 144

4.1.2. Тест «Семейная социограмма».........................................................150

4.1.3. Опросник «Семейные роли»............................................................ 152

4.1.4. Проективные рисуночные методики «Рисунок семьи»

и «Кинетический рисунок семьи»........................................................ 154

4.1.5. Системный семейный тест Геринга (FAST)..................................... 164

4.2. Изучение семейной истории...................................................................... 173

4.2.1. Генограмма........................................................................................ 173

4.2.2. Геносоциограмма.............................................................................. 178

4.3. Диагностика супружеских взаимоотношений .......................................... 178

4.3.1. Опросник удовлетворенности браком............................................. 179

4.3.2. Опросник «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП)....... 184

4.3.3. Опросник ПЭА (понимание, эмоциональное притяжение, авторитетность)..................................................................................... 194

4.3.4. Опросник «Шкала любви и симпатии»........................................... 197

4.3.5. Метод диагностики межличностных отношений........................... 198

4.3.6. Методика «Мое письмо о супруге»..................................................206

4.4. Исследование семьи, ожидающей ребенка...............................................209

4.4.1. Методика «Тест отношений беременной»(ТОБ (б)) ............210

4.4.2. Методика «Цветовой тест отношений»...........................................218

4.5. Диагностика детско-родительских отношений ........................................219

4.5.1. Опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ)...............221

4.5.2. Опросник «Родителей оценивают дети» (РОД)...............................238

4.5.3. Опросник «Измерение родительских установок и реакций» (PARI).. 243

4.5.4. Опросник «Взаимодействие родитель—ребенок»............................253

4.5.5. Методика диагностики родительского отношения.........................265

4.5.6. Тест «Диагностика эмоциональных отношений в семье»...............269

4.6. Диагностика эмоционального состояния членов семьи..........................282

4.6.1. Опросник «Анализ семейной тревоги» ACT)..................................282

4.6.2. Шкала определения уровня депрессии............................................284

4.6.3. Методика определения уровня депрессии.......................................285

Глава 5

ТЕХНИКИ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ .................................................................................291

5.1. Понятие о процессуально-технических параметрах семейной терапии .... 291

5.2. Общие техники консультирования и психотерапии.................................293

5.2.1. Техники и виды слушания................................................................294

5.2.2. Техники воздействия........................................................................300

5.3. Техники семейной терапии........................................................................304

5.3.1. Социометрические техники.............................................................305

«Семейная скульптура».....................................................................307

«Семейная хореография»..................................................................309

«Семейное пространство».................................................................310

«Соломенная башня»........................................................................312

5.3.2.Структурные техники........................................................................313

«Семейный ритуал»...........................................................................314

5.3.3. Поведенческие техники....................................................................316

«Родительский семинар» ..................................................................316

«Конструктивный спор»...................................................................318

«Супружеская конференция» и «Семейный совет».........................321

5.3.4. Техники, основанные на использовании воображения..................324

«Семейные фотографии»..................................................................325

«Метафора»........................................................................................326

«Завершение предложений».............................................................327

«Сравнение ценностей»....................................................................328

5.3.5. Парадоксальные техники.........................................................330

5.3.6. Техники организации беседы в семейной терапии.........................331

Техника прослеживания последовательностей взаимодействия .... 331 Циркулярное интервью........................................................332

Глоссарий......................................................................................334

Список литературы...................................................338

Приложение 1. Карта для сбора анамнеза и обследования ребенка...............344

Приложение 2. Анкета для родителей...........................................350

Приложение 3. Карта приема семьи.................................................352

Приложение 4. Психологические рекомендации людям,

пережившим утрату близкого человека...........................................357

Приложение 5. Критерии манипулятора.......................................359

ВВЕДЕНИЕ

В настоящее время у специалистов отмечается высокий интерес к проблеме оказания психологической помощи семье, находящейся в кризисном состоя­нии. Во многом это обусловлено тем, что в последние десятилетия в институте семьи в нашей стране произошло усиление деструктивных тенденций. Не­уклонно увеличивается число разводов и неполных семей, возрастают масш­табы таких явлений, как социальное сиротство, пьянство и наркомания среди подростков, ранние беременности, жестокое обращение. В связи с этим все более актуальной становится потребность семьи в профессиональной психо­логической помощи. Свидетельством данных негативных тенденций является увеличение количества обращений к школьным психологам, в психологичес­кие консультации, психологические службы и центры, как отдельных членов семьи, так и семей в целом.

Работе с семьей присуща своя специфика, что обусловлено особенностями объекта психотерапевтического воздействия и, прежде всего, тем, что семья является относительно закрытой системой. Кроме того, необходимо учитывать, что семьи обладают своими социокультурными особенностями. В частности, в нашей стране семьям свойственна патриархальность, совместное проживание нескольких поколений, эмоциональная и материальная взаимозависимость членов семьи. Многие семьи являются функционально неполными, что час­тично связано с особенностями их культурно-исторического развития. Кроме того, их отличает невысокий уровень психологической культуры, проявляю­щийся в низкой мотивации на получение психологической помощи.

Как показывает наш опыт работы, к психологу чаще всего обращается один из членов семьи, и даже когда очевидна необходимость присутствия осталь­ных домочадцев, мотивировать их на совместный приход достаточно трудно. Все это создает дополнительные сложности в работе психолога с семьей. В част­ности, учет данных фактов делает невозможным прямое перенесение зарубеж­ных моделей психологической помощи семье на восточнославянскую почву.

Психологическая помощь семье выступает как относительно новая сфера деятельности практического психолога. На сегодняшний день ощущается не­достаток работ отечественных специалистов, в которых были бы систематизи­рованы знания и опыт, накопленные в области работы с семьей в ситуации кризиса. Написание данной книги было вызвано необходимостью восполнить информационный вакуум в области психологии семейных кризисов и спосо­бов их преодоления, а также систематизировать ряд вопросов, возникающих в практике семейного консультирования и терапии.

7

В качестве единицы анализа в данном пособии выступает нуклеарная семья, состоящая из трех человек (муж, жена, ребенок), и особенности проживания ею нормативных (связанных с переходом семьи от одного этапа жизненного цикла семьи к другому) и ненормативных семейных кризисов. Методологи­ческими основаниями для написания работы явились:

структурная теория семьи С. Минухина, в рамках которой рассматрива­ются такие параметры семейного взаимодействия, как сплоченность, коалиции, иерархия, границы, описывающие функционирование семьи как системы;

теория семьи как системы М. Боуэна, рассматривающая эмоциональ­ные процессы в семье и гибкость семейной системы, включая ее способ­ность переходить с одного этапа жизненного цикла на другой;

теория отношений В. Н. Мясищева, в основе которой лежит представле­ние о личности как системе отношений с миром, людьми и самим собой, позволившая проанализировать жизнедеятельность членов семьи во вза­имосвязи их общения и взаимоотношений;

культурно-историческая концепция Л. С. Выготского, выделяющая в развитии личности критические периоды, — она была использована нами при анализе жизненного цикла семьи.

Данное методическое пособие — результат работы авторского коллектива. Основой для его написания послужил наш практический опыт консультатив­ной и терапевтической работы с семьями и их отдельными членами. Представ­ленные здесь материалы использовались при проведении обучающих программ, тренингов и семинаров для специалистов и членов семей, обратившихся за психологической помощью.

В начале пособия содержатся теоретические и методологические положения семейной психологии и психотерапии как основы для понимания процессов, происходящих в семье. Далее представлен обзор семейных кризисов, описа­ние каждого из которых содержит феноменологию, диагностику и рекоменда­ции по оказанию психологической помощи. В отдельных главах приведены техники и приемы работы с семьей, а также специально подобранный диагно­стический инструментарий, которые, на наш взгляд, могут оказаться полез­ными в работе психолога-консультанта.

Данное пособие предназначено для студентов, обучающихся по специаль­ности «Психология», семейных психологов и психотерапевтов, психологов-консультантов, психологов, работающих в учреждениях образования, соци­альных работников и педагогов, а также может быть интересно тем, кто нуждается в более глубоком понимании истоков собственных семейных про­блем и способов их разрешения.

8

Психология СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ

Глава 1

1.1. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ СЕМЕЙНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Брачный союз — первая сту­пень человеческого общества.

Цицерон

Семейная психология и психотерапия — сравнительно молодая область на­уки и практики. Изучением семьи до середины XX века занималась за редкими исключениями только социология. Развитие семейной психологии и возрос­ший к ней интерес со стороны специалистов различных областей — психиат­ров, психотерапевтов, педагогов, врачей, социальных работников — был вы­зван кризисом, переживаемым современной семьей. Наблюдаемые в последнее время тенденции, связанные с ростом и укреплением экономической само­стоятельности и социального равноправия женщин, либерализацией взглядов на развод, увеличением ценности партнерских отношений в браке, освобож­дением от классовых, религиозных и национальных предрассудков и стерео­типов, ростом продолжительности жизни, снизили эффективность факторов, ранее стабилизирующих семейные отношения. Традиционная патриархальная семья перестала быть для женщин единственной доступной средой для само­реализации. Феминистическое движение, начавшееся в середине 1960-х годов, отражало нарушение равновесного положения такой социальной системы, как институт семьи, и маркировало переходный, кризисный момент в ее существо­вании. Начавшийся в это время кризис продолжается и в наши дни. Он связан с поиском новых моделей брачных отношений, адекватных для реализации современной семьей ее функций и способных наиболее полно удовлетворить индивидуальные потребности супругов с учетом их динамической природы.

Кризис современной семьи понимается демографами как кризис институ­циональный, то есть кризис семьи как социального института, проявляющий­ся в первую очередь в том, что семья перестала быть так называемой «ячейкой

9

общества», одной из важнейших и основных функций которой является реп­родуктивная. Семья представляет в настоящий момент более динамичное образование и, в отличие от предыдущей эпохи, в меньшей степени стабили­зируется социальными факторами. Существенно возросло значение личност­ных мотивов и коммуникативных способностей супругов, и уже практически невозможно обязать двух людей жить вместе, воздействуя на них орудием со­циальных норм и долженствований. Факт снижения количества официально регистрируемых браков и рост числа свободных союзов может объясняться ослаблением регламентирующего влияния социальных норм и правил. Кроме того, это может отражать формирование в сознании людей отношения к семье как к институту, жизнедеятельность которого зависит в большей степени от их личной ответственности.

Таким образом, специфика современной жизни обусловила трансформаци­онные процессы в современной семье, требующие анализа особенностей ее функционирования, прохождения стадий жизненного цикла и особенностей переживания нормативных и ненормативных кризисов. Прежде чем перейти к анализу семьи в ситуации кризиса, целесообразно остановиться на основных понятиях психологии и психотерапии семьи.

В данном учебном пособии семья будет рассматриваться как система, обла­дающая определенной структурой и свойствами. Как и всякую систему, ее ха­рактеризует следующий ряд признаков:

взаимозависимость: взаимовлияние отдельных элементов системы;

холизм: отдельные элементы системы, объединяясь в целое, приобрета­ют новые свойства, отличные от изначальных индивидуальных характе­ристик;

О структурная организация, основными параметрами которой являются: иерархичность, или соподчиненность элементов структуры; наличие гра­ниц, описывающих внутрисемейные отношения и отношения семьи и окружающей среды; сплоченность; ролевая структура семьи;

специфичность внутрисистемных процессов (циркулярные, спиралевид­ные; прерывистые, непрерывные);

О динамичность, или способность развиваться;

D способность к самоорганизации: наличие внутрисемейных сил, позволя­ющих семье оставаться целостной, сбалансированной системой и не раз­рушаться;

О диалектика гомеостаза и развития.

Сложность анализа семьи как системы заключается в необходимости учи­тывать тот факт, что любая система является частью других, более крупных систем и находится с ними в непосредственном взаимодействии и взаимовли­янии. Несмотря на то, что в данном пособии в фокусе анализа находится нук-леарная семья, с целью формирования максимально полных представлений о ее жизнедеятельности, необходимых для определения наиболее адекватной стратегии психологической помощи, на наш взгляд, следует учитывать различ­ные уровни функционирования семейной системы. Нами были выделены че­тыре уровня семейного функционирования — индивидуальный, микросистемный,

10

макросистемный, мегасистемный, — учет которых позволяет обеспечить мно­жественность перспектив при работе с семьей (см. табл. 1).

Анализ функционирования симптома одного из членов семьи, зачастую представляющего симптом семьи в целом, на различных уровнях позволяет психологу свободнее передвигаться в проблемном поле семьи и выбирать наи­более адекватные для данного этапа работы стратегии психотерапевтического вмешательства.

Пример __________________________________________________________

ПроблемаклиенткиЕленыК. заключаетсявееизбыточномвесе. Много­уровневыйанализпроблемыпозволилвыявитьследующуюфункциональ­нуюнагрузкуданногосимптома. Наиндивидуальномуровневторичная выгодаотналичияполнотызаключаетсявтом, чтоонапозволяетподдер­живатьпредставленияклиенткиосебекако«правильной»женщине, не склоннойкразвратномуобразужизни. Намикросистемномуровнеполно­тавыступаетфактором, стабилизирующимсупружескуюпару («Еслибыя быластройной, уменябыобязательнобыллюбовникилиябыужеразве­ласьсмужем»). Намакросистемномуровнеизбыточныйвеспозволяет ощущатьпринадлежностьксемьераноумершегоотца, вкоторойвсежен­щиныполные. Намегасистемномуровнеданныйсимптомспособствуетпод­держаниюпредставленийближайшегосоциальногоокруженияоданной семьекакобустойчивой, стабильной, «идеальной».

К числу основных задач психолога-консультанта при работе с семьей также можно отнести анализ показателей функционирования семейной системы.

Структура семьи — одно из базовых понятий, используемых при описании семейного взаимодействия. Данный термин является ключевым в структур­ной теории семьи С. Минухина: «...Структурный подход к семьям основан на представлении о том, что семья есть нечто большее, чем индивидуальные био-психодинамики ее членов. Члены семьи соотносятся в соответствии с опреде­ленным устройством, которое управляет их трансакциями. Эти устройства... формируют целое — структуру семьи» (Минухин С, Фишман Ч., 1998 (цит. по: Черников А. В., 2001, с. 29)).

Семейная структура представляет собой совокупность элементов и взаимо­связей между ними. В качестве структурных элементов семьи как системы вы­деляют супружескую, родительскую, сиблинговую и индивидуальные подсис­темы, представляющие собой локальные, дифференцированные совокупности семейных ролей, которые позволяют семье выполнять определенные функции и обеспечивать ее жизнедеятельность (Минухин С., Фишман Ч., 1998). Наблю­дая взаимодействие членов семьи, можно сделать вывод о ее гипотетической структуре, представляющей собой своеобразную топографию семьи, квазипро­странственный срез семейной системы.

Взаимоотношения между структурными элементами семейной системы ха­рактеризуются следующими параметрами (свойствами): сплоченность, иерар­хия, гибкость, внешние и внутренние границы, ролевая структура семьи (Чер­ников А. В., 2001). В качестве ключевых измерений структуры некоторые авторы называют сплоченность и иерархию.

11

Таблица 1

Многоуровневая модель психологического функционирования семьи

УРОВНИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ СЕМЬИ
Индивидуальный Микросистемный Макросистемный Мегасистемный ( семья
( отдельный член семьи ) ( нуклеарная семья ) ( расширенная семья ) и социальное окружение )
ПОКАЗАТЕЛИФУНКЦИОНИРОВАНИЯСЕМЬИ
Когнитивныйаспект
Идентификациясебякакчле- Циркулированиеинформации, Семейныемифы, семейная Представлениячленовсемьи
насемьи, индивидуальные метакоммуникация, внутрен- история, семейныесценарии, обихсоциальномстатусе
границы, семейнообуслов- ниеивнешниеграницынукле- семейныеценности, семейные истепенисоответствия
леннаяиндивидуальная арнойсемьи, представления нормыиправила, внутренние принятымвданномсоциуме
мифология осемейнойиерархии ивнешниеграницырасширен- нормамитребованиямксемье
нойсемьи, представления
осемейнойиерархии
Эмоциональныйаспект
Удовлетворенностьбракоми Стильэмоциональнойком- Стильэмоциональной Удовлетворенностьсемьи
семейнымиотношениями, со- муникации, сплоченность коммуникации, сплоченность своимположениемвобществе
матизация, обусловленнаясе-
мейнымфункционированием
Поведенческийаспект
Проявленияиндивидакак Паттернывзаимодействия, Паттернывзаимодействия, Социальнаяадаптация,
членасемьи, семейная традициииритуалынуклеар- традициииритуалырасши- взаимодействиесемьис
адаптация ноисемьи, ролевоевзаимо- реннойсемьи, ролевоевзаи- социальнымиинститутами,
действиечленовнуклеарной модействиечленоврасширен- семейноевзаимодействие,
семьи, иерархическоевзаимо- нойсемьи, иерархическое обусловленноедействием
действиечленовнуклеарной взаимодействиечленов социальныхстереотипов
семьи расширеннойсемьи

12

Сплоченность (связь, когезия, эмоциональная близость, эмоциональная дистанция) можно определить как психологическое расстояние между члена­ми семьи. Применительно к семейным системам это понятие используется для описания степени интенсивности отношений, при которой члены семьи еще воспринимают себя как связанное целое.

Д. Олсон выделяет четыре уровня сплоченности и, соответственно, четыре типа семей (Черников А. В., 2001):

1. Разобщенный (низкая степень сплоченности членов семьи, отношения отчуждения).

2. Разделенный (некоторая эмоциональная дистанцированность членов се­мьи).

3. Связанный (эмоциональная близость членов семьи, лояльность во вза­имоотношениях) .

4. Запутанный (уровень сплоченности слишком высок, низкая степень дифференцированности членов семьи).

Сбалансированными и обеспечивающими наиболее оптимальное семейное функционирование являются разделенный и связанный уровни сплоченности.

Иерархия характеризует отношения доминирования-подчинения в семье. Однако термин «иерархия» не может быть ограничен данным простым опре­делением, поскольку включает в себя характеристики различных аспектов се­мейных отношений: авторитетность, доминирование, степень влияния одно­го члена семьи на других, власть принимать решения. Понятие «иерархия» используется также в изучении изменений в структуре ролей и правил внутри семьи (Черников А. В., 2001).

Одним из наиболее типичных нарушений структуры семьи по данному па­раметру является инверсия иерархии (перевернутая иерархия). При такой се­мейной дисфункции ребенок приобретает власти больше, чем имеется хотя бы у одного из родителей. На макросистемном уровне этот феномен проявляется в ситуации, когда определяющая позиция в воспитании детей занимается ба­бушками (дедушками), а не непосредственными родителями. В нуклеарных семьях инверсия иерархии часто наблюдается при наличии:

межпоколенной коалиции (коалиции между ребенком и родителем про­тив другого родителя);

химической зависимости одного или обоих родителей;

болезни или потери трудоспособности одного или обоих родителей;

болезни или симптоматического поведения у ребенка, благодаря кото­рым он приобретает чрезмерное влияние в семье и регулирует супружес­кие взаимоотношения.

Нарушение иерархии в сиблинговой подсистеме может выглядеть как ее чрезмерная иерархизированность или, наоборот, отсутствие в ней иерархичес­кой структуры.

Гибкость - способность семейной системы адаптироваться к изменениям внешней и внутрисемейной ситуации. Для эффективного функционирования семьи нуждаются в оптимальном сочетании внутрисемейных изменений со

13

способностью сохранять свои характеристики стабильными. Не сбалансиро­ванные по параметру гибкости семейные системы характеризуются ригиднос­тью или хаотичностью.

Семейная система становится ригидной, когда она перестает отвечать на жизненные задачи, возникающие перед ней в связи с прохождением стадий жизненного цикла. При этом семья теряет способность изменяться и приспо­сабливаться к новой для нее ситуации. Появляется тенденция к ограничению переговоров, большинство решений навязывается лидером. По Д. Олсону, си­стема часто становится ригидной, когда она чрезмерно иерархизирована (Чер­ников А. В., 2001).

Система в хаотическом состоянии имеет неустойчивое или ограниченное руководство. Решения, принимающиеся в семье, часто являются импульсив­ными и непродуманными. Роли неясны и часто смещаются от одного члена семьи к другому.

Для описания взаимоотношений между семьей и социальным окружением (внешние границы), а также между различными подсистемами внутри семьи (внутренние границы) используется параметр «границы семьи». Семейные те­рапевты рассматривают развитие границ как важный параметр при оценке структуры семьи. Семейные границы устанавливаются правилами (правилами поведения), которые определяют, кто к данной системе или подсистеме при­надлежит и какова эта принадлежность.

По степени проницаемости выделяют жесткие, размытые и проницаемые гра­ницы. В хорошо функционирующих семьях границы между подсистемами ясно очерчены и проницаемы. Недостаточно четкие внутренние границы затрудня­ют развитие семьи и взросление ее членов и приводят к возникновению межпо­коленных коалиций — объединений между членами различных подсистем.

Особенности внешних границ отражают степень открытости семейной сис­темы для контактов с внешним миром. Слишком открытые семейные систе­мы (при размытых внешних границах) похожи на «проходной двор», куда в любую минуту могут вторгнуться извне. Такая семья не обеспечивает необхо­димый уровень комфорта и безопасности для ее членов. Но не менее опасна чрезмерная закрытость системы, являющаяся следствием ее жестких внешних границ. Члены семьи с жесткими внешними границами, как правило, отлича­ются повышенной тревожностью, испытывают страх перед внешним миром и могут иметь трудности при установлении контактов с другими людьми. Внут­ренние границы проявляются через различия в поведении членов семьи различ­ных подсистем по отношению друг к другу. Так, анализ границ между поколени­ями отражает специфические структурные различия между ними в сплоченности и иерархии.

Семейные роли — устойчивые функции семейной системы, закрепленные за каждым из ее членов. Ролевая структура семьи предписывает ее членам что, как, когда и в какой последовательности они должны делать, взаимодействуя друг с другом (Минухин С, Фишман Ч., 1998). Кроме актуального поведения, в понятие «роль» включаются желания, цели, убеждения, чувства, социальные установки, ценности и действия, которые ожидаются или приписываются тому или иному члену семьи.

14

Выделяют следующие семейные роли:

1. Роли, описывающие взаимодействие членов семьи на микросистемном уровне:

супружеские роли: муж, жена;

роли, относящиеся к детско-родительской подсистеме: мать, отец, сын, дочь;

роли, относящиеся к сиблинговой подсистеме: брат, сестра.

2. Роли, описывающие взаимодействие членов семьи на макросистемном уровне:

П роли, возникновение которых обусловлено супружескими связями: све­кор, теща, невестка, зять и др.;

роли, обусловленные кровным родством: бабушка, дедушка, внук, дво­юродный брат и др.

В функциональных семьях структура семейных ролей целостна, динамич­на, носит альтернативный характер и отвечает следующим требованиям:

непротиворечивость совокупности ролей, образующих целостную сис­тему, как в отношении ролей, выполняемых одним человеком, так и се­мьей в целом;

П выполнение роли должно обеспечивать удовлетворение потребностей всех членов семьи, при соблюдении баланса индивидуальные потребно­сти — потребности других членов семьи;

соответствие принятых ролей возможностям личности;

способность членов семьи гибко функционировать в нескольких ролях.

Показателем дисфункциональное™ семейной системы служит появление патологизирующих ролей, которые позволяют семье как системе сохранять стабильность, однако в силу своей структуры и содержания оказывают психо-травмирующее воздействие на ее членов (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000). Одним из примеров ролевой дисфункциональное™ является делегиро­вание роли взрослого ребенку, что весьма типично для семей с проблемой ал­коголизации, где мать спасает отца и страдает, а ребенок оказывается перед необходимостью стать маминой «опорой» — поддерживает ее, не огорчает, скрывая свои детские трудности. Нередко при этом ребенок используется («три­ангулируется») матерью для решения супружеских конфликтов: выдвигается как щит во время пьяных скандалов, участвует в переговорах с отцом на следу­ющее утро, например пытаясь «вразумить» его, и т. д.

Особенности функционирования семейной системы описываются такими понятиями, как паттерны взаимодействия, циркулирование информации, стиль эмоциональной коммуникации, метакоммуникация (Холмогорова А. Б., 2002).

Паттерны взаимодействия — это устойчивые способы поведения членов семьи и постоянно повторяющиеся коммуникативные стереотипы, включаю­щие в себя определенные послания (сообщения) или содержащие определен­ный смысл для членов семьи — например, постоянное выражение друг другу

15

недовольства, ссоры, высмеивание, обиды, унижение, поддержка, защита и т. д. Стереотипная последовательность паттернов взаимодействия в ряде случаев может приобретать циркулярную форму.

Циркулирование информации в семье отражает характер обмена информаци­ей между членами семьи, обусловленный постоянным повторением опреде­ленных паттернов семейного взаимодействия. Передача той или иной инфор­мации может осуществляться следующим образом:

О в виде прямых и ясных посланий друг другу;

в виде косвенных обращений и манипулятивных действий;

О в виде двойных посланий;

О с привлечением третьих лиц для передачи информации.

Стиль эмоциональной коммуникации определяется соотношением позитив­ных и негативных эмоций, критики и похвалы в адрес друг друга, а также на­личием или отсутствием запрета на открытое выражение чувств. Стиль эмоцио­нального общения в семье, в котором доминируют негативные эмоции, постоянная критика, унижение, устрашение партнера, неверие в его способ­ности и возможности, ведет к снижению самооценки и самоуважения, росту внутреннего напряжения, тревоги, агрессии и, как следствие, к невротичес­ким и психосоматическим расстройствам (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003).

Метакоммуникация — это важная характеристика семейного функциониро­вания, с точки зрения развития как самой семейной системы, так и отдельных членов семьи. Данный термин описывает процессы совместного обсуждения и осмысления того, что происходит между членами семьи, то есть представляет собой комментарий или сообщение по поводу коммуникации. Она может быть как вербальной, так и невербальной, и обычно представляет собой сигналы, по­могающие правильно понять контекст сообщения. Противоречивость сообще­ния, либо на уровне его содержательной или смысловой части (например, поже­лание «Будь непосредственным»), либо выражающаяся в несоответствии его вербальных и невербальных компонентов, приводит к парадоксу. Крайним ва­риантом подобной парадоксальной коммуникации является «двойной зажим» (Черников А. В., 2001). «Двойной зажим» («двойная связь», «двойная ловушка», «двойное послание») может быть определен как ситуация, когда индивид на раз­ных уровнях коммуникации получает два противоречивых сообщения от одного и того же лица, с которым он, как правило, находится в близких отношениях. При этом ни на одно из полученных сообщений у него нет возможности адекватно отреагировать. В то же время он не в состоянии прервать взаимодействие в силу значимости отношений. Все это делает ситуацию безвыходной, так как реакция, адекватная одной части послания, будет вступать в конфликт с его другой частью. Помимо «двойной связи», признаками дисфункциональное™ семейной метакоммуникации являются ее фрагментарность или полная сокрытость (на­личие «семейных секретов»). Так, например, может утаиваться некоторая ин­формация от тяжелобольного члена семьи. При этом вся семья вовлекается в фальшивые тягостные коммуникации, которые еще больше увеличивают тре­вогу и депрессию, как у самого больного, так и у его близких.

16

Для анализа эволюционных процессов семейной системы используются сле­дующие понятия: семейный миф, семейная история, жизненный цикл семьи, семейная легенда.

Семейная история — понятие, относящееся к историческому контексту се­мьи и описывающее хронологию значимых событий жизни семьи в течение нескольких поколений. Э. Г. Эйдемиллер (1993) для работы с семейной истори­ей вводит термин «тема», под которым он понимает специфическую, несущую эмоциональную нагрузку проблему, вокруг которой формируется периодичес­ки повторяющийся в семье конфликт. Тема определяет способ организации жизненных событий и внешне проявляется в стереотипах поведения, которые воспроизводятся из поколения в поколение. Изучение феномена дрейфа по­веденческих стереотипов было начато М. Боуэном, установившим, что в семье от поколения к поколению наблюдается накопление и передача дисфункцио­нальных паттернов, что может явиться причиной индивидуальных затрудне­ний у членов семьи. Эти наблюдения были развиты и зафиксированы в его концепции трансмиссии.

Семейный миф — это многофункциональный семейный феномен, форми­рующийся на макросистемном и проявляющийся на микросистемном уровне в виде совокупности представлений членов данной семьи о ней самой. Для обозначения этого понятия используются и такие термины, как «образ семьи», «образ мы», «верования», «убеждения», «семейное кредо», «согласованные ожидания», «наивная семейная психология». Функция семейного мифа зак­лючается в сокрытии от сознания отвергаемой информации о семье в целом и о ее членах. Таким образом, можно воспринимать семейный миф как своеоб­разный механизм психологической защиты семьи, который выполняет обере­гающую функцию и способствует поддержанию целостности семейной систе­мы (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003). Наиболее известными являются следующие семейные мифы: «Мы — дружная семья», «Мы — семья героев», «миф о спасателе». Время, необходимое для формиро­вания семейного мифа, составляет примерно период жизни трех поколений семьи (Selvini-PalazzoliM. etal., 1978).

Негативное действие семейных мифов заключается в том, что семья стано­вится ригидной; они препятствуют ее нормативным изменениям, связанным с динамикой жизненного цикла семьи. Так, миф об исключительности и из­бранности семьи может играть роль компенсаторной стратегии в первом по­колении, когда желание возвысить себя, возможно, как реакция на прошлые проблемы, актуализирует мощную, но реалистичную мотивацию достижения. Однако в следующих поколениях этот миф, все больше превращаясь в оторван­ную от реальности центральную семейную ценность («Мы должны быть луч­шими всегда и везде»), способен привести к тяжелым нарциссическим рас­стройствам члена(ов) семьи и полной непродуктивности их действий.

Семейная легенда — искажающая реальные факты семейной истории интер­претация отдельных событий, позволяющая поддерживать миф о семейном благополучии. Семейная легенда выполняет защитную функцию. Она может относиться к микро-, макросистемному или к индивидуальному уровню пси­хологического функционирования семьи. В отличие от семейного мифа, се-

17

мейная легенда осознается как неправда, искажение информации (например, легенда о супружеской верности при наличии измены, легенда о естественной смерти суицидента и др.)- Со временем семейная легенда может стать частью семейного мифа.

Семейный сценарий — обусловленные семейной историей, повторяющиеся из поколения в поколение паттерны взаимодействия. Понятие «семейный сце­нарий» берет начало от идей теории М. Боуэна о трансмиссии.

Следующим понятием, описывающим эволюционные процессы в семье, является «жизненный цикл семьи», представляющий собой последовательность этапов, которые проходит в своем развитии любая среднестатистическая се­мья. Представление о жизненном цикле семьи имеет большое значение при определении стратегии работы с семьей. Так, например, на этапе, когда дети становятся взрослыми, — стадия «пустого гнезда» — терапевтическая работа строится в соответствии с необходимостью прохождения пути сепарации: ро­дители должны ослабить контроль, наполнив собственную жизнь новым со­держанием и передав своим детям больше ответственности, что позволило бы последним, в свою очередь, обрести большую автономию. Славянские семьи, большей частью центрированные на детях, испытывают большие трудности на этом этапе ввиду традиционной слабости супружеской подсистемы. По мере взросления детей супруги все более теряют смысл совместного проживания, что может приводить к распаду семей, изменам, уходу в трудовую деятельность, депрессиям и т. д. Неизбежные трудности, связанные с переходом к новому этапу жизненного цикла, потребность семьи сохранить привычный стиль вза­имоотношений провоцируют сопротивление семейной системы необходимым изменениям. Вместе с тем каждая семья обладает большими или меньшими ресурсами для трансформации.

Содержательная основа жизни семьи описывается следующими понятиями: семейные нормы и правила, семейные ценности, традиции и ритуалы семьи (Холмогорова А. Б., 2002). Э. Г. Эйдемиллер называет их семейными стабили­заторами.

Семейные нормы и правила — совокупность оснований и требований, на ко­торых строится жизнь семьи. Они могут касаться как режима дня, так и воз­можности открытого выражения чувств. Отсутствие правил и норм приводит к хаосу в семейной системе, а также представляет серьезную опасность для пси­хического здоровья членов семьи. Многие дети и подростки с делинквентным поведением выросли в семьях, характеризующихся хаотичностью. Нечеткость правил и норм, их непроговоренность способствуют росту тревоги у членов семьи и могут приводить к стрессам, а также тормозить развитие как всей се­мейной системы, так и отдельных ее членов. Правила позволяют членам семьи ориентироваться в реальности и придают устойчивость семье в целом благода­ря тому, что каждый знает свои права и обязанности. Нередко именно дефи­цит правил становится главным источником обид и конфликтов. Самый рас­пространенный пример — мать, которая жалуется на то, что дети и муж мало помогают ей и отказываются выполнять ее просьбы. В таких семьях всегда от­сутствуют четкие правила, принятые всеми членами семьи и регулирующие их обязанности.

18

Сообщение требований и ожиданий в семье может быть весьма разруши­тельным, если они (особенно будучи выдвинутыми родителями) противоре­чивы и несогласованны. Это делает невозможным их интеграцию, что ведет к внутренним конфликтам и противоречиям в развитии личности ребенка. Де­легирование родителями своих неосуществленных планов детям в виде навя­занных им жизненных целей может стать помехой в исполнении собственных желаний и потребностей ребенка и в конечном счете приводить к депрессив­ным состояниям.

Семейные ценности — идеалы, представления о семье, ее особенностях, ко­торые одобряются и культивируются в кругу семьи, а также служат важным фактором регуляции взаимоотношений между ее членами. В семье могут на­ходить отражение общегосударственные ценности. Именно семья может явить­ся источником формирования ценностей, способствующих адаптации и соци­ализации молодежи.

Традиции и ритуалы — повторяющиеся узаконенные действия, имеющие символический смысл. Это очень важный фактор стабилизации системы, укрепляющий семью и редуцирующий тревогу ее членов. Семейным ритуалом может служить совместный завтрак или совместное празднование семейных дат. Семьи с дефицитом традиций и ритуалов, как правило, разобщены, а чле­ны этих семей страдают от изоляции и тревоги. Наблюдения показывают, что, например, смерть одного из членов семьи может приводить к серьезным по­следствиям для здоровья других в тех семьях, где ритуалы совместного горева-ния, оплакивания, поминания отсутствуют. Терапевту в этих случаях прихо­дится совместно с семьей создавать или заново выстраивать этот важнейший элемент функционирования системы.

Все рассмотренные аспекты жизнедеятельности семьи тесно переплетены между собой. Так, введению правил может препятствовать отсутствие их в пре­жних поколениях или несформированность в семье навыков коммуникации. Поэтому в реальной работе с семьей психологу необходим комплексный и все­сторонний анализ особенностей семейного функционирования.

19

1.2. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ, ВИДЫ И НАПРАВЛЕНИЯ ОКАЗАНИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ СЕМЬЕ

Удачный брак — это строение, которое нужно каждый день реконструировать.

А. Моруа

Психологическая помощь семье — широкое понятие, включающее в себя многообразные теоретические и практические направления. Содержание психо­логической помощи заключается в обеспечении эмоциональной, смысловой и экзистенциальной поддержки семье и ее отдельным членам в кризисных ситуациях.

Работая с семьей, психолог выполняет ряд функций:

1. Поддерживающая функция: консультант обеспечивает психологическую поддержку, которая отсутствует или приняла искаженные формы в ре­альных семейных отношениях.

2. Посредническая функция: психолог-консультант в роли посредника со­действует восстановлению нарушенных связей семьи с миром и ее чле­нов между собой.

3. Функция обучения: консультант может способствовать развитию навы­ков общения, приемов саморегуляции, самопознания.

4. Функция развития: психолог помогает членам семьи в развитии основ­ных социальных умений и навыков, таких как навыки внимательного отношения к другому, понимания нужд окружающих, умения оказывать поддержку и разрешать конфликтные ситуации, выражать свои чувства и замечать чувства других людей. Консультант также способствует по­иску ресурсов семьи, позволяющих каждому из ее членов осознать и ис­пользовать возможности для саморазвития.

5. Информационная функция: консультант предлагает семье или ее отдель­ным членам дидактическое изложение информации о психическом здо­ровье и нездоровье, норме и ее вариантах, а также советы, руководства.

Можно выделить следующие виды психологической помощи семье.

Информирование. Психолог может предоставить семье или отдельным ее членам информацию об особенностях функционирования семьи на разных этапах развития, о задачах, стоящих перед семьей в кризисные периоды, о воз-растно-психологических особенностях развития личности, а также о возмож­ности получения дополнительной помощи у других специалистов.

Индивидуальное психологическое консультирование (психотерапия). Психоло­гическое консультирование — процесс, ориентированный на научение и лич-

20

ностный рост клиента, в ходе которого последний узнает больше о себе самом, учится связывать эти знания со своими целями так, чтобы достигнуть более полного и гармоничного бытия-в-мире. Данный вид психологической помо­щи предполагает работу с одним из членов семьи и базируется на идее М. Боу-эна о том, что изменения даже одного члена семьи приводят к изменениям всей системы внутрисемейных отношений.

Консультирование (психотерапия) супружеской пары. Данный вид психоло­гической помощи представляет собой работу с супружеской парой и направ­лен на оптимизацию взаимодействия между брачными партнерами.

Групповое консультирование (психотерапия) супружеских пар. Этот вид ра­боты предполагает объединение в группу нескольких супружеских пар с целью получения поддержки и проработки супружеских проблем.

Семейное консультирование (психотерапия). В семейном консультировании принимает участие нуклеарная либо расширенная семья. Как правило, этот вид психологической помощи используется в том случае, когда имеющиеся проблемы затрагивают всю систему в целом.

Групповое семейное консультирование (психотерапия). Данный вид психо­логической помощи предполагает организацию работы двух типов групп: го­могенных (родительских, детских, групп для матерей и др.) и гетерогенных, используемых на определенных этапах работы с семьей и чаще всего принима­ющих форму совместных занятий родительских и детских групп.

Как показывает наш опыт, психологическая помощь оказывается более эф­фективной, когда с семьей работает команда специалистов (2-4 человека). Работа в команде позволяет избежать ряда «ловушек», связанных со специфи­кой работы с семейной системой, например, тенденции присоединиться и об­разовать коалицию с одним из членов семьи.

Существует несколько способов работы в команде: О с семьей взаимодействует вся команда;

с семьей работает один член команды, остальные, не включаясь в непо­средственное взаимодействие с семьей, наблюдают за процессом (нахо­дясь либо в одном помещении с семьей, либо за зеркалом односторон­него наблюдения, либо просматривая консультацию в видеозаписи). После завершения консультации они делятся с работавшим психологом терапевтическими гипотезами и дают ему обратную связь; О с семьей работает один член команды, остальные, как и в предыдущем варианте, наблюдают за процессом, не включаясь в непосредственное взаимодействие с семьей, но после завершения работы они обсуждают возникшие у них предположения в присутствии членов семьи.

В качестве алгоритма работы с семьей, переживающей кризис, можно пред­ложить модель консультирования, состоящую из следующих этапов:

1. Выявление представлений членов семьи о характере переживаемых труд­ностей.

2. Уточнение фактов семейной жизни и особенностей ее динамики. Ана­лиз семейной истории для адекватного понимания сложившейся си­туации.

21

3. Обратная связь от консультанта семье, включающая сообщение о том, как консультант понимает проблему, отражение его собственных чувств и переживаний, поддержка семьи в их желании получить психологичес­кую помощь.

4. Определение проблемного поля семьи. На этом этапе осуществляется идентификация проблем данной семьи; выдвигаются предположения относительно причин возникших трудностей, механизмов их возник­новения и развития; при необходимости собираются дополнительные сведения для проверки выдвинутых гипотез. Итогом данного этапа яв­ляется согласование представлений психолога и членов семьи об имею­щихся проблемах и постановка реалистичных целей.

5. Проработка чувств членов семьи, связанных с переживаемым кризисом.

6. Идентификация альтернатив. На этой стадии выясняются и открыто об­суждаются возможные альтернативы решения проблем. Консультант побуждает членов семьи проанализировать все возможные варианты, выдвигает дополнительные альтернативы, не навязывая своих решений.

7. Планирование. На этой стадии осуществляется критическая оценка вы­бранных альтернатив. Консультант помогает семье разобраться, какие альтернативы подходят и являются реалистичными с точки зрения преды­дущего опыта и актуальной готовности измениться. Проверка реалистич­ности выбранного решения (ролевые игры, «репетиция» действий и др.).

8. Деятельность. На этом этапе происходит последовательная реализация плана решения проблем семьи, особую важность приобретает поддерж­ка консультантом членов семьи.

Как правило, работа с семьей, переживающей кризис, осуществляется в формате краткосрочной терапии (от 1 до 20 встреч). Предлагаемая нами мо­дель консультирования дает возможность семейному психологу гибко исполь­зовать и модифицировать как последовательность, так и содержание этапов с учетом специфики конкретной семьи.

22

1.3. ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ СЕМЕЙНЫХ КРИЗИСОВ

1.3.1. Понятие о кризисе

От кризисов страхует только кома... Д. Леонтьев. Однопсишия

Теория кризиса как самостоятельная дисциплина в психологии появилась сравнительно недавно. Значимые психологические исследования, посвящен­ные теории кризисов, представлены работами Э. Линдерманна, Дж. Каплана, Дж. Якобсона (цит. по: Пергаменщик Л. А.).

Отличительные черты теории кризисов, согласно Дж. Якобсону, состоят в следующем:

теория кризисов относится главным образом к индивиду, хотя некото­рые понятия используются применительно к семье, а также к малым и большим группам;

О теория кризисов описывает не только деструктивные аспекты кризиса, но и его ресурсы и возможности в области роста и развития личности.

Кризис (от греч. krisis — решение, поворотный пункт) — нарушение состоя­ния равновесия системы, резкий, крутой перелом в чем-нибудь, тяжелое пере­ходное состояние, острое затруднение в чем-либо. Слово «кризис» несет в себе оттенок чрезвычайности, угрозы и необходимости действия. Кризис — это си­туация эмоционального и умственного стресса, требующая значительного изменения представлений о мире и о себе за короткий промежуток времени.

Дж. Каплан описал четыре последовательные стадии кризиса:

1. Первичный рост напряжения, стимулирующий привычные способы ре­шения проблем.

2. Дальнейший рост напряжения в условиях, когда эти способы оказыва­ются безрезультатными.

3. Еще большее увеличение напряжения, требующее мобилизации вне­шних и внутренних источников.

4. Повышение тревоги, возникновение депрессии, чувств беспомощнос­ти и безнадежности, дезорганизация личности — в случае, если все дей­ствия, предпринятые на предыдущих стадиях, оказываются тщетными.

Кризис может закончиться на любой стадии, если опасность исчезает или обнаруживается решение.

Критериями диагностики кризиса могут служить следующие показатели:

наличие события, вызывающего стресс, или длительный стресс, приво­дящий к фрустрации (эмоционально тяжелое переживание человеком

23

своей неудачи, сопровождающееся чувством безысходности, крушения

и неуспеха в достижении цели); О переживание горя; П чувство потери, опасности, унижения;

чувство собственной неполноценности; О неожиданность происходящего;

О разрушение привычного хода жизни; D неопределенность будущего;

О отсутствие целостного видения ситуации (она воспринимается фрагмен­тарно, на первом месте — ее эмоциональная окраска);

страх;

О отчаяние;

обесценивание имеющегося;

потеря контакта с другими и собой;

П преобладание чувства одиночества и отверженности; П чувство уникальности собственных переживаний;

ощущение отсутствия поддержки со стороны окружающих;

длительное страдание.

По временному параметру и интенсивности переживания кризисы подраз­деляются на:

кратковременные и острые;

затяжные и хронические (длительные по времени, например, тяжелая болезнь).

В соответствии с локализацией рассматривают:

П кризисы переходных периодов, связанные с возрастом;

кризисы, не связанные с определенным возрастом.

Таким образом, кризисом можно назвать ситуацию столкновения с препят­ствием в реализации важнейших жизненных целей при условии невозможности справиться с ней с помощью привычных средств.

Кризис не всегда несет в себе негативный смысл. В китайском языке поня­тие «кризис» определяется как «полный опасности шанс», как возможность роста человеческой личности, которую индивид обретает, проходя через кри­зисное состояние и испытывая различные сопротивления. Конструктивное преодоление кризисных ситуаций и периодов жизни дает их субъектам ресур­сы для личностного роста и преодоления неизбежно сопровождающих жизнь переломных моментов.

Существующие на сегодняшний день теории кризисов описывают пере­живание кризисных событий на индивидуальном уровне, то есть анализируют процесс переживания кризисных событий отдельным человеком. Однако по­следний всегда является частью других, более крупных систем (семейной, про­фессиональной, социальной и др.) и находится с ними в диалектической взаи­мосвязи, обусловливающей характер прохождения кризисов.

Нами была предпринята попытка анализа переживания кризисных ситуа­ций не отдельным человеком, а семьей на ее микросистемном уровне функци-

24

онирования. Разработанный подход к анализу семьи в ситуации кризиса по­зволяет интегрировать теоретические и практические положения кризисной психологии и психологии семьи, на стыке которых рождается новое направле­ние — психология семейных кризисов.

1.3.2. Семейный кризис

...Идеальные отношения в браке возможны только тогда, когда они не являются необхо­димым условием выживания человека.

И. Ялом. Когда Ницше плакал

Семья в ее синхронном функционировании является системой, находящей­ся в некотором равновесии благодаря установившимся связям. Однако само это равновесие является подвижным, живым, изменяющимся и обновляющим­ся. Изменение социальной ситуации, развитие семьи или одного из ее членов влечет за собой изменение всей системы внутрисемейных отношений и созда­ет условия для появления новых возможностей построения взаимоотношений, иногда диаметрально противоположных.

Семейный кризис — состояние семейной системы, характеризующееся на­рушением гомеостатических процессов, приводящих к фрустрации привыч­ных способов функционирования семьи и невозможности справиться с новой ситуацией, используя старые модели поведения.

В семейном кризисе можно выделить две потенциальные линии дальнейшего развития семьи:

1. Деструктивная, ведущая к нарушению семейных отношений и содер­жащая опасность для их существования.

2. Конструктивная, заключающая в себе потенциальную возможность пе­рехода семьи на новый уровень функционирования.

Анализ литературы по проблеме кризисных ситуаций в семье позволяет выделить несколько подходов к описанию семейных кризисов.

Первый связан с изучением закономерностей жизненного цикла семьи. В русле данного подхода кризисы рассматриваются как переходные моменты между стадиями жизненного цикла. Подобные кризисы называются норматив­ными, или горизонтальными стрессорами (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000). Они возникают при «застревании», препятствиях или неадекватной адап­тации при прохождении какого-либо этапа жизненного цикла семьи.

Так, например, В. Сатир выделяет десять критических точек в развитии семьи.

Первый кризис — зачатие, беременность и рождение ребенка.

Второй кризис — начало освоения ребенком человеческой речи.

Третий кризис — ребенок налаживает отношения с внешней средой (идет в детский сад или в школу).

Четвертый кризис — ребенок вступает в подростковый возраст.

25

Пятый кризис — ребенок становится взрослым и покидает дом.

Шестой кризис — молодые люди женятся, и в семью входят невестки и зятья.

Седьмой кризис — наступление климакса в жизни женщины.

Восьмой кризис — уменьшение сексуальной активности мужчин.

Девятый кризис — родители становятся бабушками и дедушками.

Десятый кризис — умирает один из супругов.

Таким образом, семья в своем развитии переживает ряд этапов, сопровож­дающихся кризисами. В основе нормативного кризиса, фиксируемого на мик­росемейном уровне, обычно лежит индивидуальный нормативный кризис взрослого или ребенка, ведущий к дестабилизации системы.

Второй подход связан с анализом событий жизненного пути семьи: кризи­сы семьи могут вызываться некоторыми событиями, влияющими на стабиль­ность семейной системы. Подобные кризисы могут возникать независимо от стадий жизненного цикла семьи и называются ненормативными.

Третий подход основан на знаниях о кризисных ситуациях в семье или от­дельных ее подсистемах, полученных в ходе экспериментальных исследований. Так, например, Плзак описал два критических периода в развитии супружес­ких отношений (Plzak, 1973; цит. по: Кратохвил С, 1991).

Первый критический период наступает между 3-м и 7-м годом супружес­кой жизни и продолжается в благоприятном случае около 1 года. Его возник­новению способствуют следующие факторы: исчезновение романтических настроений, активное неприятие контраста в поведении партнера в период влюбленности и в повседневном семейном быту, рост числа ситуаций, в ко­торых супруги обнаруживают разные взгляды на вещи и не могут прийти к со­гласию, учащение проявлений отрицательных эмоций, возрастание напряжен­ности в отношениях между партнерами вследствие частых столкновений. Кризисная ситуация может возникнуть и без влияния каких-либо внешних факторов, обусловливающих бытовое и экономическое положение супружес­кой пары, без вмешательства родителей, измены или каких-то патологических черт личности у одного из супругов.

Второй кризисный период наступает примерно между 17-м и 25-м годом совместной жизни. Этот кризис менее глубок, чем первый, он может продол­жаться 1 год или несколько лет. Его возникновение часто совпадает с прибли­жением периода инволюции, с повышением эмоциональной неустойчивости, появлением страхов, различных соматических жалоб, чувства одиночества, связанного с уходом детей, с усиливающейся эмоциональной зависимостью жены, ее переживаниями по поводу быстрого старения, а также возможных сексуальных измен мужа.

Согласно взглядам Н. В. Самоукиной, первый кризисный период (5-7 лет) связан с изменением образа партнера, а именно — с понижением его психо­логического статуса. Второй кризисный период (13-18 лет) вызван психоло­гической усталостью друг от друга, тяготением к новизне в отношениях и об­разе жизни. Этот период особенно остро переживают мужчины. Менее болезненно он проходит в тех семьях, где обоюдно признаются условия для относительной свободы и самостоятельности супругов, а также там, где оба партнера начинают искать способы обновления своих отношений.

26

Кризисы в отдельных подсистемах (например, вышеописанные кризисы в супружеских отношениях) могут оказывать влияние на протекание норматив­ных семейных кризисов, интенсифицируя их проявления.

Семья, находящаяся в состоянии кризиса, не может оставаться прежней; ей не удается функционировать адекватно изменившейся ситуации, оперируя знакомыми, шаблонными представлениями и используя привычные модели поведения.

Выделяют следующие характеристики семейного кризиса:

1. Обострение ситуативных противоречий в семье.

2. Расстройство всей системы и всех происходящих в ней процессов.

3. Нарастание неустойчивости в семейной системе.

4. Генерализация кризиса, то есть его влияние распространяется на весь диапазон семейных отношений и взаимодействий.

На каком бы уровне функционирования семьи ни возникал кризис (инди­видуальном, микро-, макро- или мегасистемном), он неизбежно будет затра­гивать другие уровни, обусловливая нарушения в их функционировании. В ре­зультате можно обнаружить следующие проявления семейного кризиса:

1. Проявление семейного кризиса на индивидуальном уровне: О чувство дискомфорта, повышенная тревожность;

О неэффективность старых способов коммуникации;

снижение уровня удовлетворенности браком;

ощущение непонятости, невысказанное™, безысходности и тщетности предпринимаемых с целью изменить ситуацию усилий, то есть ощуще­ние ограничения своих возможностей, неспособность обнаружить в си­туации новые направления развития;

смещение локуса контроля: член семьи перестает занимать субъектную позицию, ему начинает казаться, что нечто происходит «с ним» — то есть вне его, а значит, и изменения должны произойти не с ним, а с другими. В таком случае он искренне начинает полагать, что именно изменение отношения или поведения другого члена семьи приведет к улучшению ситуации (Шиян О. А.);

закрытость для нового опыта и в то же время надежда на «чудесное воз­вращение мира», не связанное с собственными изменениями;

О появление сверхценных идей у некоторых членов семьи;

формирование симптоматического поведения.

2. Проявление семейного кризиса на микросистемном уровне:

D нарушения по параметру сплоченности: уменьшение или увеличение психологической дистанции между членами семьи (крайние варианты — симбиотическое слияние и разобщенность);

О деформация внутренних и внешних границ нуклеарной семьи, крайни­ми вариантами которой являются их диффузность (размытость) и жест­кость (непроницаемость);

нарушения гибкости семейной системы вплоть до хаотичности или ри-

27

гидности (механизм сохранения и усиления негибких способов реагиро­вания — «инконгруэнтная адаптация» — почти универсален в кризисных ситуациях, однако при длительном его использовании нарушается есте­ственный обмен энергии в семье);

О изменения ролевой структуры семейной системы (появление дисфунк­циональных ролей, жесткое, неравномерное распределение ролей, «про­вал» роли, патологизация ролей);

нарушение иерархии (борьба за власть, перевернутая иерархия);

возникновение семейных конфликтов;

рост негативных эмоций и критики;

нарушения метакоммуникации;

О нарастание чувства общей неудовлетворенности отношениями в семье, обнаружение расхождения во взглядах, возникновение молчаливого про­теста, ссоры и упреки, ощущение обманутости у членов семьи;

регресс или возврат к ранним моделям функционирования нуклеарной семьи;

«застревание» на какой-либо стадии развития семьи и неспособность решать задачи следующих этапов;

противоречивость и несогласованность притязаний и ожиданий членов семьи;

разрушение некоторых устоявшихся ценностей семьи и несформирован-ность новых;

П нарушение традиций и ритуалов;

О неэффективность старых семейных норм и правил в отсутствие новых;

дефицит правил.

3. Проявления семейного кризиса на макросистемном уровне: П актуализация семейного мифа;

реализация архаичного поведенческого паттерна, неадекватного актуаль­ному контексту существования семьи, но являвшегося эффективным в предыдущих поколениях;

нарушения внутренних и внешних границ расширенной семьи, крайни­ми вариантами которых являются диффузность и жесткость (непрони­цаемость) границ;

нарушения иерархии (например, перевернутая иерархия, межпоколен­ные коалиции);

нарушения ролевой структуры расширенной семьи (ролевые инверсии, «провал» роли);

нарушение традиций и ритуалов;

П неэффективность старых семейных норм и правил и несформирован-ность новых.

4. Проявление семейного кризиса на мегасистемном уровне: О социальная изоляция семьи;

dсоциальная дезадаптация семьи;

П конфликты с социальным окружением.

28

В кризисной ситуации может происходить блокировка актуальных потреб­ностей членов семьи, что, в свою очередь, может стать причиной появления симптома у одного из них — чаще всего у ребенка. Последний становится но­сителем симптома, который позволяет поддерживать старые, сложившиеся взаимоотношения между членами семьи. Симптоматическое поведение появ­ляется в результате стереотипных, «застывших» ролевых взаимодействий, от­ражая некоторые закрытые темы, прямое обсуждение которых нарушило бы семейные правила. Носитель симптома называется «идентифицированным пациентом».

Теоретики системного подхода в семейной терапии убеждены в том, что симптом, предъявляемый семьей, представляет собой не что иное, как мета­фору потребностей семейной системы (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

Можно выделить следующие характеристики симптоматического поведения (Борисовская О. Б., 1998; Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000; Эйдемил-лер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003):

сравнительно сильное влияние на других членов семьи;

П симптом непроизволен и не поддается контролю со стороны идентифи­цированного пациента;

симптом закрепляется окружением;

симптоматическое поведение может быть выгодно другим членам семьи; О симптоматическое поведение «обслуживает» избегание членами семьи

других психологических проблем, актуализация которых могла бы быть разрушительной для семейной системы. Тем самым оно выполняет фун­кцию семейного стабилизатора.

Идентифицированный пациент, или носитель симптома, может появиться в семье как при попытке сохранения гомеостаза во время прохождения какой-либо стадии жизненного цикла семьи, так и при переходе с одной стадии на другую. Обращаясь за психологической помощью, семья, как правило, желает избавиться от симптома, но при этом не хочет что-либо существенно менять. В этом случае на месте одного симптома впоследствии может появиться дру­гой, не менее серьезный. Например, супруг перестает пить, но при этом тяже­ло заболевает ребенок.

Для определения особенностей прохождения семьей кризисных периодов необходимы анализ и учет семейных «нормативных фильтров». Под «норма­тивными фильтрами» мы понимаем совокупность норм, правил, установок, ролевых позиций, представлений, характерных для данной семьи. Их искажа­ющее влияние может быть различным. Идеальными представлениями могут быть частично объяснены такие факты, при которых даже незначительные проблемы в семейной жизни субъективно переживаются семьей очень тяжело. В других семьях, наоборот, даже при наличии серьезных кризисов в развитии их члены могут не рассматривать ситуацию как катастрофическую, оставаться сплоченными, адекватно реагирующими на все происходящее и оказываюши-ми поддержку друг другу. Обычно члены семьи представляют консультанту «от­корректированную» картину семейной жизни, отражающую их идеальные пред­ставления. В соответствии с этим важным является умение семейного психолога

29

рассмотреть эту картину, проанализировать и выявить зоны риска для данной семьи.

Особенностью данной работы является использование многоуровневой модели психологического функционирования семьи в анализе семейных кри­зисов с фокусировкой на микросистемном уровне. Это значит, что в центре анализа находятся не индивидуальные биопсиходинамики членов семьи, а ре­акции семьи как целостного организма. Данная задача является непростой в силу сложности и подчас невозможности учета взаимодействия всех составля­ющих семейной системы. Однако наш опыт работы с семьями показывает целесообразность использования данного подхода при анализе столь уникаль­ной социальной микрогруппы, как семья, позволяющий понять ее неповтори­мый и загадочный мир и законы существования.

30

Нормативные семейные кризисы

Глава 2

2.1. ПОНЯТИЕ НОРМАТИВНОГО СЕМЕЙНОГО КРИЗИСА

Вступающие в брак должны глядеть во все глаза до брака и держать их полузакрытыми — после.

М. Скюдери

Понятие «нормативный кризис» связано с термином «жизненный цикл се­мьи», который впервые был использован в 1948 году Э. Дювалль и Р. Хилом на национальной общеамериканской конференции по семейной жизни, где ими был сделан доклад о динамике семейного взаимодействия.

Они рассматривали семью как динамическую систему, функционирование которой определяется действием двух законов: законом гомеостаза и законом гетеростаза (развития). Согласно закону гомеостаза, каждая семья стремится сохранить свое актуальное состояние, остаться в данной точке развития. В со­ответствии с законом гетеростаза, каждая семейная система должна пройти свой жизненный цикл — некую последовательность смены стадий. При построе­нии своей периодизации авторы опирались на идеи Э. Эриксона и других спе­циалистов по психологии личности, предложивших рассматривать в качестве основы периодизации совокупность задач, специфичных для каждого периода развития.

В качестве признака разграничения стадий Э. Дювалль был использован факт наличия или отсутствия детей в семье и их возраст. На основании этой характеристики были выделены следующие стадии жизненного цикла семьи: I. Формирующаяся семья (0—5 лет), детей нет. II. Детородящая семья, возраст старшего ребенка до 3 лет.

III. Семья с детьми-дошкольниками, старшему ребенку 3—6 лет.

IV. Семья с детьми-школьниками, старшему ребенку 6-13 лет. V. Семья с детьми-подростками, старшему ребенку 13-21 год.

31

VI. Семья, «отправляющая» детей в жизнь.

VII. Супруги зрелого возраста.

VIII. Стареющая семья.

Эта периодизация имеет ряд недостатков: громоздкость, невнимание к дру­гим характеристикам брака, что явилось поводом для критики и создания ее новых вариантов. В последующие годы появилось большое число различных периодизаций семейного цикла — психологических, социологических, демо­графических и т. д. Основанием для них послужили как различные теоретичес­кие соображения, так и результаты эмпирических исследований и консульта­тивной практики. Для выделения стадий используются самые разнообразные показатели, выбор которых определяется конкретной направленностью иссле­дований, национальными, демографическими и другими характеристиками.

Одной из наиболее известных периодизаций в отечественной психологии семьи является периодизация, предложенная Э. К. Васильевой, выделившей пять стадий семейного цикла (цит. по: Алешина Ю. Е., 1987):

1. Зарождение семьи: с момента заключения брака до рождения первого ребенка.

2. Рождение и воспитание детей: продолжается вплоть до момента начала трудовой деятельности хотя бы одного ребенка.

3. Окончание выполнения семьей воспитательной функции: период с на­чала трудовой деятельности первого ребенка до того момента, когда на попечении родителей не остается ни одного из детей.

4. Совместное проживание родителей с детьми, хотя бы один из которых не имеет собственной семьи.

5. Супруги живут одни или с детьми, имеющими собственные семьи.

Эта периодизация в целом аналогична предложенной Э. Дювалль, хотя ав­тор вводит в нее еще и такие признаки, как наличие семьи у детей, начало тру­довой деятельности ребенка, проживание его совместно с родителями.

В рамках системного подхода первое подробное описание жизненного цик­ла семьи появилось в книге Дж. Хейли (1973) «Необычная психотерапия». Он отметил тот факт, что симптомы кризиса чаще всего возникают в точках пере­хода от одного этапа к другому. Во время переходных периодов перед членами семьи встают новые задачи, требующие существенной перестройки их взаи­моотношений. Чтобы перейти на новую ступень своего развития, семье необ­ходимо совершить изменения в своей структурной организации, адаптировать­ся к текущей ситуации и выработать свой новый образ. Периоды стабилизации в точке перехода сменяются кризисными периодами, успешность прохожде­ния которых влияет на функционирование семьи на новых этапах. Но так как эти изменения, в отличие от ситуативно обусловленных, связаны с кризисами развития, в литературе они определяются как «нормативные». Именно в эти моменты способы достижения целей, прежде использовавшиеся в семье, уже не могут быть эффективными при удовлетворении возникших у ее членов но­вых потребностей.

Каждый новый этап связан с изменением всех основных параметров струк­туры семьи. Многие семьи успешно разрешают эту ситуацию, перестраиваясь

32

и адаптируясь к новым условиям. Этот процесс, как правило, сопровождается личностным ростом членов семьи. Однако если семье не удается перестроить­ся, то решение задач последующего периода жизненного цикла семьи затруд няется, что может, в свою очередь, усугубить прохождение очередного норма тивного кризиса (см. табл. 2). Исследования жизненного цикла семьи показали что в моменты нормативных стрессов семьи нередко возвращаются к ранним моделям функционирования (механизм «регрессии») либо останавливаются в своем развитии, фиксируясь на определенном этапе (механизм «фиксации»)

Динамика отношений в семье

(интегрированнаяпериодизацияжизненногоцикласемьи)

Таблица 2

Этапы и кризисные периоды жизненного цикла семьи Задачи развития семьи
Период ухаживания

1. Формированиеидентичности.

2. Дифференциацияотродительскойсемьиидостижение эмоциональнойифинансовойнезависимостиотродителей.

3. Обретениемолодымчеловекомадекватноговозрасту статуса.

Кризис 1 . Принятие на себя супружеских обязательств

Адаптациясупруговксемейнойжизниидругкдругу:

1. Установлениевнутреннихграницсемьииграницобщенияс друзьямииродственниками.

2. Разрешениеконфликтамеждуличнымиисемейными потребностями.

3. Установлениеоптимальногобалансаблизости/отдаленности.

4. Решениепроблемысемейнойиерархиииобластей ответственности.

5. Достижениесексуальнойгармонии (сексуальнаяадаптация).

6. Решениежилищныхпроблемиприобретениесобственного имущества

Кризис 2. Освоение супругами родительских оолей и принятие факта появления в семье новой чинности

Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Уходзамаленькимребенком. 2. Перестройкаструктурысемьивсвязиспоявлениемребенка. 3. Адаптациякдлительномупериодууходазаребенком. 4. Поощрениеростаребенкаиобеспечениеегобезопасностии родительскогоавторитета.

5. Согласованиеличныхисемейныхцелей

Семья реенка дошкольника и младшего школьника
( ризис 3. Включение \ етей во внешние •оциальные структуры цетский сад , школа ) Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Перераспределениеобязанностейвсемьевсвязис поступлениемребенкавдетскийсадилишколу. 2. Проявлениеучастияприналичиипроблемсвыполнением оежимныхмоментов, дисциплиной, учебойидр. 3. Распределениеобязанностейпопомощиребенкупри тодготовкедомашнихзаданий

33

Этапы и кризисные периоды жизненного цикла семьи Задачи развития семьи
Семья подростка
Кризис 4. Принятие факта вступления ребенка в подростковый период , экспериментирование с его независимостью

Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач:

1. Перераспределениеавтономиииконтролямежду родителямиидетьми.

2. Изменениетипародительскогоповеденияиролей. 3. Подготовкакуходуподросткаиздома

Фаза , в которой выросшие дети покидают дом
Кризис 5. Выросший ребенок покидает дом

Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Сепарацияребенкаотсемьи. 2. Корректныйуходиздома.

3. Поступлениевучебноезаведение, навоеннуюилииную службу

Семья , в основном вь шолнившая свою родительскую функцию ( «опустевшее гнездо» )1
Кризис 6. Супруги вновь остаются вдвоем Реорганизациясемьидлявыполненияновыхзадач: 1. Пересмотрсупружескихвзаимоотношений. 2. Перераспределениеобязанностейивремени. 3. Адаптациякуходунапенсию
Фаза , в которой кто - то из партнеров остается один после смерти другого
Кризис 7. Принятие факта смерти одного из супругов

Реорганизациясемьи: 1. Адаптацияовдовевшегопартнеракодиночеству. 2. Поискновыхсвязейссемьей.

3. Принятиеуходаипомощиотчленовсемьиилисоциального окружения

Таким образом, семья в своем развитии проходит ряд этапов, каждый из которых заключает в себе как кризисы, так и возможности личностного роста членов семьи и развития семейной системы в целом. С переживанием кризиса связан риск неопределенности будущего, естественный для любого развития, и столь же естественное стремление избежать этого риска. Если семья как система пытается избежать изменений, обусловленных ее естественной дина­микой, то это может стать источником возникновения негативной симптома­тики у ее членов — психосоматических, сексуальных, эмоциональных рас­стройств. Выход из кризиса сопровождается либо установлением новых отношений между членами семьи, принятием новых ролей, нового уровня вза­имопонимания и взаимодействия, либо (при попытке любой ценой сохранить прежний тип взаимодействий) — нарастанием степени эмоционального отчуж­дения и нарушением внутрисемейных отношений.

1 В течение пятой и шестой фаз может иметь место кризис, связанный с созданием детьми своих собственных семей, и необходимостью родителей выстраивать отношения с новыми членами семьи. О существовании данного кризиса упоминает В. Сатир, называя его «молодые люди женятся, и в семью входят невестки и зятья».

Возможность перехода семьи на следующий этап развития обусловлена гиб­костью семейной системы, определяющей ее готовность к изменениям. Она также связана со способностью супругов приносить в психологическую «жер­тву» достигнутые на предыдущей стадии равновесие и устоявшиеся способы взаимодействия друг с другом, с детьми и третьим поколением (бабушками и дедушками). В то же время многое зависит от желания супругов сохранить се­мью, культуры их межличностных отношений и способности пересматривать свои ошибочные взгляды, от того, насколько выражено стремление поддер­живать психологически благополучные, здоровые отношения с другими членами семьи. Наличие осознанной установки на совместное с партнером раз­витие и своевременное обнаружение трудностей во взаимоотношениях обу­словливают возможность супругов корректировать свое поведение.

Ниже представлено подробное описание нормативных кризисов семьи. При их рассмотрении особое внимание будет обращено на два плана взаимоотно­шений и взаимодействия членов семьи:

1. План эмоциональных отношений.

2. План ролевых отношений.

Они определенным образом связаны между собой, вместе с тем на разных этапах развития семьи один из них всегда оказывается доминирующим. Для членов семьи оказывается более важным то одно, то другое пространство их взаимоотношений.

2.2. КРИЗИС 1. ПРИНЯТИЕ НА СЕБЯ СУПРУЖЕСКИХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Любовь — вещь идеальная, супружество — реальная; смешение реального с идеальным никогда не проходит безнаказанно.

И. Гете

2.2.1. Феноменология кризиса

С момента заключения брака начинается этап, в течение которого перед молодыми супругами встает ряд задач, связанных с адаптацией к семейной жизни и принятием новых ролей. Функционирование семьи в этот период определяется рядом факторов, среди которых можно выделить следующие: личностные особенности супругов (индивидуально-типологические свойства нервной системы, когнитивные и характерологические особен­ности, система установок на брак, мотивы выбора супруга, ценностные ориентации и т. д.);

35

микросистемные факторы (особенности внутрисемейных процессов в нуклеарной семье);

макросистемные факторы (семейная история, специфика взаимоотно­шений в расширенной семье);

внешнее социальное окружение (особенности государственного строя, семейной политики и функционирования социальных институтов, на­циональные и религиозные особенности, регулирующие семейное фун­кционирование в данной среде и т. д.);

экономические факторы (уровень материального благосостояния, нали­чие отдельного жилья и т. д.).

Первые годы супружеской жизни — важный и во многом определяющий период существования семьи. По ним можно судить о потенциальном каче­стве брака и строить прогнозы относительно стабильности данной семьи. Не­смотря на яркую эмоциональную окрашенность и романтизм, характерный для молодого супружества, данный этап семейной жизни является одним из наи­более сложных, о чем говорит приходящееся на него большое количество раз­водов. Проблемы этой стадии могут быть связаны со сложностями семейной адаптации и трудностью принятия новых ролей; зачастую они являются след­ствием неотделенности супругов от родительских семей.

Прохождение первого нормативного кризиса семьи могут осложнить сле­дующие факторы:

1. Неадекватная мотивация создания брака:

Брак как возможность восполнить дефицит. Наблюдается в случаях, ког­да один или оба супруга вступают в брак из-за желания перестать ощу­щать недостаток любви, общения, заботы, тепла, внимания, хотят избе­жать чувства одиночества и ненужности.

Брак как способ отделиться от родительской семьи. Стремление моло­дых супругов дистанцироваться от родителей является одним из наибо­лее частых неадекватных мотивов вступления в брак. В этом случае со­здание новой семьи становится специфическим коммуникативным посланием родителям о том, что их ребенок стал взрослым и имеет право на независимые решения и самостоятельную жизнь.

Брак как способ преодолеть какой-либо кризис: создание семьи из мести бывшему возлюбленному, как попытка справиться с утратой значимого человека, как способ пережить профессиональную несостоятельность и др.

Заключение брака с целью соответствовать нормам социального окруже­ния, касающимся возраста вступления в брак и других аспектов брачного поведения. Данный брак является способом избежать давления социаль­ной среды.

Пример _________________

Запсихологическойпомощьюобратиласьженщина, находящаясявсосто­янииглубокойдепрессии, связаннойсотношениямисдочерью. Онаузна­лаотом, чтобракеедочери—фикция, скрывающаяправдуоееистинной

36

сексуальнойориентации. Дочьклиентки—лесбиянка, состоящаявбракес гомосексуалистом. Онивступиливбрак, чтобынетравмироватьсвоихрод­ственниковиизбежатьпорицаниясихстороны. Клиенткаслучайноузнала правдуотбывшейвозлюбленнойеедочери, котораяобовсемрассказала материизжеланияотомстить.

Брак как компенсация чувства неполноценности. Вступление в брак может быть способом восполнить дефекты в «Я», обусловленные, как правило, патологичной Я-концепцией, являющейся следствием неразрешенных интер- и интрапсихических задач развития. В этом случае присоедине­ние к идеализированному партнеру позволяет повысить чувство соб­ственной значимости и самоуважение.

Пример

СветланаС, женщина 32 лет, обратиласьсжалобаминачувствохроничес­койусталости, апатию, отсутствиеинтересакжизни. Медицинскоеобсле­дованиеневыявилоорганическихпричиннарушений. Светланародиласьи вырославдеревневмалообеспеченнойсемьесотцом-алкоголиком. Она оченьпереживалапоэтомуповодуистыдиласьсвоегоотца. Окончившко­лусзолотоймедалью, переехалавМинскипоступилавуниверситетна факультетжурналистики. Светланавсегдапользоваласьпопулярностьюу мужчин. Навторомкурсеонапознакомиласьсмужчинойстаршееена 17 лет, известнымжурналистомизинтеллигентнойсемьи, ичерезмесяц вышлазанегозамуж. Еевпечатлилиегоуверенностьвсебе, стабильность, образованность, хорошиеманеры—всето, чего, какказалосьСветлане, ейнехватало. Однакопрактическинапротяжениивсейсовместнойжизни Светланачувствоваласебянеловкоискованновприсутствиимужа, атак­жесредиегодрузейиродственников, считаласебянедостаточноумнойи стыдиласьсвоегопроисхождения, чтосталодлянееисточникомхроничес­когонапряженияидискомфорта.

Брак как достижение. Наблюдается в случае получения одним из парт­неров материальной или социальной выгоды вследствие заключения брака.

Вынужденный брак. В данном случае вступление в брак является спосо­бом решить возникшие жизненные затруднения. К их числу можно от­нести незапланированную беременность, жилищные или материальные проблемы одного из супругов и др.

При неадекватной мотивации вступления в брак личность партнера не пред­ставляет собой ценности, важно только его наличие либо его функциональные характеристики, имеющие значение для удовлетворения потребностей.

Неадекватная мотивация вступления в брак может быть осознаваемой и неосознаваемой. В последнем случае практически неизбежно усугубление рано или поздно наступающего в любых отношениях разочарования в партнере и браке.

37

1. Значительные различия в семейных традициях, происхождении супру­гов и моделях их семейных отношений (например, в религиозных убеж­дениях, образовании, социальной и национальной принадлежности, структурных особенностях расширенных семей, возрасте и т. п.).

2. Материальная, физическая или эмоциональная зависимость пары от чле­нов расширенной семьи.

3. Заключение брака после периода ухаживания продолжительностью ме­нее шести месяцев или свыше трех лет.

4. Личностные особенности одного или обоих супругов, связанные с уста­новлением отношений привязанности, прежде всего — наличие у су­пругов способности устанавливать близкие отношения, присоединяться и отделяться друг от друга, не испытывая при этом сильного диском­форта.

5. Наличие дисфункциональных семейных паттернов в расширенных се­мьях супругов.

Создавая семью, супруги оказываются перед необходимостью решить ряд важных задач, лежащих, прежде всего, в сфере эмоциональных отношений. Одна из них — усиление эмоциональной связи в супружеской подсистеме и отделение от родительской семьи без разрыва эмоциональных контактов с ней или реактивного бегства в другие заменяющие отношения. Супруги, с одной стороны, должны научиться принадлежать друг другу, не теряя близости с рас­ширенной семьей, с другой стороны — быть частью собственной семьи, не те­ряя своей индивидуальности. Только в этом случае брак становится процес­сом, в котором оба партнера и семьи в целом проходят путь индивидуации — сепарации, получая возможность переживать близость, сохраняя при этом ощущение своей отдельности и автономности.

На уровне семейной системы отделение супругов от родителей связано с установлением внешних границ молодой семьи — невидимого барьера, кото­рый регулирует объем контактов партнеров с внешним миром, в том числе и с членами расширенной семьи (см. табл. 2). Этот барьер защищает автономию молодой семьи посредством регулирования отношений близости и иерархии. В парах, не прошедших сепарацию от родительских семей, существенно осложняется формирование близких взаимоотношений между супругами. По­следние боятся признать отличия друг в друге, поскольку их непохожесть может оказаться столь значительной, что будет представлять угрозу для их отноше­ний.

Задача установления внешних границ включает в себя также решение во­просов, кто из знакомых и друзей мужа и жены будет допущен в семью и как часто, насколько разрешено пребывание супругов вне семьи без партнеров, как проводить отпуск и т. п. Наличие внешних границ и их гибкость обеспечивает молодым супругам определенную частную жизнь и возможность концентри­ровать усилия на построении взаимоотношений друг с другом. Решение дан­ной задачи предполагает установление в расширенной семье оптимального баланса сплоченности — индивидуации ее членов. В слитных семьях, члены которых чрезмерно привязаны друг к другу, действует много центростремитель-

38

ных сил, наблюдаются крайности в эмоциональной близости и лояльности, существует страх различий как опасность для существования такой семьи, в связи с чем велика взаимная эмоциональная вовлеченность. Отдельные члены такой семьи не могут действовать независимо друг от друга и имеют мало лич­ного пространства. При этом отношения супругов с их родителями характери­зует короткая психологическая дистанция, сверхблизость и высокая взаимоза­висимость, что затрудняет адаптацию супругов друг к другу и семейной жизни.

На индивидуальном уровне эмоциональная зависимость от родителей про­является в тревожной привязанности супруга (супругов) к ним, которая либо открыто выражается, либо реактивно отвергается посредством резкого дистан­цирования и формирования псевдонезависимых отношений. Однако послед­ние не только не исключают сверхблизости, но и предполагают ее, являясь ее оборотной стороной. Чем значительнее степень зависимости супругов, тем экстремальнее усилия в ее преодолении через установление дистанции и отри­цание важности семьи.

Так, дистанцирование (эмоциональный разрыв) является одним из спосо­бов, к которому прибегают молодые супруги, чтобы выйти из слитной роди­тельской семьи и справиться с возрастающей тревогой и напряженностью в сверхблизких отношениях. Однако неудовлетворенная потребность в близос­ти приводит к интенсификации супружеских отношений, индуцируя в них рост напряжения, обусловливающего характерную динамику эмоциональной бли­зости между супругами. В результате структура отношений в молодой семье приобретает вид набора альянсов и разрывов или чередующихся периодов сверхблизости и взаимного отчуждения.

Способность пары к близким и независимым отношениям зачастую опре­деляется тем, насколько каждому из супругов удалось стать самостоятельной личностью в родительской семье. М. Боуэн утверждает, что тех, кому не уда­лось обрести автономию в рамках родительской семьи, отличает эмоциональ­ная холодность или склонность к слиянию с партнером (Боуэн М., 2005). Вы­сокий уровень слияния супругов достаточно часто встречается в молодых семьях, что в определенной мере помогает паре достичь ценностно-ориента-ционного единства — своеобразного «мы» пары. Это процесс, в котором, по словам К. Витакера, двое отказываются от своего лица и становятся никем ради того, чтобы стать частицами симбиотического союза под названием брак (Ви-такер К., 1988). Данные отношения формируются, как правило, за счет силь­ного подавления индивидуальных потребностей одного или обоих супругов, что вызывает страх утраты своего «Я» и приводит к аккумуляции напряженно­сти в паре. Однако когда «нарциссический» период идеализации партнера про­ходит, попытки выйти из слияния и отстоять свое «Я» могут стать источником высокого напряжения и конфликтов в паре.

Деидеализация является нормативным этапом развития эмоциональных отношений в паре, которому, как правило, предшествуют бурные романтичес­кие переживания, приписывание партнеру идеальных черт, ощущение боль­шой любви и эмоциональной близости с ним. Крушение иллюзий, происходя­щее в дальнейшем, неизбежно, так как идеализация является лишь фазой в эмоциональном цикле, следующий этап которого — разочарование, утрата

39

позитивных эмоций, возникновение безразличия и скуки в отношениях парт­неров, что может привести к их распаду.

Наиболее оптимальным вариантом является формирование способности свободно передвигаться между полюсами «индивидуация» — «сопринадлеж­ность». Когда супруги свободны для перехода от слияния к индивидуации, они получают новые личностные силы и возможности. Тогда они могут принадле­жать паре, не теряя себя, своего «Я», сознательно присоединяться или отде­ляться, не испытывая при этом чувства вины и тревоги. Способность молодых супругов к автономному функционированию помогает им избежать эмоцио­нальной реактивности, приводящей к поляризованным (комплементарным) отношениям: преследователь — дистанцирующийся, агрессивный — покор­ный, независимый — требовательный и т. д., предполагающим необходимость взаимного приспособления партнеров, в отличие от симметричных отноше­ний, основанных на равенстве и сходстве. Преувеличенная комплементарность создает дисфункциональную подсистему, отличающуюся ригидностью и жест­кой фиксацией ролей, что обусловливает низкую способность семьи приспо­сабливаться к переменам (в частности, связанным с прохождением стадий жизненного цикла семьи и сопровождающих их нормативных кризисов) и сни­жает ее адаптивный потенциал.

Обретение независимости в сочетании со способностью к близким отно­шениям — одна из самых сложных задач, решение которой занимает порой всю жизнь. «...Для того, чтобы быть полностью связанным с другим человеком, вам придется сначала найти связь с самим собой. Если мы не можем смириться со своим одиночеством, мы начинаем использовать другого как укрытие от изо­ляции. Только когда человек сможет жить подобно орлу, не имея возможности высказаться кому бы то ни было... только тогда он будет способен заботиться о росте другого. Итак, если человек не способен разрушить свой брак, этот брак заключен на небесах» (Ялом И., 2002, с. 384).

Помимо решения эмоциональных проблем, связанных с установлением оптимальной психологической дистанции, молодым супругам также необхо­димо распределить семейные роли и области ответственности, решить вопро­сы семейной иерархии, выработать приемлемые формы сотрудничества, раз­делить обязанности, согласовать систему ценностей, пройти сексуальную адаптацию друг к другу. Именно на этом этапе партнеры ищут ответы на во­просы: «Каковы приемлемые пути разрешения конфликта?», «Выражение ка­ких эмоций в семье считается допустимым?», «Кто за что несет ответствен­ность и при каких условиях?». Таким образом, в течение данного кризисного периода супруги адаптируются друг к другу, ищут такой тип семейных отноше­ний, который удовлетворил бы обоих. Умение супругов разрешать проблемы, возникающие на начальном этапе семейной жизни, способствует выработке долговременных устойчивых форм поведения, действующих на протяжении всего жизненного цикла семьи и помогающих переживать последующие нор­мативные и ненормативные семейные кризисы.

40

2.2.2. Диагностика

Переживание как первого, так и последующих семейных кризисов носит индивидуальный характер для каждой семьи. Не все вышеперечисленные при­знаки кризиса будут обязательно присутствовать во всех молодых семьях. В не­которых супружеских парах он может пройти незаметно и не вызвать болез­ненных переживаний и чувства разочарования, связанного с деидеализацией партнера. Особая важность данного этапа жизненного цикла семьи связана с тем, что именно в этот момент закладываются основы будущей семейной жиз­ни. Не решенные на данном этапе задачи будут осложнять протекание после­дующих кризисов. Поэтому оказание психологической помощи молодым се­мьям представляет особую важность.

Семейный кризис можно диагностировать на основании анализа беседы с супружеской парой. Маркерами первого нормативного кризиса выступают:

О непринятие новых ролей (мужа и жены) и связанных с ними обязательств;

О низкая дифференциация от родительской семьи хотя бы одного из супру­гов, что вызывает чувство ревности у другого;

практически полное отсутствие контактов с родительскими семьями, также свидетельствующее в большинстве случаев о сложностях процес­са сепарации от родителей (более подробно этот феномен описан в тео­рии М. Боуэна);

попытки одного из супругов нарушить слияние, что вызывает чувство обиды, злость, ощущение обманутости у другого;

П рост напряжения в паре, обусловленный короткой психологической ди­станцией между супругами, проявляющийся в необъяснимом на первый взгляд периодическом росте конфликтов между супругами взаимных претензиях, чувстве усталости друг от друга;

разочарование в браке и брачном партнере, основанное на неоправдав­шихся или нереалистичных ожиданиях;

сексуальная дезадаптация супругов.

Проверка терапевтических гипотез может заключать в себе решение ряда задач и осуществляться с помощью следующих методик:

изучение семейной истории, выявление паттернов взаимоотношений, характерных для родительских и прародительских семей молодых су­пругов, влияющих на проживание данного кризиса — методика «Гено-грамма» (М. Боуэн);

выявление уровня сплоченности семьи (величины психологической ди­станции), границ семьи — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Ол-сон, Дж. Портнер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

П анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

выявление степени адекватности восприятия брачного партнера — ме­тодика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

41

определение эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова).

2.2.3. Психологическая помощь

Основные направления психологической помощи молодой семье опреде­ляются полем психологических проблем конкретной супружеской пары, при­шедшей на прием к психологу.

Наиболее частыми причинами обращения молодых супругов в психологи­ческую консультацию являются трудности в установлении границ семьи, вы­работке семейных норм и правил, распределении семейных ролей и обязанно­стей, сексуальные дисгармонии.

Психологическая помощь супружеским парам в распределении семейных ролей и обязанностей

В рамках данного направления психологу приходится работать с разногла­сиями супругов, взаимным недовольством, связанным с распределением су­пружеских ролей и обязанностей, а также конфликтами, обусловленными рас­хождениями во взглядах на семейную жизнь и межличностные отношения (Алешина Ю. Е., 1994).

В основе таких ролевых конфликтов лежат, прежде всего, различия в пред­ставлениях супругов о семейных ролях как о системе функций и обязанностей, обеспечивающих повседневную жизнь супругов и тесно связанных между со­бой. Как правило, ролевые разногласия базируются на различиях во взглядах и представлениях супругов о ценностях семейной жизни.

Этапы консультативной работы с молодой семьей по проблеме распределения семейных ролей и обязанностей:

1. Сбор конкретных жалоб супругов. Чем больше проблемных ситуаций они упомянут, тем более точные сведения об особенностях функционирования дан­ной семьи получит психолог в процессе консультирования.

2. Выявление представлений о желаемом распределении ролей и обязанностей в семье. Для того чтобы оно было более эффективным, каждый из супругов дол­жен быть осведомлен о ролевых ожиданиях и притязаниях другого партнера. На данном этапе для выявления моделей ролевых отношений и изучения се­мейных историй брачных партнеров можно использовать методику «Генограм-ма». В ситуации, когда проблемы распределения обязанностей в семье возни­кают на фоне достаточно хороших межличностных отношений супругов или же когда время работы с супружеской парой ограничено, большую помощь в консультировании могут оказать специальные техники, такие, например, как техники ведения переговоров.

42

3. Обнаружение различий между членами семьи, выяснение представлений партнеров о причинах несоответствия поведения одного партнера ожиданиям другого, степени объективности и адекватности претензий. На данном этапе консультанту часто приходится выступать в роли эксперта. Он практически не говорит о своих чувствах, но иногда советует, что следовало бы сделать, пред­лагает воспользоваться в определенные моменты каким-либо приемом. Экс­перт не навязывает определенных решений, но не отказывается содействовать в их поиске. Он координирует обсуждение, давая возможность высказаться каждому из супругов. В роли эксперта психолог может предоставлять инфор­мацию об особенностях протекания данного кризиса, о влиянии модели роди­тельской семьи на развитие отношений в супружеской паре.

Ролевой конфликт часто маскирует другие супружеские проблемы. Требуя от партнера выполнения определенной функции, супруг(а) таким образом мо­жет стремиться удовлетворить некоторые неосознаваемые индивидуальные потребности. Задачей психолога в этом случае будет оказание помощи супру­гам в осознавании своих потребностей, стоящих за предъявлением требова­ний к партнеру, и поиске альтернативных способов их удовлетворения.

Пример

Запсихологическойпомощьюобратиласьсупружескаяпара. Стажбрака— 1,5 года. Инициаторомобращениябыласупруга. Онажаловаласьнасостоя­ниеобщейусталости, нато, чтоонанеполучаетпомощиотмужавведении домашнегохозяйства. Вместестемприпопыткахмужапоучаствоватьвдо­машнихделахонаотказываетсяотегопомощи, объясняяэтотем, чтоон слишкоммедлительный, нерасторопный, неаккуратныйичтоейпрощеэто сделатьсамой. Вбеседессупружескойпаройудалосьвыявить, чтопредъяв­лениепретензийкмужуискандалыснимявляютсядляженытемспособом, которыйпозволяетприблизитьсяксупругуиполучитьеговнимание. Рас­крытиеданногофактапозволиломолодойженщинеосознатьсвоипотреб­ностиинаучитьсяудовлетворятьихболеепрямымспособом.

4. Заключение нового договора о распределении семейных обязанностей.

В работе с супружеской парой важно, чтобы психолог не вступал в коали­цию с одним из супругов, оказывая ему большую поддержку. Необходимо, со­блюдая нейтралитет, не позволять супружеской паре втягивать терапевта в бо­лее тесное взаимодействие посредством образования треугольника.

Психологическая помощь супружеским парам по проблеме установления границ семьи и оптимального баланса близости/отдаленности между супругами

Наиболее распространенные трудности, с которыми сталкиваются молодые супруги, — это трудности установления границ семьи (внешних и внутренних). При нарушении внешних границ семьи задачей консультанта является: О оказание помощи супругам в осознании данного факта; выявление отношения каждого из супругов к факту нарушения внешних границ семьи;

43

определение желаемой модели отношений семьи с окружением; О поддержка выбора супругов.

При нарушении внутренних границ задачей консультанта является: П выявление типа нарушения внутренних границ путем определения пси­хологической дистанции между супругами; П обсуждение с супругами особенностей их эмоциональной близости;

выявление потребностей супругов в изменении их отношений;

определение желаемой модели отношений между супругами;

поиск способов изменения отношений между супругами;

D оказание необходимой поддержки супругам в этом процессе.

С целью оказания психологической помощи семье в переструктурировании нарушенных внешних и внутренних границ могут быть использованы различ­ные технические приемы, в том числе и парадоксальные техники. Например, молодой супружеской паре, страдающей от постоянного вмешательства своих родителей и других родственников, которые отвергают все призывы оставить их в покое, может быть дана инструкция поблагодарить родственников и ро­дителей за помощь и попросить их проявлять еще больше внимания.

Психологическая помощь супружеским парам по проблеме сексуальной дезадаптации и сексуальных дисфункций

Сексуальные дисфункции — это состояния, при которых нарушаются обыч­ные физиологические реакции сексуальной функции (Мастере У., Джонсон В., Колодны Р., 1991). Сексуальные затруднения у мужчин и у женщин, как пра­вило, выражаются в:

отсутствии сексуального желания;

П неспособности адекватно реагировать на внешние стимулы и получать сексуальное удовлетворение.

В работе с сексуальными проблемами важным является определение того, что считать «нормальной» сексуальностью (от клиентов часто можно услышать: «Я не нормальный...»). Существует несколько подходов к определению сексу­альной «нормы»:

1. Биологическая норма. На основе функциональных и анатомических кри­териев в качестве «нормы» признается гетеросексуальность.

2. Статистическая норма. В качестве нормального принимается сексуаль­ное поведение, характерное для большинства людей (с учетом контек­ста: эпохи, культуры и пр.).

3. Нравственная норма. Нормальным считается сексуальное поведение, одобряемое социальными и религиозными институтами.

4. Юридическая норма. Нормальным считается сексуальное поведение, раз­решаемое законом.

5. Психологическая норма. Критерии данной нормы будут различны в зави­симости от психологического направления, но в целом их можно свести

44

к некоторой общей концепции, для обозначения которой мы восполь­зуемся определением американского психолога Гордона: нормальное сексуальное поведение — это поведение добровольное, не принудитель­ное, приятное и лишенное чувства вины.

Сексуальные дисфункции могут быть первичными (существующие всегда), вторичными (появившиеся в определенный период) или обстоятельственны­ми (проявляющиеся в отношениях с данным партнером или в определенных условиях). Представления о природе сексуальных дисфункций ориентируют дальнейшую работу с парой: так, первичная дисфункция имеет часто физио­логическую причину, и в этом случае уместно параллельно с психологической работой предложить клиенту (супружеской паре) получить консультацию у специалиста-сексолога.

Причины сексуальных дисфункций:

1. Анатомические и физиологические факторы. Эта группа факторов должна находиться в зоне особого внимания консультанта, работающего с супружес­кой парой, особенно в случае проблем с эрекцией или болей в области таза у одного из супругов. Кроме того, следует помнить о медикаментозных эффек­тах: было бы серьезной ошибкой работать с клиентом по поводу отсутствия у него сексуального желания, пренебрегая тем, что он принимает антидепрес­санты, ингибирующие сексуальное желание.

2. Психологические факторы (индивидуальный уровень семейного функци­онирования). Главными психологическими факторами, продуцирующими сек­суальные дисфункции, являются тревога (спровоцированная желанием быть успешным в сексе, нравиться, впечатлять партнера), а также травматизм и вли­яние первого сексуального опыта.

3. Пара и особенности ее коммуникации (микросистемный уровень функци­онирования семьи). На возникновение сексуальных дисфункций оказывает влияние качество отношений в супружеской паре, а также трудности управле­ния агрессией.

4. Социокультурные факторы (мегасистемный уровень функционирования семьи). Причиной сексуальных проблем нередко выступает чувство стыда, представления партнеров о непристойности и «правильном» сексуальном по­ведении, а также социальные стереотипы, определяющие сексуальное поведе­ние (мужчины должны быть активными, женщины — нет).

В ситуации обращения супружеской пары по поводу сексуальных проблем консультанту необходимо выяснить особенности сексуальных отношений в супружеской паре (опыт добрачных сексуальных отношений, совместимость сексуальных сценариев, интенсивность половой жизни, степень удовлетворен­ности каждого из супругов сексуальным аспектом отношений в браке). Важно понять характер сексуальных проблем, уточнить, когда они возникли, как про­являются, существуют постоянно или возникают периодически, попросить сформулировать, в чем супруги видят причину этих проблем.

45

Пример

ИринаС, 24 года, замужем, детейнет. Стажбрака 11 месяцев. Втечение несколькихмесяцев, вплотьдообращениязапсихологическойпомощью страдалаобщимнедомоганием, раздражительностьюичастымиголовны­миболями. Врач, укоторогонаблюдаласьИринаС, ненашелникаких биологическихоснованийдляэтихсимптомовирекомендовалейвстречус психологом. ВходебеседсИринойС. быловыяснено, чтоеесимптомы, какправило, появляютсяповечерам. Уточняющиевопросыобособеннос­тяхвечернеговремяпрепровождениясемьипозволилиустановитьналичие трудностейвсексуальныхотношенияхсупружескойпары. Данныйсимптом позволялклиенткеизбегатьчрезмерночастых (поеемнению) сексуальных контактовсмужем. Такимобразом, симптоматическоеповедениевыступа­локаксредствоконтроляИринойС. сексуальногоповеденияеемужа. Когдаоначувствовалаусталостьиголовнуюболь, тоуходиласпатьвсо­седнююкомнату, «чтобынемешатьмужуотдыхать», предупреждаяего сексуальнуюактивность. Вдальнейшемработапроводиласьссупружеской паройсцельюсогласованиясексуальныхсценариевпартнеров.

Большинство сексуальных дисфункций (кроме тех, которые вызваны орга­ническими причинами) формируются из-за трудностей управления агресси­ей, что может быть обусловлено индивидуальными особенностями супругов или спецификой правил данной семьи (например, табу на выражение агрес­сии). Дисфункция агрессии может размешаться на трех различных уровнях: П на уровне желания и эротических фантазий: партнер предпочитает по­давлять или сдерживать свои сексуальные реакции из-за тревоги, свя­занной с возбуждением или осознанием своего желания (фантазии час­то содержат агрессивный компонент, который может вызывать тревогу; страх этой агрессии блокирует сексуальную энергию, что приводит к воз­никновению сексуальных дисфункций);

на уровне телесных действий, которые обусловливают получение сексу­ального удовольствия — подавленная физическая агрессия мешает до­стигать удовольствия;

на уровне метакоммуникации: партнер испытывает недовольство каки­ми-либо действиями другого, но не сообщает ему об этом, поскольку су­пруги не допускают открытого проявления агрессии в отношениях, существует табу на агрессивную составляющую их посланий. В этом слу­чае сексуальный симптом становится способом выразить агрессию парт­неру, избегая ответственности.

Таким образом, патологическое воздействие на отношения оказывает не столько агрессия, сколько ее маскировка, скрытая манифестация или подав­ление. Отсюда важным направлением работы с супружеской парой является отреагирование подавленной агрессии и обучение партнеров конструктивным способам выражения чувств негативного спектра.

Трудности, с которыми встречается психолог при консультировании кли­ентов с сексуальными проблемами, могут быть также связаны с их нереалис­тичными ожиданиями и низким уровнем психологической культуры. Поэтому

46

нередко важным является информирование супругов с целью повышения их сексуальной грамотности.

Для эффективного консультирования супружеских пар по проблемам сек­суальных дисфункций необходимо придерживаться следующих правил (Стар-шенбаум Г. В., 2003):

1. Для адекватного реагирования на соответствующие затруднения супру­жеской пары психолог не должен быть отягощен собственными сексу­альными проблемами.

2. Психолог должен уметь свободно и открыто говорить о сексуальных про­блемах, не употреблять завуалированных выражений и правильно ис­пользовать сексологическую терминологию.

3. Психолог в некоторых случаях должен первым начать разговор о воз­можных сексуальных проблемах пары, легализуя прямое обсуждение по­добных вопросов и предупреждая неловкость супругов.

4. Психолог должен быть осведомлен в области сексологии, чтобы иметь возможность предоставить паре необходимую информацию (анатомия, психология полов, контрацептивные средства).

5. Психолог должен адекватно оценивать свои возможности. Не следует заниматься сексотерапией без специальной подготовки.

6. Психолог должен знать, в каких случаях необходимо направлять пару к другим специалистам, и предоставлять супругам информацию о возмож­ности получения соответствующей помощи.

7. Психолог должен оставаться нейтральным при оценке сексуального по­ведения супружеской пары.

Наиболее известным методом лечения сексуальных дисгармоний является сексуальная терапия. Это вариант поведенческой терапии, разработанный У. Мастере и В. Джонсон и дополненный психодинамическим подходом X. Кап-лан. Он основан на представлениях, согласно которым симптомы сексуальной дисфункции у клиента отражают сексуальные проблемы пары в целом, а сами сексуальные проблемы, в свою очередь, связаны с недостаточным взаимопо­ниманием в супружестве (Старшенбаум Г. В., 2003).

Сексуальные затруднения в супружеской паре не являются специфичными для данного кризиса супружества. Они могут актуализироваться на любом этапе жизненного цикла семьи.

47

2.3. КРИЗИС 2. ОСВОЕНИЕ СУПРУГАМИ РОДИТЕЛЬСКИХ РОЛЕЙ И ПРИНЯТИЕ ФАКТА ПОЯВЛЕНИЯ НОВОГО ЧЛЕНА СЕМЬИ

Семья начинается с детей. А. И. Герцен

2.3.1. Феноменология кризиса

Второй нормативный кризис традиционно рассматривается как переход­ный этап жизненного цикла семьи, обусловленный фактом рождения ребен­ка. При этом психологи, анализируя особенности протекания данного кризи­са, часто игнорируют период зачатия ребенка и беременности матери. Тем не менее многие проблемы, по поводу которых обращается молодая семья, зача­стую связаны с особенностями развития супружеских отношений во время ожи­дания рождения ребенка. По этой причине мы сочли необходимым проанали­зировать кризисные аспекты, связанные с беременностью и отношениями между супругами в этот период, а также после рождения ребенка.

Успешное прохождение данного кризиса предполагает, что супруги справи­лись с задачами предыдущей, диадической стадии. Здесь наиболее актуальным становится план ролевых отношений в семье. Пары, которым удалось достичь близости без существенного ущерба для автономии и успешно разрешить кон­фликты предыдущего этапа, с большей вероятностью безболезненно примут роли отца и матери.

Факторами, позволяющими быстрее и легче освоить родительские роли, являются:

продолжительность периода ухаживания — не менее года и не более трех лет;

наличие диадического периода в развитии супружеских отношений, в течение которого партнеры могут подготовиться к рождению ребенка и принятию новых социальных ролей. Рождение ребенка сразу после свадь­бы либо в первый год супружества затрудняет процесс принятия факта материнства и отцовства.

Если первый ребенок, вопреки семейным сценариям супругов, не рождает­ся в первые 3-5 лет семейной жизни, это может указывать на наличие проблем в супружеской паре.

Переход к родительской роли обычно начинается с желания иметь детей. Как правило, решение зачать ребенка определяется совокупностью мотивов, часть из которых может не осознаваться супружеской парой. Эти мотивы взаимодо­полняют друг друга на фоне доминирования одного из них. Часто мотивы жен-

48

щины и мужчины оказываются различными, и нередко супруги об этом узнают лишь на приеме у психолога. При этом необходимо различать конструктивные мотивы, способствующие укреплению семьи, личностному росту супругов, благо­получному рождению и развитию ребенка, и деструктивные, приводящие к об­ратным результатам (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003).

Пример ________________________________________________________________^

Законсультациейобратиласьженщина 34 летвсвязиспереживаниямипо поводупотеритретьегоребенка, которыйродилсямертвымнасроке 8 ме­сяцев. Избеседывыяснилось, чтоонарешиласохранитьбеременность, несмотрянапротивопоказанияврачейиплохоеобщеесамочувствие (унее былаудаленащитовиднаяжелеза). Изучаясемейнуюисториюспомощью методики«Генограмма»быловыявлено, чтоматьклиенткитожепотеряла

Таблица 3 Мотивация беременности

Конструктивные мотивы беременности Деструктивные мотивы беременности
Стремлениедатьжизньдругому человекусовсейегоуникальностью инеповторимостью

Стремлениеиметьсущество, котороевоплотит нереализованныепланы, мечтыистремленияматери.

Стремлениеженщиныизбежатьодиночества («чтобы былхотьодинблизкийчеловек», «чтобычувствовать себякому-тонужной»).

Способвосполнениядефициталюбвиксамойсебе («хотькто-тобудетменялюбить»)

Беременностькакспособпринад­лежатьсемейнойсистеме («внашей семьевсеженщинырожалипервого ребенкав 22 года») Беременностькаксоответствиесоциальныможиданиям («бытькаквсе», «возраствынуждает», «родителихотят иметьвнуков», «увсехподругужеестьдети», «мужочень хотелребенка»идр.)
Беременностькаквыражение обоюдногожеланиясупруговиметь ребенка («мылюбимдругдругаи хотимиметьобщегоребенка») Беременностькакспособсохраненияотношенийи удержаниясупругавбраке («привязатьмужа», «вернуть мужа», «предотвратитьегоуходизсемьи»идр.)
Стремлениебытьматерьюкакре­зультатпсихофизиологическойго­товностиженщиныкматеринству («хочузаботитьсяоребенке», «хочу ощутитьрадостьматеринства»идр.) Беременностькакспособдостиженияпсевдодифферен­циацииотродительскойсемьи («показатьродителям, чтостал(а) взрослымчеловеком», «родилавсемназло»). Беременностькакспособлегализациибрака («вынудить родителейсмиритьсясбраком»)
Материальныемотивы («улучшитьжилплощадь», «приоб­рестистатусмногодетнойсемьииполучитьльготы»идр.)
Беременностьрадисохранениясобственного здоровья («абортвредендляздоровья», «боюсь, что послеабортанесмогуиметьдетей», «беременность омолаживаеторганизм»)
Беременностькакотказотпрошлого, каксимволнового этапавжизниженщиныиликакспособперечеркнуть «бурное»прошлое.

1 Данный мотив является конструктивным при его рассмотрении на макросистемном уровне психологического функционирования семьи. Он обеспечивает чувство принадлежности к своему роду и чаще всего является неосознаваемым. В случае его несовпадения с индивидуальными потребно­стями женщины этот мотив можно считать деструктивным.

49

третьегоребенка. Такимобразом, можнопредположить, чтонафонепло­хихотношенийсматерью, продолжавшихсямногиегоды, потеряребенка быладляклиенткибессознательнымспособом«доказать»своюпринад­лежностьксемьеиприблизитьсякматери (иметьпохожийопыт).

Некоторые мотивы, описываемые рядом авторов как конструктивные, на наш взгляд, представляют собой примеры мотивов нарциссического характе­ра, где ребенок рассматривается в качестве нарциссического расширения: «стремление к бессмертию в виде повторения себя в ребенке», «рождение и воспитание такого человека, которого еще не было» и др.

Семья, ожидающая ребенка, стоит на пороге серьезных изменений и, по мнению многих специалистов, становится уязвимой и нестабильно функцио­нирующей. Изменения, происходящие с женщиной в связи с фактом беремен­ности, влияют на психологическую обстановку и характер взаимоотношений в супружеской паре. В свою очередь, семейная ситуация обусловливает психо­эмоциональное состояние будущей матери и, соответственно, оказывает вли­яние на развитие плода.

С целью прогнозирования отклонения от адекватного материнского пове­дения и планирования психологической помощи семье, ожидающей ребенка, разрабатываются типологии и способы выявления отношения женщины к бе­ременности. Разные авторы предлагают схожие классификации типов (стилей) переживания беременности: оптимальный, гипогестогнозический, эйфориче-ский, тревожный, депрессивный (Добряков И. В., 2003, в кн.: Эйдемиллер, Доб­ряков, Никольская); адекватный, тревожный, эйфорический, игнорирующий, амбивалентный, отвергающий (Филиппова Г. Г., 2002). В данном учебном по­собии более подробно представлена типология переживания беременности и методика для ее диагностики, разработанные И. В. Добряковым. Все типы от­ношений к беременности, кроме оптимального (адекватного), нуждаются в психологической коррекции.

Ожидание ребенка переживается многими женщинами как эмоциональный кризис, стресс, поворотный пункт или болезнь. Беременность, особенно пер­вая, — это кризисный момент, связанный с формированием женской идентич­ности и подтверждением половой принадлежности будущей матери.

Биологические и нейроэндокринные изменения, происходящие в организ­ме беременной женщины, приводят к особому типу психологического стрес­са, характеризующегося рядом переживаний, сопровождающих беременность. Решение о необходимости оказания будущей матери психологической помо­щи принимается в зависимости от их характера и степени выраженности. Нор­мативные переживания, сопровождающие беременность, могут изменяться под воздействием факторов, оказывающих негативное влияние на ее протекание и состояние будущей матери и ребенка. Их можно объединить в три группы:

/. Отношение женщины к себе беременной и эмоциональные переживания, со­провождающие период беременности.

Эта группа переживаний связана с естественным изменением восприятия себя как на телесном, физиологическом, так и на психологическом уровне.

50

В период беременности происходят переоценка ценностей и смысложизнен-ных приоритетов, переориентация в плане выполняемых социальных ролей и взаимоотношений с другими людьми. Осознание и принятие факта беремен­ности является отправной точкой для развития творческой адаптации к новой жизненной ситуации. Если женщина не принимает свое новое состояние, это может вызвать у нее ряд болезненных переживаний (появление страхов, тре­вог и опасений). Для коррекции этого состояния часто необходима специаль­ная психологическая поддержка.

Наиболее оптимальным вариантом является принятие факта беременности на трех уровнях: когнитивном, эмоциональном и поведенческом. Понимание факта своей беременности не всегда сопровождается эмоциональным приня­тием данного события и изменениями в поведении. Это может выражаться в негативном отношении к беременности (эмоциональный уровень), сокрытии данного факта, а также поддержании прежнего образа жизни (поведенческий уровень). Беременная женщина может игнорировать происходящие с ней из­менения и продолжать взаимодействовать с окружающей действительностью так же, как до беременности (носить узкую стесняющую одежду, не изменять режим работы, отдыха, питания, не отказываться от вредных привычек и т. д.). В этом случае она не успевает подготовиться к изменениям и принять факт своей беременности.

Восприятие себя в новом образе, статусе и роли опосредуется для будущей матери постоянно существующим в этот период знанием о своей беременнос­ти и ощущением ребенка внутри себя. С момента осознания и внутреннего принятия себя как будущей матери у женщины обнаруживается в различной степени выраженное амбивалентное отношение к беременности. Оно прояв­ляется в наличии противоречивых аффектов, опасений и страхов, связанных с предстоящими родами, иногда доходящих до паники. Может возникать неуве­ренность в своих способностях родить и стать полноценной матерью. Возмож­ны страхи за здоровье и судьбу будущего ребенка, обеспокоенность возмож­ным ухудшением материального положения своей семьи, ущемлением личной свободы. Беременность также связана с изменением образа телесного «Я» и ощущением собственной сексуальной непривлекательности.

К данной группе переживаний можно также отнести симптом эмоциональной лабильности (Овчарова Р. В., 2003), который в той или иной мере присущ всему периоду беременности. Он характеризуется эмоциональной дезадаптивностью, проявляющейся в колебаниях фона настроения — от ощущения скуки, медли­тельности, заторможенности до угнетенности и возрастающего недовольства собой. У одних женщин может возникать ощущение высшей удовлетвореннос­ти, у других, наоборот, возрастает пассивность, отмечается легкая депрессия.

В случае чрезмерной выраженности данных переживаний и усиления нега­тивной симптоматики беременной женщине требуется оказание психологи­ческой помощи.

2. Отношение к ребенку внутри себя.

Ощущения внутренних движений ребенка позволяют беременной женщи­не окончательно принять факт ее материнства. В этот период у нее формиру-

51

ется отношение к ребенку как к отдельному существу, возникает внутренний диалог с ним, начинает складываться его образ. В норме этот период окрашен в теплые эмоциональные тона.

Непринятие новой жизни в себе сопровождается негативным отношением к движениям ребенка, раздражением, желанием, чтобы «все это поскорее за­кончилось», отсутствием внутреннего диалога с ребенком либо его наполнен­ностью агрессивными посланиями. Могут возникнуть фантазии, что внутри собственного тела «поселилось некое опасное существо», «паразит, который сосет из женщины соки, делает ее некрасивой, разрушает, обессиливает» (в практике авторов встречались клиентки, у которых возникали образы «чужо­го», «монстра», сопровождающиеся страхами собственной смерти при рожде­нии ребенка). Нередки случаи, когда появляются агрессивные чувства по от­ношению к мужу как к «виновнику» произошедшего.

Фантазии и ожидания матери во время беременности влияют на ее перво­начальные реакции по отношению к родившемуся ребенку. Ощущения и на­строения, сопровождающие телесные изменения при беременности, способ­ствуют регрессии и дают беременной женщине шанс разрешить прежние и текущие конфликты между ней и ее матерью, а также интегрировать свои фан­тазии в оформленное представление о ребенке. Беременность представляет собой кульминацию желаний, зародившихся еще в раннем детстве, а также подтверждает идентификацию с матерью. Возрождаются амбивалентность и конфликты ранних этапов собственного развития будущей матери. То, в какой степени женщина способна разрешить конфликты периода детства и интегри­ровать ранние желания и фантазии, оказывает большое влияние на ее перво­начальные реакции по отношению к ребенку и ее обращение с ним (Тайсон Р., Тайсон Ф., 1998).

3. Отношение к окружающему миру.

В период беременности женщины отличаются повышенным вниманием к своему внутреннему миру, переживаниям и ощущениям (так называемая «эго­центрическая ориентация беременных»). Параллельно с этим снижается зна­чимость событий внешнего мира, изменяется восприятие действительности, привычного окружения. В некоторых случаях возникает ощущение покинуто­сти, одиночества, недоверие к окружающим людям.

Связь беременной женщины с ребенком часто обусловливает ее регрессию. Будущая мама может стать капризной, требовательной, чрезмерно сентимен­тальной, ранимой в отношениях с мужем и другими членами семьи. В связи с этим возникает необходимость особого внимания и заботы со стороны супру­га и родственников.

Рождение нового члена семьи является кризисным событием, которое де­стабилизирует семейную систему и может привести к ряду трудностей. С по­явлением ребенка перед супругами встает необходимость снова перестраивать взаимоотношения (актуализируются проблемы иерархии, близости и т. д.), которые стабилизировались на предыдущей стадии. Изменяется состав семей­ных подсистем, возникают новые аспекты отношений с родственниками. Все это для некоторых членов семьи выступает источником болезненных пережи-

52

ваний. По словам С. Минухина, рождение ребенка знаменует появление в се­мье новой диссипативной (упорядочивающей) структуры. Это неизменно при­водит к переструктурированию супружеского холона (супружеской подсисте­мы) и нередко ставит под угрозу существование всей семьи (Минухин С, фишманЧ., 1998).

Факт рождения ребенка обозначает переход диадических отношений в се­мье в триадные: формируется треугольник отношений, включающий в себя родителей и ребенка. По сути, триангуляция имеет место уже в период беремен­ности, так как еще не рожденный ребенок имплицитно присутствует в семье.

Понятие «треугольник» было впервые введено М. Боуэном и в настоящее время широко используется в психологии и психотерапии семьи. Треугольни­ки — это любые взаимоотношения с тремя каналами связи. Основной семей­ный треугольник состоит из отца, матери и ребенка. Существует предположе­ние о том, что взаимоотношения любых двух участников треугольника зависят от его третьей стороны. Чем ближе друг другу двое людей, входящих в тре­угольник, тем больше дистанция между ними и третьим участником данной структуры. Формирование треугольников и вовлечение третьего во взаимоот­ношения обычно способствует снижению напряжения в первоначальной диа­де. В период после рождения ребенка на периферии треугольника, как прави­ло, находится отец, а между матерью и ребенком образуются симбиотические отношения. В то же время роль отца очень важна для существования диады «мать—ребенок». Она заключается в том, что он может периодически брать на себя функции ухаживающего объекта, позволяя матери на время дистанциро­ваться от ребенка и отдохнуть от интенсивных отношений с ним. Таким обра­зом, он на время становится «символической матерью жены» (Витакер К., Бам-берри В., 1997).

В этот период отец может почувствовать себя исключенным из семьи, пере­живать чувство ревности, поскольку мать все свое внимание направляет на ребенка. В ответ на дистанцирование супруги у мужа нередко возникают чув­ство «эмоционального голода» (Витакер К., Бамберри В., 1997) и потребность искать близость с другими членами семьи, вне семьи, либо уходить в сферу профессиональных достижений, еще больше таким образом отдаляясь от се­мьи. Жена, ожидающая от мужа эмоциональной поддержки и помощи по ухо­ду за ребенком и ведению домашнего хозяйства, не получая желаемого, может начать переживать обиду и предъявлять претензии к мужу. Результатом, как правило, становится усиление концентрации супруги на ребенке, что прово­цирует новую волну дистанцирования мужа. Тем самым ребенок уже с первых дней жизни выступает регулятором психологической дистанции между роди­телями. Однако подобные циркулярные процессы могут привести к эмоцио­нальному разрыву как дисфункции супружеской пары.

В это время вновь становятся актуальными проблемы внешних границ семьи. Рождение ребенка представляет собой факт объединения двух семей. Появляются новые роли — бабушки и дедушки; меняется интенсивность кон­тактов с родительскими семьями. Брак, который в расширенной семье не при­знавался либо рассматривался как временный, с рождением ребенка часто ле­гализуется.

53

Одним из обстоятельств, которое осложняет протекание данного норматив­ного кризиса, является послеродовая депрессия у матери. Причинами ее воз­никновения могут служить:

особенности протекания беременности и родов;

наличие эндокринных нарушений; П токсикоз беременности;

физическая незрелость и неготовность к беременности и родам, в том числе и психологическая неготовность к материнству;

нежелательная беременность;

нарушение полоролевой идентичности женщины;

недифференцированность от матери;

нарушение взаимоотношений с мужем;

профессиональные и материальные проблемы, связанные с рождением ребенка.

А. Кемпински (2002) выделяет следующие формы послеродовой депрессии: О неврастеническая, проявляющаяся в замученности, раздражительности, ухудшении умственных и физических способностей, потере либо увели­чении веса женщины;

форма безразличия и апатии, где на первый план выступают ощущение потери энергии, неспособность матери принять решение, трудности в выполнении привычных домашних обязанностей, ощущение пустоты жизни, равнодушие в отношениях с мужем и ребенком, жалобы ипохон­дрического характера;

форма тревоги и страха, связанная со страхом женщины не справиться с функциями матери, с навязчивыми мыслями, что с ребенком может что-то случиться или она может причинить ему зло.

Достаточно острой в этот период является проблема дефицита самореали­зации у матери, деятельность которой ограничена лишь заботой о ребенке и семье. У женщин, ранее занятых собственной карьерой, могут возникнуть чув­ства неудовлетворенности и зависти по отношению к активной социальной жизни супруга. Иногда возникает сверхвовлеченность матери в уход за ребен­ком как способ компенсации недостаточно насыщенной жизни. Личностный кризис супруги может стать дополнительным фактором, дестабилизирующим семейную систему в этот период.

2.3.2. Диагностика

Обращение в психологическую консультацию супружеской пары, ожидающей появления ребенка, чаще всего связано с переживаниями и проблемами, возни­кающими у женщины в период беременности. Подтверждением того, что жен­щине необходима психологическая поддержка, может служить ряд факторов:

П непринятие или игнорирование факта беременности;

О негативное отношение к беременности и будущему ребенку;

54

Gярко выраженные страхи и опасения за протекание беременности и здо­ровье будущего ребенка;

О преобладающее депрессивное состояние или хронически сниженный эмоциональный фон настроения будущей матери;

«аутичное» состояние беременной, чрезмерная концентрация на пере­живаниях, связанных с ожиданием ребенка и, как следствие, дистанци­рование от членов семьи и своего супруга;

послеродовая депрессия женщины.

Для диагностики данных параметров могут быть использованы следующие

методики:

П определение типа переживания беременности — «Тест отношений бере­менной» (ТОБ (б)) (И. В. Добряков);

выявление представлений о будущем ребенке — проективные рисуноч­ные методики;

П определение валентности отношения к беременности, будущему ребенку, себе — методика «Цветовой тест отношений» (Е. Ф. Бажин, А. М. Эт-кинд);

анализ общего психоэмоционального состояния беременной женщи­ны — методика САН (самочувствие, активность, настроение) (В. А. Дос-кин, Н. А. Лаврентьева, В. Б. Шарай, М. П. Мирошников);

О диагностика депрессивных состояний — шкала определения уровня де­прессии (В. Зунг, в адаптации Т. Н. Балашовой), методика определения уровня депрессии (В. А. Жмуров).

При обращении за психологической помощью молодых родителей особое вни­мание нужно обратить на следующие параметры семейной системы: сплочен­ность, внутренние и внешние границы семьи, ролевое взаимодействие. Дан­ные аспекты второго нормативного кризиса семьи можно диагностировать на основании анализа беседы с супружеской парой и проведения диагностичес­ких процедур. Их маркерами выступают:

непринятие новых ролей (отца и матери) и связанных с ними обяза­тельств;

снижение уровня сплоченности за счет дистанцирования супругов, обу­словленного беременностью и концентрацией матери на ребенке;

рост напряжения в супружеской паре, которое выражается в периоди­ческом росте конфликтов, взаимных обидах и претензиях, в пережива­ниях собственного одиночества, ревности у одного из партнеров (чаще всего отца);

О практически полное отсутствие контактов с членами родительских се­мей в этот период либо чрезмерное количество контактов с ними, что, в свою очередь, может грозить ситуацией «украденного материнства»;

дисфункция сексуальных отношений в супружеской паре.

Проверка терапевтических гипотез может осуществляться с помощью сле­дующих методик:

55

анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений — методика «Генограмма» (М. Боуэн);

О выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической дистан­ции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эй-демиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Портнер, И. Ла-ви, в адаптации М. Перре);

О анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

выявление уровня удовлетворенности браком — методика «Удовлетво­ренность браком» (В. В. Столин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко).

2.3.3. Психологическая помощь

Обращение супругов за психологической помощью в этот кризисный пери­од, как правило, связано с неблагоприятным психоэмоциональным фоном протекания беременности и психологическими трудностями, возникающими после рождения ребенка.

В медицинской и психологической литературе в настоящее время имеется достаточное количество практических разработок, связанных с подготовкой к родам и послеродовым периодом. Нам представляется целесообразным рас­смотреть особенности оказания психологической помощи семье на различных этапах: до принятия решения иметь ребенка, во время беременности и после рождения ребенка.

Психологическая помощь супругам в принятии решения иметь ребенка

Чаще всего по вопросу принятия решения иметь ребенка обращается один из супругов (как правило, женщина). Обычно этот факт связан с разногласия­ми в супружеской паре относительно планирования рождения ребенка, с со­мнениями одного из супругов, страхами и тревогами, обусловленными него­товностью к родительству. В таком случае рекомендуется пригласить второго партнера на совместную консультацию.

Этапы психологической помощи:

1. Обеспечение благоприятной психологической атмосферы и создание ди­алогического пространства для супругов.

2. Прояснение желаний и опасений каждого из партнеров, связанных с пла­нированием рождения ребенка.

3. Выявление мотивации желания (нежелания) партнеров иметь ребенка.

4. Фасилитация переговоров, направленная на принятие решения, кото­рое удовлетворило бы обоих партнеров.

56

Психологическая помощь женщине в период беременности

Работа психолога-консультанта должна быть сфокусирована на следующих моментах:

предоставление информации о возможных эмоциональных и пове­денческих проявлениях, характерных для женщин, готовящихся стать ма­терью;

в случае выявления факта непринятия женщиной ее беременности — оказание поддержки в процессе обретения смысла данного события в ее жизни;

помощь в принятии изменяющегося телесного «Я» женщины;

коррекция страхов и опасений, связанных с ощущением ребенка внутри себя;

D прояснение актуальных желаний и ожиданий в отношении своей жизни и жизни будущего ребенка, работа по формированию адекватного и по­зитивного образа ребенка;

помощь в выстраивании оптимальных отношений с ближайшим окру­жением;

П помощь в осознании своих чувств и внутриличностных конфликтов, на­хождение творческих способов адаптации к состоянию беременности и принятие ответственности за их реализацию.

Беременной женщине может быть рекомендовано посещение специальных групп по сопровождению беременности, где у нее будет возможность овладеть навыками саморегуляции, техниками релаксации, медитации, способствую­щими оптимальному протеканию беременности.

При выявлении признаков послеродовой депрессии целесообразной явля­ется работа психолога в команде с врачом и психиатром.

При обращении за психологической помощью молодых родителей следует обратить внимание на изменения, происходящие в структуре семьи (сплочен­ность, внутренние и внешние границы семьи), ролевое взаимодействие. Пси­хологическая помощь может оказываться по нескольким направлениям.

Психологическая помощь родительской подсистеме в принятии новых ролей отца и матери

Работа психолога-консультанта направлена на:

выявление отношения супругов к произошедшим изменениям в семье; О изучение представлений супругов о новом образе семьи и своих ролях

в ней;

коррекцию системы ожиданий и притязаний в супружеской паре;

поддержку супругов в принятии новых ролей и переструктурировании внутренних границ семьи.

57

Психологическая помощь семье

по переструктурированию ее внешних границ

Данное направление работы предполагает:

поддержку супругов в выстраивании новых отношений с расширенны­ми семьями;

П помощь супругам в поисках оптимальной частоты встреч с бабушками и дедушками;

коррекцию «украденного материнства» в случае захвата материнских функций другими членами семьи (например, если бабушка «усыновля-ет»/«удочеряет» внука/внучку).

Психологическая помощь супружеским парам

по изменению психологической близости/дистанции в семье

Задачами психолога-консультанта являются:

выявление представлений супругов об оптимальном функционировании семьи в новом составе, поиск ресурсов для необходимых изменений в системе (обращение к семейной истории, к опыту знакомых, книгам, кинофильмам);

помощь в осознании и принятии факта изменения баланса близости-отдаленности в супружеской паре в связи с появлением нового члена се­мьи;

поддержка супругов в установлении новых отношений близости—отда­ленности в семье;

помощь в гармонизации сексуальных отношений.

2.4. КРИЗИС 3. ВКЛЮЧЕНИЕ ДЕТЕЙ ВО ВНЕШНИЕ СОЦИАЛЬНЫЕ СТРУКТУРЫ

Есть избыток строгости и избыток снисходи­тельности: обоих надо одинаково избегать.

Ж.-Ж. Руссо

2.4.1. Феноменология кризиса

На данном этапе семья может переживать два кризиса, связанных с вклю­чением ребенка во внешние социальные структуры (детское дошкольное уч­реждение и школа). Родители впервые переживают тот факт, что ребенок при-

58

надлежит не только им, но и более широкой социальной системе, которая так­же может оказывать на него влияние.

Иногда ребенок не посещает детский сад. В этом случае кто-то из членов се­мьи либо няня берет на себя заботу о нем, его развитии, социализации. Тем не менее большинство семей в нашей стране предпочитают отдавать своих детей в детские дошкольные учреждения. К моменту достижения ребенком возраста трех лет у него возникает потребность в расширении сферы его социальных контак­тов. К этому возрасту, после периода почти полного сосредоточения на самом себе и на матери, у ребенка возникает желание вступать во взаимоотношения с более широким социальным окружением, что сопровождается возрастанием са­моконтроля и способности устанавливать отношения привязанности и доверия с другими людьми (Тайсон Р., Тайсон Ф., 1998). Усиливается стимул к исследо­ванию мира и отделению от матери («Я хочу это сделать сам»), К этому времени у матерей также может возникнуть потребность снизить интенсивность взаимо­действия с ребенком, вновь приблизиться к мужу, который мог находиться на периферии треугольника вследствие ее концентрации на ребенке, а также за­няться собственной профессиональной карьерой.

В связи с этими изменениями встает необходимость перераспределить обя­занности и обозначить новые границы семьи. В случае профессиональной за­нятости обоих супругов они должны прийти к новому соглашению в следую­щих сферах семейной жизни:

О посещение ребенком детского сада: родителям необходимо договорить­ся о том, кто будет отводить и забирать ребенка из детского сада, кто бу­дет находиться дома, когда ребенок болеет, кто будет посещать детские мероприятия (утренники, родительские собрания и т. д.), кто занимает­ся развитием ребенка вне детского сада;

хозяйственно-бытовая сфера: требует своего изменения прежний супру­жеский договор относительно распределения домашних обязанностей (покупка продуктов, приготовление пищи, уборка квартиры и т. д.);

сфера досуга: должны быть определены оптимальные для существова­ния данной семейной системы формы и способы проведения свободно­го времени.

Переживание семьей данного кризиса зависит от степени готовности роди­телей к расширению сферы контактов их ребенка; от умения поддержать его возрастающую самостоятельность; от гибкости семейной системы, обуслов­ливающей способность всей семьи к изменениям; от уровня коммуникатив­ных умений, определяющих способность супругов договариваться об измене­ниях.

Включение детей во внешние социальные институты может вскрывать име­ющиеся семейные дисфункции, поскольку характер и качество адаптации де­тей к новой ситуации в их жизни определяется особенностями сложившихся внутрисемейных отношений. Психологические проблемы детей, таким обра­зом, могут выступать в качестве индикатора наличия внутрисемейных проблем.

В возрасте 6—7 лет большинство детей в нашей стране начинают посещать школу. На этом этапе проблемы в семейной системе возникают «в связи с тем,

59

что ребенок все чаще занят вне семьи» (Хейли Дж., 1995). У ребенка напряже­ние растет в связи с включением в новый социальный институт и изменением требований, тогда как у родителей — в первую очередь по причине того, что «продукт их воспитательной деятельности оказывается объектом всеобщего обозрения» (Черников А. В., 2001). Задача супругов на этом этапе — поддер­жать ребенка и помочь ему адаптироваться к новым социальным условиям, порождающим ряд трудностей и проблем:

трудности, связанные с новым режимом дня. Наиболее значимы они для детей, не посещавших детские дошкольные учреждения, прежде всего вследствие низкой произвольной регуляции поведения и организован­ности;

трудности адаптации ребенка к классному коллективу;

О трудности, связанные с взаимоотношениями ребенка с учителем, исто­ки которых могут лежать в сфере детско-родительских отношений, бу­дучи обусловленными стилем семейного воспитания;

трудности, вызванные необходимостью принять новые требования со стороны родителей.

Одной из распространенных проблем этого периода является школьная фобия у ребенка. Если у него при этом отсутствуют школьные проблемы, то, с большой вероятностью, школьная фобия может выступать симптомом, необ­ходимым семейной системе для поддержания ее функционирования.

Пример

ЗапомощьюобратиласьматьпервоклассницыОлиН. Мамажаловаласьна то, чтодевочкаплохоучитсяивпоследнеевремябоитсяходитьвшколу. Каждыйденьпоходвшколусопровождаетсяплачемикапризами. Встреча сдевочкойипроведеннаядиагностикапоказали, чтовсепознавательные процессыненарушены. Анализ«Кинетическогорисункасемьи»позволил предположитьналичиетрудностейвсемейныхотношениях. Вдальнейшей беседесмамойбылоустановлено, чтоотношениямеждусупругамиконф­ликтные, ииногдаонадумаеторазводе. Такимобразом, данныйсимптом можетвыполнятьстабилизирующуюфункцию, удерживаясемьюотраспа­дапосредствомобъединениясупруговиз-занеобходимостирешатьпро­блемы, связанныесдочерью.

Поступление ребенка в школу требует от семьи гибкости, выражающейся в способности принять факт приобретения ребенком нового социального ста­туса и поменять свои структурные параметры. За счет расширения сферы со­циальных контактов ребенка происходят изменения внешних границ семьи. Важным оказывается организация родителями адекватной помощи школьни­ку. В связи с этим они зачастую вынуждены пересмотреть распределение обя­занностей в семье, что побуждает супругов достигать нового соглашения в сле­дующих вопросах семейной жизни:

кто, в случае необходимости, отводит и забирает ребенка из школы;

кто помогает выполнять ребенку домашнее задание и в чем должна за­ключаться помощь;

60

кто занимается развитием ребенка во внеурочное время (водит на заня­тия спортивной секции, в театр, играет в познавательные и развиваю­щие игры и т. д.);

О будет ли ребенок посещать группу продленного дня и будет ли с ним кто-то находиться, если это не предусматривается;

какие требования будут предъявляться к ребенку как к ученику и члену семьи;

кто будет ходить на родительские собрания и участвовать в школьной жизни ребенка.

От того, насколько удается договориться по этим и многим другим вопро­сам, зависит успешность прохождения семьей последующих этапов ее жизнен­ного цикла. Так, например, в традиционной белорусской семье большинство вышеуказанных функций выполняет мать, что ведет к перегруженности ее обя­занностями. При этом отец может оказаться на периферии в выполнении сво­их родительских функций (синдром «нереализованного отцовства»). При силь­ном нарушении баланса семья становится функционально неполной. Ребенок, усваивая такие ролевые схемы, может в дальнейшем воспроизвести их уже в собственной семье.

К этому времени в семье уже могут быть сформированы стереотипные пат­терны взаимодействия, затрудняющие адаптацию ребенка к новым социальным условиям. Те способы взаимодействия, которые были приемлемы в семье, мо­гут оказаться неэффективными при установлении новых отношений: способы получать поддержку, внимание, любовь, заботу, способы достигать желаемого и т. п. Если ребенок привык в семье удовлетворять свои потребности через кап­ризы, он, скорее всего, будет вести себя точно так же и в школе, где данный способ поведения неприемлем. Сложности у ребенка могут возникнуть и в том случае, когда в семье нет ясных границ и нарушена иерархия (наличие пере­вернутой иерархии) — это чревато проблемами, связанными с принятием школьных норм и правил. Адаптация к школе может быть затруднена, если ребенок не посещал детский сад и не имеет опыта внесемейных контактов (об­щение со сверстниками при посещении спортивных секций, кружков, летних оздоровительных лагерей и др.).

Пример ____________________________________________________________|_______

Законсультациейобратиласьсемья 6-летнейАниС. всвязиспретензиями школьнойучительницыпоповодурегулярныхнарушенийдевочкойшкольно­горежима. Сословпедагога, девочкапостоянноопаздывает, можетвстать иуйтисурока, невыполнитьучебноезадание. Анячастоотвлекаетсяи нарушаетшкольнуюдисциплину. Вбеседесродителямиобнаружилось, чтоматьдевочки—модельер, отец—писатель, живутзагородом, рабо­таютвосновномдома. Девочканепосещаладетскийсад, потомучто, со словродителей, вэтомнебылонеобходимости (кто-тоизнихвсегданахо­дилсядома). Родителирассказали, чтоихсемьяоченьдружная, обстанов­катеплая, доброжелательнаяидопоступленияребенкавшколуунихне былоникакихпроблем. Этопозволилоисключитьгипотезуотом, чтопро­блемыдевочкиявляютсямаркеромпроблемвсупружескойпаре. Следую­щимшагомбылапроверкатого, какотреагироваласемейнаясистемана

61

изменениесоциальногостатусадевочки (поступлениевшколу). Былоуста­новлено, чтоситуациядлясупруговизмениласьлишьвтом, чтосейчас необходимовозитьизабиратьребенкаизшколы, атакжепомогатьдевоч­кеввыполнениидомашнихзаданий. Этосталоисточникомнапряженийи споровмеждуродителями. Тотобразжизни, которыйонивеливтечение всейсовместнойжизни, непредполагалжесткогографикаираннихутрен­нихподъемов. Несмотрянато, чтодевочкапошлавшколу, образжизни семьипочтинеизменился. Этосвидетельствуетотом, чтосупругинепри­нялифактаизменениясоциальнойпозицииихдочери. Какследствие, в семьенебыливыработаныновыенормыиправила. Дальнейшаяработа быланаправленанаосознаниесупругамифактапроисходящихизменений вихсемье, принятиеновогосупружескогодоговораиподдержаниепро­цессатрансляцииАнеееновыхобязанностей.

Трудности переживания данного кризиса могут быть осложнены наличием разногласий или раскола в родительской диаде. Пара может попытаться те­перь решать проблемы посредством ребенка. Он может использоваться в каче­стве козла отпущения, партнера в коалиции одного супруга против другого, примирителя в конфликтах, а иногда — единственного оправдания брака. Вновь актуальными становятся проблемы, не решенные еще до его рождения.

Если супругам не удалось договориться и выработать общую воспитательную стратегию, то это может привести к войне, в которой каждый из супругов стре­мится перетянуть на свою сторону ребенка. Союз одного из родителей с ребен­ком против другого (межпоколенная коалиция), являясь одной из наиболее рас­пространенных проблем существования семьи, особенно остро переживается в ее переходные (кризисные) периоды. Восприятие воспитательной модели брач­ного партнера как неприемлемой или неправильной может привести к тому, что каждый родитель пытается спасти ребенка от другого. Мать может чрезмерно опекать ребенка, а отец — держаться подальше, чтобы окончательно «не испор­тить его». Когда отец пробует выдвинуть свои требования к ребенку, мать вме­шивается и пытается смягчить или обесценить их, подрывая тем самым попыт­ки отца принимать участие в воспитании. Этот цикл может повторяться, причем ни один из родителей не в состоянии по-настоящему повлиять на ребенка. Спо­ры по поводу воспитания ребенка могут выступать способом объединения су­пружеской пары. Парадокс происходящего заключается в том, что если супруги договорятся, то у них исчезнет повод для взаимодействия. Эта ситуация создает для ребенка большое поле для манипуляций родителями и может осложнить его адаптацию в любой среде, основанной на вертикальных отношениях.

В другом случае супруги формально могут договориться о воспитательной стратегии в отношении ребенка, однако его проблемное поведение все равно будет необходимо для объединения супружеской пары, и в связи с этим роди­тели будут неосознанно его поддерживать.

Пример _______

Семья, состоящаяизтрехчеловек: отца, материисына 9 лет, обратиласьза психологическойпомощьюпоповодупроблемребенка, связанныхсегопо­ведениемиучебойвшколе. Мать (домохозяйка) рассказала, чтоеебеспоко-

62

ятпериодическиепаденияуспеваемостииухудшениеповеденияеесына. Из беседыбыловыяснено, чтоэтиухудшения, какправило, приходятсянамо­ментвозвращенияотцаизочереднойпоездки. Последнийработаетводите­лем-дальнобойщикомиможетотсутствоватьдомапонесколькунедель. Вер­нувшисьдомой, онобычнообозначаетсвоеприсутствие, выдвигаяпретен­зииженеисыну. И, какправило, черезкакое-товремяуребенканачинаются трудностивучебеиповедении. Сословсупруги, ейвсегдабылонепросто находитьобщийязыксмужем, втовремякакееотношениясребенком дарилиеймногорадости. Вэтомслучаесимптоматическоеповедениемаль­чикавыступалокакспособ, которыйпозволялданнойсемейнойсистеме сохраниться. Объединяясьдлярешенияпроблемребенка, супругитаким образомизбегалипроясненияихсобственныхотношений. Терапевтическое вмешательствосодержалопарадоксальноепредписание, заключающеесяв поддержкесимптоматическогоповеденияребенка. Мальчикуобъяснили, что егоповедениевыполняеточеньважнуюфункцию, позволяющуюсохранить отношениямеждуродителями, ипорекомендоваливестисебяпо-прежнему. Родителямсообщили, чторебенокоченьмужественнозащищаетихсоюз, спасаясупруговотнеобходимостирешатьсобственныепроблемы.

Таким образом, симптоматизация ребенка может являться одним из некон­структивных способов решения супругами данного кризиса.

На переживание рассматриваемого кризиса может оказывать влияние пер­вый критический период супружеских отношений, возникающий примерно между третьим и седьмым годами совместной жизни. Он связан с деидеализа­цией партнера, исчезновением романтических чувств и настроений, с появле­нием чувства усталости от брака и разочарованием в партнере (см. параграф «Семейный кризис»). Снижение толерантности и терпимости супругов друг к другу в данный период, по сравнению с первыми годами супружества, расши­рение ролевого диапазона и появление новых областей отношений, требую­щих от супругов умения договариваться, обостряет протекание третьего нор­мативного кризиса семьи.

2.4.2. Диагностика

Среди признаков, указывающих на переживание семьей данного норматив­ного кризиса, можно назвать следующие:

трудности адаптации ребенка к новым социальным условиям, выража­ющиеся как в поведенческих проблемах, так и в проблемах, связанных с учебой;

соматизация ребенка: частые простудные заболевания, энурез, аллерги­ческие заболевания, гастриты и т. д.;

перевернутая иерархия, которая проявляется через поведенческие про­блемы ребенка в семье (манипулятивность, капризность, упрямство, не­управляемость) и поддерживающие данное поведение реакции одного из родителей (межпоколенная коалиция);

63

ригидность ролевой структуры семьи, характеризующаяся непринятием ее членами новых обязанностей;

рост напряжения в супружеской паре, которое выражается в периоди­ческом возникновении конфликтов, взаимных обидах и претензиях, чаще всего предъявляемых другому партнеру как родителю;

перегруженность супруги как следствие ее двойной занятости, сказыва­ющаяся на физическом и психоэмоциональном состоянии: появление чувства усталости, раздражительность, опустошенность, желание все бросить и одновременно страх изменений, отчаяние и др.;

проблемы с внешними социальными институтами;

П разочарование в брачном партнере, чувство усталости от брака.

Проверка терапевтических гипотез может осуществляться с помощью сле­дующих методик:

П анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений — методика «Генограмма» (М. Боуэн);

выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической ди­станции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Порт-нер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

О выявление уровня удовлетворенности браком — методика «Удовлетво­ренность браком» (В. В. Столин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко);

исследование детско-родительских отношений — методика «Анализ се­мейных взаимоотношений» (Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис), мето­дика «Измерение родительских установок и реакций» (PARI) (Е. Шефер и К. Белл, в адаптации Т. В. Нещерет и Т. В. Архиреевой), опросник «Вза­имодействие родитель-ребенок» (И. М. Марковская), методика диагно­стики родительского отношения (А. Я. Варга, В. В. Столин), тест «Диаг­ностика эмоциональных отношений в семье» (Е. Бене и Д. Антони, под общей редакцией А. Г. Лидере и И. В. Анисимовой);

исследование семейных отношений — проективные рисуночные мето­дики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи».

2.4.3. Психологическая помощь

Основной фокус жалоб, с которыми обращаются семьи в этот период, на­правлен на ребенка: на его личностные особенности и проблемы, связанные с поведением. Рассмотрение данных проблем на микросистемном уровне пси­хологического функционирования семьи позволяет предположить, что возник­новение трудностей и отклонений в развитии ребенка свидетельствует о дис­гармонии всей семейной системы. Проблемы ребенка могут маркировать

64

проблемы в супружеской подсистеме или быть результатом нарушений детс­ко-родительских отношений.

Чаще всего родители обращаются к психологу с жалобами на: О индивидуально-личностные качества ребенка: плаксивость, озлоблен­ность, жестокость, упрямство, стремление всегда настоять на своем, безынициативность, медлительность, инертность, неорганизованность и др.;

проблемное поведение: ребенок ворует, врет, прогуливает уроки в шко­ле, периодически убегает из дома, детского сада, школы, устраивает скан­далы, наносит себе или другим людям телесные повреждения, ломает игрушки, часто плачет; ни с кем не общается, целыми днями сидит дома, смотрит телевизор или играет на компьютере, ничем не интересуется, безразличен к тому, что, как правило, является объектом интереса детей данного возраста и др.;

нарушение межличностных отношений ребенка со сверстниками и взрос­лыми: малое количество контактов со сверстниками, дружба с детьми из неблагополучных семей, отсутствие друзей; ребенка дразнят, бьют во дворе, детском саду, школе; ребенок не умеет строить отношения с взрос­лыми, дерзит, не отвечает на вопросы родителей, воспитателя, учителя; ребенок боится незнакомых людей, плачет и убегает от них; плохие от­ношения между братьями и сестрами, ребенок дерется с сиблингами; невозможность родителя справиться с ребенком, отсутствие взаимопо­нимания между ним и ребенком;

плохая успеваемость ребенка в школе.

Независимо от характера жалоб, необходимо провести тщательную диагно­стику для установления истинного локуса проблемы (проблемы ребенка, супружеские проблемы, скрывающиеся за проблемами ребенка, проблемы дет­ско-родительских отношений) и выбора направления оказания психологиче­ской помощи. Один из принципов работы психолога в ситуации обращения семьи по проблемам ребенка — принцип отстаивания его интересов. Ребенок — самый незащищенный член семьи, своеобразное «слабое звено», которое нуждается в поддержке консультанта, выражающейся в системном взгляде на функционирование семьи и понимании того, что проблема ребенка зача­стую является квазиклеем, позволяющим данной семье существовать как таковой.

Если в ходе диагностики было выявлено, что за проблемами ребенка скры­вается дисфункция всей семейной системы либо ее отдельной подсистемы, следующий этап в психологической помощи заключается в переформулирова­нии запроса и формировании мотивации супругов на изменения.

На этапе диагностики целесообразно получение информации от всех чле­нов семьи по поводу сложившейся ситуации. В дальнейшем, после локализа­ции проблемы, возможны различные формы организации работы с семьей (ин­дивидуальные встречи, работа с отдельными подсистемами, работа со всей семьей в целом) и их чередование.

65

Психологическая помощь семье при локализации проблемы в области детско-родительских отношений

Психологическая помощь, связанная с коррекцией детско-родительских отношений, может осуществляться в индивидуальной и групповой форме и включать следующие направления работы:

повышение социально-психологической компетентности родителей;

обучение родителей навыкам общения, разрешения конфликтных ситу­аций;

согласование требований, предъявляемых родителями ребенку;

коррекция стиля родительского воспитания.

В рамках данного направления возможно проведение родительского семина­ра. Это специфическая психокоррекционная методика, относящаяся к группо­вым методам работы с семьей, целью которой является коррекция когнитив­ных и поведенческих аспектов детско-родительских отношений и воспитания. Для этого могут быть использованы следующие методы и приемы работы:

1. Информирование, предполагающее расширение знаний родителей о пси­хологии семейных отношений, психологии воспитания и возрастно-психоло-гических законах развития ребенка. Предлагаемый материал должен быть пре­дельно доступным, образным и убедительным и учитывать образовательный уровень аудитории.

2. Групповая дискуссия, которая может быть организована в двух формах:

тематическая, предполагающая обмен мнениями по определенным те­мам;

анализ конкретных ситуаций и случаев.

Основной задачей групповой дискуссии является повышение мотивации и вовлеченности участников в решение актуальных проблем.

3. Библиотерапия — обсуждение специально подобранных для семинара книг, как правило, научно-популярного характера, посвященных проблемам семейного воспитания и детско-родительских отношений.

4. Обсуждение трудных ситуаций, предложенных кем-либо из участников семинара. Этот прием применяется для мотивации родителей к использованию новых способов разрешения знакомых проблемных ситуаций; кроме того, он направлен на активизацию творческого подхода в воспитании детей.

Для коррекции неадекватных родительских позиций, стилей воспитания, расширения осознанности мотивов воспитания, оптимизации форм родительского воздействия в процессе воспитания возможна организация работы родительской группы, которая базируется на общих принципах групповой работы.

В отличие от родительского семинара, данная форма работы предполагает, прежде всего, коррекцию эмоциональных аспектов семейного взаимодействия. Особое внимание уделяется эмоциональному компоненту детско-родительс­ких отношений, повышению способности родителей понимать своего ребен­ка, быть к нему эмпатичными и развитию умения договариваться по вопросам

66

его воспитания. Параллельно с работой родительской группы часто оказыва­ется целесообразной организация детской группы.

Иногда в ходе работы родительской группы может наблюдаться возникно­вение или обострение супружеских конфликтов. Позитивный аспект данного факта заключается в том, что это:

О позволяет супругам отреагировать подавленные эмоции и чувства, осо­знать свои индивидуальные особенности реагирования и поведения в конфликтных ситуациях и получить новый опыт их проживания;

ставит супругов перед необходимостью осознания ранее скрытых конф­ликтов и поиска новых форм взаимодействия;

способствует осознанию супругами того факта, что нарушения затраги­вают всю семейную систему и что ребенок не является единственным слабым звеном в ней.

Иногда целесообразно проведение совместных занятий родительской и дет­ской групп. Они могут дать много информации об особенностях внутрисемей­ных отношений, позволить апробировать новые способы взаимодействия, спо­собствовать достижению большей близости и взаимопонимания между членами семьи.

В родительских группах, так же как и в других формах групповой работы, широко используются приемы психогимнастики, релаксационные техники, игровые приемы (разыгрываются ситуации взаимодействия с детьми в семье, ситуации поощрения и наказания, отрабатываются приемы общения с ребен­ком).

Подобный принцип можно использовать и при организации индивидуаль­ной работы с семьей: периодические встречи с родителями, с ребенком и со всей семьей в целом.

Психологическая помощь семье при локализации проблемы в области индивидуальных особенностей ребенка

Часто за психологической консультацией обращаются родители с детьми, у которых отсутствуют какие-либо отклонения от нормального хода развития. Как правило, это определенные трудности, связанные с возрастными или ин­дивидуально-психологическими особенностями ребенка (организмические черты личности, или темперамент; упрямство, стремление настоять на своем, «Я сам» ребенка трех лет; робость и пугливость в новых ситуациях, импульсив­ность и непосредственность реагирования, эгоцентризм дошкольников и др.). Поэтому важный аспект психологической помощи семье в этой ситуации бу­дет заключаться в оказании психологической поддержки родителям и работе, направленной на формирование адекватного образа ребенка и принятие его особенностей.

Существует также блок проблем, связанный с отклонениями в развитии ребенка. Они могут быть представлены:

расстройствами в когнитивной сфере (нарушения внимания, восприя­тия, памяти, мышления, воображения, речи);

67

отклонениями в эмоциональном развитии (тревожность, страхи, фобии, ранний детский аутизм и др.);

О поведенческими проблемами ребенка (гиперактивность, агрессивность и др.), в том числе обусловленными несформированностью некоторых коммуникативных навыков, что осложняет взаимодействие со сверст­никами и взрослыми.

Психологу-консультанту следует провести диагностику и выявить характер нарушений ребенка. При необходимости рекомендуется привлекать к сотруд­ничеству других специалистов: психоневролога, дефектолога, логопеда. Не­смотря на то, что основная работа в таких случаях проводится с ребенком, очень важно не игнорировать переживания родителей, связанные со сложившейся семейной ситуацией. Психологу-консультанту целесообразно проводить ин­формирование и просвещение родителей по имеющимся у них вопросам; ока­зывать индивидуальную консультативную и психотерапевтическую помощь супругам. В случае комплекса выявленных проблем возможно проведение се­мейной психотерапии, лечение ребенка у врача-психотерапевта, включение его в детскую коррекционную группу.

Психологическая помощь семье при локализации проблемы в области супружеских отношении

Учитывая феноменологию данного кризиса, психологическая помощь су­пругам может быть направлена на коррекцию образа брачного партнера и ока­зание помощи в заключении нового супружеского договора относительно пе­рераспределения обязанностей (см. описание психологической помощи на предыдущих этапах).

При наличии более близких отношений между одним из родителей и ре­бенком (межпоколенная коалиция) необходимо работать на повышение спло­ченности супружеской подсистемы и восстановление ее границ. С этой целью возможно использование различных техник и приемов (актуализация прият­ных воспоминаний, связанных с совместным времяпрепровождением; домаш­ние задания, направленные на организацию совместного досуга и связанные с различными формами проявления заботы супругами друг о друге и т. д.).

68

2.5. КРИЗИС 4. ПРИНЯТИЕ ФАКТА ВСТУПЛЕНИЯ РЕБЕНКА В ПОДРОСТКОВЫЙ ПЕРИОД

Отношения между родителями и детьми так же трудны и столь же драматичны, как отно­шения между любящими.

А. Моруа

2.5.1. Феноменология кризиса

Данный семейный кризис связан с необходимостью семьи приспособиться к факту взросления ребенка и достижения им половой зрелости. Подростко­вый возраст — период вторичной индивидуации ребенка, которая, по мнению Блоса, включает в себя два взаимно переплетающихся процесса (Тайсон Р., Тайсон Ф., 1998):

1) отделение, или сепарация;

2) отказ от родителей как главных объектов любви и нахождение замести­телей вне семьи.

Подростку предстоит пройти свой кризис идентичности. При этом пребы­вание только в социальной роли сына или дочери становится уже недостаточ­ным для того, чтобы адаптироваться к взрослой жизни. В результате он нахо­дит новые модели жизни, расширяя сферу своих социальных контактов и выходя за пределы семьи. Фактором, облегчающим этот процесс, является на­личие поддержки со стороны семьи и уверенность в ее стабильности и надеж­ности.

Важнейшим аспектом процесса вторичной индивидуации является деидеа­лизация родителей. Переживание любви к родителям и ее обесценивание, свя­занное с необходимостью сепарироваться от семьи, порождает внутриличнос-тный конфликт. Подросток ощущает потерю внутренней поддержки вследствие символического «убийства» родителей, представленных в его внутреннем мире правилами, нормами и ценностями, регламентирующими жизнь в семье и со­циуме. Чтобы избавиться от чувства опустошенности, сопровождаемого ощу­щением болезненного отчуждения, и получить поддержку по мере продвиже­ния к независимости, он включается в интенсивные взаимоотношения со своими сверстниками.

В поисках собственной идентичности подросток может бросать вызов се­мейным правилам, регламентирующим его личную жизнь, шокировать семью нетипичными для нее ценностями и поведением. Это нередко приводит к рос­ту конфликтности в семье, основными областями которой являются: аккурат­ность, помощь в домашнем хозяйстве, успеваемость в школе, общение со

69

сверстниками, внешний вид подростка, вредные привычки, вопросы эротики и секса. Среди причин подобных конфликтов наиболее важными являются (РемшмидтХ., 1994):

различие опыта детей и родителей, прежде всего касающееся подрост­кового периода;

несформированность четких этапов перехода от детской зависимости к взрослой независимости;

отсутствие правил, определяющих ослабление родительской власти;

психологические и социальные различия между родителями и детьми.

Таким образом, большинство конфликтов вытекает из напряженности, со­здаваемой потребностью подростков в самостоятельности и осознанием взрос­лыми ответственности за своих детей.

Сложность процесса вторичной индивидуации может выражаться в амби­валентном поведении подростка: он может казаться то очень взрослым, то со­всем маленьким ребенком. Противоречивость процесса взросления, как пра­вило, болезненно переживается самими родителями и вызывает полярные переживания, связанные с желаниями то чрезмерно контролировать ребенка, то поддерживать его автономность. В результате происходит столкновение вза­имоисключающих тенденций: с одной стороны — стремления родителей ви­деть своего ребенка независимым и самостоятельным, а с другой — гиперпро­текционистских установок, стремления контролировать жизнь подростка. Это является для них своеобразным испытанием в способности доверять ребенку.

В силу этих обстоятельств семья переживает чрезвычайно тяжелый период, который можно назвать «кризисом ответственности». Он связан с необходи­мостью перераспределить зоны ответственности в семье и, в частности, опре­делить, какова доля ответственности подростка. Семье нужно выработать со­глашение по поводу того, за что может отвечать ребенок, а за что — нет, каковы теперь обязанности родителей. Этот процесс может быть очень болезненным, сопровождаться конфликтами, отсутствием взаимопонимания с обеих сторон, нежеланием считаться с чувствами друг друга, попытками родителей усилить контроль за подростком и эмоциональной отстраненностью от его реальных трудностей, непринятием его нового статуса.

Для самого ребенка подростковый возраст — весьма сложный период. Лич­ность подростка еще не сформирована. Любое вмешательство в его жизнь вы­зывает тревогу и воспринимается им как угроза его целостности. Тело претер­певает изменения: девочка становится девушкой, мальчик — юношей. Эти изменения могут стать фактором осложнений детско-родительских отноше­ний в том случае, если у родителей имеются собственные неразрешенные кон­фликты во взаимодействии с представителями своего либо противоположного пола.

Пример ________

Законсультациейобратиласьмать, испытывающаятрудностиустановле­нияконтактасдочерью-подростком. Выяснилось, чтоотношениясдевоч­койбылиудовлетворительнымидоее 13-летия. Прианализесложившейся

70

ситуациибыловыявлено, чтоимеющиесяпроблемыбылиобусловленывоз­никновениемнеосознаваемойконкуренциисподрастающейдочерью, свя­занныесличнойисториейклиентки. Онабылатретьимребенкомвсемьеи имеладвухстаршихсестер, скоторымивынужденабылавсегдаконкури­роватьзавниманиеилюбовьотца. Веевзрослойжизнилюбаяженщина неосознанновоспринимаетсяеюкаксоперница, вызываязависть, злость, обиду. Соответственно, вотношенияхсосвоейдочерьюонатакжевсячес­киподавляетеевозрастающуюженственностьисексуальность: запрещает краситься, обесцениваетманеруодеваться, критикуетеевнешнийвид, счи­тает, чтоейещерановстречатьсясмальчиками.

К наиболее типичным вопросам, которые волнуют родителей в этот пери­од, можно отнести следующие:

Надо ли установить жесткие ограничения или дать подростку больше

свободы?

О До каких пор можно предоставлять ребенку свободу?

О Как относиться к некоторым шокирующим моментам в поведении ре­бенка?

Стоит ли контролировать общение подростка с друзьями?

Какие особенности поведения ребенка можно считать типичными для данного возраста, а какие сигнализируют о неблагополучии в его разви­тии? и др.

С достижением ребенком подросткового возраста перед семьей вновь вста­ет необходимость в структурных изменениях. Подростковый кризис на микросистемном уровне психологического функционирования семьи можно рассматривать как внутрисемейную борьбу за поддержание прежнего иерар­хического порядка. Родители больше не обладают всей полнотой власти и дол­жны считаться с все возрастающей компетентностью подростка. В связи с этим им необходимо предоставить ему больше автономии и быть более гибкими в принятии его возрастающей независимости.

Разрешение проблем на данном этапе вновь будет зависеть от способов ре­шения критических задач, коммуникации и ведения переговоров, выработан­ных на более ранних стадиях развития семьи.

В тот период, когда дети входят в подростковый возраст, супруги часто стал­киваются с переменами в собственной жизни, что нередко вызывает переоценку и супружеских отношений. В случае, если она приводит к расколу родительс­кой (супружеской) диады, ребенок склонен объединяться с тем или другим родителем для обретения большей свободы. В результате в семье может возни­кать такое структурное нарушение, как межпоколенная коалиция.

Проблемы в семейной системе, обусловленные поведением подростка, тес­но связаны с опытом, имеющимся в расширенной семье (Ackerman, 1959). Как правило, на особенности переживания семьей данного кризиса оказывает вли­яние характер преодоления подростковых коллизий самими родителями. С по­зиции собственного опыта они могут стремиться оградить детей от «ошибок», допущенных ими в том же возрасте. Некоторые родители пытаются реализо­вать через детей то, что им самим не удалось в свое время сделать либо полу-

71

чить от своих родителей. Так, например, родитель, с особым рвением относя­щийся к выполнению своих родительских обязанностей, может компенси­ровать недостаток внимания, участия и необходимого контроля в его подрост­ковом опыте взаимодействия с собственными излишне либеральными родителями. В оправдание своего поведения родители обычно говорят, что хо­тели бы избежать ошибок, допущенных прародителями, избавить своих детей от боли, которую довелось испытать самим, а также уберечь детей от неприят­ностей, с которыми им пришлось столкнуться. Однако чаще всего они склон­ны воспроизводить собственный опыт детско-родительских отношений, вза­имодействуя с ребенком так же, как это делали их родители.

Пример ___________________________________________________________________

Кпсихологуобратиласьсемьясдевочкой-подростком 12 лет. Жалобымамы заключалисьвтом, чтоеедочьневыполняетпоручения, непомогаетпо дому, сталахужеучиться, дерзит, многовременипроводитсдрузьями, частоприходитпозжезаранееоговоренноговремениеевозвращения. Впо­искахресурсовдляразрешенияэтойситуациипсихологобратилсякопыту проживанияподростковогокризисасамимиродителями. Какоказалось, самамамавэтомвозрастемноговременипроводиладома, хорошоучи­лась, находиласьвблизкихотношенияхсосвоейматерьюипомогалаей вовсем, былапослушнойиотзывчивой. Выясняяотношениематерикдан­номуфактуеебиографии, удалосьпонять, чтозаэтимскрывалосьеебес­покойствопотерятьродительскуюлюбовь. Входедальнейшейработымать осознала, чтопослушаниеисоответствиеожиданиямродителейбылодля нееединственнымспособомполучатьотнихподдержкуипринятие. Стало понятно, чтоматьпереноситсвойопытнавзаимоотношениясдочерьюи воспринимаетееповедениекакпроявлениенелюбвикней. Вдальнейшем работасэтойсемьейбыланаправленанарасширениедиапазонаформ проявлениялюбвидругкдругуивозможностипринятияиндивидуальности дочери.

Таким образом, если родители когда-то столкнулись с трудностями при от­делении от своей семьи, для поддержания эмоционального баланса они будут склонны культивировать зависимость в собственном ребенке. Развитие его индивидуальности может таить в себе угрозу для семьи с проблемами в супру­жеской подсистеме, провоцируя тревогу расставания и страх одиночества у родителей. В этом случае супруги не будут способны признать возрастающую потребность ребенка в самостоятельности, и последний, чтобы заслужить их одобрение, в свою очередь, окажется вынужден игнорировать собственные желания.

У подростков, не способных отделиться от своих родителей, могут наблю­даться депрессивные симптомы. Депрессия может развиваться в случае, когда подросток пытается удовлетворить потребности родителей в ущерб собствен­ным. Среди проявлений подростковой депрессии выделяют следующие (Кем-пинскиА., 2002):

форма безразличия и апатии;

форма бунта против старшего поколения;

72

О форма самоотречения (отсутствие веры в самого себя и отказ от прогно­зирования своего будущего);

лабильная форма (колебания настроения, в основе которых лежат гор­мональные изменения).

Подростковая депрессия может скрываться за проблемным поведением в школе, гиперсексуальностью и асоциальным поведением ребенка. В подобных случаях родители обычно применяют карательные меры воздействия, расце­нивая поведение подростков как немотивированное и нуждающееся в коррек­ции, что еще более усугубляет депрессию.

Протекание данного -семейного кризиса может осложняться часто при­ходящимся на этот же период личностным кризисом «середины жизни» ро­дителей.

Кроме того, интенсивность, длительность и болезненность переживания семьей данного переходного этапа во многом определяются качеством преодо­ления предыдущих кризисов и количеством неразрешенных задач развития семейной системы.

2.5.2. Диагностика

Признаками, свидетельствующими о переживании семьей данного норма­тивного кризиса, являются:

рост напряжения в детско-родительской подсистеме, выражающийся в периодическом возникновении конфликтов, взаимных обидах и претен­зиях, упреках;

проблемное поведение подростка (агрессивное поведение, побеги из дома, алкоголизм, наркомания и др.);

резкое падение школьной успеваемости;

соматизация подростка: булимия, анорексия, бессонница, аллергические заболевания, дерматиты, гастриты, частые головные боли и др.;

подростковая депрессия;

О конфликты в родительской подсистеме, связанные с оценкой качества воспитания ребенка;

актуализация супружеских проблем, не решенных на предыдущих эта­пах развития семьи либо связанных с индивидуальными кризисами су­пругов;

общая неудовлетворенность членов семьи сложившейся семейной ситу­ацией;

О чувство одиночества у матери, связанное с отдалением ребенка от семьи;

ригидность семьи, характеризующаяся непринятием ее членами факта возрастающей самостоятельности подростка.

Проверка терапевтических гипотез предполагает выявление вектора напря­женности в семье, например, путем установления представлений членов се-

73

мьи об их реальных и желаемых отношениях, семейных правилах, ролях, сте­пени близости и т. д. На этом этапе активным участником диагностических процедур является подросток.

Для диагностики данного кризиса могут быть использованы следующие методики:

О анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений —

методика «Генограмма» (Боуэн М.); О выявление уровня сплоченности семьи ( психологической дистанции) —

методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемил-

лер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Портнер, И. Лави,

в адаптации М. Перре);

выявление реальных и идеальных представлений членов семьи друг о друге и характера их межличностных отношений — методика «Диагнос­тика межличностных отношений» (Т. Лири, в адаптации Л. Н. Собчик);

анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

П исследование детско-родительских отношений — методика «Анализ се­мейных взаимоотношений» (Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис), опрос­ник «Родителей оценивают дети» (И. А. Фурманов и А. А. Аладьин), ме­тодика «Измерение родительских установок и реакций» (PARI) (Е. Шефер и К. Белл, в адаптации Т. В. Нещерет и Т. В. Архиреевой), опросник «Вза­имодействие родитель-ребенок» (И. М. Марковская), методика диагно­стики родительского отношения (А. Я. Варга, В. В. Столин), тест «Диаг­ностика эмоциональных отношений в семье» (Е. Бене и Д. Антони, под общей редакцией А. Г. Лидере и И. В. Анисимовой).

П исследование семейных отношений — проективные рисуночные мето­дики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи».

2.5.3. Психологическая помощь

Количество обращений за психологической помощью, связанных с этим периодом, намного превышает число консультаций по проблемам, возникаю­щим у родителей детей другого возраста. Более того, резко расширяется диа­пазон запросов: от проблем первой, чаще неразделенной, любви и взаимоот­ношений конфликтного характера до опасности наркомании и алкоголизма. К сожалению, существует и такой феномен, как подростковые суициды. Еще одно отличие подросткового периода состоит в том, что уже сам подросток может самостоятельно принять решение и обратиться в психологическую кон­сультацию лично.

Особенностями психологического консультирования семьи с подростками являются:

1. Нередко отсутствие мотивации у подростка, пришедшего на консульта­цию с родителями: зачастую ребенка приводят родители, желающие в

74

нем что-то изменить, в то время как он даже не знает, куда и зачем они

его пригласили.

2. Чаше всего причиной существующих проблем родители видят только од­ного человека, в данном случае — подростка, который выступает в роли идентифицированного пациента. Между тем семья является целостной системой, и нарушения поведения подростка маркируют дисфункцио-нальность всей семьи.

Консультируя подростков, психолог-консультант должен учитывать психо­логические нормативные задачи возраста. К ним обычно относят:

О отделение от родителей и обретение подлинной психологической неза­висимости;

преодоление кризиса идентичности, ролевой диффузности («самоиден­тификация»);

новый этап социализации в среде сверстников, основанный на установ­лении более глубоких эмоциональных отношений вне семьи;

принятие растущей сексуальности, адаптация к этому новому состоянию.

Психологические задачи подросткового возраста связаны, прежде всего, с самоопределением в трех сферах: сексуальной, психологической (интеллекту­альной, личностной, эмоциональной) и социальной.

Проблемы, возникающие у подростков, чаще всего касаются:

взаимоотношений в группе сверстников;

взаимоотношений с лицами противоположного пола;

взаимоотношений с родителями;

взаимоотношений с учителями;

вопросов осознания собственной личности;

трудностей в учебе;

Gнеобходимости найти выход из какой-либо затруднительной ситуации.

Как правило, на первичный прием приглашается родитель, обратившийся за психологической помощью. При этом важен факт прихода на консульта­цию второго родителя и самого подростка.

Возможны несколько вариантов работы:

Вариант 1. Оба родителя и подросток обращаются за консультацией. В том слу­чае, если родители осознают трудности, возникающие в семье в связи с взросле­нием ребенка, адекватной формой помощи является семейное консультирование.

Вариант 2. Подросток и родители обращаются за помощью, но основная проблема заключается не в их взаимоотношениях, а в трудностях подростка вне семьи (например, в общении с друзьями, учителями и т. д.). В дальнейшем работа проводится с самим подростком (диагностика и консультирование). Задачей психолога является выяснение обоснованности жалоб и принятие решения об адекватной форме психологической помощи (например, в виде уча­стия в тренингах общения, индивидуального консультирования или психоте­рапии). Родители могут быть привлечены для работы в параллельной родитель­ской группе либо приглашены на консультацию отдельно от ребенка.

75

Вариант 3. Родитель обращается за психологической помощью по поводу проблем ребенка, но сообщает при этом, что последний не мотивирован со­трудничать с психологом. В такой ситуации наблюдается нарушение взаимо­отношений и утрата доверия между родителем и ребенком. Рекомендуется встретиться отдельно с подростком и родителем. Психологу необходимо вы­яснить причины амбивалентных чувств к ребенку, уточнить характер недо­вольства родителя. В то же время, постепенно завоевывая доверие подрост­ка, психолог должен переориентировать его на более искреннее и честное взаимодействие с родителем. После этого их можно объединить и проводить совместное консультирование, обучая способам разрешения конфликтных ситуаций и т. п.

Вариант 4. Родитель обращается по поводу проблем ребенка, однако при взаимодействии с ним выясняется, что в психологической помощи нуждается он сам. При достижении ребенком подросткового возраста у родителей могут актуализироваться как тревога расставания, страх одиночества, страх надвига­ющейся старости, так и их собственные нерешенные подростковые проблемы (сепарация, индивидуация и обретение идентичности). В данной ситуации необходима психологическая работа с родителем.

Вариант 5. Полная потеря контакта и взаимного доверия между подростком и родителями. Ребенок отказывается идти в консультацию, так как восприни­мает всех взрослых (родителей, педагогов, консультанта) как преследователей. Важно понять, что лежит в основе такой реакции и каков вклад родителей в такое поведение ребенка. Соответственно, здесь консультативная работа про­водится с родителем (родителями).

Важной задачей на начальном этапе консультирования является установле­ние контакта с подростком и мотивирование его на участие в работе. Подрос­ток соглашается на общение с психологом только тогда, когда ему интересен сам процесс и когда он чувствует, что его воспринимают как полноправного участника взаимодействия. В основе работы с ним должны лежать принципы диалогического общения. Особенностью такого контакта являются партнерс­кие отношения психолога с подростком с целью совместного изучения конк­ретной психологической ситуации и путей ее разрешения.

Таким образом, если семья обращается за психологической помощью, важ­но определить локус ее психологических проблем:

П индивидуальные проблемы одного из членов семьи (когнитивные, эмо­циональные, поведенческие нарушения, личностные расстройства ре­бенка или одного из родителей);

проблемы в супружеской подсистеме;

проблемы в детско-родительской подсистеме; О проблемы в семейной системе в целом;

О проблемы взаимодействия семьи с внешним социальным окружением.

Определение локуса проблем семьи обусловливает выбор методов и при­емов психологического воздействия.

Если психолог работает со всей семьей, цели психологической помощи дол­жны быть ясными и значимыми для каждого из ее членов. Важно, чтобы на

76

промежуточных стадиях консультирования психолог акцентировал внимание на достигнутых позитивных эффектах, поддерживая мотивацию членов семьи к дальнейшей работе.

2.6. КРИЗИС 5. СЕМЬЯ, В КОТОРОЙ ВЫРОСШИЙ РЕБЕНОК ПОКИДАЕТ ДОМ

Всякая опека, которая продолжается после совершеннолетия, превращается в узурпацию.

В. Гюго

2.6.1. Феноменология кризиса

Данный нормативный кризис связан с процессом отделения молодого че­ловека от семьи и началом его самостоятельной жизни. Изменения структуры семьи, обусловленные уходом детей или появлением новых членов семьи, вы­зывают у всех участников этого процесса острые переживания.

В нашей культуре отсутствуют четкие традиции и церемонии, знаменую­щие приобретение молодым человеком нового статуса и требующие от родите­лей изменения отношения к нему. Несмотря на то, что существует ряд собы­тий, которые так или иначе связываются с переходом к взрослости (получение паспорта, поступление в среднее специальное (высшее) учебное заведение, призыв на военную службу, начало трудовой деятельности, заключение брака, отдельное проживание и др.), их наличие не означает полного отделения и ав­тономии детей от родительской семьи, так как молодые люди часто остаются финансово и эмоционально зависимыми от родителей.

В случае ухода детей из родительской семьи супруги оказываются перед не­обходимостью пересмотреть свои отношения. Если прежде они полностью фокусировались на ребенке (или детях), может так случиться, что у них не оста­нется общих тем для разговоров и оснований для продолжения совместной жизни. Иногда, наоборот, пары достигают согласия по давним проблемам, ре­шение которых было отложено из-за появления детей.

Данный кризис может переживаться не единожды, в зависимости от соста­ва семьи и с различной степенью интенсивности. В некоторых семьях пробле­мы, связанные с отделением детей, достигают максимальной остроты, когда самый старший ребенок покидает дом, в других — обстановка ухудшается по мере того, как уходят все более младшие дети, и особенно острым становится кризис, когда последний ребенок должен покинуть семью. Нередко родители,

77

успешно отпуская некоторых детей, вдруг остро ощущают напряжение, когда критического возраста достигает определенный ребенок (Черников А. В., 2001). Как правило, такой ребенок выполнял в семье важную, чаще всего гомеоста-тическую функцию, выступая либо как посредник в родительском общении, либо в качестве объекта их совместной любви и заботы. И в том и в другом случаях этот «особый» ребенок служит для объединения супружеской подсис­темы, в связи с чем его потеря ставит под угрозу ее стабильное существование. В семьях, где есть только один родитель, он может воспринять уход ребенка как начало одинокой старости.

Конфликт в семье, которая не может отпустить ребенка, нередко становит­ся источником его проблемного поведения (например, побегов из дома, зло­употребления запрещенных психоактивных веществ, промискуитета, суицида и др.). Для понимания процессов, происходящих в семье в этот период, весьма полезной может оказаться теория семейных систем М. Боуэна. Согласно Боу-эну, семья — это эмоциональная система, представляющая собой трансгене­рационный феномен. Центральным концептом данной теории является поня­тие о дифференциации «Я». Недифференцированность на уровне семейной системы выражается в высоком уровне сплоченности или отчужденности между членами семьи, в зависимости эмоционального состояния каждого члена се­мьи от одного и того же фактора семейной жизни. Низкий уровень дифферен­циации обусловливает ригидность семьи как системы и становится причиной ее плохой адаптивности, в частности, затрудняет переход от одного этапа ее развития к другому, то есть осложняет протекание нормативных кризисов. Используя концепцию М. Боуэна об уровнях дифференциации, можно обо­значить несколько исходов данного кризиса:

1, Эмоциональное отделение, предполагающее сохранение отношений мо­лодого человека с членами семьи при одновременном принятии родителями факта его взрослости. Способность молодого взрослого дифференцироваться от своей родительской семьи в перспективе ведет к развитию автономии в от­ношениях с будущими членами семьи и друзьями.

2. Эмоциональная зависимость молодого человека от семьи при общем низ­ком уровне дифференциации ее членов. В этом случае существуют два возмож­ных варианта развития отношений в семье. В первом случае молодой человек продолжает сохранять очень тесные взаимоотношения хотя бы с одним из ро­дителей. Во втором — имеет место географическое и/или психологическое ди­станцирование от родительской семьи по принципу эмоционального разрыва, создающее иллюзию независимости и автономного существования. Оно воз­никает тогда, когда интенсивность эмоциональных связей в системе очень велика и тяга к слиянию слишком сильна. Данный процесс не может рассмат­риваться как подлинная сепарация вследствие незавершенности детско-роди-тельских конфликтов. Такой тип дистанцирования не означает ослабления эмо­циональных связей в семье. В результате молодой человек может испытывать напряжение и тревогу, неосознанно воспроизводя дисфункциональные семей­ные паттерны, выстраивая отношения в собственной будущей семье. Таким образом, эмоциональный разрыв не только не исключает, а предполагает сверх­близость, являясь ее оборотной стороной.

78

Способ ухода молодого человека из родительской семьи определяет, в свою очередь, его позицию по отношению к ней — респонсивную (выбирающую) или реактивную (вынужденную). При успешном отделении от родительской семьи молодой человек сохраняет возможность возвращения, если это отвеча­ет его желаниям. Вынужденная позиция предполагает, что, независимо от соб­ственных желаний, он вынужден либо находиться вне семьи, либо возвращаться в семью к выполнению своей привычной роли для поддержания пошатнувше­гося с его уходом равновесия.

Пример _________________________________________________________

ЗапомощьюкпсихологуобратиласьПолинаП., молодаядевушка 19 лет. Из беседысталоизвестно, чтоонаучитсянапервомкурсепрестижноговузана бюджетномотделении. Полинаиспытываласомнения: продолжатьучиться илиброситьвузиуехатьдомой. Втомслучае, еслионаоставитучебу, ей придетсяпоступатьзановои, возможно, наплатноеотделение. Избеседы сталоизвестно, чтобудущаяспециальностьейоченьнравитсяионахотела быпродолжитьучебу. ОднакоснекоторыхпорматьПолинысталажало­ватьсянато, чтожизньбезнееневыносима, чтоейнехватаетподдержки, а отношениясмужем (отчимомдевушки) оставляютжелатьлучшего. Кроме того, здоровьематеривпоследнеевремясильнопошатнулось. Понадоби­лисьдорогиелекарстваиуход. Волнениезамать, материальнаязависи­мостьотродителей, чувствовиныосложнялидальнейшеепребываниеПоли­нывдругомгородеисклонялиеевпользувозвращениядомой.

Помощьзаключаласьввыявлениискрытоймотивациивыборов: вернуться домойилипродолжитьучитьсяввузе. Какоказалось, отношениясмате­рьювсегдабылиоченьблизкими, аотъезднаучебу—этоперваядлитель­наяразлукаПолиныссемьей, ивсвязисэтимонаневсегдакомфортно чувствуетсебявобщежитии. Ситуацияусугубляласьещеитем, чтовсемье Полинаиграларольсвоеобразного«буфера»междуматерьюиотчимом, чьиотношениясееотъездомсильнообострились. Такимобразом, содной стороны, быливыявленыпотребностиПолинывпринадлежности—втом, чтобыоставатьсячленомсемьи, бытьпослушнойдевочкой. Сдругойсто­роны—унеесильнапотребностьвсаморазвитииисамореализации, в получениивыбраннойпрофессии. Посколькуэтипотребностипротиворе­чилидругдругу, дальнейшаяработабыланаправленанаосознаваниеПо­линойсобственныхжеланийиподдержкуеевыбора.

Молодой человек может продолжать выполнять функцию семейного ста­билизатора, даже если он живет отдельно от родителей — например, посред­ством симптоматизации или девиации его поведения. Он может оказаться не­состоятельным в профессиональной либо личной сфере, у него могут появиться какие-либо проблемы (финансовые, правовые, проблемы со здоровьем и т. д.). В этом случае семья, поглощенная решением трудностей ребенка, вновь обре­тает стабильность и целостность, словно он и не покидал ее. Следовательно, до тех пор, пока молодой человек будет несостоятельным, родители могут про­являть свою совместную заботу о нем, избегая таким образом необходимости выстраивания отношений друг с другом.

79

Процесс сепарации в диаде «родитель—ребенок» обусловлен историей жизни нескольких поколений семьи. Чем более успешным было отделение родителей в юности от собственных родительских семей, тем легче им будет «отпустить» своего ребенка, поддержать его в приобретении автономии.

2.6.2. Диагностика

Переживание данного семейного кризиса и его разрешение будут зависеть от характера преодоления семьей предыдущих кризисных периодов, в особен­ности оттого, насколько родителями была поддержана все возрастающая взрос­лость подростка.

Маркерами данного семейного нормативного кризиса периода выступают:

О рост беспокойства и уровня тревожности членов семьи;

О депрессивные состояния членов семьи;

появление у родителей чувства одиночества, ощущения ненужности, невостребованности, а также страха надвигающейся старости в связи с отдалением ребенка от семьи;

О соматизация и/или девиация поведения молодого человека, покидаю­щего (или покинувшего) родительский дом;

П рост напряжения в детско-родительской подсистеме, повышение конф­ликтности, появление претензий и упреков (чаще всего со стороны ро­дителей);

О повышение уровня конфликтности в супружеской подсистеме, обуслов­ленное актуализацией супружеских проблем, не решенных на предыду­щих этапах развития семьи;

О ригидность семейной системы, выражающаяся в неспособности роди­телей принять факт взросления ребенка и его потребности в отделении от семьи;

высокий уровень сплоченности семьи, затрудняющий процесс сепара­ции и уход детей из семьи;

П манипулятивный характер взаимодействия членов семьи, связанный с избеганием ответственности за необходимость осуществления структур­ных изменений (см. Приложение 5);

П общая неудовлетворенность членов семьи сложившейся семейной ситу­ацией.

Для диагностики данного кризиса могут быть использованы следующие методики:

анализ семейной истории и характерных паттернов взаимоотношений — методика «Генограмма» (М. Боуэн);

выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической дистан­ции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Порт-нер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

80

О выявление взаимных претензий, обид и оценок супругами друг друга — методика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

О выявление эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова);

выявление уровня семейной тревоги — опросник «Анализ семейной тре­воги» (Э. ГЭйдемиллер, В. В. Юстицкис);

диагностика депрессивных состояний — шкала определения уровня де­прессии (В. Зунг, в адаптации Т. Н. Балашовой), методика определения уровня депрессии (В. А. Жмуров);

исследование детско-родительских отношений — опросник «Анализ се­мейных взаимоотношений» (Э. Г. Эйдемиллер, В. В. Юстицкис), опрос­ник «Родителей оценивают дети» (И. А. Фурманов и А. А. Аладьин);

исследование семейных отношений — проективные рисуночные мето­дики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи».

2.6.3. Психологическая помощь

Основная проблема преодоления этого кризиса связана с отделением ре­бенка от родительской семьи. Адресатом психологической помощи на этом этапе могут выступать:

П молодой человек, испытывающий трудности в сепарации от родительс­кой семьи;

родители, находящиеся во власти негативных переживаний, связанных с отделением ребенка и необходимостью адаптироваться к происходя­щим в семье изменениям;

супруги с обострившимися не решенными ранее проблемами в супру­жеской подсистеме.

Психологическая помощь семье на данном этапе строится вокруг разреше­ния следующих проблем:

1. Неготовность родителей отпустить ребенка. Психолог должен прояснить все страхи и фантазии, которые связаны с уходом ребенка. Рекомендуется про­анализировать семейные сценарии и семейные мифы, уточнить, как родите­ли, будучи детьми, сами переживали данный кризис, как в этой ситуации вели себя их родители и т. д. Важно подвести родителей к принятию факта взросле­ния детей и необходимости их отпустить. Данная работа психолога одновре­менно является профилактикой эмоционального разрыва1 или превращения ребенка в идентифицированного пациента, стабилизирующего всю семью.

2. Неготовность ребенка сепарироваться от родителей. Данная ситуация, как правило, обусловлена симбиотическими отношениями в детско-родительской

1 Эмоциональный разрыв — это некорректный способ сепарации, для которого характерно пре­кращение контактов между ребенком и родителями.

81

подсистеме (в основном между матерью и ребенком), нарушением стиля вос­питания по типу гиперопеки и особенностями индивидуального развития ре­бенка. В данной ситуации рекомендуется либо семейная психотерапия, либо сочетание семейной и индивидуальной психотерапии.

3. Обострение супружеских проблем. Если ребенок в семье выполнял стаби­лизирующую функцию, то с его уходом в супружеской подсистеме может на­блюдаться рост напряжения, связанный с необходимостью вновь выстраивать диадные отношения. В зависимости от характера возникающих проблем, мо­жет быть рекомендована супружеская или индивидуальная терапия.

Если в семье один ребенок, то пятый кризис совпадает с кризисом «опус­тевшего гнезда».

2.7. КРИЗИС 6. СУПРУГИ ВНОВЬ ОСТАЮТСЯ ВДВОЕМ (кризис семьи, в основном выполнившей свою родительскую функцию)

Если два человека соглашаются во всем, мо­жете быть уверены, что реально думает толь­ко один из них.

Л. Джонсон

2.7.1. Феноменология кризиса

Семью, в основном выполнившую свою родительскую функцию, часто на­зывают «опустевшим гнездом». Этот кризисный период начинается с уходом из дома последнего ребенка. Он может протекать вполне гладко, если паре уда­лось отпустить детей и сохранить при этом близкие отношения с ними на фоне благополучия в супружеской подсистеме.

В связи с уходом детей изменяется структура семьи: существовавший на протяжении долгого времени треугольник, включавший мать, отца и ребенка, трансформируется в супружескую диаду. При успешном разрешении предыду­щего кризиса взрослый ребенок приобретает свободу для выстраивания новых отношений, сохраняя способность приближаться к своей родительской семье, восстанавливая на время «треугольные» отношения, и отдаляться от нее. По­добные преобразования требуют установления нового баланса близости—от­даленности и изменения ролевой структуры семьи.

Таким образом, на первый план вновь выступают супружеские отношения. Протекание данного кризиса может обостряться при наличии не решенных на предыдущих этапах супружеских проблем: партнерам вновь предстоит научить-

82

ся жить вдвоем. Однако даже достаточно гармоничные супружеские пары этот период могут переживать достаточно болезненно.

Фактором, затрудняющим решение семьей задач развития в данный кри­зисный период, является факт совместного проживания родителей с детьми, что довольно распространено в нашем обществе. Это может способствовать развитию следующих негативных тенденций:

О затруднение процесса сепарации выросших детей;

сохранение старых (родитель—ребенок) и возникновение новых межпо­коленных коалиций (прародители—внуки, свекровь—невестка и др.);

сложности в выстраивании границ между родительской и молодой семьей;

нарушения ролевой структуры расширенной семьи (ролевые инверсии).

Пример ___________________________________________________________________

ЗаконсультациейобратиласьАнтонинаП., женщина 49 лет, проживающая сосвоиммужемисемьейсвоегосына. Жалобыкасалисьвзаимоотношений смолодойженойсына. Последняя, сословАнтонины, плохоухаживаетза своимвосьмимесячнымребенком, неумеетвестидомашнеехозяйство, ленива, медлительна, неаккуратна. КогдаАнтонинавидит, какневестка обращаетсясребенком (купает, кормит, переодеваетего), онаиспытывает раздражение. Свекровьчастовмешиваетсяидаетсоветы, посколькусчита­ет, что, обладаябольшимжизненнымопытом, лучшезнает, какухаживать завнуком. ИногдаАнтониназабираетребенкаиидетгулятьсним, не ставяприэтомневесткувизвестность. Всеэтопровоцируетконфликты междуними, вкоторыечастооказываетсявтянутыммолодойотец. Данная ситуацияиллюстрируетнарушенияграницмеждудвумясемейнымисисте­мами, попыткувыстраиваниямежпоколеннойкоалицииматерьюссыноми своеобразнуюролевуюинверсию, связаннуюсжеланиемсвекровивыпол­нятьфункциюматеридлявнука.

Главной задачей развития семьи на этом этапе является адаптация к потере социальных ролей и социальной активности, так как данный кризис по време­ни часто совпадает с завершением профессиональной деятельности и выхо­дом супругов на пенсию. Факт ухода на пенсию по-разному влияет на мужчин и женщин. Мужчины острее ощущают утрату продуктивности и социальных связей. Женщины переживают выход на пенсию более спокойно, особенно если они продолжают вести домашнее хозяйство (Walsh, 1983). С выходом супругов на пенсию один из них может начать болеть, чтобы у пары появился смысл для дальнейшего существования. Тогда в паре появляются новые роли: «болеюще­го» и «заботящегося», «спасителя» и «нуждающегося в помощи», что позволя­ет стабилизировать данную систему и является способом компенсировать утрату родительских функций.

Проблемы, переживаемые супругами в связи с выходом на пенсию, каса­ются нескольких контекстов:

1) широкого социального (потеря социальных контактов, утрата значимой работы, значительное снижение доходов и др.);

2) внутрисемейного (проблемы, связанные с высвобождением времени для внутрисемейных контактов);

83

3) внутриличностного (снижение самооценки, кризис самоидентичности, появление эмоциональных и когнитивных расстройств).

Одним из наиболее важных аспектов данного кризиса является необходимость принятия супругами новых ролей бабушки и дедушки. Благодаря внукам под­держивается связь между прародителями и их взрослыми детьми. Роли бабушки и дедушки помогают супругам адаптироваться к уходу на пенсию, заново пере­жить родительство и дают возможность компенсировать неудачи, связанные с взаимоотношениями с собственными детьми (Черников А. В., 2001).

Задачи семьи на этапе «опустевшего гнезда» пересекаются с проблемами взрослых детей и внуков, переживающих собственные этапы развития. Неспо­собность членов семьи справиться с задачами своего развития зачастую стано­вится причиной конфликтов поколений. Симптоматизация пожилых супру­гов на данном этапе не всегда связана с ухудшением их здоровья, а может представлять собой неосознаваемую попытку получить внимание и заботу со стороны повзрослевших детей.

Существует несколько вариантов выхода из данного кризиса: О конструктивный, связанный с личностным ростом супругов, появлени­ем новых сфер для их самореализации, возможностью получать удоволь­ствие от зрелых супружеских отношений и осуществлять планы, выпол­нение которых было затруднено или отложено в связи с воспитанием детей;

неконструктивный, выражающийся в потере смысла жизни, возникно­вении ощущения ненужности, одиночества, снижении творческого по­тенциала супругов, разочаровании в браке, расколе супружеской подси­стемы, невозможности найти удовлетворяющие сферы активности, замещающие воспитание детей и продолжающуюся концентрацию на жизни последних.

2.7.2. Диагностика

Среди проблем, с которыми наиболее часто обращаются семьи, пережива­ющие данный нормативный кризис, можно выделить следующие:

переживания чувства ненужности, невостребованности, исключенное-ти и отстраненности от детей;

чувство одиночества, связанное с потерей социальных контактов, сни­жением социальной активности, страхом приближающейся старости у супругов;

О соматизация или депрессивные состояния пожилых супругов;

рост уровня конфликтности в супружеской подсистеме, обусловленный актуализацией супружеских проблем, не решенных на предыдущих эта­пах развития семьи;

О отсутствие тепла в отношениях супругов, дефицит близости и довери­тельности, проблемы общения;

84

ригидность семейной системы, выражающаяся в неспособности роди­телей принять факт создания ребенком его собственной семьи и появив­шихся в связи с этим новых ролей;

общая неудовлетворенность супругов браком;

внебрачные контакты и связи супругов;

сложности и конфликты во взаимоотношениях с выросшими детьми или новыми членами семьи (зятьями, невестками, сватами и др.);

О неоправдавшиеся ожидания, надежды супругов, разочарование (в про­фессиональной и личной жизни).

Для диагностики данного кризиса могут быть использованы следующие

методики:

О выявление уровня сплоченности семьи (длины психологической ди­станции) — методики FAST (тест Геринга), «Семейная социограмма» (Э. Г. Эйдемиллер, О. В. Черемисин), FACES-3 (Д. X. Олсон, Дж. Порт-нер, И. Лави, в адаптации М. Перре);

выявление взаимных претензий, обид и оценок супругами друг друга — методика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

Dвыявление эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова);

анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова).

2.7.3. Психологическая помощь

Данный период существования семьи можно назвать вторым кризисом иден­тичности супругов (первый имел место в подростковом возрасте каждого из партнеров). Увеличение количества разводов в этот кризисный период отра­жает трудности его прохождения. Это время, когда супружеская пара, которая долгого была занята воспитанием детей, вынуждена отойти от привычных ро­лей. Можно сказать, что с уходом детей исчезает «третий элемент» супружес­кой пары. Супруги вновь остаются вдвоем.

В качестве превентивной помощи с целью подготовки к выходу на пенсию супругам можно рекомендовать посещение групп поддержки, в которых при­нимают участие успешно адаптировавшиеся пенсионеры.

Психологическая помощь, направленная на адаптацию к выходу на пен­сию, включает несколько этапов:

1. Осознание и принятие факта выхода на пенсию.

2. Коррекция представлений о данном периоде как окончании активной жизни.

3. Поиск новых интересов и планирование жизни на пенсии.

85

4. Помощь в осознании ресурсов семьи (нуклеарной и расширенной) для повышения качества функционирования в пенсионный период.

В работе с супружескими парами, переживающими данный нормативный кризис, рекомендуется проводить индивидуальную и(или) супружескую тера­пию. Психологическая помощь может быть направлена на разрешение следу­ющих проблем:

заключение нового супружеского договора: перераспределение обязан­ностей и реорганизация свободного времени;

ролевая реорганизация семьи;

реорганизация детско-родительских отношений;

принятие имеющегося опыта жизни (профессиональной и личной).

При работе с супругами в данный кризисный период могут также использо­ваться элементы психологической помощи, описанные при анализе предыду­щих кризисов.

2.8. ПОВТОРНЫЙ БРАК

Женись, несмотря ни на что. Если попадется хорошая жена, будешь исключением, а если плохая — станешь философом.

Сократ

2.8.1. Феноменология кризиса

Повторный брак — один из феноменов современной жизни. Он представ­ляет собой еще один семейный кризис, который, однако, не является строго нормативным, поскольку его переживает не каждая семья. Вместе с тем для людей, вступающих в новый брачный союз, он сохраняет свою нормативность и знаменует начало жизненного цикла новой семьи.

Повторным называется брак, который создается человеком (людьми), ра­нее уже состоявшим(и) в брачных отношениях. Он подразумевает объедине­ние уже не двух, а трех и более родов, в результате чего образуется смешанная семья, или семья повторного брака.

Выделяют несколько типов повторных браков. Основаниями для класси­фикации могут выступать:

1. Характер прекращения предыдущих брачных отношений:

Брак, в котором хотя бы один из супругов пережил развод.

О Брак, в котором хотя бы один из супругов пережил смерть брачного парт­нера.

86

2. Наличие или отсутствие опыта брачных отношений:

П Брак, в котором один из партнеров имел опыт супружеских отношений. О Брак, в котором оба партнера имели опыт супружеских отношений.

3. Число детей, рожденных в предыдущих браках:

О Брак, в котором ни один из партнеров не имеет детей от предыдущих браков.

Брак, в котором один из партнеров имеет детей от предыдущих браков. О Брак, в котором оба партнера имеют детей от предыдущих браков.

4. Разница в возрасте между партнерами:

Брак, в котором партнеры являются ровесниками или один из них не­значительно старше другого.

Брак, в котором один партнер намного старше другого (разница в возра­сте превышает 10 лет).

Каждый тип повторного брака предполагает свой комплекс трудностей, с которыми могут столкнуться члены новой семьи при переживании данного кризиса. К числу последних можно отнести следующие:

ролевая неопределенность;

О отсутствие общих традиций или норм;

П проблемы в определении границ новой семьи;

сложности установления близких отношений с членами расширенных семей;

если в семью попадают дети от предыдущих браков — трудности в детс­ко-родительских взаимоотношениях;

отягощение повторного брака проблемами, не разрешенными в преды­дущем браке.

Длительность данного семейного кризиса и особенности связанных с ним переживаний носят индивидуальный для каждой семьи характер. Чтобы адап­тироваться к новой ситуации, членам смешанной семьи может потребоваться достаточно много времени.

Ролевая неопределенность в семье, возникшей в результате повторного бра­ка, может приводить к разнообразным, специфическим для данного кризиса, эмоциональным проблемам. Прежде всего, их появление связано с необходи­мостью принимать на себя родительские функции по отношению к детям, кото­рые не являются родными, и делить эти функции с биологическими родителями, распределяя полномочия и зоны влияния. Родители, оставившие детей от преды­дущего брака, в связи с возможным переживанием чувства вины, часто стремят­ся к установлению более близких отношений с пасынком или падчерицей.

Эти процессы нередко осложняются иррациональными представлениями партнеров о характере межличностных отношений в смешанной семье. Наи­более распространенными семейными мифами о повторном браке являются:

если партнер любит меня, то будет любить и моих детей;

супруг (супруга) должен любить моих детей, как собственных;

87

мачеха (отчим) никогда не будет любить моего ребенка, как собствен­ного;

О ребенок никогда не сможет полюбить мачеху (отчима), так как он дол­жен любить своего родного отца (мать);

ребенок будет страдать от присутствия в семье чужого мужчины (жен­щины);

О мачеха (отчим) не должна вмешиваться в воспитание неродного ребенка;

повторный брак всегда успешнее предыдущего;

каждый последующий брак всегда хуже, чем предыдущий, и др.

Формирование смешанной семьи связано с конфликтом лояльности у де­тей. Для ребенка крайне важно поддерживать контакт с кровным родителем, устанавливая одновременно позитивные взаимоотношения с приемным роди­телем. В то же время повторный брак родителя нередко сочетается с неопреде­ленностью семейной принадлежности детей. Лояльность к кровным родите­лям может сопровождаться неудовлетворительными отношениями с мачехой или отчимом. И наоборот, принятие мачехи или отчима может переживаться ребенком как предательство родного родителя, не проживающего с ребенком. Одновременно дети могут опасаться, что их нелюбовь к отчиму или мачехе оби­дит проживающего с ними родителя.

Одной из задач, встающих перед семьей, переживающей данный кризис, является установление семейных границ: внутренних, касающихся взаимодей­ствия между членами образовавшейся семьи, и внешних, регулирующих отно­шения с ближайшими родственниками и социальным окружением. Возникает целый ряд вопросов, касающихся состава семьи, определения семейной соб­ственности, областей ответственности, особенностей детско-родительских отношений. Особую важность приобретает необходимость донесения до ре­бенка изменений, происходящих в семье, и правил, связанных с приходом в семью нового человека (людей). Дети в этот период особенно остро испытыва­ют потребность в поддержке и помощи со стороны родного родителя.

Основная задача развития в семье повторного брака состоит в том, чтобы держать границы проницаемыми. Очень важно, чтобы между детьми и родите­лями, которые живут отдельно, продолжалось взаимодействие. Одновременно следует укреплять авторитет отчима или мачехи. В противном случае появля­ется опасность возникновения такого структурного нарушения, как перевер­нутая иерархия. Так, неродному родителю предпочтительно сначала устано­вить с детьми дружеские отношения, и лишь по мере их укрепления постепенно начинать участвовать в воспитании. Важнейшей остается задача создания сме­шанной семьей четких внешних границ, позволяющих продолжать отноше­ния с расширенными семьями и развивать новые взаимодействия в ее рамках. Преимуществом повторного брака является то, что партнеры уже лишены части иллюзий по поводу супружеской жизни и подходят к ней более рацио­нально. В связи с этим они часто прикладывают больше усилий для сохране­ния нового брака. При возникновении семейных дисгармоний супруги с боль­шей ответственностью подходят к изменению отношений и испытывают меньше страхов в случае необходимости разрыва неудачных отношений.

88

Вместе с тем неоднократное заключение людьми повторных браков неред­ко представляет собой «хождение по кругу», детерминированное действием их семейных сценариев. В таких случаях выбор партнера, как правило, бессозна­тельно осуществляется по тем же основаниям, что и предыдущий. Если бес­сознательные конфликты, мотивирующие выбор партнера, не находят своего разрешения, велика вероятность распада и повторного брака.

Развитие эмоциональных отношений с новым брачным партнером зависит оттого, насколько были завершены прежние отношения. Если в адрес бывше­го супруга сохранилось много невыраженных чувств, прежде всего, негатив­ного характера (обида, злость и т. д.), и невысказанных претензий, это будет затруднять формирование новых эмоциональных связей. В таких случаях ве­лика вероятность того, что в повторном браке начнут отыгрываться незавер­шенные конфликты предыдущих отношений.

Выстраивание новых отношений может быть сопряжено с рядом трудностей:

стеснение и неловкость при знакомстве;

страх близости из-за травматичных отношений в прежнем браке;

опасения вновь пережить боль и разочарование;

чувство вины перед детьми за отношения с другим мужчиной (женщи­ной);

неприятие детьми новых отношений родителя (родителей). Часто такие отношения в глазах детей выглядят как предательство по отношению к бывшему супругу, особенно в случае его смерти.

Если повторный брак заключается людьми, у которых предыдущие отно­шения прекратились в результате смерти брачного партнера, то в новом браке возрастает риск «жизни втроем». Как правило, это обусловлено сильной идеа­лизацией умершего супруга (супруги) или эмоциональной незавершенностью отношений с ним.

2.8.2. Диагностика

Данный кризис можно диагностировать на основании анализа беседы с су­пружеской парой. Маркерами кризиса, связанного с созданием семьи в случае повторного брака, выступают:

конфликты, возникшие в результате ролевой неопределенности членов новой семьи;

конфликты, связанные с неадекватными установками, ожиданиями и притязаниями к новому брачному партнеру, основанные на опыте пре­жних брачных отношений;

нарушение внешних границ новой семьи, выражающееся, как правило, в практически полном отсутствии контактов с расширенными семьями, вызванное непринятием ими нового брака, партнера или его детей;

проблемы в детско-родительских отношениях (перевернутая иерархия, проявляющаяся в виде неподчинения ребенка неродному родителю; кон-

89

куренция между родным и неродным родителями одного пола за право быть «лучшим родителем» ребенку; высокий уровень конфликтности между родителем и приемным ребенком и др.);

отсутствие близости между членами объединившихся семей;

О разочарование в новом браке и брачном партнере, основанное на не­оправдавшихся или нереалистичных ожиданиях.

Проверка терапевтических гипотез может осуществляться с помощью сле­дующих методик:

выявление уровня сплоченности семьи (величины психологической ди­станции), семейной иерархии, границ семьи — методики FAST (тест Ге­ринга), «Семейная социограмма», FACES-3;

анализ ролевой структуры семьи — методика «Ролевые ожидания и при­тязания в браке» (А. Н. Волкова), анкета «Семейные роли» (в модифика­ции А. В. Черникова);

О выявление степени адекватности восприятия брачного партнера — ме­тодика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

определение эмоционального фона семьи и некоторых параметров супру­жеских отношений — методика «Удовлетворенность браком» (В. В. Сто-лин, Т. М. Романова, Г. П. Бутенко), опросник «Понимание, эмоциональ­ное притяжение, авторитетность» (А. Н. Волкова);

выявление нарушений в детско-родительских взаимоотношениях — опросник «Анализ семейного воспитания» (АСВ); диагностика детско-родительских отношений; методика «Родителей оценивают дети» (РОД); опросник «Измерение родительских установок и реакций» (PARI); опросник «Взаимодействие родитель—ребенок»; методика диагностики родительского отношения; тест «Диагностика эмоциональных отноше­ний в семье».

2.8.3. Психологическая помощь

Можно выделить следующие группы проблем, по поводу которых семья повторного брака обращается к психологу:

1. Трудности в отношениях между супругами. Помощь консультанта в этом случае заключается в информировании брачных партеров о норматив­ных психологических трудностях, связанных с созданием новой семьи, и проведении супружеской терапии.

2. Трудности в отношениях неродного родителя с ребенком. Здесь важно прояснить отношение ребенка к повторному браку родителя, особенно­сти восприятия неродным родителем ребенка, а также помочь выявить взаимные претензии и ресурсы для построения более гармоничных от­ношений.

3. Структурные семейные нарушения, связанные, как правило, с возник­новением отношений в виде треугольника (например, «мать-отчим—ре-

90

бенок» или «отец-ребенок—отчим» и т. п.). В таких ситуациях важно поддержать диадные отношения взрослых членов образовавшихся тре­угольников и помочь им обходиться с имеющимся в них напряжением, не вовлекая при этом во взаимодействие ребенка.

4. Трудности в установлении отношений с членами расширенной семьи, обусловленные отсутствием принятия со стороны последних нового брака.

Наиболее важным аспектом психологической помощи семье повторного брака в каждом из этих случаев является информирование супругов о возмож­ных нормативных психологических трудностях, связанных с построением но­вых отношений (особенно для семей с детьми от предыдущих браков). Необ­ходимо объяснить супругам важность поддержания отношений с бывшим партнером в рамках родительских ролей для сохранения психического и эмо­ционального благополучия ребенка. Адаптация к новой семье у ребенка про­исходит легче при условии, что отношения с родителем, не проживающим с ребенком, носили деструктивный характер либо вовсе отсутствовали. При на­личии позитивных отношений с родным родителем необходимо рекомендо­вать членам новой семьи не запрещать контакты с ним, относиться с особой деликатностью и внимательностью к чувствам ребенка, дать ему время для адап­тации к новой ситуации, оказывать ему поддержку, не форсировать процесс установления близости, не принимать жестких воспитательных мер. Не следу­ет заставлять ребенка называть неродного родителя мамой или папой.

В ряде случаев целесообразно приглашать на консультацию родного отца (мать) ребенка для оказания помощи в распределении областей ответственно­сти, зон влияния на ребенка.

Очень важно, чтобы ребенок не стал инструментом мести одного родителя другому. Если выявляются факты манипулирования ребенком расставшимися родителями с одной или с обеих сторон, желательно организовать встречу ро­дителей для окончательного прояснения и эмоционального завершения пре­жних отношений. Целью данной встречи должно явиться заключение согла­шения между ними по вопросам их дальнейшего взаимодействия как родителей. Важно, чтобы ребенок знал, что, несмотря на то, что родители расстались, каж­дый продолжает считать его своим ребенком и любит его.

91

Ненормативные семейные кризисы

Глава 3

3.1. ПОНЯТИЕ НЕНОРМАТИВНОГО СЕМЕЙНОГО КРИЗИСА

Мудрец будет скорее избегать болезней, чем выбирать средства против них.

Т. Мор

Кроме нормативных кризисов — трудностей, связанных с прохождением семьей основных этапов жизненного цикла, — семейная система может пере­живать и ненормативные кризисы.

Ненормативный семейный кризис — это кризис, возникновение которого потенциально возможно на любом этапе жизненного цикла семьи и связано с переживанием негативных жизненных событий, определяемых как кризисные. Р. Хилл выделил три группы факторов, приводящих к возникновению семей­ных кризисов (HillR., 1970):

1. Внешние затруднения (отсутствие собственного жилья, работы и др.).

2. Неожиданные события, стрессы (семья или один из ее членов становит­ся жертвой террористического акта, автомобильной, железнодорожной или авиакатастрофы и др.).

3. Внутренняя неспособность семьи адекватно оценить и пережить какое-либо семейное событие, рассматриваемое ею в качестве угрожающего, конфликтного или стрессового (серьезная болезнь или смерть одного из членов семьи, супружеская измена, развод и др.).

Первая группа факторов обычно является сферой деятельности социальных работников и социальных педагогов. С последствиями действия второй груп­пы факторов имеют дело кризисные психологи, врачи, психотерапевты. Фак­торы третьей группы чаще всего приводят семью к специалисту в области се­мейной психологии и психотерапии.

Признаками семейного кризисного события могут выступать:

92

Gсверхнормативность для данной семьи; О угрожающий функционированию семьи характер события; О резкое возрастание внутриличностной напряженности, кризисное состо­яние членов семьи;

возникновение межличностных конфликтов в семье, требующих их раз­решения/и отсутствие у членов семьи опыта решения конфликта такого уровня;

О истощение адаптационных ресурсов членов семьи;

прогрессирующие негативные изменения в семейной ситуации;

затруднения функционирования семьи в связи со столкновением с си­туациями, аналогичных которым не было в семейном опыте;

П нарушение стереотипов поведения членов семьи.

В каждом ненормативном семейном кризисе можно выделить следующие взаимосвязанные компоненты:

1. Кризисное событие.

2. Восприятие и понимание членами семьи происходящего.

3. Отношение членов семьи к данному событию и особенности его пере­живания ими.

4. Изменения в семейной системе.

5. Возможные индивидуальные и общесемейные способы выхода из кризиса.

Большинство ненормативных семейных кризисов имеет свои закономер­ности протекания, знания о которых необходимы психологу для организации адекватной психологической помощи.

3.2. ИЗМЕНА

Любовь одна, но подделок под нее — тысячи.

Ф. Ларошфуко

3.2.1. Феноменология кризиса

Супружеская неверность, измена, адюльтер (фр. adultere ; синоним — пре­любодеяние) рассматривается как вступление лица, состоящего в браке, в по­ловую связь с лицами из других брачных пар или с одинокими мужчинами и женщинами. Она может носить как эпизодический, так и систематический характер.

Отношение к измене в разных культурах и в разные времена было отлич­ным. В историческом плане можно проследить постепенный переход от бес-

93

порядочных половых связей к моногамным отношениям, подразумевающим постоянную сексуальную связь с одним партнером. Однако за моногамией часто скрывались полигамные отношения, допускаемые, прежде всего, для мужчин, тогда как в отношении женщин декларировались требования абсо­лютной верности. В настоящее время в нашей культуре отсутствует половая дискриминация в отношении супружеской измены: нравственные законы, регулирующие это явление, в равной мере относятся и к женщинам, и к муж­чинам.

Влияние измены на супружеские отношения в значительной мере опреде­ляется тем, на какой стадии развития брака она произошла (совпадая с норма­тивными семейными кризисами, она тем самым усугубляет их протекание), а также ее характером, длительностью и типом: была ли эта связь продолжи­тельной или случайной, преимущественно сексуальной или отличалась эмо­циональной привязанностью.

Измена, как правило, является признаком супружеских дисгармоний и свидетельствует о наличии различных противоречий и конфликтов между су­пругами. Далеко не всегда она является следствием нарушений сексуальных отношений в браке. Часто за изменой скрывается факт неудовлетворения пси­хологических потребностей: в любви, близости, принятии, уважении. Однако неверность может встречаться и в достаточно гармоничных семьях с благопо­лучными и устойчивыми супружескими отношениями.

Мужчины заводят любовниц, как правило, для удовлетворения своих сек­суальных потребностей, они ищут на стороне разнообразие сексуальных ощу­щений. Женщины же во встречах с любовником в большинстве случаев стре­мятся получать удовлетворение от атмосферы ухаживания, внимания, заботы, которая вокруг нее создается.

К. Имелинский отмечает, что тенденция к измене детерминируется не только супружескими дисгармониями, но и обычным стремлением человека к поиску новых впечатлений. Она наблюдается в различных областях человеческой дея­тельности. В частности, в сексуальной сфере это проявляется поиском новых партнеров. Данная тенденция положительно коррелирует с общей жизненной энергией человека. Имеют значения и такие свойства личности, как способ­ность завязывать контакты, смелость и способность к самоотдаче. Другие лич­ностные качества, например нерешительность, пассивность, страх, напротив, являются факторами, способствующими верности.

Существует две точки зрения на измену. Согласно первой, традиционной, измена — опасная, разрушающая супружество ситуация. Согласно другой, из­мена позволяет поддержать умирающие супружеские взаимоотношения. На­пример, К. Витакер рассматривает любовника (любовницу) как «психотера­певта на стороне» одного из супругов. Между тем в большинстве случаев супружеская неверность все же угрожает целостности семьи как системы. Несмотря на то, что измена возникает в супружеской диаде, ее последствия оказывают влияние на всю семью в целом. Могут нарушаться не только супру­жеские, но и детско-родительские взаимоотношения, что проявляется в воз­никновении различных структурных нарушений семьи, таких как межпоко­ленные коалиции, перевернутая иерархия, ролевые инверсии.

94

Пример

ЗапсихологическойпомощьюобратиласьЕвгенияВ., 41 год, сжалобами на 20-летнегосына. Еебеспокоило, чтосынвпоследнеевремяоченьапа­тичный, отстраненный, что«егоничегонеинтересует», онневыполняет своихобещаний, постоянноменяетместаработы (каждые 2—3 месяцаего увольняют, ионвынужденискатьновуюработу). Прианализесемейной ситуациивыяснилось, чтоотношенияЕвгениисмужемдовольносложные. Напротяженииихсовместнойжизнионейпериодическиизменял, апослед­ниенескольколетунегоестьпостояннаялюбовница. Отношенияжес сыномвсегдабылиоченьблизкими. Оначастоделиласьснимсвоими переживаниямипоповодуотношенийсмужем, находяунегоподдержку. Наличиемежпоколеннойкоалициимеждуматерьюисыноминагружен-ностьребенканетипичнымидляегостатусаивозрастафункциямизатруд­нилипроцессотделениямолодогочеловекаотсемьи (преждевсего, от матери), чтосталоисточникомегодепрессивныхсостоянийипроблемс работой. Вданнойсемейнойсистеменафонепостоянныхизменсупруга, сын, посути, сталсимволическиммужемсвоейматери, стабилизируя, та­кимобразом, существованиесемьиисохраняябрак.

Измена обычно затрагивает чувства чести и достоинства обманутого супру­га и сопровождается переживанием ревности, привносящей в семейную драму глубокие разрушительные для семьи аффекты. В. Бамберри рассматривает су­пружескую неверность как свидетельство супружеского тупика, мертвых от­ношений (Витакер К., Бамберри В., 1997).

Супружеская измена может выполнять ряд функций, представляя собой:

способ завершения супружеских отношений и констатации факта несо­стоятельности брака;

способ привлечения внимания брачного партнера и передачи ему мета-послания о неудовлетворении определенных потребностей;

способ сохранить супружеские отношения путем реализации потребно­стей, дефицит удовлетворения которых в браке ощущается довольно ос­тро;

проигрывание семейных сценариев;

способ компенсировать чувство неполноценности, повысить само­оценку.

Таким образом, феномен измены может быть проанализирован на трех уров­нях: индивидуальном, микро- и макросистемном. В зависимости от функции, которую выполняет измена, следует выбирать те или иные способы оказания психологической помощи.

Среди причин супружеской неверности можно выделить следующие: 1. Индивидуальные особенности партнеров по браку:

П нарушение полоролевой идентичности партнера по браку, вынуждающее доказывать свою мужественность (женственность), вступая в как можно большее количество сексуальных связей;

патохарактерологические личностные особенности супругов (например, страх быть поглощенным у брачного партнера с шизоидной организаци-

95

ей личности, побуждающий вступать во внебрачные связи, регулируя таким образом психологическую дистанцию в супружеской подсистеме).

2. Микросистемные факторы:

П нарушение супружеских отношений;

П супружеская несовместимость (прежде всего сексуальная);

отсутствие эмоциональной близости между супругами;

охлаждение чувств в браке;

месть одного партнера другому за причиненные страдания;

отсутствие взаимных чувств в браке (представляет собой попытку любяще­го, но отвергнутого партнера компенсировать недостаток любви в браке);

П разочарование супругов друг в друге;

П сексуальная абстиненция партнера по браку, связанная с болезнью су­пруга, его длительным отсутствием и т. д.

3. Макросистемные факторы:

П актуализация семейных сценариев;

трансгенерационные послания (например, женщина, всю жизнь храня­щая верность своему мужу и вытесняющая сексуальные желания к дру­гим мужчинам, может различными способами поддерживать измены или поведение промискуитетного типа у своей дочери).

К числу факторов, сопутствующих супружеской неверности, относятся:

неадекватная мотивация брака;

обыденность брака;

химические зависимости одного из партнеров;

большая разница в возрасте между супругами;

низкий материальный достаток семьи;

отсутствие совместного досуга супругов;

большое количество свободного времени у одного из партнеров.

Выделяют несколько видов супружеской неверности:

1. Случайный внебрачный контакт представляет собой единичный случай измены, мало связанный с конкретным лицом. Случайный контакт может воз­никнуть вследствие неудовлетворения сексуальной потребности в связи с вы­нужденной половой абстиненцией (разлука или болезнь одного из супругов). В других случаях он является способом доказать себе свою сексуальную дее­способность и др. Возможны следующие крайние варианты: (1) единичный вне­брачный контакт, имевший место совершенно случайно при стечении опреде­ленных обстоятельств, и (2) частые внебрачные контакты у индивидуума промискуитетного типа, который легко меняет половых партнеров, не имея с ними эмоциональной связи.

2. Эротико-сексуальные приключения — внебрачные сексуальные эпизоды, которые основываются на стремлении к разнообразию, получению нового сек­суального опыта. Помимо сексуального влечения, для изменяющего очень важ­на эротическая привлекательность партнера и нежность как необходимый ком-

96

понент отношений. Такие контакты дарят обоим партнерам разнообразные переживания, доставляющие много удовольствия. Большое значение в таких отношениях имеют сексуальные игры, в которых партнеры экспериментиру­ют с новым телесным опытом. Эти эротико-сексуальные приключения быва­ют краткими, с отсутствием взаимных обязательств и оставляют после себя приятные воспоминания. Они, как правило, не представляют опасности для супружеского союза каждого из партнеров.

Внебрачные половые контакты, единичные или повторяющиеся, и эроти­ко-сексуальные приключения иногда обозначают как «ситуационные кратков­ременные измены». От них следует отличать продолжительную измену, обо­значаемую как «внебрачная связь».

3. Внебрачная связь характеризуется большой продолжительностью и воз­никновением эмоциональной привязанности. Ей, как и супружеским отноше­ниям, свойственны определенные стадии развития. Эта связь может иметь характер длительных, преимущественно сексуальных отношений либо эмоцио­нальной близости. Наличие внебрачной связи вынуждает изменяющего парт­нера вести так называемую двойную жизнь.

При раскрытии факта измены возможно возникновение нескольких типов реакций:

Агрессия. Обманутый партнер прерывает отношения, совместное с су­пругом ведение хозяйства, требует прекращения внебрачной связи и гро­зит разводом. Такое поведение, как правило, характерно для партнера, эмоционально не зависящего от брака. Агрессивный подход вынуждает «изменника» принять решение; если у него еще сохраняется значитель­ная связь с семьей и детьми, то такая постановка вопроса может привес­ти к разрыву внебрачных отношений и возврату в семью.

Защита. Обманутый партнер прекращает супружеские отношения только частично. Он ограничивает эмоциональные проявления, а также прояв­ления любви и расположения, но продолжает совместное ведение хозяй­ства и сексуальные отношения, а также использует различные способы удержания партнера в семье (начинает уделять больше внимания своему внешнему виду, организовывает совместный досуг, чтобы супруг(а) при-знал(а) его (или собственную) важность и незаменимость). Партнеру мо­жет предъявляться ультиматум, согласно которому он должен порвать вне­брачную связь в течение определенного срока. Прекращаются разговоры о внебрачном партнере, и пропускается любая информация о нем.

Игнорирование. Обманутый партнер делает вид, что не замечает либо не знает об измене, либо ведет себя так, словно ему все равно. Такое пове­дение может быть свойственно партнеру, не испытывающему эмоцио­нальной привязанности к супругу (супруге), в случаях, когда сохранение брачных отношений является выгодным, а также при наличии крайне созависимых и деструктивных отношений и др.

Существует несколько моделей поведения супругов в ситуациях измены: 1. Модель, характерная для брачного партнера, смыслом жизни которого яв­ляется завоевание лиц противоположного пола. С увеличением числа «побед»

97

растет ощущение собственной ценности и значимости. Люди данного типа за­вязывают кратковременные знакомства, не задумываясь о возможных послед­ствиях. Однако при этом они могут сохранять близкие эмоциональные отно­шения с брачными партнерами. Для взаимодействия в таких семьях характерна следующая цикличность: измена — обнаружение — покаяние — прощение — измена. Инициатором обращения в консультацию в некоторых случаях явля­ется обманутый партнер, в других — сам изменяющий, когда возникает угроза развода.

2. Модель поведения, более характерная для женщин, отличающихся несамо­стоятельностью, незрелостью и склонностью к зависимым отношениям. Они вы­бирают серьезных и стабильных брачных партнеров. В таких семьях секс мо­жет использоваться как средство поощрения или наказания. Измены, как правило, возникают на том этапе семейной жизни, когда женщина вынуждена быть максимально включенной в семейное взаимодействие и заниматься вос­питанием детей. Со стороны супруги появление внебрачных связей, которые могут привести к разрушению семейных отношений, возможно в случае воз­растания материального интереса или стремления приобрести более высокий социальный статус. В консультацию чаще всего обращается отвергнутый партнер.

3. Модель поведения, связанная с ситуациями, когда после случайной измены или непродолжительной сексуальной связи любовник или любовница выступают инициаторами продолжения отношений и пытаются разрушить брак. В некото­рых ситуациях в случае раскрытия факта измены изменивший супруг стремит­ся образовать коалицию с партнером по браку против третьей стороны.

4. Модель, характерная для тех, кто постоянно пытается найти нового, «луч­шего» партнера по браку. Встречается в тех случаях, когда сохранение не удов­летворяющего супругов брака осуществляется за счет непсихологических фак­торов: необходимость растить детей, жилищные проблемы и др.

5. Модель, в которой измены обусловлены усталостью супруга от брака. Вне­брачные связи в таких случаях являются приятной сменой домашней рутины.

6. Модель, основанная на длительных внебрачных связях при доминирующей ценности семейных отношений и стремлении сохранить собственный брачный союз. Внебрачная связь не создает проблем для семейной жизни, не препят­ствует выполнению супружеских и родительских функций. Эмоциональная зависимость от внебрачной связи незначительна: оба партнера рассматривают ее лишь как «дополнительное удовольствие».

3.2.2. Психологическая помощь

Как указывалось выше, феномен измены может быть проанализирован на трех уровнях: индивидуальном, микро- и макросистемном, что определяет спо­собы оказания психологической помощи.

Помощь на индивидуальном уровне предполагает работу с одним из супру­гов. Здесь главное внимание уделяется проработке внутриличностных проблем

98

клиента, связанных с его патохарактерологическими особенностями. Это мо­жет быть работа, направленная на интеграцию образа «Я»; осознание своей полоролевой идентичности; повышение самооценки; выявление деструктив­ных паттернов поведения, обусловленных структурой личности; проработку ранних детских конфликтов. Как правило, психологическая помощь в подоб­ных случаях предполагает длительную психотерапевтическую работу.

Также в рамках данного направления возможно оказание краткосрочной помощи с целью поддержки обманутого супруга и предоставления ему возмож­ности отреагировать собственные страхи, тревогу и другие сильные эмоции. Работа с чувствами обратившегося за помощью предполагает решение следу­ющих задач:

1. Предоставление клиенту возможности отреагировать чувства, вызван­ные фактом измены, и рассказать все, что он посчитает важным и нуж­ным. Психологу при этом следует избегать оценочных суждений и под­держивать клиента путем ослабления чувства уникальности собственной проблемы («Да, такое случается», «Так бывает»).

2. Сопровождение клиента в процессе выявления и проработки тех чувств, которые он испытывает в связи с ситуацией измены (вина, обида, рев­ность, злость, ненависть и др.).

3. Оказание помощи в осознании и принятии своей ответственности за на­рушение супружеских отношений, проявившееся в форме измены, сво­его вклада в сложившуюся ситуацию. Особую осторожность и тактич­ность необходимо проявлять при работе с обманутым супругом, учитывая его боль и остроту переживаний. Ему можно рекомендовать посещение групп самоподдержки для супругов, переживших измену.

4. Сопровождение в принятии решения о разрыве либо восстановлении отношений с партнером.

При работе с обманутым либо изменившим супругом важно соблюдать веж­ливость, тактичность и нейтральность, поскольку тема измены является эмо­ционально насыщенной и может вызывать у самого психолога (в связи с его личным опытом или отношением к данной проблеме) реакции, осложняющие процесс оказания психологической помощи.

Работа на микросистемном уровне — прежде всего, с супружеской парой — предполагает определение характера нарушений супружеских отношений, при­ведших к измене, и коррекцию дисфункциональных паттернов взаимодействия брачных партнеров. Задачами психолога является:

1) выявление представлений о сложившейся ситуации у каждого из супру­гов. Важно, чтобы каждый высказался и был услышан;

2) прояснение того, как каждый из супругов переживает данное событие и какие чувства и эмоции оно вызывает у них обоих. На этом этапе це­лесообразно дать возможность супругам сказать друг другу о своих претензиях и обидах, избегая при этом взаимных оскорблений и обви­нений;

3) оказание помощи супругам в осознании собственного вклада в сложив­шуюся ситуацию и разделении ответственности;

99

4) сопровождение брачных партнеров в принятии решения о возможности сохранения отношений и, в случае их желания не разрушать семью, в за­ключении нового супружеского договора.

В тех случаях, когда при работе с супружеской парой выясняется, что в си­туацию супружеского конфликта включены другие члены семьи (дети, праро­дители), рекомендуется проводить семейную терапию.

3.3. РАЗВОД

Развод — это предохранительный клапан супружеского котла.

А. Декурсель

3.3.1 Феноменология кризиса

Под разводом понимают разрыв супружеских отношений в его юридичес­ком, экономическом и психологическом аспектах, что влечет за собой реорга­низацию семейной системы. Кризисный характер данного события (даже если развод осуществляется с согласия обоих партнеров) обусловлен продолжитель­ностью и болезненностью переживаний членов семьи и его дестабилизирую­щим влиянием на всю семейную систему. Даже спустя длительный период времени после прекращения отношений сохраняются психологические послед­ствия расставания (как правило, актуализирующиеся в связи с синдромом го­довщины).

Выделяют следующие факторы, способствующие росту количества разводов:

укрепление экономической самостоятельности и социального равнопра­вия женщины;

либерализация взглядов на развод;

освобождение от классовых, религиозных и национальных предрассудков;

рост продолжительности жизни;

П снижение влияния родителей на выбор супруга;

неадекватная мотивация вступления в брак одного или обоих партнеров.

В качестве основного мотива развода выступает невозможность удовлетво­рения в существующем брачном союзе потребностей и желаний супругов. Среди причин, приводящих к разводу либо увеличивающих его вероятность, можно выделить:

семейные сценарии, включающие конфликтные отношения либо раз­вод родителей одного из супругов;

П поздний или ранний возраст вступления в брак;

100

низкий уровень дифференциации супругов и размытые внешние грани­цы семьи, что обусловливает постоянные вмешательства в ее функцио­нирование третьего поколения, особенно при совместном проживании с родителями одного из брачных партнеров;

разочарование в партнере;

личностные особенности одного или обоих супругов, выражающиеся в склонности к конфликтному поведению;

неравный уровень образования и социального статуса супругов;

профессиональная занятость женщины, в том числе «бикарьерная»

семья;

вынужденное раздельное проживание супругов (командировки, разъез­ды, так называемая «дистантная» семья);

бесплодие одного из супругов, невозможность иметь детей;

добрачная беременность (так называемые «стимулированные» браки);

рождение ребенка в первые 1—2 года брака;

употребление алкоголя и наркотиков;

супружеские дисгармонии (измены, сексуальная неудовлетворенность в браке и др.).

Развод, как правило, не является одномоментным событием и имеет свою динамику проживания. А. Маслоу предложил модель распада супружеских от­ношений, включающую в себя семь стадий.

1. Эмоциональный развод обусловлен разрушением иллюзий супружеской жизни, чувством неудовлетворенности, отчуждением супругов, страхом и от­чаянием, попытками контролировать партнера, спорами, стремлением избе­жать проблем.

2. Время размышлений и отчаяния перед разводом сопровождается болью, зло­стью и страхом, противоречивостью чувств и поступков, зачастую шоком, ощу­щением пустоты и хаоса. Предпринимаются попытки вернуть любовь, полу­чить помощь от друзей, членов семьи.

3. Юридический развод — оформление разрыва отношений происходит на формальном уровне. Эта стадия связана не только с судопроизводством, но и с участием все большего количества лиц в семейных отношениях партнеров. Отношения разводящихся супругов могут включать в себя конфликты, угрозы либо стремление к переговорам. Во время развода и периода правовых споров оставленный партнер может испытывать жалость к себе, беспомощность, чув­ство отчаяния и злости.

4. Экономический развод связан с прекращением совместного ведения хо­зяйства и разделением семейного бюджета (если до этого он был общим).

5. Установление баланса между родительскими обязанностями и правом на опеку связано с переговорами родителей по вопросу дальнейших взаимоотно­шений с детьми и распределения зон ответственности. Основными задачами данного этапа являются создание новых отношений между родителем и ребен­ком, а также обретение чувства собственного достоинства и независимости.

6. Время самоисследования и возврат к равновесию после развода. Основная проблема этого периода — одиночество и наличие амбивалентных чувств: не-

101

решительности, оптимизма, сожаления, печали, любопытства, возбуждения, радости, грусти и др. Начинается поиск новых друзей, сфер активности, выра­батывается новый стиль жизни, определяются обязанности для всех членов семьи.

7. Психологический развод. На эмоциональном уровне — это принятие фак­та распада отношений, стабилизация эмоционального состояния, проработка негативных чувств, связанных с разводом. На когнитивно-поведенческом — готовность к действиям, уверенность в своих силах, ощущение самоценности, появление чувства независимости и автономии, поиск новых объектов для любви и готовность к построению новых отношений (в кн.: Кочюнас Р. Пси­хологическое консультирование).

Для описания стадий развода может быть использована модификация мо­дели переживания утраты, предложенная Э. Кюблер-Росс (Кюблер-Росс Э., 2001).

1. Стадия отрицания. Первоначально реальность происходящего отрицает­ся. Обычно человек затрачивает на близкие отношения много времени, энер­гии и чувств, поэтому ему трудно сразу смириться с разводом. На этой стадии актуализируется работа защитных механизмов: рационализация («наконец пришло освобождение», «рано или поздно это все равно бы произошло»), обес­ценивание («на самом деле брак был ужасным», «мой муж полное ничтоже­ство»), отрицание («ничего такого не случилось», «все хорошо») и др.

2. Стадия озлобленности. На этой стадии возникает чувство злости по отно­шению к партнеру. Покинутый партнер переживает состояние фрустрации, вызванное крушением его планов и надежд. Нередко он начинает манипули­ровать детьми, пытаясь привлечь их на свою сторону.

3. Стадия переговоров. Здесь предпринимаются попытки восстановить брак. Супруги используют различные манипуляции по отношению друг к другу, вклю­чая сексуальные отношения, угрозу беременности или беременность. Иногда прибегают к давлению на партнера со стороны окружающих.

4. Стадия депрессии. Когда отрицание, агрессивность и переговоры не при­носят никаких результатов, наступает угнетенное настроение. Человек чувству­ет себя неудачником, его самооценка, доверие к людям падают.

5. Стадия принятия. Эта стадия связана с принятием факта развода и адап­тацией к изменившимся условиям жизни. В случаях, когда в браке были дети, они тоже нуждаются в поддержке и помощи в адаптации к новой ситуации.

С. Даком была предложена модель процесса распада эмоциональных отно­шений, включающая четыре фазы: интрапсихическую, диадическую, соци­альную и фазу «отделки» (Гозман Л. Я., 1987). Каждая из них имеет свои спе­цифические особенности и цели.

Цель интрапсихической фазы состоит в понимании того, что именно в дан­ных отношениях является неудовлетворительным, идентификации своих про­блем с неопределенными аспектами отношений, поиске способов повышения удовлетворенности партнером и отношениями с ним. Результатом прохожде­ния первой фазы могут быть:

О смирение с существующими в браке проблемами;

П принятие решения о том, чтобы выразить партнеру свое неудовольствие.

102

Цели диадической фазы иные. Это конфронтация с партнером и перестрой­ка или прекращение отношений с ним. Начинают преобладать негативные эмоции, все больше возрастает тревожность, появляется чувство вины. Эта фаза может длиться годами. Для нее характерны «выяснения отношений» между супругами и попытки что-либо изменить в их взаимодействии. Прохождение второй фазы могут ознаменовать:

перестройка и сохранение отношений;

принятие решения о прекращении отношений.

На социальной фазе наблюдается постоянный переход от ссор к примирени­ям, актуализируются волнение и тревога по поводу своего будущего, страх оди­ночества и т. п. На этом этапе в процесс распада семьи вовлекаются другие люди (родственники, друзья). В результате супруги добиваются принятия бли­жайшим социальным окружением факта прекращения их отношений.

Фаза «отделки» включает реорганизацию пережитого опыта, его реинтер-претацию с целью создания более благоприятной и нетравмирующей истории эмоциональных отношений с бывшим партнером. Возможны следующие ва­рианты исхода этой фазы:

примирение с фактом распада отношений, извлечение позитивного опы­та, личный рост партнеров;

прошлый опыт воспринимается как собственная неудача.

Одна из концепций, описывающая распад эмоциональных отношений, была предложена Дж. А. Ли (цит. по: Агейко О. В.), которым были выделены следу­ющие фазы:

1. Осознание неудовлетворенности.

2. Выражение неудовлетворенности.

3. Переговоры.

4. Принятие решений.

5. Трансформация отношений.

Дж. А. Ли отмечает, что предложенная им очередность необязательна. Про­хождение перечисленных фаз индивидуально для каждой супружеской пары. Процесс распада может быть направлен не на прекращение отношений, а на их трансформацию. Как полагает автор данной концепции, цикличность от­ношений, включающая предложенные им фазы, может повторяться всю жизнь.

Эмоциональная утрата в связи с разводом не будет столь острой, если пара сможет поддерживать контакты и после прекращения супружеских отноше­ний. Это вполне вероятно, если бывшие супруги обладают достаточной психо­логической зрелостью и способны продолжать функционировать как родитель­ская пара.

Муж и жена, испытывающие сильную эмоциональную привязанность друг к другу (то есть находившиеся в слиянии или созависимых отношениях), в слу­чае развода могут столкнуться со значительными трудностями. Тревога, воз­никающая в связи с разрывом близких отношений, побуждает к стремитель­ному созданию нового созависимого союза, в котором велика вероятность

103

воспроизведения прежнего опыта. Наличие незавершенных отношений, не­прожитых, неотреагированных сильных чувств, относящихся к бывшему парт­неру, также может осложнить построение новых отношений. Типы реагирования на развод зависят от ряда факторов:

особенностей развода (его формы, глубины, длительности, количества вовлеченных в него участников);

отношения к нему со стороны супругов;

имеющихся в наличии ресурсов (материальная и жилищная обеспечен­ность, здоровье, эмоциональное состояние, детские проблемы, возраст супругов).

Наиболее распространенными стратегиями поведения в ситуации развода являются:

1. Агрессивная, выражающаяся в желании разрушить жизнь партнера, при­чинить ему боль, отомстить за причиненные страдания.

2. Манипулятивная, связанная с желанием удержать, вернуть брачного партнера любым способом, даже ценой потери самоуважения и уваже­ния партнера.

3. Принимающая, обусловленная адекватной оценкой реальности и при­нятием ее такой, какая она есть, что дает возможность сохранить с быв­шим партнером отношения, не обесценивая совместно прожитые годы, и свести к минимуму негативные последствия для детей.

Постразводная ситуация может быть осложнена разными обстоятельства­ми. Несмотря на либерализацию взглядов на развод, все равно сохраняются стереотипы, согласно которым разведенные женщины обладают более низким социальным статусом, чем замужние. В связи с этим, пережив развод, они мо­гут неожиданно столкнуться с негативными реакциями в своем социальном окружении. В дальнейшем это может привести к критическому обострению и без того напряженной ситуации.

Социальными последствиями развода являются напряженность и потеря привычных контактов. В процессе развода ослабевают связи с общими знако­мыми, осложняются взаимоотношения с членами расширенной семьи. После первоначального сочувствия и поддержки близкие люди часто начинают ди­станцироваться. Потеря или сокращение социальных контактов рождает чув­ство одиночества, которое, в свою очередь, может привести к депрессии, сни­жению трудоспособности, психосоматическим заболеваниям и др. Этот процесс нередко сопровождается разочарованием и развивающимся недове­рием к людям. Бывшие супруги после развода могут бояться вступать в новый брак, избегая повторения травматичного опыта.

Если внешние границы распавшейся семьи были очень жесткими и супру­ги почти не имели собственных независимых отношений с другими людьми, то после развода бывшие партнеры могут переживать глубокие эмоциональ­ные переживания.

Развод — это кризис, который затрагивает всю семейную систему и тяжело переживается не только супругами, но и детьми. Реакция детей на развод во

104

многом определяется их возрастом. Наиболее травматичным он является для детей дошкольного и подросткового возраста. В возрасте 3,5—6 лет ребенок не способен адекватно понять происходящие перемены в семье и нередко обви­няет во всем себя. В подростковом возрасте развод родителей может негативно сказаться на решении возрастных задач и затруднить процессы вторичной ин-дивидуации и сепарации. Именно в этот период ребенку важна поддержка обоих родителей и, прежде всего, отца, играющего важную роль в социальной адап­тации подростка. Детские переживания могут варьировать от вялой депрес­сии, апатии до резкого негативизма и демонстрирования несогласия с мнени­ем родителей.

Травматичность развода родителей возрастает еще и в связи с тем, что раз­рушение семьи не является следствием выбора самого ребенка. Он вынужден просто смириться с родительским решением. Распад семьи может представ­лять для него крушение его мира и вызывать различные протестные, фобичес-кие и депрессивные реакции. На остроту детских переживаний может оказы­вать влияние несколько факторов:

характер внутрисемейных взаимоотношений до развода и степень во­влеченности ребенка в решение супружеских проблем;

особенности протекания процесса развода;

с кем из родителей остается ребенок после развода, отношения с этим родителем;

характер взаимоотношений бывших супругов после развода.

Иногда родитель, с которым остается жить ребенок после развода, позво­ляет себе агрессивные выпады в сторону второго родителя или транслирует ребенку свое негативное отношение к бывшему брачному партнеру. В некото­рых случаях это могут делать оба родителя, пытаясь организовать коалицию с ребенком, для того чтобы получить от него поддержку или отомстить бывшему супругу. Ребенок, таким образом, оказывается втянутым в конфликт лояльно­сти. Это чревато нарушением процесса формирования его эго-идентичности, снижением самооценки и самопринятия, появлением комплекса неполноцен­ности, поскольку связано с обесцениванием образа родителя, являющегося неотъемлемой частью собственного образа «Я» ребенка.

В результате развода образуется неполная семья — семья с одним родите­лем, что вызывает необходимость структурной реорганизации. При этом, не­смотря на то, что бывшие супруги утрачивают статус мужа и жены, они про­должают оставаться родителями для своих детей, принимая участие в их воспитании.

Часто материальный уровень семьи после развода падает. В связи с этим оставшийся родитель вынужден искать новое более высокооплачиваемое мес­то работы или дополнительный заработок. Не будучи способным в одиночку справиться с экономическими трудностями, он часто возвращается в родитель­скую семью. Такой переезд может привести к актуализации прежних конфлик­тов между родителем и прародителями (бабушками и дедушками) и осложнить процесс реорганизации семьи. Могут возникнуть разнообразные структурные нарушения: межпоколенные коалиции между прародителями и внуками, ро-

105

левые инверсии (оставшийся родитель принимает на себя роль «семейного добытчика», оставляя бабушке (дедушке) материнскую функцию воспитания внуков), конкурентные отношения между прародителями и родителями и сни­жение статуса и авторитета последних (нарушение по параметру иерархии).

В ряде случаев родитель, не справляющийся с нагрузкой, может обратиться за помощью к старшему ребенку, передавая ему часть родительских функций. Такому ребенку может быть поручено присматривать за младшими детьми, а также выполнять некоторую работу по дому. Часто родитель, оставшийся в оди­ночестве, может искать у него эмоциональную поддержку, делегируя ребенку часть функций бывшего супруга. Размытость границ детско-родительской под­системы способна стать источником ряда проблем ребенка, поскольку адресуе­мые ему обязанности не соответствуют его возрасту и статусу (статусная неопре­деленность).

Таким образом, развод является кризисом, переживаемым не только на уров­не супружеской подсистемы, но и на уровне расширенной семьи и требует гло­бальной семейной реорганизации.

3.3.2. Психологическая помощь

Психологическая помощь семье, переживающей развод, определяется ди­намикой самого процесса и может принимать различные формы: П индивидуальное консультирование (терапия); О супружеское консультирование (терапия); групповая терапия для разводящихся супругов и детей; О семейное консультирование (терапия).

Развод относится к категории потери, и с этой позиции работа с разведен­ными партнерами сходна с той, которая проводится с людьми, пережившими утрату. Могут быть рекомендованы следующие этапы работы:

1. Проработка чувств обиды, отчаяния, злости, вины и т. д., испытывае­мых супругом (супругами).

2. Выявление фрустрированных потребностей, стоящих за предъявляемы­ми чувствами, и поиск способов их удовлетворения с учетом изменив­шейся ситуации.

3. Переосмысление и позитивная реинтерпретация полученного опыта.

4. Поиск внутренних ресурсов супруга (супругов) и построение планов на будущее.

5. Оказание помощи в семейной реорганизации.

При оказании психологической помощи разводящимся супругам очень важ­на поддержка со стороны психолога, так как в постразводном состоянии они часто чувствуют себя одинокими, брошенными, неинтересными, скучными и т. д. Позитивное влияние на психологическое состояние разводящихся су­пругов в этот период оказывают помощь и поддержка со стороны близких лю-

106

дей — родственников и друзей, что может существенно облегчить последствия

развода.

При психологическом консультировании разводящихся супругов очень важ­на осведомленность психолога в различных юридических аспектах проблемы развода, среди которых особенно важными представляются различные вопро­сы, связанные с детьми.

Для того чтобы снизить негативные последствия развода для детей, важно информировать родителей о важности сохранения контактов ребенка с обо­ими родителями и необходимости поддерживать уверенность ребенка в том, что они его по-прежнему любят, внимательно относиться к его чувствам и пе­реживаниям. Следует помочь бывшим супругам заключить родительский до­говор, предусматривающий определение доли участия каждого в воспитании ребенка.

В случае выявления факта делегирования одному из детей части родитель­ских или супружеских функций необходимо помочь родителю найти более под­ходящие объекты для получения поддержки, а также выработать адекватную возрасту ребенка систему прав и обязанностей, чтобы он смог удовлетворять потребности собственного развития.

В случаях воссоединения расширенной семьи после развода терапевтичес­кое вмешательство направлено на реорганизацию внутрисемейных границ и разделение обязанностей между родителем и прародителями. Например, праро­дитель заботится о ребенке в отсутствие родителя, но возвращает ему эти фун­кции после возвращения последнего.

Таким образом, работа с людьми, пережившими развод, требует достаточно длительного времени и включает реорганизацию всей семейной системы.

3.4. ТЯЖЕЛАЯ БОЛЕЗНЬ

Нельзя лечить тело, не леча душу.

Сократ

3.4.1. Феноменология кризиса

Наличие тяжелобольного человека является нелегким испытанием для всей семьи. К категории «семья с тяжелобольным человеком» относятся семьи, где один из членов страдает каким-либо серьезным соматическим либо нервно-психическим заболеванием, алкоголизмом, патологической ревностью и т. п.

Болезнь одного из членов семьи сопровождается нарастанием эмоциональ­ного напряжения в семье и физической нагрузки у отдельных ее членов. Жало­бы на нервно-психическое напряжение, неуверенность в завтрашнем дне, тре­вогу наиболее часто встречаются при беседе с членами семей алкоголиков и

107

ревнивцев (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000). Скандалы, неожиданные исчезновения больного из дома, мучительная тревога за него, невозможность строить перспективные семейные планы — все эти события значительно осложняют жизнь такой семьи.

Психологами проведены исследования, направленные на изучение послед­ствий психического заболевания для семьи больного, дегоспитализации пси­хически больных (BrownG. E, MonckE. etal., 1962). Ряд исследований посвя­щен изучению семей с больными шизофренией (Бейтсон Г., 2000).

Все трудности, с которыми сталкивается семья больного, можно разделить на объективные и субъективные. К числу объективных относятся возросшие расходы семьи, неблагоприятное воздействие сложившейся ситуации на здо­ровье ее членов, нарушения ритма и распорядка жизни семьи. Среди субъек­тивных трудностей выделяют разнообразные переживания и эмоциональные реакции в связи с психическим заболеванием одного из членов семьи:

растерянность из-за полной беспомощности больного;

замешательство, вызванное непредсказуемостью его поведения;

постоянное беспокойство о будущем, связанное с неспособностью боль­ного решать свои жизненные проблемы самостоятельно;

чувство страха;

чувство вины; О депрессия;

разочарование;

фрустрация;

ярость, вызванная неразрешимостью самой проблемы заболевания.

Такие реакции семьи нормальны и естественны, поскольку обусловлены чрезвычайной сложностью ситуации и невозможностью повлиять на нее.

Появление в семье психически больного приводит к значительному измене­нию ее структуры и взаимоотношений между ее членами. Как правило, наблю­дается «расслоение» семьи на три подгруппы, члены которых в различной сте­пени вовлечены во взаимодействие с больным и заботу о нем (Terkelsen, 1987):

1. Первая группа, или внутренний слой. Представлена членом семьи, кото­рый берет на себя роль главного опекуна и на которого приходится основная тяжесть повседневного ухода, надзора, обслуживания. Как правило, это мать, сестра или жена. Жизнь этого члена семьи полностью сосредоточена на боль­ном. Если у последнего отсутствуют или ослаблены социальные контакты, то этот член семьи становится связующим звеном между ним и миром и несет ответственность за его социальную адаптацию. Он постоянно думает о потреб­ностях и нуждах больного, заботится об их удовлетворении. Чаще всего имен­но этот человек занимается поисками причин болезни или попытками их ра­ционального объяснения, обращается к специалистам за помощью, читает специальную литературу и контактирует с подобными семьями с целью под­держки и получения новых знаний о болезни. Как правило, этот человек несет ответственность перед социумом за поведение больного и возможные послед­ствия его нарушенного поведения. Такой член семьи наиболее чувствителен и больше других страдает от любого ослабления и усиления симптомов болезни.

108

Его жизнь наполнена постоянными заботами о больном. Чем хуже идут дела у больного, тем больше активности требуется от опекуна, который часто при этом жертвует своей личной жизнью и интересами.

2. Вторая группа — это члены семьи, которые в меньшей степени участвуют в повседневной опеке, сохраняя возможность реализации личных планов и интересов. Они Продолжают вести активную социальную жизнь (работают, учатся, встречаются с друзьями и др.), но при этом их эмоциональная связь с больным членом семьи достаточно сильная. Им труднее оторваться от своих многочисленных профессиональных, учебных, личных и других дел, вследствие чего они часто беспокоятся, что ухудшение состояния больного может стать угрозой для привычного-образа жизни и их планов на будущее. Подобные опа­сения и возникающее чувство вины могут осложнять взаимоотношения с глав­ным опекуном больного члена семьи и провоцировать защитное поведение (у них неожиданно могут появиться «сверхважные» профессиональные и другие внесемейные дела). В результате между главным опекуном и другими членами семьи нередко возникает отчуждение (нарушение параметра сплоченности).

Пример ___________________________________________________________________

ЗапсихологическойконсультациейобратиласьженщинасдочерьюСвет­ланой 12 лет, инвалидомдетства. Девочкаперенеслаоперациюпоудале­ниюглаза, внастоящиймоментсоциальноадаптирована, имеетхорошую школьнуюуспеваемость.

Мамадевочкиявляетсятипичнымпредставителемопекуна. Послерожде­ниядочерионапосвятилаейвсюсвоюжизнь. Втечениеэтихлетмама ухаживалазадевочкой, организовалаейдорогостоящеелечениевГерма­нии. Дляэтогоонаоткрыласвойбизнес; познакомиласьстакимиже, как она, матерямиисталаинициаторомсозданиягруппысамопомощидляжен­щин, имеющихдетей-инвалидов.

ОтецдевочкибылликвидаторомпоследствийавариинаЧернобыльской АЭС, ирождениенездоровогоребенкаявляетсяследствиемполученной имдозыоблучения. Послерождениядевочкионсталзлоупотреблятьал­коголем. Частоведетсебяпоотношениюкдочериоченьагрессивно: в пьяномсостояниикричитнанее, проклинает, желаетейсмерти. Подобное брутальноеповедениеотца, являющегосячленомсемьивторойгруппы, представляетсобойпопыткузащититьсяотчувствавиныиотчаяния, от невозможностичто-либоизменить.

3. Третью группу составляют близкие и дальние родственники, знающие о проблемах, связанных с больным, интересующиеся им, однако практически не имеющие с ним повседневного контакта. Как правило, они обладают соб­ственным взглядом на происходящее, чаще всего связанным с обвинениями в адрес главного опекуна и других членов семьи, что может усиливать чувство вины и беспомощность последних.

Среди факторов, стимулирующих рост неудовлетворенности в семье в ре­зультате болезни одного из ее членов, Э. Г. Эйдмиллером и В. В. Юстицкисом (2000) были выделены следующие:

109

1. Ощущение вины (своей и больного) за болезнь. Семья особенно тяжело пере­живает болезнь, если ее члены винят себя и больного в том, что произошло. Степень тяжести переживания зависит от представлений членов семьи и дру­гих родственников о болезни, ее причинах и о степени вины самого пациента в ее возникновении и продолжении. К. Теркельсен описывает две наиболее встре­чающиеся точки зрения членов семьи психически больного на причины бо­лезни:

биологическая: семьи, осознанно или неосознанно придерживающиеся этой теории, видят причины болезни в каких-то не зависящих от воли пациента изменениях в его организме. Они могут испытывать большую растерянность перед проявлениями болезни, переоценивать возможно­сти медикаментозного лечения, их нередко терзает страх за детей (что болезнь передается генетически) или за себя (что болезнь, вопреки всем уверениям врача, заразна). В то же время они не склонны обвинять друг друга в болезни или видеть в ней наказание пациента за его действитель­ные или мнимые грехи;

психологическая: ее сторонники склонны обвинять себя и других чле­нов семьи, самого пациента. Они могут считать, что «мать слишком опе­кала», «отец был слишком строг», «сестра отвергала», «брат не помогал» и т. д. и что, следовательно, все они так или иначе виноваты в том, что развилась болезнь. Кроме того, имеется определенная агрессивность и по отношению к больному («когда он хочет, он понимает», «если бы он сам постарался, дела шли бы лучше») — родственники нередко считают, что он сам виноват в том, что не выздоравливает, так как не прилагает к этому достаточных усилий. В этом случае члены семьи постепенно раз­деляются на обвиняющих и обвиняемых. Ради своего спокойствия они стараются не высказывать обвинений вслух и не обсуждать, кто же более всех виноват. Но скрытые взаимные обвинения могут создавать особую атмосферу тягостной тишины вокруг некоторых тем.

2. Поведение больного члена семьи. Психическое нарушение часто сопровож­дается изменениями в поведении больного и приносит с собой деморализа­цию, более или менее глубокую утрату самоконтроля и эмпатии по отноше­нию к чувствам других. Так, исследования психически больных показали, что даже самое причудливое поведение больного члена семьи (несвязная речь, гал­люцинации и т. п.) создает не такое сильное напряжение в семье, как его раз­дражительное, агрессивное поведение.

3. Длительность болезни. Как начало болезни, так и все ее рецидивы — значи­мый источник субъективных трудностей для семьи. Большинство психичес­ких заболеваний имеют колебания клинических проявлений — временные улучшения сменяются временными же ухудшениями. Каждое такое измене­ние глубоко затрагивает семью. Улучшение вызывает всплеск надежд на воз­вращение нормальной жизни, ухудшение порождает новое глубокое разочаро­вание. Лишь накопление опыта приводит к тому, что семья постепенно освобождается и перестает эмоционально зависеть от временных колебаний в ходе болезни.

110

4. Степень нарушения обыденной жизни семьи. Болезнь одного из членов се­мьи приводит к тому, что образуются функциональные пустоты. Например, обычно отец выполняет в семье ряд чрезвычайно важных семейных функций, основанием для чего служат его авторитет, личностные качества, в силу кото­рых его поведение является «обучающим» — на его примере дети учатся, как решать различные проблемы, возникающие в ходе их взаимоотношений с окружающими; суждения отца обладают повышенной значимостью, убедитель­ностью для них. Прямая противоположность в этом отношении ситуация, когда отец страдает алкоголизмом или обнаруживает психопатические черты харак­тера. Безвольный, агрессивный, несамостоятельный отец, сам требующий опе­ки, создает «функциональную пустоту» в процессе воспитания.

Специфика переживания семьей данного кризиса обусловлена, кроме того, возрастом члена семьи, когда у него возникло заболевание; наличием или от­сутствием видимых дефектов физического развития, так называемым «грузом дефекта» (Гузеев Г. Г., 1990). Он понимается как интегральная оценка медико-социальных последствий поражения и времени, в течение которого эти послед­ствия наблюдаются.

Можно выделить несколько этапов переживания семьей данного кризис­ного события. Они проявляются в нарастании и затем спаде напряжения и со­провождаются различными по виду и выраженности субъективными пережи­ваниями (чувство тревоги, растерянности, беспомощности и т. п.) и поисками разных способов адаптации (методом проб и ошибок, формированием защит­ных «семейных мифов», переоценкой ценностей и др.). Существуют индиви­дуальные различия в переживании семьями данного ненормативного кризиса. Возможно застревание на одной из стадий, различная скорость и порядок их

прохождения.

Этап шока характеризуется возникновением у членов семьи состояния рас­терянности, беспомощности, порой страха перед исходом заболевания, соб­ственной неполноценности, ответственности за судьбу больного, чувства вины за то, что они не сделали ничего, чтобы предотвратить появление заболевания, или сделали что-то, обострившее положение. Эти переживания приводят к изменению привычного образа жизни членов семьи, зачастую становясь ис­точником различных психосоматических расстройств и оказывая негативное влияние на взаимоотношения как внутри семьи, так и за ее пределами. Иногда несчастье объединяет семью, делает ее членов более внимательными друг к другу, но чаще длительное заболевание, отсутствие эффекта от проводимого лечения и формирующееся состояние безнадежности ухудшает взаимо­отношения между членами семьи. В основном эта фаза достаточно кратковре-

менна.

На этапе отрицания члены семьи оказываются просто не в состоянии адек­ватно принять и переработать полученную информацию и используют разно­образные средства защиты, позволяющие им уйти от необходимости признать факт наличия заболевания, что снижает адаптивный потенциал семьи. На си­стемном уровне это может проявляться в возникновении семейных мифов, поддерживающих семейное функционирование, но основанных на неадекват­ном представлении о семье на данном этапе ее существования. Иногда беспо-

111

койство и растерянность членов семьи трансформируются в негативизм, от­рицание поставленного диагноза, направленное на сохранение стабильности семьи. Для достижения этой цели могут тратиться огромные силы и средства, что приносит в дальнейшем лишь еще большее разочарование.

Пример ____________________________________________________________

Семья, членкоторой (мужчина 34 лет) былгоспитализировансдиагнозом «шизофрения», забралаегоизбольницы, недожидаяськонцалечения. Функционированиюданнойсемьипомогаетмифотом, чтомолодоймуж­чинапереживаеттакимобразомкризиссерединыжизни. Егонеадекватное поведение, замкнутость, отсутствиесоциальныхконтактов, вспышкиагрес­сиирассматриваютсячленамисемьикакпроявлениееготворческойнату­ры. Подобныемыслипозволяютсемьеизбежатьнеобходимостипринятия фактапсихическойболезнивсемье, справитьсясострахоми, используя механизмотрицания, житьдальше, неизменяяпрежнегообразажизни.

Отрицая факт болезни, члены семьи могут отказываться от обследования больного и проведения каких-либо коррекционных мероприятий. Некоторые семьи выражают недоверие к консультантам, многократно обращаются в раз­ные научные и лечебные центры с целью отменить «неверный» диагноз. Именно на этом этапе формируется так называемый синдром «хождения по кругу вра­чей» (Майрамян Р. Ф., 1976). Возможен вариант реагирования, когда семьи признают диагноз, но при этом с особым оптимизмом относятся к прогнозу развития болезни и возможности излечения.

По мере того как члены семьи начинают принимать диагноз и частично понимать его смысл, они погружаются в глубокую печаль — наступает этап печали и депрессии. Возникшее депрессивное состояние связанно с осознани­ем проблемы. Наличие тяжелобольного члена семьи отрицательно сказывает­ся на ее жизнедеятельности, динамике супружеских отношений, приводит к дезорганизации семейных ролей и функций. Чувство гнева или горечи может породить стремление к изоляции, но в то же время найти выход в формах «эф­фективного горевания». Нередко наблюдается снижение интереса к работе, отказ от привычных форм проведения досуга. Необходимость заботы о боль­ном члене семьи и специального непрерывного ухода за ним могут приводить к амбивалентным чувствам. Этот синдром, получивший название «хроничес­кая печаль», является результатом постоянной зависимости членов семьи от потребностей больного, их хронической фрустрации вследствие его относи­тельно стабильного состояния и отсутствии положительных изменений.

Этап зрелой адаптации характеризуется принятием факта болезни, реалис­тичной оценкой прогноза развития заболевания и перспектив выздоровления. В это время все члены семьи способны адекватно воспринимать ситуацию, руководствоваться интересами больного, устанавливать контакты со специа­листами и следовать их советам. На уровне системы происходят структурные реорганизации, прежде всего касающиеся ролевого взаимодействия.

Следует подчеркнуть, что наличие больного члена семьи может приводить к снижению социального статуса семьи в целом и ее отдельных членов. Про-

112

блемное поведение больного может стать причиной того, что семья попадает в поле внимания милиции и медицинских учреждений. Свидетелями отклоне­ний в поведении становятся соседи, школа, сотрудники больного, то есть бли­жайшее социальное окружение. С другой стороны, члены такой семьи сами обычно стесняются того факта, что среди них есть больной человек, и всячес­ки это скрывают: Образуется своеобразный замкнутый круг: наличие в семье больного делает ее весьма чувствительной и уязвимой в отношении оценок окружающих. Это приводит к уходу семьи от социальных контактов, что, в свою очередь, поддерживает ощущение отверженности. Особенно чувствительны к снижению социального статуса семьи дети школьного возраста: они часто ста­новятся объектом насмешек, группового отвержения, что осложняет их отно­шения со сверстниками.

3.4.2. Психологическая помощь

Обычно за помощью к психологу обращается тот член семьи, на которого возложен уход за тяжелобольным. Попытка решения собственных проблем обусловлена большой физической и психологической нагрузкой, наличием значительного числа связанных с ситуацией личных и межличностных затруд­нений и вызвана необходимостью планирования дальнейшей жизни (социаль­ной, профессиональной, личной).

Психологическая помощь семье с «проблемным» взрослым

Случаи обращения по поводу «больного» члена семьи можно свести к трем основным вариантам:

1. Член семьи действительно болен, доказательствами чего являются мно­гочисленные госпитализации, неадекватное поведение, наличие психи­атрического или медицинского диагноза, систематическое принятие лекарственных препаратов и др.

2. Член семьи, со слов обратившегося, ведет себя неадекватно, что позво­ляет предположить наличие определенной патологии, в связи с чем пе­ред клиентом встает необходимость строить свою жизнь с учетом этого фактора.

3. Поведение и реакции «больного» члена семьи не дают оснований для того, чтобы предположить у него какую-либо психическую патологию, что скорее свидетельствует о наличии проблем в семейных отношениях и неадекватности восприятия семейной ситуации самим обратившимся.

Психологическая помощь может включать в себя решение следующих задач: 1. Информирование обратившегося члена семьи о характере болезни либо перенаправление его к специалисту, который сможет квалифицированно объяс­нить, что за диагноз поставлен больному, как развивается болезнь и как нужно вести себя с таким больным.

113

2. Поддержка, заключающаяся в том, что психолог старается выслушать и понять клиента, учитывая специфику его ситуации. Если последний хочет оставить больного члена семьи или решается разорвать отношения (например, жена хочет развестись с супругом-алкоголиком), поместить больного в специ­альное лечебное учреждение, то он может испытывать чувства вины, стыда, моральное давление со стороны окружающих и других членов семьи. Задача консультанта — помочь клиенту разобраться в своих чувствах и переживаниях и поддержать его решение по поводу данной ситуации, не оказывая давления и не используя социально одобряемые нормы и стереотипы.

3. Обсуждение таких специальных вопросов, как приемлемые способы вза­имодействия с больным и обращение с собственными чувствами, возникаю­щими в ответ на возможные реакции больного. Целесообразно начать с выяв­ления ожиданий клиента от больного и, в случае необходимости, произвести их коррекцию в соответствии с характером и тяжестью заболевания. Необхо­димо обсудить обязанности, которые можно поручить больному, что позволи­ло бы ему оставаться включенным в семейную систему, приспособиться к бо­лезни и продолжать функционировать как член семьи.

Оказание психологической помощи семье с «проблемным» ребенком

В последнее время наблюдается увеличение числа детей с различными от­клонениями в развитии, трудностями в обучении и школьной адаптации, на­рушениями в эмоционально-личностной сфере и др., что делает необходимым рассмотрение особенностей организации психологической помощи семьям с подобными проблемами.

Целесообразной является организация комплексного подхода к диагности­ческой и коррекционной работе с такими детьми, привлечение разнообразных специалистов (логопедов, педагогов, дефектологов и психоневрологов). В то же время эффективность психологической помощи семье с «проблемным» ре­бенком во многом определяется психотерапевтическим компонентом работы с семьей.

Содержание психологической помощи семье с «проблемным» ребенком включает следующие моменты:

1. Выявление факта нарушения.

2. Информирование родителей и направление ребенка к специалистам нужного профиля (психиатру, педиатру, неврологу, дефектологу, лого­педу и др.).

3. Психотерапевтическая работа с родственниками ребенка.

Эффективность психологической помощи семье, по мнению М. М. Сема­го, зависит от готовности родителей воспринимать и усваивать сообщаемую специалистом информацию. Если семья в это время продолжает отрицать факт наличия проблемы или ее члены находятся под влиянием сильных аффектов, то все попытки проинформировать родителей о необходимости тех или иных шагов в развитии и воспитании ребенка могут оказаться преждевременными.

114

Задачами психолога являются:

1. Создание условий для адекватного восприятия родителями ситуации, связанной с отклонениями в развитии их ребенка, психологической готовности к длительной работе по его развитию, коррекции и воспи­танию.

2. Проработка испытываемого родителями чувства вины, преодоление стрессового состояния и достижение эмоциональной стабильности чле­нов семьи.

Для эффективного решения задач консультирования необходима оценка характера реагирования данной семьи на имевшие место в ее развитии кризи­сы, а также способов их преодоления как ресурсов данной семьи.

Специфика оказания психологической помощи семье с проблемным ребен­ком заключается в том, что, как правило, семья приходит на консультацию вынужденно, по рекомендации специалиста, предположившего наличие на­рушений в развитии у ребенка. В большинстве случаев это означает отсутствие добровольности и, следовательно, недостаточность собственной мотивации на получение психологической помощи. В ряде случаев родители скрывают (со­знательно или неосознанно) неблагоприятные особенности в развитии ребен­ка, что представляет дополнительные сложности для объективной диагности­ки уровня его развития. Поэтому в случае работы с семьей проблемного ребенка необходимо повышать мотивацию родителей на длительное взаимодействие с психологом для получения необходимой помощи.

Во время первой встречи с семьей, имеющей «проблемного» ребенка, психо­лог-консультант решает следующие задачи:

1. Установление контакта с семьей. Важным фактором установления кон­такта с семьей с «проблемным» ребенком является внимательное и поддержи­вающее поведение психолога. При первом контакте желательно, чтобы психо­лог собрал информацию о данной семье, ее истории, истории развития ребенка. Родители могут задать интересующие их вопросы и уточнить характер пред­стоящей работы. Это позволяет внести определенную ясность в их ожидания.

2. Информирование родителей. На этом этапе консультант может сообщить родителям сведения о возможности получения помощи от других необходимых специалистов (дефектолога, логопеда, невропатолога, нарколога, психиатра).

3. Предварительное выявление запроса родителей. При необходимости пси­холог оказывает помощь в формулировании и уточнении запроса, сообщает родителям информацию о том, каким образом он может быть полезен данной семье.

4. Заключение контракта с семьей. Контракт (договор, соглашение) — это форма закрепления отношений между консультантом и семьей. В контракте фиксируются принятые договоренности, взаимные права и обязанности семьи и консультанта, а также последствия их нарушения. В случае работы с семьей «проблемного» ребенка заключение ясного контракта является необходимым, особенно в ситуации недостаточной мотивации обратившихся. Инициатором заключения контракта выступает психолог-консультант. Контракт может со­держать следующие пункты: длительность работы; цели и задачи работы; же-

115

лаемые результаты; подход и методы работы консультанта; обязанности кон­сультанта; обязанности клиента; способы оценки промежуточных и конечных результатов; порядок расчета (согласование стоимости услуг, оплата каждый раз за одну сессию, предоплата, способ платежей); формальные аспекты (пе­реносы сессий, неявки и опоздания, ситуация в случае болезни члена семьи или психолога); штрафные санкции при нарушении контракта в отношении консультанта, клиента; основания для расторжения договора; форс-мажорные обстоятельства; срок действия договора (с момента его подписания обеими сторонами).

Контракт обычно оговаривается и заключается в устной форме. При его за­ключении консультант должен соблюдать осторожность, тактичность и вни­мательно обсудить все пункты контракта.

Эффективность последующих встреч зависит от качества установленного на первой встрече контакта с семьей и ее готовности к сотрудничеству. На данном этапе консультирования актуальными являются отражение чувств и пережи­ваний членов семьи, поддержка, эмпатическое слушание. Использование пси­хологом вышеперечисленных технических приемов «запускает» такие терапев­тические факторы, как вселение надежды, универсальность переживаний. На этом этапе консультант также прибегает к конфронтации как методу психоло­гического воздействия: указывает родителям на противоречия в их восприя­тии проблемы, в системе ценностей, выявляет иррациональные установки и катастрофические ожидания.

Выясняются и открыто обсуждаются возможные альтернативы решения проблемы. Консультант побуждает членов семьи проанализировать все возмож­ные варианты, не навязывая своих решений, помогает выдвинуть дополнитель­ные альтернативы, разобраться, какие из них подходят и являются реалистич­ными с точки зрения предыдущего опыта и настоящей готовности измениться и принять факт болезни ребенка. Составление плана действий по решению имеющихся проблем должно также помочь семье осознать, что не все пробле­мы разрешимы: для преодоления некоторых затруднений требуется слишком много времени; другие могут быть решены частично посредством уменьшения их деструктивного, дезорганизующего воздействия. Осуществляется проверка реалистичности выбранного решения (ролевые игры, «репетиция» действий и др.).

На данном этапе происходит последовательная реализация плана решения проблем семьи. Консультант помогает ее членам строить жизнь с учетом об­стоятельств, времени, эмоциональных затрат, понимая, что существует возмож­ность неудачи в достижении целей. Особую важность на этом этапе приобре­тает поддержка консультантом позитивных изменений в жизни семьи.

Во время заключительной встречи члены семьи вместе с консультантом оце­нивают уровень достижения цели и обобщают достигнутые результаты. При возникновении новых или имевшихся ранее, но глубоко скрытых проблем не­обходим возврат к предыдущим стадиям.

116

3.5. ИНЦЕСТ

Несправедливость, допущенная по отноше­нию одного лица, является угрозой всем.

Ш. Монтескье

3.5.1. Феноменология кризиса

Инцестом называют интимные отношения между членами одной и той же семьи, например, между родителями и детьми, между сиблингами и т. д. Мож­но также встретить определение инцеста как кровнородственного кровосме­шения (инцест первого рода). Данный термин происходит от латинского incestum , что означает «нечистый». Инцест в его узком понимании представля­ет собой сексуальный акт, в более широком — грубо отклоняющееся сексуаль­ное поведение членов одной семьи.

Степень родства регламентируется правовыми нормами. Последние разли­чаются в разных странах и, кроме того, имеют тенденцию с течением времени изменяться в одной и той же стране. Например, в Европе X века инцестом была объявлена половая связь между родственниками вплоть до седьмой степени родства (Старович 3., 1991).

Ограничения, налагаемые культурой человеческого общества, запрещают инцест. В современном мире инцест считается преступлением, которое пре­следуется по закону. Лишь в немногих примитивных племенах в настоящее время инцестное сожительство принимается сообществом.

Юридически инцест определяется как сексуальный половой акт между ли­цами, которые по причине кровного родства или по причине родства, проис­текающего вследствие брака, не могут вступить в брак законным образом (Кап-рио Ф., 1995). Зачастую инцест сопровождается актом прямого сексуального насилия по отношению к более слабым людям (детям), которые не могут ока­зать сопротивления. Сексуальное влечение матери к сыну носит название ком­плекса Пидэ (перевернутый Эдипов комплекс). Комплекс Арткелэ — сексу­альное влечение отца к дочери (перевернутый комплекс Электры).

Инцестное табу существует только среди людей. Попытку проследить проис­хождение инцестного табу предпринял 3. Фрейд в своей работе «Тотем и табу». Он предположил, что в доисторические времена вождь «первобытной орды» при­нуждал своих сыновей покидать семью, оставляя дочерей для себя. Позднее сы­новья объединились, возвратились, убили отца и съели его тело, веря в то, что таким образом они приобретут его мужественность и власть. Однако, испытывая вину за совершенное преступление, они объявили противозаконным убийство тотемного животного (символ отца) и установили запрет на половой акт с женщи­нами в семейной орде. По 3. Фрейду, это древнее табу знаменует собой начало «социальной организации, моральных ограничений и религии» (Фрейд 3., 1991).

Запрет на инцест существует достаточно давно. В африканском племени зулусов мужчина, виновный в инцесте, приговаривался к смерти. В других при­митивных культурах самоубийство для такого преступника было обязательным.

117

Библия также табуирует инцест путем включения запрета на него в Моисеевы законы. Наказаниями служили «остракизм», ритуальное публичное отлучение от Церкви. В Вавилоне инцест наказывался изгнанием или смертью. В Англии в 1650 году инцест считался преступлением и также карался смертью. Римляне считали физическую близость между членами одной семьи «противоестествен­ной». Древние китайцы обезглавливали людей, виновных в инцесте. Законы, запрещающие инцест, вскоре стали всеобщими, распространившись в Европе иСША(КаприоФ., 1995).

Существуют различные психологические концепции инцеста. 3. Фрейд счи­тал, что инцестуозные влечения заложены в каждом из нас. Вместе с тем он никогда не говорил об инцесте как реальности, отмечая наличие пережива­ний, связанных с комплексом Эдипа, только в воображении пациентов. Фрейд считал, что эти переживания вытесняются и не реализуются. В результате та­кого подхода жалобы жертв инцеста долго рассматривались как фантазирова­ние на сексуальные темы и проявление агрессии к родителям.

По мнению К. Г. Юнга, инцест — извращенный инстинкт достижения са­мости, основанный на феномене переноса. Согласно взглядам Э. Фромма, инцест является патологическим способом удовлетворения потребности в бли­зости и безопасности. Психодинамически ориентированные концепции семей­ной психотерапии рассматривают инцест как следствие бессознательного стремления принадлежать своей семье или, другими словами, быть лояльным семейной системе.

Психологический смысл инцеста подразумевает определенные действия с сек­суальным подтекстом, которые совершаются по отношению к объекту инцес­та (ребенку, подростку, взрослому) для удовлетворения сексуальных потребно­стей агрессора, который эмоционально связан с зависящим от него человеком и авторитетен для него. Инцест не всегда включает сексуальную связь или при­косновения как таковые. Он может иметь только психологическую подоплеку, значение которой состоит в переживании жертвой чувства осуществляющего­ся над ней насилия.

Жертвой инцеста является ребенок или взрослый, по отношению к которо­му совершено:

физическое насилие с сексуальным подтекстом или непосредственно половой акт;

психологическое насилие, включающее моральное давление с сексуаль­ным подтекстом; разговоры на сексуальные темы;

демонстрация сексуальных действий в присутствии объекта инцеста.

Поданным Д. РуссельиД. Финкельхор (RusselD., FinkelhorD., 1984), боль­шинство жертв инцеста — лица женского пола, а 80% лиц, его совершающих, — мужчины. Наиболее распространенной формой инцестного контакта являет­ся контакт «отец-дочь». Различают три типа отцов, вступающих в сексуаль­ные отношения со своими дочерьми:

отцы-интроверты;

О отцы-психопаты (со склонностью к промискуитету);

П отцы с психосексуальным инфантилизмом (со склонностью к педофилии).

118

Чаще всего такие связи возникают в многодетных семьях с безработными и отличающимися асоциальными формами поведения отцами (Старович 3., 1991).

Инцесты между взрослыми и детьми могут расцениваться как одна из форм изнасилования, поскольку ребенок не может дать сознательного и зрелого со­гласия на участие в подобных действиях. Даже согласие старших подростков, достаточно компетентных в сексуальных вопросах, не может быть приравнено к согласию взрослого человека. Особенности детско-родительских отношений, основанных на доминировании родителя и подчинении ребенка, взаимной любви, привязанности друг к другу трансформируют понятие «свободного» выбора ребенка в силу его зависимости от родителя либо от родственника.

В действительности у ребенка нет выбора: он может бояться репрессий, ко­торым будет подвергнут в случае отказа в близости. Родитель обладает до­статочной силой, чтобы наказать ребенка, лишить его привычных удовольствий или причинить ему боль. Таким образом, даже заявление родителя о согласии ребенка и подтверждение последним этого факта не может приниматься в рас­чет. Однако некоторые авторы считают, что возможны случаи, когда ребенок использует инцестуозную связь, чтобы получить выгоду для себя или контро­лировать родительское поведение (Каприо Ф.). Тем не менее это не освобож­дает родителя от ответственности за свое сексуальное поведение.

Существуют различные необоснованные убеждения — мифы об инцесте, связанные с большим сопротивлением общественного сознания значимости этой проблемы и широты ее распространения. Хотя в реальности инцест встре­чается часто, вследствие того, что семьи, как правило, скрывают этот факт, его до сих пор считают редким явлением. Частота появления случаев инцеста в целом равна 2% (Джонсон С. М., 2001).

Наиболее распространенными являются следующие мифы об инцесте (Blume, 1990, цит. по: Каприо Ф.):

1. Инцест с детьми совершается людьми, не состоящими с ребенком в близ­кородственных отношениях. В действительности насилие обычно осу­ществляется близкими людьми, от которых ребенок полностью зависит. Большинство сексуальных преступлений совершается авторитетными для ребенка людьми, находящимися с ним в постоянном эмоциональ­ном контакте.

2. Инцест происходит в основном в антисоциальных и/или бедных, необ­разованных семьях, среди членов сект или в социальных группах, изо­лированных от других членов общества. В действительности инцест ре­гистрируется в различных социальных группах. Комплементарным мифом является представление о том, что богатство и образованность — это факторы, обусловливающие невозможность инцеста.

3. Инцест — удел психопатов и лиц с антисоциальным поведением. В ре­альности дело обстоит значительно сложнее. Имеют значение не столько образование или принадлежность к той или иной социальной группе, сколько психологические особенности. Зачастую эти люди достаточно представительны, социально успешны, пользуются большим уважени­ем, много работают. Поэтому сообщения жертвы об инцесте, как пра­вило, не вызывают доверия.

119

4. Инцест связан с сексуальной депривацией, с невозможностью проявлять сексуальную активность по-другому. Эта точка зрения также ошибочна. Исследования показывают, что большинство лиц, совершающих инцест, ведут активную сексуальную жизнь не только внутри, но и вне брака.

5. Инцест всегда сопровождается насилием (инцест — это всегда растле­ние малолетних). Иногда дети и подростки ведут себя провокационно и соблазняют взрослых, совершающих инцест. Несмотря на возможность такого поведения, ответственность за инцест несет только взрослый.

6. Инцест совершается в измененном состоянии сознания.

7. Заявление клиента (ребенка) об инцесте всегда является правдой.

Примерно в 90% случаев жертвы инцеста скрывают информацию об инце­сте. Среди причин сокрытия инцеста можно выделить следующие:

П угроза прямой или косвенной агрессии по отношению к ребенку. Неред­ко ему сообщают, что, если он расскажет о насилии, его убьют или изо­бьют до смерти;

убеждение ребенка в том, что ему никто не поверит;

страх, появляющийся в результате запугивания со стороны агрессора, что если второй родитель (родители) узнает о случившемся, то не простит обоим участникам инцеста;

опасение, что второй родитель (родители) этого не переживет, заболеет и вина за его состояние ляжет на ребенка;

запугивание судом: отца (мать) посадят в тюрьму, а семья не сможет жить без него (нее);

боязнь публичного осуждения.

Таким образом, речь идет о разных формах эмоционального шантажа, ко­торые, к сожалению, оказываются действенными. Причина молчания жертвы инцеста, с одной стороны, заключается в страхе за себя, а с другой — за то, что ситуация в семье ухудшится. Эти действия поддерживаются искаженными представлениями членов семьи о «лояльности» в отношении друг друга.

Последствия инцеста разнообразны и проявляются в эмоциональной, ког­нитивной и(или) поведенческой сферах личности. У детей, подвергшихся сек­суальному насилию, создается повышенный риск развития следующих нару­шений:

аддикции: имеются данные о том, что такие дети в семь раз чаще зло­употребляют алкоголем или другими веществами, изменяющими состо­яние сознания;

О склонность к суициду: жертвы инцеста в 10 раз чаще совершают суици­дальные попытки;

П занятия проституцией: большое количество случаев детской и подрост­ковой проституции сопровождается наличием в анамнезе ребенка сек­суального насилия;

психические нарушения: у детей — жертв сексуального насилия симп­томы психических нарушений возникают чаще, чем у детей, не подвер­гавшихся насилию (Kendall-TacKettetal., 1993);

120

посттравматическое стрессовое расстройство и сексуализированное по­ведение. Блюм (Blume, 1990; цит. по: Каприо Ф.) указывает на риск воз­никновения сексуального аддиктивного поведения у детей, переживших инцест;

развитие в зрелом возрасте эмоциональных расстройств (фобии, депрес­сия), мазохистических тенденций, сексуальных и супружеских проблем (Старович 3., 1991);

в случае если жертва инцеста получает удовольствие, ее чувство стыда усиливается. У девочки может возникать характерный для многих жертв инцеста вид вины, при котором она ощущает себя женщиной, уводящей отца у матери, что затрудняет поиск поддержки и помощи у последней.

Сексуальное злоупотребление, характеризующееся высокой частотой сек­суальных контактов, большой длительностью, применением силы, оральным, анальным или вагинальным проникновением, связано с более многочислен­ными симптомами психических нарушений. Отмечается также формирование тесной эмоциональной связи между ребенком и агрессором (так называемый стокгольмский синдром).

У агрессора часто возникает ощущение, что жертва инцеста должна при­надлежать только ему. В отношениях «отец-дочь» отец может начать ревно­вать дочь к ее знакомым и мешать установлению контактов со сверстниками. И если большинство родителей испытывают лишь некоторую тревожность, когда их взрослеющие дети уходят на свидания, то агрессор воспринимает та­кой уход как предательство, нарушение лояльности, продуцируя реакции яро­сти, обвинения с последующим наказанием подростка. Такое поведение отца нарушает нормальное развитие дочери. Вместо того чтобы становиться посте­пенно более независимой от родительского контроля, жертва инцеста все в большей степени «сливается» с агрессором, что приводит к усилению ее изо­ляции от внешнего мира.

Анализ иерархической структуры семей, в которых выявлен инцест, указы­вает на следующие их особенности (Каприо Ф., 1995):

1. Инцестные отношения отца и дочери чаще имеют место там, где отец занимает доминирующую роль.

2. Инцест между сиблингами характерен для семей с перевернутой иерар­хией.

3. Инцестные отношения в диаде «мать—сын» в большинстве случаев воз­никают в матриархальных семьях.

Изучение семейных отношений (по воспоминаниям взрослых дочерей, пе­реживших в детстве инцест) показывает, что во многих случаях девочки были злы на мать больше, чем на отца. Их постоянно преследовал вопрос, на кото­рый они никак не могли ответить: «А знает ли об этом мать? Догадывается, испытывает тревогу, переживает, проявляет интерес к происходящему?» Мно­гие из них были убеждены в том, что их матери должны были что-то знать, так как признаки насилия были слишком очевидны. Более того, они были увере­ны в том, что матери, если бы только захотели и обратили на происходящее в

121

семье чуть больше внимания, то, безусловно, знали бы об инцесте. Однако матерям по ряду причин было удобнее не обращать внимание на тревожные симптомы.

Пример _________________________________________________________________

Запсихологическойконсультациейвсвязиструдностямивустановлении отношенийсмужчинамиобратиласьМаринаП., 25 лет. До 7 летеевоспи­тывалабабушка. Всемьеестьещемладшаясестра. Натретьейвстрече Маринарассказалаотом, чтов 12-летнемвозрастебылаизнасилована своимотцом. Приэтомонанеиспытываетнегативныхчувствпоотношению котцу, тогдакакдругиемужчинывызываютунееотвращение. Результа­томраннейсексуализацииитравматическогоопыта, помимотрудностейв отношенияхсмужчинами, явиласьееполнота, носящаязащитныйхарак­тер. Отношениясмамойвсегдабылиоченьнапряженными. Удевушкимно­гозлости, обидыпоотношениюкней. Маринаобвиняетматьвтом, чтоона позволилапроизойтисексуальномунасилию. Онавспоминала, чтомать обзывалаотцаимпотентом, чтоможетслужитьсвидетельствомнарушен­ныхсексуальныхотношенийвсупружескойподсистеме.

Данный пример иллюстрирует, что инцест может возникать как результат дисфункции супружеской подсистемы, усугубленный фактом достаточно дли­тельного проживания девочки вне семьи и искажением отношения отца к ре­бенку как к родному.

Анализ семейной ситуации жертв инцеста позволяет выделить следующие типы материнского поведения:

1. Мать действительно не знает об инцесте.

2. Мать знает об инцесте, но ничего не предпринимает. Такой вариант ма­теринского поведения является наиболее деструктивным: ребенок чув­ствует себя преданным обоими родителями.

3. Мать предпочитает не знать об инцесте. Такая мать выступает как клас­сический «молчаливый партнер» (со-инцестор), игнорирующий инцест и выбирающий избегающее поведение. Это может быть связано с неосо­знанным стремлением матери уйти отрешения существующих проблем, чаще всего касающихся супружеской подсистемы, и тем самым защи­тить себя от болезненных переживаний, чувства тревоги, неопределен­ности, растерянности, страха, беспомощности и т. д., связанных с необ­ходимостью их решения. Психологическими особенностями таких женщин являются: пассивность, низкая самооценка, зависимость, ин­фантильность, потребность удержать мужа и любым способом сохранить семью. Это приводит к возникновению защитного отрицания, которое может лишь усугубить ситуацию.

В связи с особенностями своей личной и семейной истории многие матери, сами бывшие жертвами инцеста, следуя семейному сценарию, могут неосо­знанно провоцировать или поддерживать инцестуозное поведение своего мужа. Повторное столкновение с ним в отношениях «отец-дочь» приводит к актуа­лизации ранних переживаний и дает возможность либо реконструировать соб-

122

ственный опыт (например, узнав об инцесте, развестись с мужем), либо про­должать защищаться от реальности, используя различные механизмы психо­логической защиты (вытеснение, отрицание, проективная идентификация и др.). Нежелание замечать происходящее в семье часто объясняется бегством от конфронтации с собственным страхом и зависимостью.

Существует и другая точка зрения, согласно которой жена «передает» свои супружеские функции дочери, перекладывая на последнюю ответственность за сохранение семьи. Такая ситуация, как правило, возникает в семьях с дис­функциональными супружескими отношениями и невозможностью женщи­ны в силу ряда причин (материальная зависимость, многодетность, страх пе­ред агрессивным, социопатичным мужем, личностная незрелость, зависимость и др.) прекратить тягостные отношения с мужем.

В обеих ситуациях ребенок оказывается жертвой и лишен возможности быть защищенным матерью, так как последняя на бессознательном уровне поддер­живает инцестуозное поведение мужа.

Инцест может существовать на микросистемном уровне (между членами нуклеарной семьи) и на макросистемном уровне (между членами расширен­ной семьи) функционирования семьи. Выделяют следующие факторы, способ­ствующие возникновению в семье инцестных связей:

отсутствие матери (физическое или функциональное вследствие психи­ческих заболеваний);

высокий уровень стресса, связанный с жизнедеятельностью семьи (Джон­сон С. М.);

П многодетность;

О финансовые проблемы;

выраженная материальная зависимость жертв от лиц, совершающих ин­цест;

алкоголизм или злоупотребление алкоголем лицами, совершающими инцест;

длительное отсутствие отца дома; П патология супружества;

О социальная изоляция;

импотенция;

психопатии (Старович 3., 1991);

длительное проживание ребенка вне семьи;

П социальная депривация ребенка, отсутствие друзей;

эмоционально холодная, наказывающая мать, табуирующая любые про­явления сексуальности в семье.

Клинические исследования подтверждают, что сексуальный климат в ин­цестных семьях либо слишком репрессивен, либо характеризуется интенсив­ной эротической стимуляцией. Дети часто видят порнографические материа­лы, слышат непристойные выражения, застают своих родителей во время сексуальных актов (WeinbergS., 1976). В свою очередь, существуют исследова­ния, отмечающие пуританские взгляды и репрессивное поведение родителей (ThormanG., 1983).

123

Согласно предлагаемой нами многоуровневой модели функционирования семьи, инцест можно трактовать как глубокое нарушение жизнедеятельности всей семейной системы. Подобная дисфункциональность семейной системы, как правило, представляет собой по каким-либо причинам ставший единствен­но доступным способ поддержания семьей ее существования, сохранения це­лостности и предотвращения ее распада. В данном случае инцест выполняет следующие функции:

1. Гомеостатическая. Инцестное поведение позволяет снизить напряжение и сохранить семью путем удовлетворения всех потребностей внутри семьи, включая потребность в сексуальных контактах. За фактом инцеста, как прави­ло, скрывается полное или частичное разрушение супружеской подсистемы, сопровождающееся дефицитом сексуальных отношений между партнерами в браке. Между такими партнерами обычно имеется молчаливое соглашение сохранять брак независимо от обстоятельств.

2. Контролирующая. Инцест символизирует полное доминирование одного участника над другим (как правило, доминирование взрослого над ребенком), полный контроль над всеми сферами его жизни. Даже если не используется физическое насилие, часто взрослые угрожают ребенку, находящемуся в зави­симой позиции от родителя. Иногда это могут быть гомосексуальные взаимо­отношения. Инцест может продолжаться много лет, с несколькими детьми в одной семье, одновременно или поочередно. Это характерно для семей с очень жесткими внешними границами и внутрисемейным слиянием.

В противоположность общественным нормам, в инцестных семьях возни­кает «внутреннее семейное право» (Старович 3., 1991), отображающее страх перед внешним миром и запрещающее выход за пределы семьи. Члены этих семей жертвуют своей индивидуальностью во имя тождественности семье, ко­торая воспринимается как группа, члены которой взаимно принадлежат друг другу, что распространяется и на половые взаимоотношения. Семейные роли при этом определены слабо. Подобное функционирование семьи требует тай­ного поведения, и беременности в ней нежелательны, поскольку, с одной сто­роны, приводят к временному распаду семейного монолита, а с другой — спо­собствуют разглашению семейной тайны. Сохранение тайны необходимо прежде всего для того, чтобы не получить репутацию «плохой» семьи. Поэтому каждый член семьи старается быть верным негласному договору о молчании.

Инцестные семьи, как правило, живут замкнуто с минимальным количе­ством контактов с внешним миром. Подобный образ жизни может объяснять­ся тем, что общественные нормы противоречат внутрисемейным. Лица извне воспринимаются членами семьи как чужаки. Внутри замкнутой семейной си­стемы может существовать множество факторов, предрасполагающих к семей­ной дисфункции, выражающейся в том числе и в инцесте. В случае возникно­вения связи «отец—дочь» мать, как правило, подсознательно или вполне осознанно передает ей свое право сексуального обслуживания отца (мужа). Установление же связи «брат—сестра» чаще всего имеет целью ослабить воз­действие матери на сына. Оба варианта инцестных связей всегда сопровожда­ются конфликтами между сторонами, обусловленными либо отсутствием ду­ховной общности, либо неудовлетворением сексуальных притязаний. Чаще

124

мать исключается из супружеской подсистемы и занимает по отношению к дочери амбивалентную позицию (Старович 3., 1991).

Анализ влияния семейных факторов на насилие над детьми включает в себя рассмотрение понятия «соблазняющий ребенок». Если ребенок начинает по­нимать, что сексуальное поведение — способ добиваться внимания взрослых, то он может использовать «соблазняющее» поведение с целью получения опре­деленных выгод. Однако, как уже подчеркивалось, в любом случае за этим сто­ит нарушение всей структуры функционирования семьи, а ответственность лежит на взрослом агрессоре. Ребенок всегда расценивается как жертва, вне зависимости от обстоятельств, даже если он проявляет «соблазняющее» пове­дение. В этом контексте он является жертвой семейной дисфункции, а не только сексуального акта или перверсии. Если инцестное поведение в семье обусловле­но личной историей родителей, то в таком случае они тоже могут рассматривать­ся как жертвы собственного травматичного опыта, а инцест — как результат действия семейных сценариев. Таким образом, он может являться мультиге-нерационным феноменом, передающимся из поколения в поколение.

Помимо инцеста первого рода, выделяют также психологический, или симво­лический (скрытый), инцест, не предполагающий сексуальных отношений меж­ду его участниками. При символических инцестных отношениях в семье ребе­нок может выступать как суррогат супруга или супруги. Квазисупружество находит выражение в том, что родитель начинает делиться с ребенком инфор­мацией глубоко личного или даже сексуального характера, делает сына (дочь) ответственным за собственные проблемы. При этом у ребенка возникают ам­бивалентные чувства и переживания: с одной стороны, гордость за оказывае­мое доверие, а с другой — отчаяние из-за невозможности нести ответствен­ность, не соответствующую возрасту и статусу. Это приводит к ролевому дисбалансу в семье.

В случае символического инцеста поведение ребенка характеризуется сле­дующими признаками:

амбивалентные чувства любви и ненависти в адрес родителя: с одной сто­роны, ребенок чувствует себя в особом, привилегированном положении, а с другой — постоянно ощущает неуверенность в связи с невозможнос­тью соответствовать ожиданиям. У него может появляться чувство ярос­ти, злости, отчаяния, когда он ощущает неадекватность адресованных ему посланий;

О чувство вины, неспособность определить собственные потребности и ожидания, что вызывает трудности в самоидентификации;

хроническое чувство неадекватности, недостаточной значимости, неса­мостоятельности;

стремление устанавливать поверхностные и кратковременные отноше­ния с большим числом лиц. Становясь взрослыми, такие люди впослед­ствии испытывают трудности в создании глубоких, основанных на вза­имности, отношений, легко вступают в поверхностные контакты и, не получая удовлетворения, легко их прерывают, что способствует разви­тию аддикций, сексуальных дисфункций, компульсивности. Это связа­но с хроническим страхом быть покинутыми людьми, которые сопере-

125

живают и заботятся о них. Характерен постоянный поиск «совершенно­го» партнера, желание установления уникальных отношений, основан­ных на взаимной любви. После прекращения очередных отношений, как правило, возникает чувство вины, сожаления, угрызения совести и не­довольство собой.

Инцест не типичен для хорошо функционирующих семей с прямыми и ясными внутрисемейными посланиями. С большей вероятностью он может воз­никать в семьях, для которых характерны нарушения сплоченности (сверхблиз­кие отношения или эмоциональная изоляция), ролевые дисфункции и нару­шения внутренних границ семьи. Это позволяет рассматривать инцест как результат глубокой семейной дисфунциональности.

3.5.2. Диагностика

В последнее время появились исследования, свидетельствующие о влиянии инцеста на развитие пограничной психопатологии (Мак-Вильяме Н., 1998). Был выявлен феномен постинцестного синдрома, в значительной степени на­поминающий посттравматическое стрессовое расстройство. Таким образом, своевременная диагностика данного семейного явления позволяет предупре­дить появление патологических черт личности у жертв инцеста, особенно у детей.

Диагностировать инцест можно на основе анализа информации, сообщае­мой членами семьи о семейном функционировании. Встречаются два вариан­та диагностики инцеста:

прямое заявление клиента о факте инцеста: чаще всего это рассказ взрос­лого человека о травматичном детском опыте;

тема инцеста косвенным образом всплывает в процессе проработки дру­гих семейных проблем.

Можно выделить признаки, наличие которых в рассказе клиента позволяет с достаточно большой степенью вероятности подозревать инцест в детстве либо возможность инцестных событий, которые не осознаются или скрываются. Эти признаки касаются появления в беседе консультанта и клиента следующих тем:

страх темноты, нахождения в темном помещении в одиночестве, страхи, возникающие как результат кошмарных сновидений, содержанием ко­торых являются преследование, угроза нападения, вторжения, попада­ния в ловушку, из которой нельзя выйти;

нарушение восприятия собственного тела (деперсонализация, отчужде­ние тела, отсутствие четкости представлений о собственном теле, мани­пуляции с собственным телом с целью избежать внимания к себе);

проявление аутодеструктивного драйва (саморазрушительное поведение: порезы на теле, частое попадание в ситуации, влекущие за собой повреж­дения);

126

наличие суицидальных мыслей, теоретического интереса к самоубийству, проявляющегося в чтении художественной и профессиональной лите­ратуры; пассивное суицидальное поведение, которое выражается в том, что человек часто и неосознанно оказывается в ситуациях риска;

пониженный фон настроения; эмоциональная лабильность, беспричин­ное ухудшение настроения, резкие перемены настроения, например, необоснованный плач на фоне первоначального ощущения радости;

максимализм в поведении: либо перфекционизм, либо поведение по типу «чем хуже, тем лучше»;

враждебность по отношению к людям определенного возраста, пола, определенной этнической группы, совпадающей с этнической принад­лежностью человека, совершившего инцест;

неспособность ощутить собственное «Я», впечатление, что все происхо­дит с кем-то другим, психическая болевая анестезия;

ригидный, жесткий контроль над своими мыслями, страх фантазирования;

чрезмерная серьезность и отсутствие чувства юмора;

П слабое ощущение собственных границ, выражающееся либо в неспособ­ности доверять кому бы то ни было, либо, наоборот, в чрезмерной довер­чивости к окружающим;

постоянное переживание чувства вины, стыда и унижения;

ощущение себя жертвой сексуальных отношений; чувство собственного бессилия, неумение сказать «нет»;

практически полное отсутствие детских воспоминаний;

О ощущение, что когда-то с клиентом произошло что-то ужасное при от­сутствии четких воспоминаний о событии. Скрытность, избегание раз­говоров о взаимоотношениях в семье, об отдельных членах семьи;

уверенность, что никто не может понять, поддержать, проявить сопере­живание; страх быть осужденным;

наличие сенсорных вспышек ( flashback ), во время которых перед взором внезапно появляется какое-то место или событие. Эти сенсорные вспыш­ки, как правило, одинаковы и провоцируются одними и теми же раздра­жителями. Вспышки возникают без понимания их значения. Так, напри­мер, возникшая в памяти обстановка кажется знакомой, но само событие, связанное с ней, не вспоминается;

отношение к сексу как чему-то мерзкому и «грязному». Среди подобных признаков могут встречаться: отвращение к прикосновениям, например, во время медицинских обследований; затруднения в интеграции сексу­альности и эмоциональности; сочетание секса с агрессией, насилием, доминированием или пассивностью; насильственное стремление соблаз­нять либо, наоборот, асексуальность; отношение к сексу, как к чему-то безличностному, механическому; сексуальная активность в сочетании со злостью и желанием отомстить; возникновение эротического возбужде­ния как реакции на оскорбление, унижение или злость; легкость в уста­новлении сексуальных отношений с незнакомыми людьми и затрудне­ния в установлении эмоционально близких контактов; сексуальное аддиктивное поведение; сексуализация всех значимых отношений;

127

отсутствие веры в возможность быть счастливым;

боязнь шума, стремление контролировать громкость голоса, тихо гово­рить, тихо смеяться, не издавать никаких звуков во время секса.

Гипотеза об инцесте может быть выдвинута при наличии в рассказе клиента нескольких из вышеперечисленных признаков.

В случае, если клиентом является ребенок, на необходимость более тща­тельной диагностики инцеста могут указывать следующие признаки:

регрессия, то есть возвращение к более ранним формам поведения (на­пример, недержание мочи или сосание большого пальца ребенком, ко­торый ранее уже справился с этими проблемами);

внезапно возникшие страхи, особенно боязнь темноты, мужчин, незна­комых; страх каких-то специфических ситуаций или действий (напри­мер, ребенок необъяснимо боится выходить из дома или не хочет оста­ваться вечером с кем-то из взрослых);

побеги из дома;

ранняя и интенсивная сексуализация: частая мастурбация или мастур­бация в общественном месте; не соответствующие возрасту сексуальные игры; промискуитет или чрезмерно соблазняющее поведение со взрос­лыми.

Для дошкольников наиболее общими симптомами являются тревога, ноч­ные кошмары, «аутичное» поведение, уходы в себя, депрессия, боязливость, чрезмерный контроль, агрессивное и антисоциальное поведение.

Дети школьного возраста наиболее часто реагируют на инцест появлением страхов, ночных кошмаров, школьных проблем, агрессивного поведения, ги­перактивности и регресса к более ранним фазам развития.

В подростковом возрасте в результате инцеста могут появиться депрессия, суицидальное и саморазрушительное поведение, соматические жалобы, про­тивозаконные действия, побеги из дома и злоупотребление наркотическими веществами. Жертвы инцеста в подростковом возрасте с трудом вступают во взаимоотношения со сверстниками, что осложняет социальную адаптацию и часто вынуждает подростка вновь возвращаться к насильнику.

В то же время отсутствие симптомов не является показателем того, что на­силие не произошло. Как показали исследования (Gomes-Schwartzet. al., 1990), у 30% детей симптомы нарушений развились через 18 месяцев после травмы.

Отсутствие симптоматики у жертв инцеста может быть связано с подавле­нием (репрессированием) переживания, вытеснением его в подсознание; рас­щеплением Self как формой психологической защиты; отсутствием симпто­мов посттравматического стрессового расстройства на период обследования (Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В., 2000).

Помимо инцеста первого рода, можно диагностировать символический инцест, последствия которого для детей могут быть не менее травматичными. К его признакам относят:

совместный просмотр порнографических видеофильмов, чтение эроти­ческой литературы, рассказывание сальных анекдотов;

128

использование нецензурной лексики в присутствии ребенка; О пребывание ребенка в одной постели с родителями;

наблюдение родителей в нижнем белье или без одежды;

демонстрация половых органов в виде ношения облегающей одежды, подчеркивающей половые органы, либо прозрачной одежды;

откровенные разговоры родителей со своими детьми о собственной сек­суальной жизни и сексуальной жизни детей;

запугивание детей беременностью;

П строгий контроль над всеми областями жизни ребенка;

проверка одежды, нижнего белья на предмет наличия сексуальной бли­зости;

П обыск карманов, личных сумок, кошельков;

слишком суровое наказание за незначительные провинности; О запрет на наличие у ребенка секретов и тайн;

контроль дружеских отношений ребенка;

подслушивание разговоров ребенка с друзьями, тайное прочтение его дневников, проверка его электронной почты;

О контроль за гигиеной выросшего ребенка;

оскорбительные замечания сексуального характера.

Травматизация в случаях символического инцеста может проявиться поз­же, в более позднем возрасте в виде сложностей в выстраивании границ и, как следствие, — трудностей в построении зрелых отношений.

3.5.3. Психологическая помощь

Можно выделить два основных направления психологической помощи се­мье в ситуации инцеста.

Психологическая помощь взрослому человеку — жертве инцеста

В случае выявления инцеста первого рода задачей психолога является по­мочь обратившемуся принять и переработать травматический опыт. Важно осу­ществлять работу на трех уровнях:

эмоциональном: отреагирование подавленных чувств по отношению к агрессору и остальным членам семьи (гештальттехника пустого стула, метод семейной расстановки Б. Хеллингера, арттерапевтические техни­ки и приемы);

когнитивном: позитивная реинтерпретация травматического опыта и придание смысла произошедшему, осознание собственной роли в семей­ном функционировании (метод геносоциограммы А. Шутценбергер; ра­бота с семейной историей; работа с ранними детскими воспоминания­ми по А. Адлеру; методика «Семейные фотографии» и др.);

129

ГЛАВА 3. НЕНОРМАТИВНЫЕ СЕМЕЙНЫЕ КРИЗИСЫ

поведенческом: помощь в построении отношений с членами семьи, с ближайшим окружением, с социумом в целом (ролевые игры, психодра­ма, социодрама и др.).

В случае выявления символического инцеста работа должна быть направ­лена на помощь клиенту в выстраивании собственных границ и зрелых меж­личностных отношений.

Психологическая помощь ребенку, пережившему инцест

Если ребенок — жертва инцеста первого рода, то психологическая помощь подразумевает:

работу с самим ребенком и его симптоматикой, ориентированную в пер­вую очередь на его поддержку и помощь в отреагировании чувств;

работу с семьей: в зависимости от выявленной семейной дисфункции, работа с семьей может быть направлена на коррекцию супружеских от­ношений, осознание и изменение семейных сценариев и др.;

П работу с агрессором (если инцестное поведение детерминировано лич­ностной патологией агрессора).

В случае выявления символического инцеста психологическое консульти­рование призвано помочь в выстраивании внутренних границ семьи и инди­видуальных границ ее членов.

Если родители, ребенок которых стал жертвой инцеста, обвиняют его и не верят его рассказам, то это может усилить травматизацию и привести к ухуд­шению его состояния (FinkelhorD., 1987). Способность ребенка пережить трав­му зависит от родительской заботы. Таким образом, чтобы минимизировать психологические последствия инцеста для ребенка, необходимо обеспечить ему адекватную семейную поддержку.

130

3.6. СМЕРТЬ ЧЛЕНА СЕМЬИ

Мы оплакиваем того, кого потеряли, а долж­ны бы радоваться тому, что имели вообще.

К. Дж. Уэллс

Смерть — это нейтральное событие, которое мы привыкли окрашивать в цвет страха.

И. Ялом

3.6.1. Феноменология кризиса

Смерть члена семьи — одно из самых сильных потрясений в жизни как от­дельного человека, так и семьи в целом. Влияние этого события на семейную систему определяется значимостью для нее умершего, его функциональной нагруженностью, статусом, степенью эмоциональной близости с родственни­ками. Потеря члена семьи (особенно взрослого) может привести к появлению «функциональной пустоты» в семейной системе, приводящей к необходимос­ти перераспределения в ней ролей и функций.

Смерть ребенка

Реакция членов семьи на смерть ребенка зависит от его возраста, статуса и количества детей в семье. Исключительно тяжело она может переживаться, если речь идет о единственном или «особом» ребенке. Спектр чувств, вызываемых смертью ребенка, достаточно широк: родители испытывают отчаяние, тоску, смятение, злость к тем, кто остался жив или как-то виновен в смерти ребенка и др. Чувство вины, тайные страхи и заблуждения, иррациональные мысли, возникающие во время переживания такой потери, могут оказывать пролон­гированное влияние на жизнь членов семьи. Проблема часто осложняется тем, что родители, погруженные в собственные переживания, не могут поддержать других детей, способствуя таким образом возникновению у них ощущения от­вержения, одиночества, наказанности и нелюбви.

Смерть родителя

Смерть родителя приводит к возникновению неполной семьи и образова­нию «функциональных пустот», что влечет за собой необходимость реоргани­зации структуры семьи (прежде всего ролевой).

Можно описать несколько типов реакций супруги (супруга) на смерть партнера: 1. Адекватная реакция, включающая нормативное переживание этапов го-ревания, поиск внутренних семейных ресурсов для преодоления горя при сохранении иерархических параметров семьи и избегании ролевых ин­версий.

131

2. Полная концентрация на детях, поиск утешения в детско-родительских отношениях. Данная реакция может осложняться стремлением родите­ля найти воплощение умершего партнера в одном из детей, что впо­следствии затрудняет сепарацию данного ребенка от семьи.

3. Уход родителя в собственные переживания и отстранение от семьи, от выполнения родительских функций, что приводит к появлению у детей чувства одиночества, отверженности и вины за произошедшее.

4. Быстрое включение родителя в эмоционально близкие отношения с новым партнером с целью компенсации травмы в связи со смертью су­пруга (супруги). В этом случае велика вероятность непонимания со сто­роны детей, возникновение у последних злости, агрессии, ощущения предательства умершего родителя.

Переживание потери ребенком родителя имеет свои особенности. Чем млад­ше ребенок и чем менее адекватно его возрасту объяснение «ухода» родителя, тем больше риск возникновения в будущем различных личностных расстройств, проблем в построении межличностных отношений, особенно в случае внезап­ной трагической смерти.

Суицид члена семьи

Под суицидом (самоубийством) понимают осознанное лишение человеком себя жизни. В классификации основных суицидальных мотивов на первом месте стоят так называемые лично-семейные мотивы, связанные с семейны­ми конфликтами, разводом (в том числе и родительским), болезнью, смертью близких, одиночеством, неразделенной любовью, оскорблениями со стороны окружающих. Роль семьи в контексте суицидального поведения ее членов была проанализирована А. Г. Амбрумовой и Л. И. Постоваловой. Они подчеркива­ли, что суицидологический семейный диагноз является составной частью ди­агностики семейных дисфункций, так как он позволяет определить, можно ли в процессе терапии опереться на семью, либо, наоборот, необходимо оградить суицидента от ее травмирующего влияния.

Опыт нашей терапевтической практики позволил нам выделить следующие микро- и макросистемные семейные факторы, детерминирующие суицид:

1. Фрустрация потребности в материнской любви.

2. Отсутствие отцовской фигуры в раннем детстве.

3. Инверсия иерархии (низкий авторитет родителей).

4. Доминирующая роль одного родителя и эмоциональная отстраненность другого.

5. Психопатология взрослого члена семьи, провоцирующая эмоциональ­но нестабильную атмосферу в семье и телесные наказания ребенка.

6. Семейные дисфункции (измены, разводы, конфликты между супруга­ми, враждебность, химические зависимости, длительные болезни чле­нов семьи).

Суицидальное поведение — более широкое понятие, включающее в себя, помимо суицида, суицидальные покушения, попытки и проявления. Покуше-

132

ниями считают все суицидальные акты, не завершившиеся летальным исходом по причине, не зависящей от суицидента (например, своевременная реанима­ция). Суицидальные попытки представляют собой демонстративно-установоч­ные действия, при которых суицидент чаще всего знает о безопасности приме­няемых им средств самоубийства. Суицидальные проявления включают в себя суицидальные мысли, намеки и высказывания, не сопровождающиеся каки­ми-либо действиями, направленными на лишение себя жизни. Суицидальное поведение в некоторых случаях может рассматриваться как манипулятивный способ привлечения к себе внимания. На индивидуальном уровне суицидаль­ные проявления могут быть неэффективной попыткой удовлетворения членом семьи своих потребностей; на микросистемном уровне — способом стабили­зации семейной системы; на макросистемном уровне суицидальное поведе­ние может быть обусловлено действием семейных сценариев.

Суицид — тяжелое испытание для всей семьи. Суицид переживается с боль­шей остротой из-за чувств стыда, вины, агрессии в адрес умершего. На инди­видуальном уровне функционирования семейной системы актуализируются разнообразные защитные механизмы (отрицание, вытеснение, интеллектуа­лизация, смещение и др.). На микросистемном уровне событие затрагивает всю систему: как и смерть, вызванная другими причинами, суицид одного из чле­нов семьи ведет к перестройке структуры всей семейной системы и отноше­ний внутри нее. В первый момент после трагического события семья может попытаться сплотиться, чтобы справиться со страхом, болью и стыдом. На макросистемном уровне для поддержания образа благополучной семьи часто создается легенда, скрывающая реальную причину смерти. Суицид может стать запретной для обсуждения темой: заключается негласный «договор умолчания» о суициде и самом суициденте, согласно которому члены семьи избегают гово­рить об умершем и обстоятельствах его смерти. Может табуироваться сама тема суицида. Однако наличие такой семейной тайны может оказывать влияние на жизнь членов семьи благодаря трансгенерационным связям.

Пример

СветланаМ., 39 лет, вбраке 18 лет, матьдвоихдетей—Андрея 16 лети Алексея 10 лет. Обратиласьзаконсультациейпоповодуповедениясвоего старшегосынаАндрея. Мальчиктревожный, впечатлительный, склонныйк длительнымпереживаниям: частоплачет, страдаетбессонницей. Впослед­неевремясталзаговариватьотом, чтооннекрасивый, глупый, никомуне нуженилучшебыемуумереть. Намикросистемномуровнедисфункцийне выявлено: мужтакжеобеспокоенповедениемребенка, онпришелнакон­сультациюипроявилготовностьксотрудничеству. Приработесовсей семьейпсихологиобратиливниманиенавзаимодействиематерисостар­шимсыном, проявляющеесявчрезмернойопеке, повышенномуровнекон­троля, чтокачественноотличалосьотееспособаобщениясмладшимре­бенком. Светланебылапредложенаиндивидуальнаятерапия. Входерабо­тынадгенограммойбылавыявлена«стыдная»семейнаятайна—ееотец покончилжизньсамоубийством. Поддавлениембабушки, материотца, стар­шийребенок, родившийсячерезнескольколетпослетрагическогособы­тия, былназванименемдеда. Мужобэтомсобытииничегонезнает, он

133

уверен, чтоотецженыумерврезультатеболезни. СгодамиуСветланы сталиразвиватьсястрахи, чтоеесынповторитсудьбуотца—тревожного, неуверенноговсебечеловека, покончившегоссобойвпорывеотчаяния. Такимобразомпроблема, возникшаянамакросемейномуровне, прояви­ласьнаиндивидуальномимикросемейномуровнях.

Рядом авторов были выделены сходные стадии переживания утраты близ­кого человека (Дейте Б., 1999; Навайтис Г., 1999; Шнейдер Л. Б., 2000; Бра­ун Дж., Кристенсен Д., 2001; Кюблер-Росс Э., 2001):

1. Оцепенение или шок. Реакция взрослых на этой стадии, как правило, но­сит соматический характер и может проявляться в потере аппетита, мышеч­ной слабости, апатичности, иногда сменяющейся временной суетливой по­движностью, ощущении нереальности происходящего. Ребенок на этой стадии часто начинает избегать контактов, проявляя тенденцию к аутизации, либо демонстрирует сильные эмоциональные реакции (плач, истерика, вспышки гнева).

2. Отрицание смерти. Члены семьи могут вести себя так, будто их близкий не умер; ждут его, разговаривают с ним.

3. Страдание, острая скорбь, дезорганизация. Данная стадия отличается по­явлением у членов семьи тоски, отчаяния, ощущения пустоты и одиночества, беспомощности, сожалений по поводу своих прошлых действий и мыслей в отношении умершего, злости на него. Подобная амбивалентность становится источником чувства вины, желания уединиться. На этом этапе отмечаются раз­дражительность, сложности в организации деятельности. Характерна погру­женность в воспоминания об ушедшем и его идеализация. Иногда возникает ряд соматических реакций: затрудненное дыхание, мышечная слабость, асте­ния, утрата энергии, снижение аппетита, нарушение сна.

4. Реорганизация, сопровождающаяся уменьшением интенсивности скорби, принятием утраты члена семьи и снижением ощущения подавленности. На этой стадии происходит нормализация жизни семьи. Переживание утраты проте­кает в виде периодических кризисов, поводом для возникновения которых слу­жат семейные даты и праздники (синдром годовщины).

5. Восстановление. Члены семьи начинают перестраивать свою жизнь, умень­шается зависимость от потери. Овдовевшие супруги могут начать строить но­вые отношения.

6. Процесс горевания. Это переживание утраты близкого человека. С его по­мощью человек справляется с болью потери, постепенно вновь обретая чув­ство равновесия и полноты жизни. Горевание является способом восстановле­ния членов семьи после смерти близкого.

В процессе горевания выделяют следующие критические периоды времени: О Первые 48 часов. Этот период характеризуется шоком от перенесенной

утраты и отказом поверить в произошедшее.

П Первая неделя. Включенность в организацию и проведение похорон по­зволяет членам семьи отвлечься от тяжелых переживаний. Между тем у некоторых из них может наблюдаться ощущение эмоционального и(или) физического истощения.

134

П 2—5 недель. Члены расширенной семьи и друзья возвращаются к своим повседневным заботам после похорон, что может вызвать у переживше­го утрату ощущение покинутости, одиночества, пустоты.

6—12 недель. Реакция шока проходит, и осознается реальность потери. В это время члены семьи могут переживать разнообразные эмоции: от тоски и отчаяния до вспышек гнева.

3-12 месяцев. Возникает ощущение беспомощности, может отмечаться регрессивное поведение членов семьи. Неосознаваемым механизмом, позволяющим семье справиться с переживанием потери, нередко вы­ступает симптоматизация одного из членов семьи или появление иден­тифицированного пациента, стабилизирующего семейную систему. Не­которые члены семьи ощущают депрессию, другие «с головой» уходят в работу. В этот период может быть зачат или рожден ребенок, который, как правило, выполняет замещающую функцию.

12 месяцев. Первая годовщина смерти — это всегда значимое событие, специфика переживания которого зависит от особенностей проживания предыдущих стадий.

18—24 месяца. Семья, пережившая утрату, возвращается к прежней жизни.

Прохождение семьей описанных стадий носит индивидуальный характер. Их последовательность и длительность могут изменяться.

К. Изард отмечает, что горевание имеет чрезвычайно важное значение для психологической адаптации индивида (Изард К., 1999). Оно позволяет ему «сжиться» с утратой, адаптироваться к ней. В определенном смысле горе пре­доставляет возможность отдать последний долг навсегда ушедшему любимому человеку.

3. Фрейд назвал процесс адаптации к несчастью «работой скорби». Совре­менные исследователи характеризуют ее как когнитивный процесс, включаю­щий изменение мыслей об умершем и поиск своего места в новых обстоятель­ствах (StroeveM. etal., 1992).

Типичное проявление скорби — тоска по умершему. Она сопровождается навязчивыми мыслями и фантазиями о навсегда ушедшем. Места и ситуации, связанные с ним, приобретают особую значимость. Его лицо кажется повсюду. Пропадает интерес к прежде важным событиям, к своей внешности. Подоб­ные реакции отражают работу скорби, однако в случае их гипертрофии и со­здания культа умершего они могут приобретать патологический характер.

Во время горевания происходят изменения идентичности членов семьи. Поэтому важная составляющая «работы скорби» заключается в выработке но­вого взгляда на себя, поиске новой идентичности.

Иногда смерть близкого человека оказывает на членов семьи настолько глу­бокое воздействие, что требуется профессиональная психологическая помощь. Риск осложненной реакции имеют родители, потерявшие ребенка, а также люди, близкие которых погибли насильственной смертью, в результате аварии, убийства, самоубийства.

Выделяют три уровня риска в ситуациях переживания горя.

135

1. Минимальный риск. Члены семьи открыто выражают свои чувства, ока­зывают поддержку друг другу и принимают ее со стороны расширенной семьи, друзей, соседей. Сохраняется способность идентифицировать проблемы и искать пути их разрешения

2. Средний риск. Реакция горя протекает с осложнениями: у отдельных членов семьи могут наблюдаться депрессивные реакции; семья не при­нимает поддержку. Данные реакции могут осложняться в случае нали­чия многочисленных предыдущих потерь, неразрешенных конфликтов с умершим.

3. Высокий риск. У членов семьи может появиться эксцентричное (гру­бое, жестокое) поведение; тяжелая депрессия; попытки и угроза суици­да; злоупотребление лекарствами или алкоголем; тяжелая бессонница. К этой же категории относятся ситуации полного отсутствия проявле­ния горя в семье.

В случае среднего и высокого риска семья нуждается в помощи специалис­тов: семейных психологов, психиатра, психотерапевта, социального работника.

К патологическим симптомам, сопровождающим переживание горя, мож­но отнести следующие:

П затянувшееся переживание горя (несколько лет);

задержка реакции на смерть близкого (нет выражения страданий в тече­ние двух и более недель);

П сильная депрессия, сопровождающаяся бессонницей, напряжением, упреками в свой адрес;

появление болезней психосоматического характера (язвенный колит, ревматический артрит, астма, мигрени, нейродермит и т. д.);

П ипохондрия и, возможно, развитие симптомов, от которых страдал умер­ший;

сверхактивность: человек, перенесший утрату, начинает развивать актив­ную деятельность, не ощущая боль утраты;

О неистовая враждебность, направленная против конкретных людей, час­то сопровождаемая угрозами;

полное изменение стиля жизни;

снижение эмоциональной чувствительности;

эмоциональная лабильность, резкие переходы от страданий к бурной радости;

суицидальные мысли и намерения;

изменение отношения к друзьям и родственникам, уход от контактов с ними или чрезмерная навязчивость;

избегание социальной активности; прогрессирующая уединенность.

Нами были проанализированы и описаны несколько типов дисфункцио­нальных реакций семейной системы в ситуации потери одного из ее членов.

7. Реагирование по типу слияния. Наблюдается в ситуациях, когда члены се­мьи конфлюируют в попытке справиться с болью потери. Смерть близкого родственника нарушает целостность семьи и актуализирует различные страхи.

136

Ослабление (размывание) внутренних границ семьи, как правило, позволяет ее членам ощутить поддержку, уверенность в том, что они не одиноки в своем горе, однако это приводит к усилению внешних границ и социальной изоля­ции семьи. Снижается частота социальных контактов и возможность для чле­нов семьи получать помощь извне. Такой способ реагирования не помогает семье справиться с горем, а хронифицирует его вследствие поддержки члена­ми семьи болезненных реакций друг друга.

8. Реагирование по типу изоляции. Встречается в ретрофлексивных семьях, члены которых переживают горе путем «молчаливого ухода», не показывая друг другу своей боли. Такой тип реагирования характеризует жесткие внутренние границы семейной системы, обусловливает трудности получения членами се­мьи поддержки друг у друга и является источником их прогрессирующего оди­ночества.

9. Реагирование по типу расщепления. Характерно для семей, в которых фун­кция горевания «делегируется» одному из ее членов. Он оплакивает умершего, организует ритуальные действия (годовщина смерти, день рождения умерше­го и др.), помогает сохранить память об ушедшем. С одной стороны, горюю­щий член семьи оказывается в своеобразной изоляции и получает мало под­держки от остальных, иногда становясь объектом раздражения и агрессии. С другой стороны, «анестезированные» члены семьи инкапсулируют свою боль и дистанцируются от непереносимой ситуации, защищаясь таким образом от осознания неотвратимости произошедшего.

10. Реагирование по типу замещения. Проявляется в том, что спустя неболь­шой промежуток времени после смерти члена семьи появляется его «замести­тель» (рождается новый ребенок, как, например, в случае Сальвадора Дали; овдовевший супруг вступает в новый брак).

11. Реагирование по типу переключения. Связано с появлением в семье иден­тифицированного пациента, который позволяет членам семьи отвлечься от болезненных переживаний, связанных с потерей, и сконцентрироваться на решении его проблем (внезапная болезнь, неожиданно появившиеся трудно­сти в поведении или обучении у ребенка, алкоголизм и др.). Иногда появление идентифицированного пациента помогает сохранить равновесие семейной системы, предоставляя семье возможность сплотиться в заботе об одном из ее

членов.

Вышеперечисленные реакции являются дисфункциональными, так как мешают членам семьи в полной мере прожить свое горе и отреагировать свя­занные с ним эмоции. Наиболее оптимальным вариантом является ситуация, когда члены семьи сохраняют способность слышать, понимать друг друга, ока­зывать поддержку друг другу и принимать ее извне, не избегать разговоров об умершем, не подавлять и не скрывать свои переживания по поводу случив­шегося.

В последнее время широкое распространение получила концепция работы с горюющим клиентом Дж. В. Вордена. Он рассматривает реакцию горя в со­ответствии с четырьмя задачами, которые должны быть выполнены пережива­ющим утрату. Ворден считает этот подход близким к теории 3. Фрейда о работе горя («работе скорби»), удобным для клиницистов.

137

Концепция Дж. В. Вордена была использована нами для описания задач, которые необходимо решить семье в процессе горевания. Данная модель так­же может применяться в целях диагностики, поскольку позволяет понять, ка­кие задачи уже решены семьей, а какие еще требуют решения.

Первая задача горя — признание факта потери. Отрицание факта смерти члена семьи — одна из наиболее часто встречаемых реакций. Отрицание в се­мье может проявляться на различных уровнях (индивидуальном, микро- и мак-росистемном) и принимать разные формы (отрицание факта потери, ее значи­мости либо необратимости). Если семья не преодолевает отрицание, теряется возможность прожить до конца потерю близкого человека, принять этот факт и организовать свою жизнь по-новому.

Отрицание факта потери может варьировать от легкого расстройства до тя­желых психотических форм, когда человек проводит несколько дней в кварти­ре с умершим, прежде чем замечает, что тот умер. Однако чаше встречается менее патологичная форма проявления отрицания, названная Горером муми­фикацией. В таких случаях человек сохраняет все так, как было при умершем, чтобы все время быть готовым к его возвращению.

Пример ___________________________________________________________________

Семьяврезультатенесчастногослучаяпотеряладочь 12 лет. Спустяпол­торагодапослесмертидевочкиродителипродолжаютставитьдлянее столовыеприборы, убираютеекомнату, покупаютейодежду. Мужболее адекватновоспринимаетситуацию. Однако, беспокоясьзасостояниесвоей жены, онподдерживаетееповедение, отрицающеефактсмертидочери.

Еще одной из форм отрицания может быть реакция членов семьи, проявля­ющаяся в том, что умершего «видят» в ком-нибудь другом (например, в его родственнике или в посторонних людях). Данный защитный механизм (про­екция) позволяет на некоторое время облегчить боль переживания, однако за­трудняет и тормозит процесс проживания горя.

Иногда члены семьи могут отрицать значимость утраты, считая факт поте­ри не травматичным или даже воспринимая его как благо («он ничего хороше­го для меня не сделал», «он был жестоким», «он испортил жизнь маме»). Чле­ны семьи могут поспешно избавляться от вещей, напоминающих об умершем (поведение, противоположное мумификации), стараться о нем не вспоминать и не говорить. Данные семьи составляют группу риска развития патологичес­ких реакций горя. Как правило, в таких ситуациях бремя дани оплакивания умершего могут брать на себя последующие поколения (трансгенерационные связи).

Пример ___________________________________________________________________

Семьяобратиласьзапсихологическойпомощьюспроблемойраннегоал­коголизма 15-летнегоподростка. Работасгенограммойпозволилаобнару­житьтакназываемый«семейныйскелетвшкафу»—тему, котораязамал­чиваласьсемьей: алкоголизмдедушкииобстоятельстваегосмерти (утонул всостоянииопьянения). Родителипризнались, чтовсегдабоялисьзасвое-

138

горебенка, посколькувиделивмальчике«вылитогодедушку». Фактран­негоалкоголизмаребенкапредставляетсобойрезультатдействиятрансге­нерационныхсвязей. Осознаваемойреакциейродителейбылстрахзасудьбу ребенка, нанеосознаваемомжеуровнеонитранслировалиемуожидания определенногоповедения, сходногосповедениемдедушки. Этодавало возможностьсемьепроигратьнезавершенныеотношениясумершимрод­ственникомисделатьдлясынато, чеговсвоевремянесделалидляде­душки, —спастиоталкоголизма.

Отрицание может также проявляться в виде «избирательного забывания». В этом случае человек забывает что-то, касающееся покойного, например, вне­шность, рост, манеры, цвет волос и др.

Еще одним способом избегания осознания потери является отрицание ее необратимости. Родители после смерти ребенка могут думать, что у них будут другие дети, которые «займут место умершего». Некоторые пытаются найти утешение в религии, дающей надежду «встретиться на небесах».

Вторая задача горя, по Дж. В. Вордену, состоит в том, чтобы пережить боль потери. Вслед за принятием факта смерти члены семьи сталкиваются с разно­образными чувствами, многие из которых оказываются очень болезненными, невыносимыми. В этот период важно не прятать боль (гнев, злость, раздраже­ние, обиду, ярость, вину и др.), не избегать своих переживаний, а попытаться прожить их, не теряя контакта с собой и близкими.

Выполнение этой задачи может осложняться реакциями окружающих. При столкновении с сильной болью и чувствами горюющего(их) у других людей может возникать напряжение, которое они пытаются ослабить путем оказа­ния не всегда адекватной помощи: переключением внимания («ты должна по­думать о ребенке», «ты должен позаботиться о матери»); попытками отвлечь от переживаний, вовлекая горюющих членов семьи в различные виды деятельно­сти; табуированием разговоров об умершем («не беспокойте его, он уже на не­бесах»); снятием уникальности произошедшего («не ты первый и не ты послед­ний», «все когда-нибудь умирают»). Такого рода поддержка со стороны близкого окружения может быть достаточно эффективной в сочетании с проявлением толерантности к переживаниям горюющего(их) и предоставлением ему(им) возможности для открытого выражения чувств, связанных с потерей. Иногда окружающие чувствуют себя беспомощными, дезориентированными, что обу­словливает их дистанцирование от семьи, переживающей горе. Это, как пра­вило, приводит к обострению ощущения одиночества у горюющих членов се­мьи, может восприниматься ими как подтверждение разрушительности для отношений с окружающими некоторых эмоциональных реакций, связанных с горем, и вызывать потребность подавлять свои чувства, что затрудняет про­цесс проживания горя.

Способы избегания переживаний, связанных с потерей, могут быть различ­ными:

П отрицание наличия боли или других мучительных чувств;

избегание воспоминаний об умершем;

прибегание к психотропным веществам, алкоголю или наркотикам;

139

отказ от реальности путем переезда на новое место жительства, органи­зации путешествия или ухода в непрерывную напряженную работу.

Третья задача, с которой должна справиться семья, — это реорганизация ее жизни после потери. Членам семьи необходимо перераспределить функции, выработать ритуалы, помогающие сохранить память об умершем.

Четвертая задача связана с необходимостью завершить эмоциональные от­ношения с ушедшим и продолжать жить. Если предыдущие задачи были решены успешно, члены семьи отреагировали чувства и эмоции, связанные с умершим и с фактом его потери, то рано или поздно это приводит к их эмоциональной стабилизации и возможности строить новые отношения.

Иногда выполнению этой задачи может мешать близкое окружение. Напри­мер, часто возникают конфликты с родственниками в случае появления новых отношений с мужчиной у овдовевшей женщины (с женщиной у овдовевшего мужчины). Реализации четвертой задачи могут также препятствовать семей­ные мифы о единственной любви и воссоединении на небесах, о том, что дети никогда не примут отчима или мачеху, и т. д.

Признаком незавершенности эмоциональных отношений с умершим яв­ляется продолжающееся переживание членами семьи сильных чувств к нему или ощущение законсервированности, замороженности («жизнь останови­лась», «после его смерти я как в тумане»), рост напряжения и беспокойства. Маркером позитивного выхода из кризиса можно считать возникновение у членов семьи ощущений, что можно продолжать жить и радоваться, не преда­вая при этом память об ушедшем.

Работа горя завершена, когда семья, пережившая утрату, оказывается спо­собной выполнять свои функции, осваивать новые роли, взаимодействовать с окружением, не прибегая к дисфункциональным паттернам жизнедеятель­ности.

3.6.2. Психологическая помощь

Консультирование членов семьи, переживающих утрату, — серьезное испы­тание для самого психолога и проверка его профессиональной компетенции.

Смерть близкого, как и многие другие жизненные события, не только явля­ется источником тяжелых, болезненных переживаний, но и предоставляет воз­можность личностного роста для горюющих членов семьи. Консультант, рабо­тающий с семьей, может помочь ее членам реализовать эту возможность.

Психологическая помощь взрослым членам семьи, переживающим утрату

Работа со взрослыми членами семьи строится сходным образом и в ситуа­ции потери ребенка, и в ситуации смерти брачного партера. Она включает в себя следующие направления:

140

1. Информирование о психологических закономерностях горевания и, преж­де всего, о том, что это длительный процесс (см. Приложение 4).

2. Психологическое сопровождение и поддержка семьи в процессе горе­вания:

О помощь в осознании и принятии факта смерти члена семьи;

оказание членам семьи психологической поддержки и помощи в отреа-гировании сильных чувств, связанных с болью потери;

помощь в реорганизации жизни семьи после смерти одного из ее членов (перераспределение семейных ролей и функций, выработка ритуалов);

помощь в завершении эмоциональных отношений с умершим (отреаги-рование сильных чувств по отношению к нему и факту его смерти).

3. Поддержка и помощь членам семьи в планировании своей дальнейшей жизни.

Психологическая поддержка в работе с семьями, переживающими потерю, приобретает особое значение и занимает большую часть консультативного про­цесса. Она подразумевает полноценное присутствие психолога, наблюдение за происходящим и проявление чувства сострадания, при сохранении личных границ. Задачи консультанта: быть рядом и слушать; не форсировать резуль­тат; проявлять уважение и принимать то, что происходит; видеть пользу в вы­ражении членами семьи их скорби; позволить себе стать человеком, на кото­рого члены семьи могут опереться.

Важным элементом в работе с потерей является включение членов семьи в системный процесс переживания горя, удержание их от импульсивного жела­ния уйти от ситуации и болезненных переживаний, оказание помощи в поиске внутренних семейных ресурсов для преодоления данного кризиса.

Психолог может помогать членам семьи в создании ритуала или ритуалов, поддерживающих их потребность в скорби и сохранении памяти об ушедшем. Важно, чтобы эти ритуалы соответствовали традициям данной семьи. Риту­альные действия дают возможность людям чтить память умершего члена се­мьи и получать поддержку как внутри семьи, так и за ее пределами, принимая соболезнования и помощь от друзей и родственников. Семейный ритуал дает также возможность каждому выразить свои личные чувства к ушедшему.

Психологу-консультанту необходимо знать типичные, так называемые нормативные, проявления горя и симптомы, сопровождающие патологичес­кие реакции членов семьи. Если с первыми можно и нужно работать в кон­сультативном ключе, то вторые требуют медицинской помощи — клиничес­кой психотерапии с медикаментозной поддержкой либо психиатрической помощи.

Психологическая помощь детям, потерявшим родителя

Важным фактором организации психологической помощи детям является их возраст. Ребенок младше пяти лет, как правило, не понимает сущности ка­тегории «смерть», не осознает ее необратимость. Его психологическое состоя­ние и реакция на смерть родителя зависит от поведения окружающих взрос-

141

лых («заражение» эмоциями взрослых). В возрасте от пяти до девяти лет боль­шинство детей начинает понимать, что такое смерть, что она необратима, но при этом ребенок, как правило, сохраняет иллюзию собственного бессмертия. Только после девяти лет он обычно осознает, что тоже смертен.

Очень важно заручиться поддержкой семьи при оказании помощи ребенку, переживающему смерть родителя. Самое сложное — это сообщить ему о смер­ти близкого. Лучше всего, если это сделает кто-то из родных или тот взрослый, которого ребенок хорошо знает и которому он доверяет. В этот момент очень важно прикасаться к ребенку: взять его руки в свои, обнять, посадить на коле­ни. Ребенок должен почувствовать, что он продолжает быть значимым и важ­ным для оставшихся членов семьи.

На стадии шока и отрицания смерти необходимо дать возможность ребенку свободно выражать свои чувства, связанные со смертью родителя. Он может никак не реагировать на горе, не выражать никаких признаков переживания, что является патологическим симптомом и требует наблюдения за его даль­нейшим поведением. Если ребенок достаточно большой, можно подключить его к организации похорон, чтобы он не чувствовал себя исключенным. Важно не оставлять его надолго наедине с собой. В это время его лучше не отпускать в школу, даже если он скажет, что чувствует себя хорошо.

На стадии страдания и дезорганизации необходимо очень внимательно сле­дить за состоянием ребенка, быть чувствительным и отзывчивым и избегать действий, которые могли бы способствовать его повторной травматизации (на­сильственные разговоры о его состоянии, об умершем родителе, отвержение, делегирование ему функций умершего родителя и др.). На этой стадии ребенка (подростка) можно включать в группы поддержки.

На этапах реорганизации и восстановления необходимо помочь ребенку завершить эмоциональные отношения с ушедшим родителем и строить даль­нейшие жизненные планы.

Распространенным является вопрос о том, стоит или не стоит брать ре­бенка на похороны. Многие родители считают похороны слишком травми­рующим мероприятием и отказываются включать в него ребенка. В этом слу­чае они лишают его возможности попрощаться с умершим родителем и почувствовать себя включенным в семейный процесс горевания. Дети конк­ретны: когда ребенок реально видит умершего родителя в гробу и наблюдает проведение похорон, он получает доказательства его смерти. Такой опыт, ка­ким бы тяжелым он ни был, может облегчить период траура и адаптацию ре­бенка после смерти родителя. У ребенка будет возникать меньше вопросов по поводу того, что же именно произошло с родителем. Уменьшается вероят­ность возникновения иррациональных мыслей и нереальных надежд на его возвращение.

Еще одна причина, свидетельствующая о целесообразности участия ребен­ка в похоронах, состоит в том, что наблюдение эмоциональных реакций род­ственников во время похорон помогает ребенку выразить собственные чувства. Однако необходимо заранее рассказать ребенку о том, что происходит, когда семья выражает горе, чтобы он не был напуган и потрясен.

142

Диагностика семейных взаимоотношений в ситуации кризиса

Глава 4

Одним из важных направлений работы психолога с семьей в ситуации кри­зиса является диагностика ее актуального состояния. Предлагаемая нами сис­тема методик позволяет семейному психологу сориентироваться в имеющем­ся многообразии диагностических средств и осуществить адекватный выбор инструмента для работы в соответствии с целью и задачами конкретной прак­тической консультации. Предлагаемые психодиагностические процедуры дают возможность проведения клинического и эмпирического изучения семейной истории, структуры семьи, состояния супружеской подсистемы, факторов се­мейного благополучия и неблагополучия, особенностей детско-родительско-го взаимодействия. В результате их использования можно получить полную и надежную информацию о взаимоотношениях членов семьи на разных этапах ее жизненного цикла, а также в кризисные периоды, и определить семейный диагноз.

Э. Г. Эйдемиллером (2003) был введен термин «семейный диагноз». Семейный диагноз описывает нарушения в жизнедеятельности семьи, способ­ствующие возникновению и сохранению трудностей в ее функционировании, выражающихся в появлении индивидуальных дисфункций у одного или не­скольких членов семьи либо препятствующих нормативному прохождению семьей стадий ее жизненного цикла и переживанию ненормативных кризи­сов. Семейный диагноз позволяет определять характер нарушений семейно­го функционирования и планировать направления психологической помо­щи семье.

Для диагностики семейных взаимоотношений используют различные ме­тоды социально-психологической диагностики: опрос, наблюдение, экспери­мент, социометрические методы, методы поперечных и продольных срезов, количественно-качественный анализ документов, тестирование.

В данном методическом пособии сделан акцент на методе тестирования. Ниже представлены методики, позволяющие семейному психологу осуществ­лять диагностику состояния семейной системы и отдельных ее подсистем (су­пружеской и детско-родительской) в кризисные периоды ее развития.

143

4.1. ДИАГНОСТИКА СТРУКТУРЫ СЕМЬИ

С помощью данных методов можно оценить состав семьи и следующие пара­метры семейной структуры: сплоченность (эмоциональная связь, близость или привязанность между членами семьи), иерархия, границы, характер коммуни­каций, особенности ролевого взаимодействия и гибкость семейной системы.

Ряд диагностических процедур, применяемых для диагностики структуры семьи, такие как: методика «Семейная социограмма», графические тесты «Ри­сунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи», относятся к классу техник, опирающихся на пространственную репрезентацию семейной системы с при­менением замещающих фигур для членов семьи.

Для диагностики структуры семьи могут быть использованы все представ­ленные в этом разделе методики, вне зависимости оттого, на каком этапе жиз­ненного цикла она находится, нормативный или ненормативный кризис она переживает.

4.1.1. Опросник «Шкала семейной адаптации и сплоченности» ( FACES -3)

Шкала семейной адаптации и сплоченности (FACES-3) представляет со­бой один из наиболее известных стандартизированных опросников, предна­значенных для оценки семейной структуры. Авторами данного опросника яв­ляются Д. X. Олсон, Дж. Портнер и И. Лави.

Метод был адаптирован в 1986 году М. Перре (Эйдемиллер Э. Г., Добря­ков И. В., Никольская И. М., 2003). В России методика была использована Н. Ф. Михайловой при изучении 70 семей здоровых и больных неврозами и в исследовании М. Ю. Городновой и С. Б. Ваисова 90 семей подростков с герои­новой наркоманией (Системная семейная психотерапия, 2002).

В основе создания методики лежит «циркулярная модель» («круговая мо­дель») Д. X. Олсона. Эта модель включает в себя три важнейших параметра семейного поведения: сплоченность, адаптация и коммуникация. FACES-3 является третьим вариантом серий шкал FACES, разработанным для оценки двух основных параметров структуры семьи, представленных графически в «циркулярной модели», — семейной сплоченности и семейной адаптации.

Семейная сплоченность — это степень эмоциональной связи между членами семьи: при максимальной выраженности этой связи они эмоционально взаи­мозависимы, при минимальной — автономны и дистанцированы друг от дру­га. Для диагностики семейной сплоченности используются следующие пока­затели: «эмоциональная связь», «семейные границы», «принятие решений», «время», «друзья», «интересы и отдых».

Семейная адаптация - характеристика того, насколько гибко или, наобо­рот, ригидно способна семейная система приспосабливаться, изменяться при

144

воздействии на нее стрессоров. Для диагностики адаптации используются сле­дующие параметры: «лидерство», «контроль», «дисциплина», «правила и роли в семье» (см. табл. 4).

В «циркулярной модели» различают четыре уровня семейной сплоченности — от экстремально низкого до экстремально высокого. Они получили следую­щие названия: разобщенный, разделенный, связанный и сцепленный. Анало­гично диагностируют четыре уровня семейной адаптации: ригидный, структу­рированный, гибкий и хаотичный.

Авторы данного опросника выделяют умеренные (сбалансированные) и крайние (экстремальные) уровни семейной сплоченности и адаптации и счи­тают, что именно сбалансированные уровни — показатель успешности функ­ционирования системы. Для семейной сплоченности такими уровнями явля­ются разделенный и связанный, для семейной адаптации — структурированный и гибкий. Экстремальные уровни обычно рассматриваются как проблематич­ные, ведущие к нарушениям функционирования семейной системы.

Посредством комбинирования четырех уровней сплоченности и четырех уровней адаптации возможно определить 16 типов семейных систем, 4 из ко­торых являются умеренными по обоим уровням и называются сбалансирован­ными, 4 — экстремальными, или несбалансированными, так как имеют край­ние показатели по обоим уровням. Восемь других типов являются средними (среднесбалансированными), так как один из параметров относится к экстре­мальным, а другой — к сбалансированным уровням (см. рис. 1).

Опросник сконструирован таким образом, что позволяет проанализировать, как члены семьи в данное время воспринимают свою семью и какой бы они

145

хотели ее видеть. Расхождение между восприятием и идеалом определяет сте­пень удовлетворенности существующей семейной системой. «Идеал» дает информацию о направлении и степени изменений в семейном функциониро­вании, которые хотел бы осуществить каждый из принявших участие в иссле­довании. Чем больше расхождение между идеалом и восприятием, тем больше неудовлетворенность существующей семейной системой.

Перед тем как начать работу с данной методикой, необходимо создать ат­мосферу доверия между исследователем и участниками опроса. Каждый полу­чает бланк с текстом утверждений, затем проверяется, как участники поняли инструкцию, даются необходимые пояснения. В ходе работы с опросником у обследуемого могут возникнуть уточняющие вопросы, на которые даются по­яснения. Если опросник заполняют одновременно несколько членов семьи, то наблюдение за их взаимодействием даст психотерапевту дополнительную информацию о коммуникации в данной системе, возможность отследить пат­терны поведения. В этом случае от поясняющих ответов лучше отказаться, оставив решение за членами семьи. При работе в группе все пояснения даются до начала заполнения опросника.

Опросник могут заполнить все члены семьи, включая подростков старше 12 лет. В идеале необходимо применять его ко всем членам семьи, способным заполнять анкету, что поможет всесторонне оценить особенности их комму­никации.

Описание методики

Методика состоит из списка утверждений (от 1 до 20). Задача испытуемого заключается в том, чтобы дважды оценить каждое утверждение по степени его выраженности, используя пятибалльную шкалу:

почти никогда — 1,

редко — 2,

время от времени — 3,

часто — 4,

почти всегда — 5.

В первом случае задача испытуемого оценить реальное семейное функцио­нирование, во втором — идеальное, то есть такое, каким хотелось бы его ви­деть.

Обработка и интерпретация результатов

1. Определение типа структуры семьи. При обработке подсчитывается ко­личество баллов, полученных при суммировании четных и нечетных утверж­дений. Количество баллов, полученное при суммировании нечетных пунктов, определяет уровень семейной сплоченности, четных — уровень семейной адап­тации. Тип семейной системы определяется двумя параметрами — суммарны­ми оценками по шкалам сплоченности и семейной адаптации в соответствии с нормами оценок, стандартизированных на различных выборках (см. табл. 5).

2. Определение уровня удовлетворенности семейной жизнью. Разница между идеальными и реальными оценками по двум шкалам (сплоченности и адапта-

146

ции) определяет степень удовлетворенности испытуемого семейной жизнью. В настоящее время не существует никаких эмпирических норм для определе­ния оценки расхождения идеального и осознаваемого. Высокая оценка рас­хождения указывает на низкую семейную удовлетворенность. Расхождение должно быть рассчитано для каждого индивидуума по сплоченности и адапта­ции, а общая опенка может быть получена в результате сложения этих двух оценок. Обратная зависимость полученных результатов является оценкой се­мейной удовлетворенности.

ФИО ________________________________________________________

Возраст ___________

Дата исследования ;_

Инструкция

Вариант А. Опишите Вашу реальную семью (супруги и дети). Прочитайте следующие высказывания и оцените их с помощью представленной шкалы.

Вариант Б. Теперь оцените эти высказывания с точки зрения идеальной се­мьи, то есть такой, о которой Вы мечтаете.

Бланк опросника

Утверждение 1 почти никогда

2

редко

3 время от времени часто 4 5 почти всегда
1. Членынашейсемьиобращаютсядругк другузапомощью
2. Прирешениипроблемучитываются предложениядетей
3. Мысодобрениемотносимсякдрузьям другихчленовсемьи
4. Детисамостоятельновыбираютформу поведения
5. Мыпредпочитаемобщатьсятолько вузкомсемейномкругу
6. Каждыйчленнашейсемьиможетбыть лидером
7. Членынашейсемьиболееблизкис посторонними, чемдругсдругом
8. Внашейсемьеизменяетсяспособ выполненияповседневныхдел
9. Мылюбимпроводитьсвободноевремя всевместе
10. Наказанияобсуждаютсяродителями идетьмивместе
11. Членынашейсемьичувствуютсебя оченьблизкимидругдругу
12. Внашейсемьебольшинстворешений принимаетсяродителями
13. Насемейныхмероприятиях присутствуетбольшинствочленовсемьи
14. Правилавнашейсемьеизменяются

147

Утверждение

1

почти никогда

2

редко

3 время от времени 4 часто 5 почти всегда
15. Намтруднопредставитьсебе, чтомы моглибыпредпринятьвсейсемьей
16. Домашниеобязанностимогутпере­ходитьотодногочленасемьикдругому
17. Мысоветуемсядругсдругомпри принятиирешений
18. Трудносказать, ктоунасвсемье лидер
19. Единствооченьважнодлянашей семьи
20. Трудносказать, какиеобязанности вдомашнемхозяйствевыполняеткаждый членсемьи

К расширенным возможностям методики следует отнести исследования более частного уровня, а именно диагностических параметров шкал сплочен­ности и адаптации (табл. 4).

Таблица 4

Оценка параметров шкалы FACES-3

Диагностические параметры утверждений Шкала
1 Эмоциональнаясвязь 1,11,19 Семейнаясплоченность
2 Семейныеграницы 5,7
3 Принятиерешений 17
4 Время 9
b Друзья 3
Ь Интересыиотдых 13, 15
1 Лидерство 6,18 Семейнаяадаптация
г Контроль 2, 12
3 Дисциплина 4,10
4 Роли 8,16,20
b Правила 14

Конкретные результаты исследования могут быть полезны при оказании психологической помощи семьям, находящимся в кризисном состоянии, при выдвижении гипотез и определении направлений дальнейшей работы. В рам­ках психопрофилактики семейных нарушений подобная методика помогает быстро выявить семьи из группы риска, разработать конкретные приемы пси-хокоррекционной работы.

Группу риска, на наш взгляд, прежде всего, будут составлять семьи с ри­гидной структурой, не позволяющей быстро адаптироваться к изменяющим­ся условиям и возникающим стрессам в жизни семьи, что, в свою очередь, препятствует переходу к выполнению семьей задач развития, характеризую­щих новый этап жизненного цикла семьи. Подобная структура затрудняет

148

Таблица 5

Нормы оценок и средние показатели для FACES -3

(Шкаласемейнойадаптацииисплоченности)

Основные параметры Группы семей
Зрелые супружеские пары Семьи с подростками Молодые супружеские пары
X SD X SD X SD
Сплоченность 39,8 5,4 37,1 6,1 41,6 4,7
Адаптация 24,1 4,7 24,3 4,8 26,1 4,2
Сплоченность
ранг % ранг % ранг %
Разобщенный 10-34 16,3 10-31 18,6 10-36 14,9
Разделенный 35-40 33,8 32-37 30,3 37-42 37,2
Связанный 41-45 36,3 38-43 36,4 43-46 34,9
Сцепленный 46-50 13,6 44-50 14,7 47-50 13,0
Адаптация
ранг % ранг % ранг %
Ригидный 10-19 16,3 10-19 15,9 10-21 13,2
Структурный 20-24 38,3 20-24 37,3 22-26 38,8
Гибкий 25-28 29,4 25-29 32,9 27-30 32,0
Хаотичный 29-50 16,0 30-50 13,9 31-50 16,0

Примечание. X — средние показатели; SD — стандартные отклонения от средних.

проживание кризисных периодов и продвижение семьи по стадиям жизнен­ного цикла. В эту группу войдут также семьи, структура которых хаотична и не сбалансирована, что свидетельствует о пребывании семьи в ситуации кри­зиса (например, вследствие рождения ребенка, развода, потери источников дохода, перемены места жительства и действия других ненормативных стрес­соров). В этом состоянии семья может находиться в течение такого периода времени, которое ей необходимо для адаптации к кризисной ситуации. Про­блемным данное состояние становится тогда, когда система застревает в со­стоянии хаоса надолго.

Интерпретация и обсуждение полученных результатов с членами семьи по­зволяет повысить их мотивацию к семейной психотерапии, прохождению групп тренинга, индивидуальной работе. «Наглядная» демонстрация, подтверждаю­щая наличие нарушений в семейной системе, позволяет разделить ответствен­ность за эффективность коррекционных мероприятий между всеми членами семьи и психологом.

Шкала может также служить инструментом, позволяющим выявить степень эффективности работы, проведенной с семьей. Изменения типа функциони­рования семьи (переход к более сбалансированному состоянию) и снижение уровня неудовлетворенности семейным функционированием говорят о том, что семья обрела способность адекватной коммуникации и более эффектив­ного преодоления стресса (кризисного состояния).

149

4.1.2. Тест «Семейная социограмма»

Тест «Семейная социограмма», авторами которого являются Э. Г. Эйдемил-лер и О. В. Черемисин, относится к рисуночным проективным методикам (Эй-демиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003). Он позволяет выя­вить положение субъекта в системе межличностных отношений и определить характер коммуникаций в семье (прямой или опосредованный). Данная про­ективная методика дает возможность экстернализации неосознаваемого кон­текста взаимоотношений между членами семьи, что делает ее эффективным инструментом семейной диагностики, консультирования и психотерапии.

Описание методики

Для проведения обследования испытуемым выдают бланки (на каждом блан­ке нарисован круг диаметром ПО мм). Задание выполняется индивидуально. Испытуемым предлагается нарисовать в виде кружочков самих себя и других членов семьи.

Интерпретация результатов

Авторами предложены критерии, по которым производится оценка резуль­татов тестирования:

число членов семьи, попавших в площадь круга; П величина кружков;

расположение кружков относительно друг друга; П дистанция между ними.

Оценивая результат по первому критерию, исследователь сопоставляет число членов семьи, изображенных испытуемым, с реально существующим. Возмож­но, что член семьи, с которым испытуемый находится в конфликтных отноше­ниях, не попадет в большой круг, он будет «забыт». В то же время кто-то из посторонних лиц, животных, любимых предметов может быть изображен в качестве члена семьи.

Далее внимание обращается на величину кружков. Больший, по сравнению с другими, кружок, выполненный для обозначения испытуемым самого себя, говорит о достаточной или завышенной самооценке, меньший — о понижен­ной самооценке. Величина кружков других членов семьи говорит об их значи­мости в глазах испытуемого.

Следует обратить внимание на расположение кружков в площади тестового поля круга и по отношению друг к другу (третий критерий). Изображение ис­пытуемым своего кружка в центре круга может говорить об эгоцентрической направленности личности, а помещение себя внизу, в стороне от кружков, сим­волизирующих других членов семьи, может указывать на переживание эмоцио­нального отвержения. Наиболее значимые члены семьи изображаются испы­туемым в виде больших по размеру кружочков в центре или в верхней части тестового поля.

Наконец, определенную информацию можно получить, проанализировав расстояния между кружками (четвертый критерий). Удаленность одного кружка

150

от других может говорить о конфликтных отношениях в семье, эмоциональ­ном отвержении со стороны испытуемого или, наоборот, в его адрес. Своеоб­разное «слипание», когда кружки наслаиваются один на другой, соприкасают­ся или находятся друг в друге, говорит о недифференцированности «Я» этих членов семьи, наличии симбиотических связей. В качестве примера можно привести тест матери девочки (рис. 2), больной шизофренией (такой же ре­зультат выполнения теста, который условно называется авторами «матрешкой», встречается примерно в 3% случаев тестирования здоровых, социально адап­тированных родителей).

Другой пример иллюстрирует динамику семейных взаимоотношений в про­цессе семейной психотерапии (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Николь­ская И. М., 2003). В начале психотерапии мать изобразила себя, сына и своих родителей в одну «линию» (с мужем она в разводе). Интерпретируя результаты тестирования, можно сказать, что у испытуемой недостаточно дифференци­рованное отношение к членам семьи и опосредованное (через бабушку) отно­шение к отцу (рис. 3). При завершении семейной психотерапии мать мальчика сказала: «У меня есть своя семья — это я и мой сын. К вам, родители, у меня есть уважение, но мои семейные дела для меня важней». Заключительная со­циограмма представлена на рис. 4.

Использование теста «Семейная социограмма» позволяет членам семьи в считаные минуты в ситуации «здесь и сейчас», до сеанса семейной психотера­пии или во время него, наглядно представить характер взаимоотношений в семье, а затем, сравнив свои бланки, обсудить результаты друг с другом.

Существуют различные варианты проведения данной методики. Так, напри­мер, И. М. Никольская в процессе семейной диагностики предлагает испыту­емому последовательно нарисовать несколько вариантов семейной социограм-мы (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003):

1. Стандартная социограмма, на которой изображены сам испытуемый и все члены его семьи.

2. Социограммы, на которых могут отсутствовать определенные члены се­мьи и/или присутствовать люди и объекты, которые к семье номиналь­но не принадлежат.

3. Социограммы, которые относятся к разным этапам жизненного цикла семьи.

151

ГЛАВА 4. ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В СИТУАЦИИ КРИЗИСА

Это позволяет прояснить особенности взаимоотношений в разном семей­ном контексте, а также определить оптимальные, с точки зрения членов се­мьи, и реальную системы взаимоотношений. Сравнение и совместный анализ полученных социограмм позволяет психологу и членам семьи увидеть пробле­му с разных сторон, что, в свою очередь, способствует постановке более точно­го диагноза и поиску эффективного способа выхода из сложной ситуации.

Бланк теста «Семейная социограмма» состоит из инструкции и круга диа­метром ПО мм.

Инструкция

Перед Вами на листе круг. Нарисуйте в нем в форме кружков себя самого и членов вашей семьи и подпишите их.

4.1.3. Опросник «Семейные роли»

Опросник «Семейные роли» предназначен для описания ролевой структу­ры семьи. Данная методика является модификацией психотерапевтической техники «Ролевая карточная игра» (1970) (авторы техники Дж. Огден и Э. Зе-вин), выполненной А. В. Черниковым (2001), и помогает определить вклад каж­дого члена семьи в организацию совместной жизни (роли-обязанности), а также типичные варианты поведения в конфликтных ситуациях (роли взаимодей­ствия). Кроме того, опросник позволяет косвенно оценить статус членов се­мьи и степень их влияния на принятие семейных решений.

Бланк опросника «Семейные роли» Инструкция

Впишите имена членов Вашей семьи и отметьте количеством звездочек, насколько перечисленные роли характерны для каждого из них: *** — его (ее) постоянная роль; ** — довольно часто он (она) это делает; * — иногда это относится к нему (к ней).

Некоторые из упомянутых ролей не свойственны Вашей семье или никогда не исполняются тем или иным ее членом; в этом случае оставьте графу пустой. Возможно, в Вашей семье есть свои уникальные роли, отсутствующие в общем списке, допишите их.

Затем среди всего списка выделите трк роли, которые Вы считаете наибо­лее важными для жизни семьи.

Роли - обязанности Имена
Организатордомашнегохозяйства
Закупщикпродуктов
Зарабатывающийденьги

152

Роли - обязанности Имена
Казначей
Егопревосходительствоплохойисполнительвсех своихобязанностей
Убирающийквартиру
Выносящиймусор
Повар
Убирающийсостолапослеобеда
Тот, ктоухаживаетзаживотными
Организаторпраздникови-развлечений
Мальчикнапобегушках
Человек, принимающийрешения
Починяющийсломанное
Роли взаимодействия Имена
Буфер, посредниквконфликте
Любительпоболеть
Сторонникстрогойдисциплины
Главныйобвинитель
Одинокийволк
Утешающийобиженных
Уклоняющийсяотобсужденияпроблемы
Создающийдругимнеприятности
Держащийсявсторонеотсемейныхразборок
Приносящийжертвырадидругих
Семейныйвулкан
Затаивающийобиду
Шутник

Интерпретация результатов

В основе интерпретации полученных результатов лежит представление о том, что члены семьи, которые чаще других играют важные роли, как правило, об­ладают большей властью в семье.

Методику можно проводить индивидуально или со всей семьей. Она очень наглядна, информативна и в групповом варианте может служить основой для обсуждения семейной ситуации и разницы в ее восприятии членами семьи.

153

4.1.4. Проективные рисуночные методики «Рисунок семьи» и «Кинетический рисунок семьи»

Исторически использование методики «Рисунок семьи» (PC) связано с об­щим развитием «проективной психологии».

В настоящий момент трудно определить пионера в использовании «Рисун­ка семьи» для изучения межличностных отношений. Считается, что идея ис­пользования рисунка семьи для диагностики внутрисемейных отношений во­зникла у ряда исследователей, среди которых упоминают работы В. Вульфа, В. Хьюлса, И. Минковского, М. Поро, Л. Кормана и др. (Общая психодиагно­стика, 1987). Сегодня наиболее известна модификация Р. Бернса и С. Кауфма­на — «Кинетический рисунок семьи» (КРС) (Берне Р. С, Кауфман С. X., 2000).

В работах российских и отечественных психологов также обращается вни­мание на связь между особенностями рисунка семьи и внутрисемейными меж­личностными отношениями (Захаров А. И., 1988; Хоментаускас Г. Т., 1986; Романова Е. С, Потемкина О. Ф., 1991; Венгер А. Л., 2003 и др.).

Проективная методика «Рисунок семьи» (как и «Кинетический рисунок се­мьи») является полифункциональной. Она и ее модификации могут быть ис­пользованы, с одной стороны, для изучения структуры семьи, особенностей взаимоотношений между ее членами («семья глазами ребенка»), а с другой — как процедура, отражающая в первую очередь переживания и восприятие ре­бенком себя («Я-образ», половая идентификация), своего места в семье, его отношение к семье в целом и отдельным ее членам. Оба этих аспекта — «семья глазами ребенка» и «развитие ребенка в семье», так или иначе, являются объек­том интереса семейных психотерапевтов. Полифункциональность методики позволяет одновременно отнести ее также к группам методов, предназначен­ных для диагностики детско-родительских и сиблинговых отношений.

Вследствие привлекательности и естественности задания эта методика спо­собствует установлению хорошего эмоционального контакта психолога с ребенком, снимает напряжение, возникающее в ситуации обследования. Осо­бенно продуктивно применение методики в старшем дошкольном и младшем школьном возрасте, так как полученные результаты мало зависят от способ­ности ребенка вербализовывать свои переживания, от его способности к интроспекции, умения вжиться в воображаемую ситуацию, то есть от тех особенностей психической деятельности, которые существенны при выпол­нении вербальных заданий.

Описание методики

Для проведения исследования необходимы: лист белой бумаги (15x20,21x29 см), шесть цветных карандашей (черный, красный, синий, зеленый, желтый, коричневый), ластик. Ребенку дается инструкция:

(PC) — «Нарисуй, пожалуйста, свою семью».

(PC) — «Нарисуй семью, как ты ее себе представляешь».

(КРС) — «Нарисуй свою семью, где все заняты обычным делом».

154

(КРС) — «Нарисуй, пожалуйста, свою семью, где каждый член семьи и ты делают что-нибудь. Постарайся рисовать целых людей, не «мультяшек» и не людей, состоящих из палочек. Помни: изображай каждого делающим что-ни­будь, какое-либо действие».

Ни в коем случае нельзя объяснять, что обозначает слово «семья», так как этим искажается сама суть исследования. Если ребенок спрашивает, что ему рисовать, необходимо просто повторить инструкцию. Время выполнения за­дания не ограничивается (в большинстве случаев оно длится не более 35 ми­нут). Во время рисования ребенка следует отмечать в протоколе:

О последовательность рисования деталей;

паузы более 15 секунд;

стирание деталей;

спонтанные комментарии ребенка;

эмоциональные реакции и их связь с содержанием рисунка.

После выполнения задания надо стремиться получить максимум информа­ции вербальным путем. Обычно задаются следующие вопросы:

1. Скажи, кто тут нарисован?

2. Где они находятся?

3. Что они делают? Кто это придумал?

4. Им весело или скучно? Почему?

5. Кто из нарисованных людей самый счастливый? Почему?

6. Кто из них самый несчастный? Почему?

Последние два вопроса провоцируют на открытое обсуждение чувств, что не каждый ребенок склонен делать. Поэтому, если ребенок молчит или отве­чает формально, не следует настаивать на эксплицитном ответе. При опросе нужно попытаться выяснить смысл нарисованного ребенком: чувства к от­дельным членам семьи; почему ребенок не нарисовал кого-нибудь из членов семьи (если так произошло); что значат для ребенка определенные детали рисунка (птицы, звери и т. д.). При этом по возможности следует избегать прямых вопросов, не настаивать на ответе, так как это может индуцировать тревогу, защитные реакции. Часто продуктивными оказываются проектив­ные вопросы («Если вместо птички был бы нарисован человек, то кто бы это был?», «Кто бы выиграл в соревнованиях между братом и тобой?», «Кого мама позовет идти с собой?» и т. п.).

После опроса можно (но необязательно) попросить ребенка решить шесть условных ситуаций: три из них должны выявить негативные чувства к членам семьи, три — позитивные. Российский психолог Е. И. Рогов предлагает следу­ющие шесть ситуаций:

О Представь себе, что ты имеешь два билета в цирк. Кого бы ты позвал идти с собой?

Представь, что вся твоя семья идет в гости, но один из вас заболел и дол­жен остаться дома. Кто он?

Ты строишь из конструктора дом (вырезаешь бумажное платье для кук­лы), и тебе не везет. Кого ты позовешь на помощь?

155

П Ты имеешь... билетов (их количество на один меньше, чем членов семьи)

на интересную кинокартину. Кто останется дома? П Представь себе, что ты попал на необитаемый остров. С кем бы ты хотел

там жить? Ты получил в подарок интересное лото. Вся семья села играть, но вас

одним человеком больше, чем надо. Кто не будет играть?

Интерпретация результатов

Для интерпретации рисунка ребенка и его рассказа психологу необходимо располагать объективной информацией о возрасте исследуемого ребенка; о составе его семьи, возрасте братьев и сестер; если возможно, о поведении ре­бенка в семье, детском саду или школе.

Интерпретацию рисунка условно можно разделить на три части:

1. Анализ структуры «Рисунка семьи».

2. Интерпретация особенностей графических презентаций членов семьи.

3. Анализ процесса рисования.

Анализ структуры «Рисунка семьи»

и сравнение состава нарисованной и реальной семьи

Ожидается, что ребенок, переживающий эмоциональное благополучие в семье, будет рисовать полную семью. Искажение реального состава семьи за­служивает пристального внимания, так как за этим почти всегда стоят эмоци­ональный конфликт, недовольство семейной ситуацией. Крайние варианты представляют собой рисунки, в которых: (1) вообще не изображены люди; (2) изображены только не связанные с семьей люди (такое защитное избега­ние задания встречается у детей достаточно редко).

За такими реакциями чаще всего кроются: травматические переживания, связанные с семьей; чувство отверженности, покинутости (поэтому такие ри­сунки относительно часты у детей, недавно пришедших в интернат из семей); аутизм; чувство небезопасности, большой уровень тревожности. Кроме того, это может быть результатом плохого контакта психолога с ребенком.

Однако в практической работе чаще приходится сталкиваться с менее вы­раженными отступлениями от реального состава семьи. Дети уменьшают состав семьи, «забывая» нарисовать тех членов семьи, которые менее эмоционально привлекательны для них, с которыми сложились конфликтные отношения. Не изображая их, ребенок как бы разряжает неприемлемую эмоциональную ат­мосферу в семье, избегает негативных эмоций, связанных с определенными людьми. Наиболее часто в рисунке отсутствуют братья или сестры, что, веро­ятно, обусловлено ситуацией конкуренции между сиблингами. Таким спосо­бом ребенок в символической ситуации «монополизирует» недостающую лю­бовь и внимание родителей. Ответы на вопрос, почему не нарисован тот или иной член семьи, бывают, как правило, защитными: «Не нарисовал потому, что не осталось места»; «Он пошел гулять» и т. д. Но иногда на указанный во­прос дети дают и более эмоционально насыщенные ответы: «Не хотел — он дерется»; «Не хочу, чтобы он с нами жил» и т. п.

156

В некоторых случаях вместо реальных членов семьи ребенок рисует малень­ких зверушек, птиц. Психологу всегда следует уточнить, с кем ребенок их иден­тифицирует (наиболее часто так рисуются братья или сестры, чье влияние в семье ребенок стремится уменьшить).

Большой интерес представляют те рисунки, в которых ребенок не рисует себя или вместо семьи рисует только себя. В обоих случаях рисующий не включает себя в состав семьи, что свидетельствует об отсутствии чувства общности с дру­гими ее членами. Отсутствие своего изображения в рисунке более характерно для детей, чувствующих отвержение, неприятие. Презентация в рисунке толь­ко себя может указывать на различное психическое содержание, в зависимос­ти от контекста других, характеристик рисунка. Если указанной презентации свойственна позитивная концентрация на рисовании самого себя (большое количество деталей тела, цветов, декорирование одежды, большая величина фигуры), то это, наряду с несформированным чувством общности, указывает на определенную эгоцентричность, истероидные черты характера. Если же изображение себя характеризуется маленькой величиной, схематичностью, и при этом другими деталями рисунка и цветовой гаммой создан негативный эмоциональный фон, то можно предполагать присутствие чувства отвержен­ности, покинутости, иногда — аутистических тенденций.

Информативным является и увеличение состава семьи. Как правило, это связано с неудовлетворенными психологическими потребностями в семье. Примерами могут служить рисунки единственных детей — они относитель­но чаще включают в рисунок семьи посторонних людей. Выражением потреб­ности в равноправных, кооперативных связях является рисунок ребенка, в котором, помимо членов семьи, нарисован ребенок того же возраста (двою­родный брат, дочь соседа и т. п.). Презентация маленьких детей указывает на неудовлетворенные аффилиативные потребности, желание занять охраняю­щую, родительскую, руководящую позицию по отношению к другим детям (такую же информацию могут дать и нарисованные в дополнение к членам семьи собачки, кошки и т. п.).

Изображение других, не связанных с семьей взрослых, помимо родителей (или вместо них), указывает на восприятие неинтегративности семьи, на по­иск человека, способного удовлетворить потребность ребенка в близких эмо­циональных контактах. В некоторых случаях — на символическое разрушение целостности семьи, месть родителям вследствие ощущения отверженности, ненужности.

Интерпретация особенностей графических презентаций членов семьи

Анализ особенностей нарисованных фигур. Особенности графических презен­таций отдельных членов семьи могут дать информацию большого диапазона: об эмоциональном отношении ребенка к отдельному члену семьи, о том, каким его видит ребенок, об «Я-образе» ребенка, его половой идентификации и т. д.

При оценке эмоционального отношения ребенка к членам семьи следует обращать внимание на следующие моменты графических презентаций:

157

П количество деталей тела: присутствуют ли голова, волосы, уши, глаза, зрачки, ресницы, брови, нос, щеки, рот, шея, плечи, руки, ладони, паль­цы, ноги, ступни;

декорирование (детали одежды и украшения): шапка, воротник, галстук, банты, карманы, ремень, пуговицы, элементы прически, сложность одеж­ды, украшения, узоры на одежде и т. п.;

количество использованных цветов для рисования фигуры.

Как правило, хорошие эмоциональные отношения с человеком сопровож­даются позитивной концентрацией на его рисовании, что в результате находит отражение в большем количестве деталей тела, декорировании, использова­нии разнообразных цветов. И наоборот: негативное отношение к человеку ве­дет к большей схематичности, неоконченности его графической презентации. Иногда пропуск в рисунке существенных частей тела (головы, рук, ног) может указывать, наряду с негативным отношением к нему, также на агрессивные побуждения относительно этого человека.

О восприятии других членов семьи и «Я-образа» рисующего можно судить на основе сравнения величин фигур, особенностей презентации отдельных частей тела и всей фигуры в целом.

Дети, как правило, самыми большими рисуют отца или мать, что соответ­ствует реальности. Однако иногда соотношение величин нарисованных фигур явно не соответствует реальности: семилетний ребенок может оказаться выше и шире своих родителей и т. д. Это объясняется тем, что для ребенка (как и для древнего египтянина) величина фигуры является средством, при помощи ко­торого он выражает силу, превосходство, значимость, доминирование. Так, например, изображая семью, для которой характерна большая доминантность матери, являющейся истинно авторитарным руководителем, девочка Н. 6 лет нарисовала маму на 1/3 больше отца и вдвое больше других членов семьи. Не­которые дети самыми большими или равными по величине с родителями ри­суют себя. Как правило, это может быть связано либо с эгоцентричностью ре­бенка, либо с соревнованием за родительскую любовь с другим родителем, когда ребенок приравнивает себя родителю противоположного пола, исключая или уменьшая при этом «конкурента».

Дети, которые чувствуют свою незначительность, ненужность и т. п. или, напротив, требуют опеки, заботы со стороны родителей, занимают в семье по­зицию «малыша», рисуют себя значительно меньшими по размеру, чем другие члены семьи.

Информативной может быть и абсолютная величина фигур. Большие, тя­нущиеся через весь лист фигуры рисуют импульсивные, уверенные в себе, склонные к доминированию дети. Очень маленькие фигуры связаны с тревож­ностью, чувством опасности у ребенка.

При анализе особенностей презентаций членов семьи следует обращать вни­мание и на рисование отдельных частей тела. Дело в том, что отдельные части тела связаны с определенными сферами активности, представляя собой сред­ства общения, контроля, передвижения и т. д. Особенности их презентации могут указывать на определенное, связанное с ними чувственное содержание.

158

Руки являются основными средствами воздействия на мир, физического контроля поведения других людей. Если ребенок рисует себя с поднятыми вверх руками, длинными пальцами, то это часто связано с его агрессивными жела­ниями. Иногда такие изображения присутствуют и в рисунках внешне спокой­ных, покладистых детей. В этом случае можно предполагать, что ребенок чув­ствует враждебность по отношению к окружающим, но его агрессивные побуждения подавлены. Такое рисование себя также может указывать на стрем­ление ребенка компенсировать свою слабость, желание быть сильным, властво­вать над другими. Эта интерпретация более достоверна тогда, когда ребенок в дополнение к «агрессивным» рукам еще рисует и широкие плечи или другие атрибуты, символы «мужественности» и силы. Иногда ребенок рисует всех чле­нов семьи с руками, но «забывает» нарисовать их себе. Если при этом ребенок рисует себя еще и непропорционально маленьким, то это может быть связано с чувством бессилия, собственной незначительности в семье, с ощущением, что окружающие подавляют его активность, чрезмерно его контролируют. Интересны рисунки, в которых один из членов семьи нарисован с длинными руками, большими пальцами. Чаще всего это указывает на восприятие ребен­ком пунитивности, агрессивности этого члена семьи. То же значение может иметь и презентация члена семьи вообще без рук. Таким образом ребенок символическими средствами ограничивает его активность.

Голова — центр локализации «Я», интеллектуальной и перцептивной дея­тельности; лицо — самая важная часть тела в процессе общения. Уже дети 3 лет в рисунке обязательно рисуют голову, некоторые части тела. Если дети старше пятилетнего возраста (нормального интеллекта) в рисунке пропускают части лица (глаза, рот), это может указывать на серьезные нарушения в сфере обще­ния, отгороженность, аутизм. Отсутствие головы, черт лица или заштрихован­ное лицо в изображении других членов семьи часто связано с конфликтными отношениями с данным человеком, враждебным отношением к нему.

Выражение лиц нарисованных людей также может быть индикатором чувств ребенка к ним. Однако надо иметь в виду, что дети склонны рисовать улыбаю­щихся людей, это своеобразный «штамп» в их рисунках: иногда это вовсе не означает, что они так воспринимают окружающих. Для интерпретации рисун­ка семьи выражения лиц значимы только в тех случаях, когда они отличаются друг от друга. В этом случае можно полагать, что ребенок сознательно или бес­сознательно использует выражение лица как выразительное средство. Это в основном характерно для старших детей. Например, мальчик Р. 9 лет, послед­ний сын в семье, имеющий, в отличие от своих братьев, физический дефект и не такой, как они, успешный в учебе и спорте, в рисунке выразил свое чувство неполноценности, изображая себя значительно меньшим, с опущенными вниз краями губ. Эта графическая презентация «Я» явно отличалась от других чле­нов семьи — больших и улыбающихся.

Девочки больше, чем мальчики, уделяют внимание рисованию лица, изоб­ражают разнообразные детали. Они замечают, что их матери много времени уделяют уходу за лицом, косметике, и сами постепенно усваивают ценности взрослых женщин. Поэтому концентрация на рисовании лица может указы­вать на хорошую половую идентификацию девочки.

159

В рисунках мальчиков этот момент может быть связан с озабоченностью своей физической красотой, стремлением компенсировать ее физические не­достатки, формированием стереотипов женского поведения.

Презентация зубов и выделение рта часты у детей, склонных к оральной аг­рессии. Если ребенок так рисует не себя, а другого члена семьи, то это может свидетельствовать о наличии чувства страха в связи с воспринимаемой враж­дебностью этого человека к ребенку либо к иным членам семьи.

Существует закономерность, что с возрастом детей рисунок человека обо­гащается все новыми деталями. Дети 3,5 лет в большинстве своем рисуют «го­ловонога», а 7 лет презентируют уже богатую схему тела. Каждому возрасту ха­рактерны определенные детали, и их пропуск в рисунке, как правило, связан с отрицанием их функций, конфликтом. Если, например, ребенок 7 лет не рису­ет одной из этих деталей: головы, глаз, носа, рта, рук, туловища, ног, на это надо обратить внимание.

У детей старше 5,5—6 лет в рисунках выделяются две разные схемы рисова­ния индивидов разной половой принадлежности. Например, туловище муж­чины рисуется овальной формы, женщины — треугольной, либо половые раз­личия выражаются другими средствами. Если ребенок рисует себя так же, как и другие фигуры того же пола, то можно говорить об адекватной половой иден­тификации. Аналогичные детали и цвета в презентации двух фигур, например сына и отца, можно интерпретировать как стремление сына быть похожим на отца, идентификацию с ним, хорошие эмоциональные контакты.

Расположение членов семьи указывает на некоторые психологические осо­бенности взаимоотношений в семье.

Рисование членов семьи с соединенными руками, объединенность их в об­щей деятельности являются индикаторами психологического благополучия, вос­приятия сплоченности семьи, включенности в семью. Рисунки с противополож­ными характеристиками (разобщенностью членов семьи) могут указывать на низкий уровень эмоциональных связей. Осторожности в интерпретации требу­ют те случаи, когда близкое расположение фигур обусловлено замыслом помес­тить членов семьи в ограниченное пространство (лодку, маленький домик и т. п.). Тут близкое расположение может, наоборот, говорить о попытке ребенка объ­единить, сплотить семью (для этой цели ребенок прибегает к внешним обстоя­тельствам, так как чувствует тщетность собственных усилий).

Психологически интереснее те рисунки, в которых часть семьи расположе­на в одной группе, а одно или несколько лиц — в отдалении от них. Если изо­лированным ребенок рисует себя, это указывает на чувство невключенности, отчужденности. В случае отделения другого члена семьи можно предполагать негативное отношение ребенка к нему либо ощущение угрозы, исходящей от него. Часты случаи, когда такая презентация связана с реальным отчуждением члена семьи, с малой его значимостью для ребенка.

Группировка членов семьи в рисунке иногда помогает выделить психологи­ческие микроструктуры семьи, коалиции и треугольники типичных взаимоот­ношений в семье.

Как указывалось ранее, мера психологической близости (эмоциональные связи) может выражаться ребенком в рисунке посредством физических рас-

160

стояний (дистанций) между фигурами. То же значение имеет и размещение между членами семьи объектов, деление рисунка на ячейки, по которым рас­пределены члены семьи. Такие презентации указывают на слабость позитив­ных межперсональных связей между членами семьи.

Анализ процесса рисования

При анализе процесса рисования следует обращать внимание на:

последовательность рисования членов семьи;

последовательность рисования деталей; О стирание;

возвращение к уже нарисованным объектам, деталям, фигурам;

паузы;

спонтанные комментарии ребенка в процессе рисования.

Интерпретация процесса рисования в общем реализует тезис о том, что за динамическими характеристиками рисования кроются изменения мысли, ак­туализация чувств, напряжения, конфликты, которые отражают значимость определенных деталей рисунка для ребенка. Интерпретация процесса рисова­ния требует творческого включения всего практического опыта психолога, его интуиции. Несмотря на большой уровень неопределенности, как раз этот уро­вень анализа часто дает наиболее содержательную, глубокую, значимую ин­формацию.

Как при рассказе ребенок начинает с главного, так и в рисунке первым он изображает наиболее значимого, главного или наиболее эмоционально близ­кого человека. Как правило, это тот, кто больше времени бывает с ним, боль­ше, чем другие, уделяет ему внимания. То, что часто дети первыми рисуют себя, наверное, связано с их эгоцентризмом как возрастной характеристикой. При­мечательны случаи, когда ребенок последней рисует мать — как правило, это связано с негативным отношением к ней.

Последовательность рисования членов семьи может быть более достоверно интерпретирована в контексте анализа особенностей графической презента­ции фигур. Если нарисованная первой фигура является самой большой, одна­ко ее изображение выполнено схематично, в отсутствие декорирования, то та­кая презентация указывает на воспринимаемую ребенком значимость этого лица, силу, доминирование в семье, но не указывает на положительные чув­ства ребенка в его отношении. Однако если первая фигура нарисована тща­тельно, декорирована, то можно думать, что это наиболее любимый член се­мьи, которого ребенок почитает и на которого хочет быть похож.

Обычно дети, получив задание нарисовать семью, начинают рисовать членов семьи. Но некоторые сперва рисуют различные объекты, линию основания, солнце, мебель и т. д. и лишь в последнюю очередь приступают к изображению людей. Есть основание считать, что такая последовательность выполнения за­дания является своеобразной защитной реакцией, при помощи которой ребе­нок отодвигает неприятное ему задание во времени. Чаще всего это наблюда­ется у детей с неблагополучной семейной ситуацией, но это также может быть последствием плохого контакта ребенка с психологом.

161

Возвращение к рисованию определенных членов семьи, объектов, деталей указывает на их значимость для ребенка. Как непроизвольные движения чело­века иногда показывают актуальное содержание психики, так и возвращение к рисованию уже выполненных элементов рисунка соответствует движению мысли, отношению ребенка к ним и может указывать на главное, доминирую­щее переживание, связанное с определенными деталями рисунка.

Паузы перед рисованием определенных деталей, членов семьи чаще всего связаны с конфликтным отношением и являются внешним выражением внут­реннего диссонанса мотивов. На бессознательном уровне ребенок как бы ре­шает, рисовать ему или нет человека или деталь, которые связаны для него с негативными эмоциями.

Стирание нарисованного, перерисованного может быть обусловлено как негативными эмоциями по отношению к данному члену семьи, так и с позитив­ными. Решающее значение имеет конечный результат рисования. Если стира­ние и перерисовывание не привели к заметно лучшей графической презента­ции, то можно предполагать конфликтное отношение ребенка к этому человеку.

Спонтанные комментарии часто проясняют смысл рисуемого содержания. Поэтому к ним следует внимательно прислушиваться. Также надо иметь в виду, что кажущиеся иррелевантными комментарии все же являются средством ослабления внутреннего напряжения, их появление выдает наиболее эмоцио­нально «заряженные» места рисунка. Это может помочь направить и вопросы после рисования, и сам процесс интерпретации.

Особенности интерпретации результатов КРС

При обычном задании «нарисуй свою семью» ребенок часто рисует стати­ческую картину, в которой все члены семьи расположены в ряд и повернуты лицом к наблюдателю. Хотя в этом случае полезная информация может быть получена, некинетические инструкции обычно приводят к относительно ста­тичным, ригидным рисункам. Подход, использующий кинетические (деятель­ные) инструкции, когда ребенка просят представить изображение, где фигуры двигались бы или делали что-нибудь, является более информативным.

Несмотря на то, что при интерпретации результатов «Кинетического ри­сунка семьи» учитываются все вышеперечисленные уровни анализа, интерпре­тации кинетических рисунков фокусируются на действии или движении, а не на инертных фигурах.

Согласно Р. Бернсу и С. Кауфману, авторам данной модификации, действия и объекты, изображенные на рисунке, заключают в себе энергию, созвучную определенным отношениям. «Энергии» или «поля напряжения» могут отра­жать злобу, зависть, соревнование, стремление к близким контактам и т. д. (На­пример, игра в мяч говорит о конкуренции, зависти; горящий огонь — о враж­дебном отношении, злобе.) Вот некоторые характеристики КРС и их значение (Берне Р. С, Кауфман С. X., 2000):

Стиль

1. Отделение. Дети пытаются изолировать себя (и свои чувства) от осталь­ных членов семьи через отделение.

162

2. Подчеркивание. Проведенная внизу страницы линия характерна для де­тей из неустойчивых семей.

Действия

1. Мать:

готовка: это действие матери наиболее часто встречается на КРС и отра­жает фигуру матери, которая удовлетворяет потребности детей;

уборка: это действие обнаруживается у компульсивных матерей, кото­рые больше озабочены «домом», чем людьми в доме; уборка приравни­вается к приемлемому или хорошему поведению;

глажка: обычно обнаруживается у чрезмерно вовлеченных матерей, слиш­ком усиленно пытающихся дать ребенку «тепло».

2. Отец:

домашние дела: чтение газеты, оплата счетов, игры с детьми являются частыми действиями нормальных отцов;

по пути на работу или во время работы: обычно обнаруживается у отцов, которых воспринимают как отстраненных от семьи или пребывающих за ее пределами, не интегрированных в нее;

резание: такие действия, как подстригание газона, рубка деревьев, реза­ние и т. д., обнаруживаются у «жестких» или «кастрирующих» отцов (иногда матерей).

3. Соперничество. Обычно изображается как применение силы или конф­ликт между членами семьи, то есть как бросание мяча, ножа, самолета и т. п. Выступает у сильно конкурирующих или «ревнивых» детей.

Это малая часть обычных «действий», которые часто повторяются в КРС.

Для оценки внутрисемейных отношений, воспринимаемых ребенком, мож­но использовать следующую таблицу (Фурманов И. А., Аладьин А. А., Фурма­нова Н. В., 1999).

Таблица 6

Симптомокомплексы кинетического рисунка семьи

Симптомокомплекс Симптом Балл
Благоприятная семейнаяситуация Общаядеятельностьвсехчленовсемьи 0,2
Преобладаниелюдейнарисунке 0,1
Изображениевсехчленовсемьи 0,2
Отсутствиеизолированныхчленовсемьи 0,2
Отсутствиештриховки 0,1
Хорошеекачестволиний 0,1
Отсутствиепоказателейвраждебности 0,2
Адекватноераспределениелюдейналисте 0,1
Другиевозможныепризнаки 0,1
Тревожность Штриховка 0,1,2,3
Линияоснования—пол 0,1

163

Окончан иетабл. 6
Симптомокомплекс Симптом Балл
Линиянадрисунком 0,1
Линияссильнымнажимом 0,1
Стирание 0,1,2
Преувеличениявниманиякдетям 0,1
Преобладаниевещей 0,1
Двойныеилипрерывистыелинии 0,1
Подчеркиваниеотдельныхдеталей 0,1
Другиевозможныепризнаки 0,1
Конфликтность Барьерымеждуфигурами 0,1
Стираниеотдельныхфигур 0,1,2
Отсутствиеотдельныхчастейтелаунекоторыхфигур 0,2
Выделениеотдельныхфигур 0,2
Изоляцияотдельныхфигур 0,2
Неадекватнаявеличинаотдельныхфигур 0,2
Несоответствиевербальногоописанияирисунка 0,1
Преобладаниевещей 0,1
Отсутствиенарисункенекоторыхчленовсемьи 0,2
Членсемьи, стоящийспиной 0,1
Другиевозможныепризнаки 0,1
Чувствонеполноцен­ностивсемейной ситуации Авторрисунканепропорциональномаленький 0,2
Расположениефигурнанижнейчастилиста 0,2
Линияслабая, прерывистая 0,1
Изоляцияавторарисункаотдругихчленовсемьи 0,2
Маленькаяфигура 0,1
Неподвижная, посравнениюсдругими, фигураавтора 0,1
Отсутствиеавтора 0,2
Авторстоитспиной 0,1
Враждебностьвсе­мейнойситуации Однафигуранаоднойсторонелиста 0,2
Агрессивнаяпозицияфигуры 0,1
Зачеркнутаяфигура 0,2
Деформированнаяфигура 0,2
Обратныйпрофиль 0,1
Рукираскинутывстороны 0,1
Пальцыдлинные, подчеркнутые 0,1
Другиевозможныеварианты 0,1

4.1.5. Системный семейный тест Геринга ( FAST )

Данный тест разработан в рамках системной семейной терапии и основан на структурной теории семьи. Он представляет собой метод репрезентации респондентами (членами семьи) структуры их семейных отношений, ключе-

164

выми параметрами которой выступают сплоченность, иерархия, гибкость этих параметров, а также границы семьи (подробнее см. раздел «Основные понятия семейной психологии»).

Системный семейный тест Геринга используется для диагностики и по­строения терапевтических гипотез при работе с семьями и их отдельными чле­нами, а также в исследовательских целях. С его помощью могут быть получе­ны количественные и качественные данные об индивидуальном и групповом восприятии (оценке) членами семьи структур, регулирующих их семейные от­ношения в различных ситуациях.

Данная методика впервые на белорусской выборке была использована в диссертационном исследовании О. В. Агейко, посвященном изучению особен­ностей восприятия семейной структуры детьми из неполных семей (Агей­ко О. В., 2004).

Описание методики

Материал методики состоит из доски, разделенной на 81 квадрат (9x9), фи­гур, обозначающих лица мужского и женского пола, а также цилиндрических блоков высотой 1,5; 3 и 4,5 см. На фигурках условно нанесены точками глаза.

Расстояние между фигурками на доске отражает степень сплоченности се­мьи и отдельных ее подсистем. Высота фигурок, регулируемая с помощью ци­линдрических блоков, показывает семейную иерархию. Направление взгляда фигур является дополнительным качественным параметром, отражающим нюансы взаимоотношений членов семьи (Черников А. В., 2001).

Для дополнительного исследования взаимоотношений в семье в тесте име­ются цветные фигурки трех цветов, с помощью которых испытуемый может подчеркнуть разницу в поведении и характере разных членов семьи.

Существует несколько вариантов семейного системного теста (ССТ):

индивидуальный; О групповой;

комбинированный (вначале проводится индивидуально с каждым чле­ном семьи, а затем — со всеми членами семьи вместе).

Выполнение теста доступно всем членам семьи старше 6 лет. Проведение теста с одним испытуемым занимает в среднем 20-30 минут. Основные этапы проведения ССТ:

1. Сбор анамнестических данных.

2. Инструкция по выполнению теста.

3. Наблюдение за поведением испытуемого(ых) при выполнении теста.

4. Запись семейных репрезентаций.

5. Интервью после каждой репрезентации.

Данные, полученные в ходе выполнения теста, записываются эксперимен­татором в специальные бланки, куда вносятся и необходимые комментарии. Тест включает в себя три репрезентации:

репрезентация типичной семейной ситуации;

репрезентация идеальной семейной ситуации;

П репрезентация конфликтной семейной ситуации.

165

Во время тестирования респондент находится один на один с эксперимен­татором.

Индивидуальный тест

Типичная репрезентация

Инструкция: «Представьте типичные отношения в Вашей семье. Вначале расставьте фигуры на доске таким образом, чтобы показать, насколько близки члены Вашей семьи между собой. Затем с помощью цилиндрических блоков отрегулируйте высоту фигур и покажите, какова власть или влияние, которы­ми обычно обладает каждый член семьи».

Изображенная респондентом конфигурация записывается эксперимента­тором в тестовый бланк под названием «Типичная репрезентация».

Бланк «Типичная репрезентация»

Ф.И.О.

Фигура Отец Мать Реб . 1 Реб . 2 Реб . З Родств . Др . фиг .
Возраст
Пол
Расположение
Высота
Цвет

Интервью, проводимое после репрезентации типичной семейной ситуации

1. Показывает ли это изображение типичную ситуацию? Если да, то какую?

2. Как долго взаимоотношения существуют таким образом (является ли та­кое положение вещей стабильным)?

3. Как изменились сейчас взаимоотношения по сравнению с тем, какими они были раньше (отличия)?

166

4. Какова причина того, что отношения стали такими, какими Вы их здесь показываете?

5. Каков контакт глаз между фигурами или что означает направление их взгляда?

6. Почему Вы заменили фигуру (фигуры) на цветную (цветные)?

7. Какие персональные характеристики представлены цветами, которые Вы выбрали?

8. До какой степени эти характеристики влияют на семейные взаимоотно­шения?

Комментарии:

Идеальная репрезентация

Инструкция: «Семейные отношения не всегда идеальны. Покажите, каки­ми Вы хотели бы видеть отношения в Вашей семье или каким образом Вы бы изменили типичные отношения в Вашей семье, с тем чтобы они соответство­вали бы идеальным. Вначале расставьте фигуры на доске, а затем отрегулируй­те их высоту».

Изображенная респондентом конфигурация записывается эксперимента­тором в тестовый бланк под названием «Идеальная репрезентация».

167

Бланк «Идеальная репрезентация»

Ф.И.О.

Фигура Отец Мать Реб . 1 Реб . 2 Реб . 3 Родств . Др . фиг .
Возраст
Пол
Расположение
Высота
Цвет

Интервью, проводимое после репрезентации идеальной семейной ситуации

1. Показывает ли эта репрезентация ситуацию, которая имела когда-то ме­сто? Если да, то какова была эта ситуация?

2. Как часто такая ситуация случается (частота), как долго она длится?

3. Когда подобная ситуация произошла впервые и когда она имела место в последний раз?

4. Что должно произойти, чтобы типичные отношения стали соответство­вать такими, как Вы их видите в идеале?

5. Насколько важным это было бы для Вас и других членов семьи?

168

6. Каков контакт глаз между фигурами и что означает направление их взгляда?

7. Почему Вы заменили фигуру (фигуры) на цветную (цветные)?

8. Какие характеристики передает цвет, который Вы выбрали?

9. Каким образом эти характеристики влияют на отношения в семье? Комментарии:

Конфликтная репрезентация

Инструкция: «В каждой семье есть какие-то конфликты. Подумайте о том, какой конфликт в Вашей семье является наиболее важным (серьезным). По­кажите, каковы отношения в Вашей семье во время конфликта. Вначале рас­ставьте фигуры на доске, а затем определите их высоту».

Изображенная респондентом конфигурация записывается эксперимента­тором в тестовый бланк под названием «Конфликтная репрезентация».

Бланк «Конфликтная репрезентация»

Ф.И.О.

Фигура Отец Мать Реб . 1 Реб . 2 Реб . 3 Родств . Др . фиг .
Возраст
Пол
Расположение
Высота
Цвет

169

ГЛАВА 4. ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В СИТУАЦИИ КРИЗИСА

Интервью, проводимое после репрезентации конфликтной семейной ситуации

1. Кто вовлечен в этот конфликт (тип конфликта)?

2. По какому поводу этот конфликт (ситуация)?

3. Как часто этот конфликт происходит (частота) и как долго он длится?

4. Когда подобная ситуация произошла впервые и когда это случилось в последний раз?

5. Насколько важен этот конфликт для Вас и других членов Вашей семьи?

6. Какие роли играют различные члены семьи в разрешении этого конф­ликта?

7. Каков контакт глаз между фигурами или что означает направление их взгляда?

8. Почему вы заменили фигуру (фигуры) на цветную (цветные)?

170

9. Какие персональные характеристики представляют цвета (цвет), кото­рые Вы выбрали?

10. До какой степени эти характеристики влияют на семейные взаимоотно­шения?

Комментарии;

Групповой тест

При групповом варианте выполнения ССТ всю семью или отдельных ее членов просят сделать расстановку фигур вместе. Инструкции для репрезента­ций остаются такими же, как и в индивидуальном варианте, однако акцент делается на том, что члены семьи должны работать все вместе. Отличающиеся мнения об отношениях в семье следует обсудить. Если это представляется воз­можным, необходимо достичь согласия в определении общей позиции по ре­презентации.

Во время работы респондентов над совместной репрезентацией необходи­мо вести наблюдение за взаимоотношениями членов семьи между собой. Кри­терии для наблюдения выбираются в соответствии со специальными целями исследования.

Процедура интервью, проводимая после интерактивной репрезентации, выполняется таким же образом, как и для индивидуального теста.

Обработка и интерпретация результатов

После проведения ССТ дается его качественная и количественная оценка.

Сплоченность и иерархия в семейной структуре имеют три уровня: высо­кий, средний, низкий. Для оценки сплоченности семьи используется форма в виде решетки 9x9 клеток (см. бланки «Семейные репрезентации»). Определе­ние уровня данного параметра семейной структуры основано на выявлении расстояния между фигурами, обозначающими членов семьи. Для того чтобы рассмотреть, существует ли в семье межпоколенная коалиция (кроссгенера-ционная коалиция, или единство членов семьи разных поколений), следует сравнить сплоченность в родительской диаде со сплоченностью подсистемы «родитель-ребенок». Межпоколенная коалиция диагностируется, если отно-

171

шения между родителями характеризуются более низкой сплоченностью, чем одна из диад «родитель—ребенок».

Определение уровня иерархии в семейной структуре основано на оценке раз­ницы в высоте фигур, обозначающих членов семьи. Оценка иерархии включает не только позицию и власть каждого члена семьи по отдельности и разницу между ними, но также и классификацию качества границ между поколениями.

Совокупность всех измерений сплоченности и иерархии дает возможность получить описание типов семейных структур. На основе измерений сплочен­ности и иерархии выделяют три типа семейных структур:

П сбалансированный — уровень сплоченности и иерархии средний;

П среднесбалансированный — средний уровень сплоченности сочетается с высоким или низким уровнем иерархии, либо средний уровень иерар­хии сочетается с высоким или низким уровнем сплоченности;

несбалансированный — оба измерения отмечаются крайним количе­ством баллов (высокая или низкая сплоченность и иерархия).

Классификация структур отношения может быть выполнена как на семей­ном уровне, так и на уровне различных подсистем. Данная типология позволя­ет получить простые описания семейных структур и разницу в их восприятии отдельными членами семьи, а также разницу между индивидуальными и груп­повыми репрезентациями.

Структуры семейных отношений определяются и формируются под влия­нием индивидуальных ценностей членов семьи и особенностей культуры того общества, в котором данная семья проживает. Таким образом, любая интер­претация должна принимать во внимание особенности более широкого кон­текста существования семьи.

Важную помощь при интерпретации семейных конструктов оказывают спонтанные замечания респондентов и обмен информацией между респонден­тами и экспериментатором. Привлекая внимание к некоторым характеристи­кам репрезентации или обсуждая различия между репрезентациями, можно получить важные данные для выдвижения системных гипотез. Кроме того, полезно наблюдение за невербальным поведением респондентов. Во время проведения тестирования важно обращать внимание на порядок, в котором расставляются фигуры, и налюбые изменения (замены), сделанные после рас­становки. Это может дать информацию о том, кто из членов семьи является центральной фигурой для респондента или насколько четко определены пози­ции в семье.

При анализе семейных структур важно рассматривать качественные аспек­ты, особенно по измерениям иерархии. Например, различия во власти имеют иной смысл в отношениях «родитель—ребенок», чем в супружеских отноше­ниях. В то время как различия во властных полномочиях между родителем и детьми дают информацию о стиле воспитания, они также могут отражать не­равное распределение привилегий на уровне детей. Целесообразно выявить определенную манеру оказания влияния (например, через симптоматическое поведение). Это может также оказаться полезным при интерпретации измене­ний в иерархии.

172

4.2. ИЗУЧЕНИЕ СЕМЕЙНОЙ ИСТОРИИ

4.2.1. Генограмма

Методика «Генограмма» используется для анализа хода семейной истории, стадий развития семьи, паттернов взаимоотношений, переходящих из поко­ления в поколение, и событий, предшествующих кризису семьи и обращению за психологической помощью.

Генограмма представляет собой форму семейной родословной, на которой записывается информация о членах семьи как минимум в трех поколениях. В терапевтическую практику генограмма впервые была введена Мюррэем Боуэ-ном в 1978 году (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

Методика позволяет посредством построения диаграммы, отражающей исто­рию расширенной семьи на протяжении трех и более поколений, показать, как образцы поведения и внутрисемейных взаимоотношений передаются из поколе­ния в поколение; как события, подобные смертям, болезням, крупным профес­сиональным успехам, переездам на новое место жительства и др. влияют на совре­менные поведенческие образцы, а также на отношения во внутрисемейных диадах и треугольниках. Генограмма дает возможность психотерапевту (исследо­вателю) и семье получить целостную картину, рассматривая все феномены и со­бытия семейной жизни в интегральной, вертикально направленной перспективе.

Генограмма имеет много общего с традиционными подходами к сбору дан­ных по истории семьи, но ее главной отличительной особенностью является структурированность и составление карты данных семьи. По сравнению с дру­гими формами исследовательской записи, генограмма позволяет постоянно вносить добавления и корректировку при каждой встрече с семьей. Наглядное представление взаимоотношений большого количества членов семьи и клю­чевых событий семейной истории облегчает психотерапевтическую работу. При построении генограммы практически вся семейная информация представля­ется графически, что позволяет исследователю (терапевту) быстро охватить сложные семейные паттерны.

Генограмма является богатым источником гипотез о том, как актуальные проблемы семьи могут быть связаны с семейным контекстом и историей раз­вития. Для терапевтических записей генограмма обеспечивает краткое резю­ме, позволяющее терапевту (консультанту), не знакомому со случаем, быстро воспринять большое количество информации о семье и получить представле­ние о ее потенциальных проблемах.

В сочетании с генограммой обычно используется список важных событий семейной истории или методика «Линия времени», в которой события распо­ложены вдоль временной оси. Методика довольно проста: по горизонтали про­черчивается линия времени с отметкой лет, месяцев и даже дней, на усмотре­ние терапевта (консультанта). Проводятся вертикальные линии, над ними указываются события жизненного цикла. Например: «Николай потерял рабо­ту», «Мария и Владимир поженились», «Отец Сергея умер» и т. д. Эта методика

173

позволяет представить трудно сопоставимую информацию о семейной исто­рии в более удобной графической форме. Особенно важной эта методика ста­новится при размышлении терапевта (консультанта) о том, почему семья при­шла за помощью именно сейчас, а не годом раньше или позже. Что изменилось в семье? Что стало другим во внешних связях семьи? Что заставило семью ис­кать помощь в это особое время? В чем состоит пусковой момент кризиса? (Чер­ников А. В., 2001).

Описание методики

В процессе семейного консультирования и психотерапии сбор информации о семейной истории обычно проходит в контексте общего семейного интер­вью, и терапевт не может игнорировать проблему, с которой пришла семья. Поэтому конструирование генограммы должно быть частью более широкой задачи присоединения и помощи семье. Проводя интервью, терапевт двигает­ся от представленной проблемы к более широкому семейному и социальному контексту, от актуальной семейной ситуации к исторической хронологии се­мейных событий, от легких вопросов к трудным, провоцирующим тревогу, от очевидных фактов к суждениям о взаимоотношениях и затем к циркулярным гипотезам о семейном функционировании.

Генограмма выстраивается, как правило, в присутствии всех членов семьи, способных слушать и воспринимать информацию, в том числе и детей. Пред­полагается, что членам семьи интересны сведения о своих близких родствен­никах и прародителях.

В процессе построения генограммы терапевт (консультант) собирает сле­дующую информацию (Черников А. В., 2001):

1. Состав семьи: «Кто живет вместе в квартире (доме)? В каких они род­ственных отношениях? Были ли у супругов другие браки? Есть ли от них дети? Где живут остальные члены семьи?»

2. Демографические данные: имена, пол, возраст членов семьи, продолжи­тельность брака, род занятий и образование членов семьи и т. д.

3. Настоящее состояние проблемы: «Кто из членов семьи знает о проблеме? Как каждый из них видит ее и как реагирует на нее? Имеет ли кто-нибудь в семье подобные проблемы?»

4. История развития проблемы: «Когда проблема возникла? Кто ее заметил первым? Кто думает о ней как о серьезной проблеме, а кто склонен не прида­вать ей особого значения? Какие попытки решений были предприняты и кем? Обращалась ли семья раньше к специалистам и были ли случаи госпитализа­ции? Что нового появилось или исчезло во взаимоотношениях в семье, по срав­нению с тем, какими они были до кризиса? Считают ли члены семьи, что про­блема изменяется? В каком направлении? К лучшему или к худшему? Что случится в семье, если кризис будет продолжаться? Как члены семьи представ­ляют себе взаимоотношения в будущем?»

5. Недавние события и изменения в жизненном цикле семьи: рождения, смерти, браки, разводы, переезды, проблемы с работой, болезни членов семьи и т. д.

6. Реакции семьи на важные события семейной истории: «Какова была реак­ция семьи, когда родился определенный ребенок? В честь кого он был назван?

174

Когда и почему семья переехала в этот город? Кто тяжелее всего пережил смерть этого члена семьи? Кто перенес легче? Кто организовывал похороны?» Оцен­ка прошлых способов адаптации, особенно реорганизаций семьи после потерь и других критических переходов, дает важные ключи к пониманию семейных правил, ожиданий и паттернов реагирования.

7. Родительские семьи каждого из супругов: «Живы ли родители? Если умерли, то когда и отчего? Если живы, то чем занимаются? На пенсии или работают? Разведены ли они? Были ли у них другие браки? Когда родители встретились? Когда они поженились? Есть ли братья и сестры? Старшие или младшие и како­ва разница в возрасте? Чем занимаются, состоят ли в браке, есть ли у них дети?» Терапевт может задавать* такие же вопросы и про родителей отца и матери. Це­лью является сбор информации по крайней мере о 3-4 поколениях, включая поколение идентифицированного пациента. Важной информацией являются сведения о приемных детях, выкидышах, абортах, рано умерших детях.

8. Другие значимые для семьи люди: друзья, коллеги по работе, учителя, врачи и т. д.

9. Семейные взаимоотношения: «Есть ли какие-либо члены семьи, которые прервали взаимоотношения друг с другом? Есть ли кто-нибудь, кто находится в серьезном конфликте? Какие члены семьи очень близки друг другу? Кому в семье тот или иной человек доверяет больше всего? Все супружеские пары име­ют некоторые трудности и иногда конфликтуют. Какие типы несогласия есть в вашей паре? У ваших родителей? В браках ваших братьев и сестер? Как каж­дый из супругов ладит с каждым ребенком?» Терапевт может задавать специ­альные циркулярные вопросы. Например, он может спросить у мужа: «Как вы думаете, насколько близки были ваши мать и старший брат?» и затем поинте­ресоваться, что думает об этом его жена. Иногда полезно спрашивать, как при­сутствующие на встрече люди могли бы быть охарактеризованы другими чле­нами семьи: «Как отец описал бы вас, когда вам было тринадцать лет, что соответствует возрасту вашего сына сейчас?» Такие циркулярные вопросы за­дают для того, чтобы обнаружить различия во взаимоотношениях с разными членами семьи. Выявляя отличающееся восприятие у разных членов семьи, те­рапевт попутно вводит новую информацию в систему, обогащая ее новыми представлениями о самой себе.

10. Семейные роли: «Кто из членов семьи любит проявлять заботу о других? А кто любит, когда о нем много заботятся? Кто в семье может считаться воле­вым человеком? Кто самый авторитетный? Кто из детей наиболее послушен? Кому сопутствует успех? Кто постоянно терпит неудачи? Кто кажется теплым? Холодным? Дистанцированным? Кто больше всех болеет в семье?» Терапевту важно обращать внимание на ярлыки и клички, которые члены семьи дают друг другу: Супермать, Железная Леди, Домашний Тиран и т. д. Они являются важными ключами к эмоциональным паттернам в семейной системе.

11. Трудные для семьи темы: «Имеет ли кто-нибудь из членов вашей семьи серьезные медицинские или психические проблемы? Проблемы, связанные с физическим или сексуальным насилием? Употребляют ли наркотики? Много алкоголя? Когда-либо были арестованы? За что? Каков их статус сейчас?» Об­суждение этих тем может быть болезненным для членов семьи, и поэтому во-

175

просы следует задавать особенно тактично и осторожно. Если семья выражает сильное сопротивление, то терапевт должен отступить и вернуться к ним по­зднее.

В то время как основная информация по генограмме может быть собрана за полчаса (без детального опроса по проблеме), всесторонний сбор семейной истории от нескольких членов семьи, как в рамках терапии, так и в рамках на­учного исследования, может потребовать нескольких встреч. Терапевт (иссле­дователь) может проделать такую работу, предварительно мотивировав на нее семью и заключив с ними соответствующий контракт. Более распространен­ным является первоначальное получение основной информации о семейной истории и возвращение к ней время от времени, когда в разговоре всплывает «исторический материал».

Возможны иные способы работы с генограммой. Так, например, психоте­рапевт может предложить каждому члену семьи с помощью основных обозна­чений, используемых для построения генограммы, изобразить графически свое представление о семье, то есть генограмма может быть составлена самими чле­нами семьи (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М, 2003). Не­редко такая генограмма отражает характерные структурные нарушения семей­ной системы.

Генограмма семьи: основные обозначения

176

На генограмме рядом с теми членами семьи, к которым это относится, мо­жет коротко помечаться важная информация, например: имена, образование, род занятий, серьезные заболевания членов семьи, место жительства на насто­ящий момент.

177

ГЛАВА 4. ДИАГНОСТИКА СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В СИТУАЦИИ КРИЗИСА

4.2.2. Геносоциограмма

Методика «Геносоциограмма» разработана и описана А. А. Шутценбергер. Слово «Геносоциограмма» происходит от слов «генеалогия» и «социометрия». Методика «Геносоциограмма» базируется на методике «Генограмма» и также используется для анализа семейной истории, паттернов взаимоотношений, переходящих из поколения в поколение, и событий, предшествующих тому или иному кризису семьи. Ее отличие состоит в фокусировке на мегасистемном уровне функционирования семейной системы. При работе с данной методи­кой психотерапевт обращает особое внимание на ситуацию в социуме в то вре­мя, когда в семье происходили те или иные события. В ходе работы над гено-социограммой отмечаются такие социальные катаклизмы, как война, голод, спад производства, изменение политического строя, гонения на отдельные народы и национальности и др. Цель методики — получение полной и целост­ной картины функционирования семьи на всех уровнях: индивидуальном, мик­ро-, макро- и мегасистемном.

Помимо генеалогической картины, дополненной перечнем важных жиз­ненных событий семьи, геносоциограмма, базирующаяся на социометричес­кой концепции Я. Морено, отражает также социометрические связи, эмоцио­нальные отношения, взаимные симпатии и антипатии членов семьи, что позволяет глубоко проанализировать макросистемный уровень функциони­рования семьи.

4.3. ДИАГНОСТИКА СУПРУЖЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

При переживании семьей кризиса супружеские отношения, так же как и отношения в иных подсистемах, испытывают неблагоприятное влияние со сто­роны разнообразных стрессоров. Более того, на кризисный период, в котором находится семья в целом, может накладываться кризис супружеских отноше­ний, связанный с динамическими процессами, протекающими именно в су­пружеской подсистеме. Например, кризис семьи, вызванный рождением ребен­ка, может совпасть по времени с кризисом супружеских отношений 3—7 лет.

Необходимую информацию, позволяющую дать квалифицированную оцен­ку взаимоотношений супругов, психолог-консультант может получить не толь­ко посредством специально организованной беседы в процессе консультиро­вания, но и с помощью стандартизированных диагностических процедур, направленных на изучение различных аспектов взаимоотношений между парт­нерами в браке.

178

4.3. ДИАГНОСТИКА СУПРУЖЕСКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

При диагностике супружеских отношений могут решаться следующие задачи:

1. Изучение особенностей общения в супружеской паре: опросник «Обще­ние в семье» (Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман, Е. М. Дубовская) и др.

2. Исследование эмоциональных отношений в супружеской паре:

опросник удовлетворенности браком (В. В. Столин, Г. П. Бутенко, Т. Л. Романова);

опросник «Шкалалюбви и симпатии» (3. Рубин, модификация Л. Я. Гоз-мана и Ю. Е. Алешиной);

опросник «Понимание, эмоциональное притяжение, авторитетность» (ПЭА) (А. Н. Волкова, модификация В. И. Слепковой).

3. Диагностика супружеской совместимости:

опросник «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП) (А. Н. Волкова);

опросник «Измерение установок в семейной паре» (Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман).

4. Изучение особенностей конфликтного взаимодействия супругов:

методика «Характер взаимодействия супругов в конфликтных ситуаци­ях» (Ю. Е. Алешина, Л. Я. Гозман);

О опросник «Реакция супругов на конфликт» (А. С. Кочарян, Г. С. Коча-рян, А. В. Киричук).

5. Исследование перцептивных процессов в супружеской паре: О методика «Мое письмо о супруге» (С. А. Белорусов);

методика «Диагностика межличностных отношений» (Т. Лири, в адапта­ции Л. Н. Собчик).

В рамках данного издания мы представляем методики, предназначенные для диагностики эмоциональных отношений между партнерами в браке, су­пружеской совместимости (в частности, социально-психологической совмес­тимости), а также перцептивных процессов в супружеской паре.

4.3.1. Опросник удовлетворенности браком

Назначение методики — экспресс-диагностика степени удовлетвореннос­ти—неудовлетворенности браком у каждого из супругов, а также совпадения или рассогласования полученных оценок. Авторами данной методики явля­ются В. В. Столин, Т. Л. Романова и Г. П. Бутенко (1984).

В основе опросника лежит представление об удовлетворенности браком как о достаточно стойком эмоциональном явлении, заключающем в себя, прежде всего, чувство, обобщенную эмоцию, генерализованное переживание, нежели рациональную оценку успешности брака по тем или иным параметрам, кото­рое может проявляться как непосредственно в эмоциях, возникающих в раз­личных ситуациях, так и в разнообразных мнениях, оценках, сравнениях.

179

Предлагаемый опросник может быть использован везде, где необходима экспресс-диагностика удовлетворенности браком: при проведении научного исследования в области психологии семьи, при психопрофилактических об­следованиях, при работе с разводящимися в загсах и судах, а также в сфере семейного консультирования и психотерапии. Опросник удовлетворенности браком можно с успехом применять для диагностики кризисного состояния супружеской подсистемы на любом этапе жизненного цикла семьи.

Описание методики

Текст методики состоит из 24 утверждений (первоначальный вариант содер­жал 29 утверждений), которые могут быть сведены к шести следующим типам:

1. Сравнение своего брака с другими браками.

2. Предположение об оценке собственного брака со стороны.

3. Констатация тех или иных чувств в адрес супруга в настоящем или про­шлом.

4. Собственная оценка супруга по ряду параметров.

5. Установка на изменение характера супруга.

6. Мнение, позитивное или негативное, относительно брака вообще.

Каждому утверждению соответствуют три варианта ответа: «верно», «труд­но сказать», «неверно» (или их семантические аналоги). Утверждения содер­жат как положительные, так и отрицательные характеристики брака и сфор­мулированы как в позитивной, так и в негативной форме.

Заполнение опросника занимает не более 10 минут. Вопросы не касаются излишне интимных фактов и подробностей.

Инструкция: «Внимательно читайте каждое утверждение и выбирайте один из трех предлагаемых вариантов ответов. Старайтесь избегать промежуточных ответов типа трудно сказать, затрудняюсь ответить и т. д. Выполняйте ра­боту по возможности быстро».

Текст опросника

1. Когда люди живут так близко, как это происходит в семейной жизни, они неизбежно теряют взаимопонимание и остроту восприятия другого человека:

а) верно;

б) не уверен;

в) неверно.

2. Ваши супружеские отношения приносят Вам:

а) скорее беспокойство и страдание;

б) затрудняюсь ответить;

в) скорее радость и удовлетворение.

3. Родственники и друзья оценивают Ваш брак:

а) как удавшийся;

б) нечто среднее;

в) как неудавшийся.

180

4. Если бы Вы могли, то:

а) Вы бы многое изменили в характере Вашего супруга (Вашей супруги);

б) трудно сказать;

в) Вы бы не стали ничего менять.

5. Одна из проблем современного брака в том, что все приедается, в том числе и сексуальные отношения:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

6. Когда Вы сравниваете Вашу семейную жизнь с семейной жизнью Ваших друзей и знакомых, Вам кажется:

а) что Вы несчастнее других;

б) трудно сказать;

в) Вы счастливее других.

7. Жизнь без семьи, без близкого человека — слишком дорогая цена за пол­ную самостоятельность:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

8. Вы считаете, что без Вас жизнь Вашего супруга (Вашей супруги) была бы неполноценной:

а) да, считаю;

б) трудно сказать;

в) нет, не считаю.

9. Большинство людей в какой-то мере обманывается в своих ожиданиях относительно брака:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

10. Только множество различных обстоятельств мешает подумать Вам о разводе:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

11. Если бы вернулось время, когда Вы вступали в брак, то Вашим мужем (женой) мог бы стать:

а) кто угодно, но только не теперешний(яя) супруг(а);

б) трудно сказать;

в) возможно, что именно теперешний(яя) супруг(а).

181

12. Вы гордитесь что такой человек, как Ваш(а) супруг(а), рядом с Вами:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

13. К сожалению, недостатки Вашего(ей) супруга(и) часто перевешивают его достоинства:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

14. Основные помехи для счастливой супружеской жизни кроются:

а) скорее в характере Вашего супруга ;

б) трудно сказать;

в) скорее в Вас самих.

15. Чувства, с которыми Вы вступали в брак:

а) усилились;

б) трудно сказать;

в) ослабли.

16. Брак притупляет творческие возможности человека:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

17. Можно сказать, что Ваш супруг(а)обладает такими достоинствами, ко­торые компенсируют его недостатки:

а) согласен;

б) нечтосреднее;

в) нет, несогласен.

18. К сожалению, в Вашем браке не все обстоит благополучно с эмоцио­нальной поддержкой друг друга:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

19. Вам кажется, что Ваш(а) супруг(а)часто делает глупости, говорит невпо­пад, неуместно шутит:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

20. Жизнь в семье, как Вам кажется, не зависит от Вашей воли: а) верно;

182

б) трудно сказать;

в) неверно.

21. Ваши семейные отношения не внесли в жизнь того порядка и организо­ванности, которых Вы ожидали:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

22. Не правы те, кто считает, что именно в семье человек меньше всего мо­жет рассчитывать на уважение:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

23. Как правило, общество Вашего супруга(и) доставляет Вам удовольствие:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

24. По правде сказать, в Вашей супружеской жизни нет и не было ни одного светлого момента:

а) верно;

б) трудно сказать;

в) неверно.

П р и м е ч а н и е. В варианте опросника для супругов, подавших заявление о разводе, утверждения № 3, 10, 12, 18, 23 формулируются в прошедшем времени.

Обработка и интерпретация результатов:

«Ключ»: 1в, 2в, За, 4в, 5в, 6в, 7а, 8а, 9в, 10в, Ив, 12а, 13в, 14в, 15а, 1бв, 17а, 18в, 19в, 20в, 21в, 22а, 23а, 24в.

Если выбранный испытуемым вариант ответа (а или в) совпадает с приве­денным в ключе, то начисляется 2 балла; если ответ промежуточный (б) — 1 балл; за ответ, не совпадающий с «ключом», — 0 баллов. Далее подсчитыва-ется суммарный балл по всем ответам. Возможный диапазон тестового бал­ла — от 0 до 48 баллов. Высокий балл говорит об удовлетворенности браком.

Вся ось суммарных баллов теста разбивается на 7 категорий, образуя следу­ющую шкалу оценок взаимоотношений:

0—16 баллов — абсолютно неблагополучные,

17—22 баллов — неблагополучные,

23—26 баллов — скорее неблагополучные,

27—28 баллов — переходные,

29-32 баллов — скорее благополучные,

33—38 баллов — благополучные,

39-48 баллов — абсолютно благополучные отношения.

183

4.3.2. Опросник «Ролевые ожидания и притязания в браке» (РОП)

Автором методики является А. Н. Волкова (Волкова А. Н., Трапезнико­ва Т. М., 1985).

Методика направлена на изучение представлений супругов о значимости в семейной жизни сексуальных отношений, личной общности мужа и жены, родительских обязанностей, профессиональных интересов каждого из супру­гов, хозяйственно-бытового обслуживания, моральной и эмоциональной под­держки, внешней привлекательности партнера. Эти показатели, отражая ос­новные функции семьи, составляют шкалу семейных ценностей (ШСЦ). Кроме того, эта методика позволяет уточнить представления супругов о желаемом распределении ролей между мужем и женой при реализации семейных функ­ций, объединенных шкалой ролевых ожиданий и притязаний (ШРОП). Резуль­таты данной методики свидетельствуют об иерархии семейных ценностей су­пругов, что дает возможность сделать вывод о социально-психологической совместимости супругов в семье.

Диагностика социально-психологической супружеской совместимости, в том числе с использованием опросника «Ролевые ожидания и притязания в браке», приобретает особую актуальность во время любого кризисного периода, содер­жанием которого является ролевое переструктурирование супружеской пары.

Описание методики

Методика содержит по 36 утверждений в каждом варианте (мужском и жен­ском) и состоит из 7 шкал.

Супругам предлагается самостоятельно ознакомиться с набором утвержде­ний, соответствующих их полу, и выразить свое отношение к каждому утверж­дению, используя следующие варианты ответов: «Полностью согласен», «В об­щем это верно», «Это не совсем так», «Это неверно».

Инструкция: «Перед Вами ряд утверждений, которые касаются брака, се­мьи, отношений между мужем и женой. Внимательно прочитайте утвержде­ния текста и оцените степень своего согласия или несогласия с ними. Вам пред­лагается 4 варианта ответа, выражающие ту или иную степень согласия или несогласия с утверждением, а именно: «Полностью согласен», «В общем это верно», «Это не совсем так», «Это неверно». Подбирая вариант ответа к каж­дому из утверждений, постарайтесь как можно точнее передать Ваше личное мнение, а не то, что принято среди Ваших близких и друзей. Свои ответы реги­стрируйте в специальном бланке».

Текст опросника

(Женский вариант)

1. Настроение и самочувствие человека зависит от удовлетворения его сек­суальных потребностей.

2. Счастье в браке зависит от сексуальной гармонии супругов.

184

3. Сексуальные отношения — главное в отношениях мужа и жены.

4. Главное в браке — чтобы у мужа и жены было много общих интересов.

5. Муж — это друг, который разделяет мои интересы, мнения, увлечения.

6. Муж — это прежде всего друг, с которым можно поговорить о своих делах.

7. Самая главная забота мужа — обеспечить материальный достаток и бы­товой комфорт семьи.

8. Муж должен заниматься домашним хозяйством наравне с женой.

9. Муж должен уметь обслужить себя, а не ждать, что жена возьмет на себя все заботы о нем.

10. Муж должен заниматься детьми не меньше, чем жена.

11. Я хотела бы, чтобы мой муж любил детей.

12. О мужчине я сужу по тому, хороший или плохой он отец своим детям.

13. Мне нравятся энергичные, деловые мужчины.

14. Я очень ценю мужчин, серьезно увлеченных своим делом.

15. Для меня очень важно, как оценивают на работе деловые и профессио­нальные качества моего мужа.

16. Муж должен уметь создавать в семье теплую, доверительную атмосферу.

17. Для меня главное — чтобы мой муж хорошо понимал меня и принимал такой, какая я есть.

18. Муж — это прежде всего друг, который внимателен и заботлив к моим переживаниям, настроению, состоянию.

19. Мне нравится, когда мой муж красиво и модно одет.

20. Мне нравятся видные, рослые мужчины.

21. Мужчина должен выглядеть так, чтобы на него было приятно смотреть.

22. Самая главная забота женщины — чтобы все в семье были обихожены.

23. Я всегда знаю, что нужно купить для моей семьи.

24. Я собираю полезные советы хозяйке: как готовить вкусные блюда, кон­сервировать овощи, фрукты.

25. Главную роль в воспитании ребенка всегда играет мать.

26. Я не боюсь трудностей, связанных с рождением и воспитанием ребенка.

27. Я люблю детей и с удовольствием занимаюсь с ними.

28. Я стремлюсь добиться своего места в жизни.

29. Я хочу стать хорошим специалистом своего дела.

30. Я горжусь, когда мне поручают трудную и ответственную работу.

31. Близкие и друзья часто обращаются ко мне за советом, помощью и под­держкой.

32. Окружающие часто доверяют мне свои беды.

33. Я всегда искренне и с чувством сострадания утешаю и опекаю нуждаю­щихся в этом людей.

34. Мое настроение во многом зависит от того, как я выгляжу.

35. Я люблю красивую одежду, ношу украшения, пользуюсь косметикой.

36. Я придаю большое значение своему внешнему виду.

185

Текст опросника

(Мужской вариант)

1. Настроение и самочувствие человека зависит от удовлетворения его сек­суальных потребностей.

2. Счастье в браке зависит от сексуальной гармонии супругов.

3. Сексуальные отношения — главное в отношениях мужа и жены.

4. Главное в браке — чтобы у мужа и жены было много общих интересов.

5. Жена — это друг, который разделяет мои интересы, мнения, увлечения.

6. Жена — это прежде всего друг, с которым можно поговорить о своих делах.

7. Самая главная забота жены — чтобы в семье были накормлены и ухожены.

8. Женщина многое теряет в моих глазах, если она плохая хозяйка.

9. Женщина может гордиться собой, если она хорошая хозяйка своего дома.

10. Я хотел бы, чтобы моя жена любила детей и была им хорошей матерью.

11. Женщина, которая тяготится материнством, неполноценная женщина.

12. Для меня главное в женщине, чтобы она была хорошей матерью моим детям.

13. Мне нравятся деловые и энергичные женщины.

14. Я очень ценю женщин, всерьез увлеченных своим делом.

15. Для меня очень важно, как оценивают на работе деловые и профессио­нальные качества моей жены.

16. Жена должна, прежде всего, создавать и поддерживать теплую, довери­тельную атмосферу.

17. Для меня главное — чтобы моя жена хорошо понимала меня и прини­мала таким, каков я есть.

18. Жена — это прежде всего друг, который внимателен и заботлив к моим переживаниям, настроению, состоянию.

19. Мне нравится, когда моя жена красиво и модно одета.

20. Я очень ценю женщин, умеющих красиво одеваться.

21. Женщина должна выглядеть так, чтобы на нее обращали внимание.

22. Я всегда знаю, что надо купить для нашего дома.

23. Я люблю заниматься домашними делами.

24. Я могу сделать ремонт и отделку квартиры, починить бытовую технику.

25. Дети любят играть со мной, охотно общаются, идут на руки.

26. Я очень люблю детей и умею с ними заниматься.

27. Я принимал бы активное участие в воспитании своего ребенка, даже если бы мы с женой решили расстаться.

28. Я стремлюсь добиться своего места в жизни.

29. Я хочу стать хорошим специалистом своего дела.

30. Я горжусь, когда мне поручают трудную и ответственную работу.

31. Близкие и друзья часто обращаются ко мне за советом, помощью и под­держкой.

32. Окружающие часто доверяют мне свои беды.

33. Я всегда искренне и с чувством сострадания утешаю и опекаю нуждаю­щихся в этом людей.

34. Мое настроение во многом зависит от того, как я выгляжу.

186

35. Я стараюсь носить ту одежду, которая мне идет.

36. Я придирчиво отношусь к покрою костюма, фасону рубашки, цвету гал­стука.

Бланк для регистрации ответов

Дата__

Ф.И.О. Пол

Возраст

Образование___________

Стаж супружеской жизни.

Количествоивозра стдетей
Полностью согласен В общем это верно Это не совсем так Это неверно
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30

187

Полностью согласен В общем это верно Это не совсем так Это неверно
31
32
33
34
35
36

Обработка и интерпретация результатов

После выполнения супругами задания ответы мужа и жены заносятся в таб­лицу «Консультационное исследование семейных ценностей» (см. табл. 7).

Таблица 7

Консультационное исследование семейных ценностей

Шкала семейных ценностей утверж­дения Балл утверж­дения Балл Общий показатель ( в баллах )
Интимно-сексуаль­ная 1
2
3
7=
Личностнаяиденти­фикацияссупругом 4
5
6
9=
Хозяйственно-быто­вая Ожидания Притязания
7 22
8 23
9 24
7= ?=
Родительско-воспи-тательная 10 25
11 26
12 27
7= ?=
Социальнаяактив­ность 13 28
14 29
15 30
7= 7=
Эмоционально-пси­хотерапевтическая 16 31
17 32
18 33
?= ?=
Внешняяпривлека­тельность 19 34
20 35
21 36
7= 9=

188

Ответы на предлагаемые утверждения свидетельствуют о выраженности у супругов семи основных семейных ценностей. Соответственно, баллы по каж­дой шкале семейных ценностей суммируются отдельно. По первым двум шка­лам эти результаты являются итоговыми и переносятся в последний столбец таблицы. Итоговые баллы остальных пяти шкал вычисляются как полусумма баллов по подшкалам «ролевые ожидания» (установка мужа и жены на актив­ное выполнение партнером семейных обязанностей) и «ролевые притязания» (личная готовность каждого из партнеров выполнять семейные роли). Ответы оцениваются следующим образом:

ответ «Полностью согласен» — 3 балла;

ответ «В общем это верно» — 2 балла; О ответ «Это не совсем так» — 1 балл; П ответ «Это неверно» — 0 баллов.

Таким образом, минимальный суммарный балл по шкале составляет 0 бал­лов, максимальный итоговый балл по шкале — 9 баллов. Шкала оценок взаи­моотношений представлена тремя категориями:

низкие оценки по шкале — 0-3 балла;

средние оценки по шкале — 4-6 балла;

высокие оценки по шкале — 7-9 баллов.

Характеристика шкал семейных ценностей

1. Интимно-сексуальная шкала (утверждения № 1-3) — шкала значимости сексуальных отношений в супружестве. Высокие оценки по шкале означают, что супруг(а) считает сексуальную гармонию важным условием супружеского счастья, отношение к супруге(у) существенно зависит от оценки ее (его) как сексуального партнера. Низкие оценки по шкале интерпретируются как недо­оценка сексуальных отношений в браке.

2. Шкала личностной идентификации с супругом(ой) (утверждения № 4—6) — шкала, отражающая установку мужа (жены) на личностную идентификацию с брачным партнером: ожидание общности интересов, потребностей, ценност­ных ориентации, способов времяпрепровождения. Низкие оценки по шкале предполагают установку на личную автономию.

3. Хозяйственно-бытовая шкала измеряет установку супругов на реализацию хозяйственно-бытовой функции семьи. Эта шкала, как и все последующие, имеет две подшкалы: «ролевые ожидания» и «ролевые притязания». Подшкала «ролевые ожидания» (утверждения № 7-9) — оценки рассматриваются как сте­пень ожидания от партнера активного решения бытовых вопросов. Чем выше оценки по шкале ролевых ожиданий, тем больше требований предъявляет муж (жена) к участию супруга в организации быта, тем большее значение имеют хозяйственно-бытовые умения и навыки партнера. Подшкала «ролевые при­тязания» (утверждения № 22-24) отражает установки на собственное актив­ное участие в ведении домашнего хозяйства. Общая оценка по шкале рассмат­ривается как оценка мужем (женой) значимости бытовой организации семьи.

4. Родительско-воспитательская шкала позволяет судить об отношении су­пругов к своим родительским обязанностям. Подшкала ролевых ожиданий

189

(утверждения № 10-12) показывает выраженность установки супруга(и) на ак­тивную родительскую позицию брачного партнера. Подшкала ролевых притя­заний (утверждения № 25—27) свидетельствует об ориентации мужа (жены) на собственные обязанности в воспитании детей. Общая оценка шкалы рассмат­ривается как показатель значимости для супруга(и) родительских функций. Чем выше оценка шкалы, тем большее значение придает муж (жена) роли отца (ма­тери), тем более он (она) считает родительство основной ценностью, концент­рирующей вокруг себя жизнь семьи.

5. Шкала социальной активности отражает установку на значимость внеш­ней социальной активности (профессиональной, общественной) для стабиль­ности брачно-семейных отношений. Подшкала «ролевые ожидания» (утверж­дения № 13—15) измеряет степень ориентации мужа (жены) на то, что брачный партнер должен иметь серьезные профессиональные интересы, играть актив­ную общественную роль. Подшкала «ролевые притязания» (утверждения № 28— 30) иллюстрирует выраженность собственных профессиональных потребнос­тей супруга(и). Общая оценка шкалы показывает значимость внесемейных интересов для мужа (жены), являющихся основными ценностями в процессе межличностного взаимодействия супругов.

6. Эмоционально-психотерапевтическая шкала выражает установку на зна­чимость эмоционально-психотерапевтической функции брака. Подшкала «ролевые ожидания» (утверждения № 16-17) измеряет степень ориентации мужа (жены) на то, что брачный партнер возьмет на себя роль эмоциональ­ного лидера в семье в вопросах коррекции психологического климата в се­мье, оказания моральной и эмоциональной поддержки, создания «психоте­рапевтической атмосферы». Подшкала «ролевые притязания» (утверждения № 31-33) отражает стремление мужа (жены) быть семейным «психотерапев­том». Общая оценка шкалы рассматривается как показатель значимости для супруга(и) взаимной моральной и эмоциональной поддержки членов семьи, ориентации на брак как среду, способствующую психологической разрядке и стабилизации.

7. Шкала внешней привлекательности оценивает степень значимости внеш­него облика для мужа (жены), его соответствие стандартам современной моды. Подшкала «ролевые ожидания» (утверждения № 19-21) свидетельствуете вы­раженности желания супруга(и) иметь внешне привлекательного партнера. Подшкала «ролевые притязания» (утверждения № 34—36) иллюстрирует уста­новку на собственную привлекательность, стремление модно и красиво оде­ваться. Общая оценка — показатель ориентации супруга(и) на современные образцы внешнего облика.

Анализ результатов предполагает три этапа:

1. Анализ индивидуальных показателей шкалы семейных ценностей, ролевых ожиданий и притязаний мужа (жены). Проводится на основании подсчета бал­лов в таблице «Консультационное исследование семейных ценностей». Полу­ченные в результате подсчета данные характеризуют:

П представление мужа (жены) об иерархии семейных ценностей: чем боль­ше величина балла по шкале семейных ценностей, тем значимее для су-пруга(и) данная среда жизнедеятельности семьи;

190

ориентацию жены (мужа) на активное ролевое поведение брачного парт­нера (ролевые ожидания) и на собственную активную роль в семье по реализации семейных функций (ролевые притязания).

2. Сравнительный анализ представлений о семейных ценностях и ролевых установок мужа и жены. Степень согласованности семейных ценностей суп­ругов оценивается на основе данных, представленных в таблице 8.

Таблица 8

Согласованностьсемейныхценностейсупругов

Семейные ценности Интимно - сексуаль­ная Личност­ная иден­тификация Хозяй­ственно - бытовая Родитель-ско - воспи - тательская Социаль­ная ак­тивность

Эмоцио - нально - психотера -

певтическая

Внешняя привлека­тельность
ШСЦм
ШСЦж
ССЦ

Примечание. ШСЦм и ШСЦж — показатели по шкалам семейных ценностей мужа и жены соответственно, ССЦ — согласованность семейных ценностей супругов.

Согласованность семейных ценностей характеризуется разностью баллов показателей шкалы семейных ценностей мужа и шкалы семейных ценностей жены. Чем меньше разность, тем больше согласованность представлений су­пругов о наиболее значимых сферах жизнедеятельности семьи. Разность до 3 баллов позволяет предположить отсутствие у супругов проблемных взаимо­отношений, в то время как расхождение более 3 баллов свидетельствует о до­статочно высокой степени конфликтности отношений в паре.

3. Определение степени ролевой адекватности супружеской пары в пяти сфе­рах межличностного взаимодействия в семье (3—7 ШСЦ). Анализируя специ­фику представлений супружеской пары о значимости семейных ценностей, необходимо исходить из того, что установки мужа и жены относительно важ­нейших сфер жизнедеятельности семьи могут иметь идеальный характер, но не соответствовать реальному ролевому поведению супругов. Адекватность ролевого поведения мужа и жены зависит от соответствия ролевых ожиданий ролевым притязаниям супругов. Ролевая адекватность мужа оценивается на основе подсчета разности баллов оценок ролевых притязаний жены и ролевых ожиданий мужа; соответственно, ролевая адекватность жены будет равна раз­ности баллов, характеризующих ролевые притязания мужа и ролевые ожида­ния жены (см. табл. 9). Чем меньше разность, тем больше ролевая адекватность супруга(и), и, следовательно, ориентации жены (мужа) наличное выполнение определенной функции соответствуют установкам мужа (жены) на активную роль брачного партнера в семье.

Анализируя степень согласованности семейных ценностей мужа и жены, необходимо акцентировать внимание на тех семейных ценностях, которые ха­рактеризуются наименьшим совпадением, так как их рассогласование являет­ся одной из причин ролевого несоответствия в супружеской паре и, следова-

191

Таблица 9

Ролевая адекватность супружеской пары

Семейные ценности Ролевые установки Рам Ролевые установки Раж
Пж Ом Пж— Ом Пм Ож ПмОж
Хозяйственно-бытовая
Родительско-воспитательская
Социальная активность
Эмоционально-пси­хотерапевтическая
Внешняяпривле­кательность
?РАм= ?РАж=

Примечание. РАм — ролевая адекватность мужа, РАж — ролевая адекватность жены. Пм и Пж — оценки ролевых притязаний мужа и жены соответственно; Ом и Ож — оценки ролевых ожиданий мужа и жены.

тельно, конфликтогенным фактором, дестабилизирующим межличностные отношения в семье.

Пример

Обратившиесязапсихологическойпомощьюмолодыесупругизаполнили опросник«Ролевыеожиданияипритязаниявбраке». Полученныевре­зультатеданныепредставленывдвухтаблицах.

Согласованность семейных ценностей супругов

Семейные ценности Интимно - сексуальная Личностная иденти­фикация Хозяйствен­но - бытовая Родитель * ско - воспи - тательская Социальная активность Эмоцио­нально - психотера­певтическая Внешняя привлека­тельность
ШСЦм 4 9 5 6,5 5 6,5 6
ШСЦж 3 9 6,5 8 8 6 7
ссц 1 0 1,5 1,5 3 0,5 1

Индивидуальныепоказателишкалысемейныхценностеймужаиженыпо­зволяютсделатьследующиевыводы.

Дляданнойсупружескойпарыхарактернаопределеннаясогласованность представленийосемейныхценностях. Существующиеразличиявустанов­кахсупруговнаважнейшиесферыжизнедеятельностисемьинепревыша­ютдопустимойнормы. Молодыесупругиобоюдносчитаютнаиболеезна­чимойвсемейнойжизниобщностьинтересов, потребностей, представле­ний, жизненныхцелеймужаижены. Можнопредположить, чтомолодожены ориентируютсянатакназываемый«супружеский»типсемейнойорганиза­ции, восновекотороголежитценностно-ориентационноеединствобрач­ныхпартнеров.

Помнениюмолодыхсупругов, всемейнойжизнитакжеважныродитель­скиеобязанности; внимательные, заботливыеитеплыевзаимоотношения;

192

привлекательныйимодныйвнешнийоблик (собственныйибрачногопарт­нера); стремлениереализоватьпрофессиональныеинтересы (чтовболь­шейстепенивыраженоумолодойженщины); готовностьрешатьбытовые проблемысемьи.

Сточкизрениямолодоженов, сфераинтимно-сексуальныхотношенийме­неезначимавсемейнойжизни. Этодостаточнохарактернодлямолодых супругов, таккакпониманиесупругамиценностиинтимныхотношений, как правило, формируетсявпроцессесовместнойжизнипомередостижения психосексуальнойсовместимостимужаижены.

Ролевая адекватность супружеской пары

Семейные ценности Ролевые Пж установки Ом Рам Пж —Ом Ролевые Пм установки Ож Раж Пм Ож
Родительско-воспита-тельская 6 8 7 8 1 0

3

5

7 8 4 3
Эмоционально-психотера­певтическая 4 3 9 5 5 7 4 8 8 1 4
Внешняя привлекательность 7 7 0 5 7 2
? РАм = 11 ? РАж=14

Степеньролевойадекватностимужавразличныхсферахжизнедеятельно­стисемьинеодинакова. Соответствиеролевыхожиданиймужаролевым притязаниямженынаблюдаетсявпрофессиональнойиродительскойсфе­рах, впредставленииозначимостивнешнейпривлекательности. Такимоб­разом, готовностьжены (Пж) выполнятьматеринскиеобязанности, вести домашнеехозяйство, следитьзасвоимвнешнимвидомсогласуетсясуста­новкоймужа (Ом) иметьпривлекательную, модноодетуюжену, выполняю­щуюобязанностиматериихозяйкидома. Наименьшаяролеваяадекват­ностьмужанаблюдаетсявустановкахнапрофессиональныеинтересыи создание«психотерапевтической»атмосферывсемье. Молодаяженщина стремитсябытьспециалистомсвоегодела. Однакомужсчитает, чтопро­фессиональнаязанятостьженывозможналишьвнезначительнойстепени. Женанехочетбратьнасебяфункции«психологическогодиспетчера»в семье, чтонесоответствуетролевыможиданиямсупруга. Показателиро­левойадекватностиженыдемонстрируютсоответствиеожиданийженыи притязаниймужавсфереегопрофессиональныхинтересов, вориентации насоблюдениетребованийсовременноймоды. Вместестеможидания женыактивногорешениясупругомхозяйственно-бытовыхвопросов, вы­полненияродительскихобязанностей, оказанияженеморальнойиэмоцио­нальнойподдержкинесогласуютсясролевымипритязаниямимужа. Заключение

1. Длямолодыхсупруговхарактернаопределеннаясогласованностьпред­ставленийоважнейшихсемейныхценностях.

2. Мужиженадемонстрируюттипичноедлямолодыхсупруговрассогласо­ваниепритязанийиожиданий: женаориентируетсянареализациюсоб-

193

ственныхпрофессиональныхинтересов, ожидаяотмужаактивноговыпол­нения«женских»функцийвсемье, втовремякакмужсохраняеттрадици­онныепредставленияоролиженщинывсемейномвзаимодействии.

3. Дляданнойсупружескойпарыхарактернонесоответствиеидеальных представленийсупруговосемейныхценностяхролевымустановкаммужаи женынаихреализацию. Так, молодожены, выделяязначимостьдлясовмест­нойжизниобщностиинтересов, потребностей, взглядовипредставлений (личностнаяидентификация), ориентируютсянаиндивидуальныйстильмеж­личностноговзаимодействиявсемье, чтоявляетсясерьезнымконфликто-геннымфактором.

4.3.3- Опросник ПЭА (понимание, эмоциональное притяжение, авторитетность)

Автором методики является А. Н. Волкова.

Опросник предназначен для оценки степени понимания, эмоциональной привлекательности и уважения партнеров в браке.

Описание методики

Опросник состоит из 45 утверждений, которые касаются взаимоотноше­ний между партнерами в браке. В текст опросника заложены три шкалы, ото­браженные в названии методики: понимание, эмоциональное притяжение и авторитетность (уважение). Каждая шкала включает по 15 вопросов-утверж­дений.

Супругам предлагается самостоятельно ознакомиться с набором утвержде­ний и выразить свое согласие или несогласие с каждым из них.

Инструкция: «Здесь даны высказывания о Вашем понимании своего супру­га (своей супруги). На эти вопросы можно ответить: „Да (согласен, это так), „Нет (не согласен, это не так) или выбрать ответ „Не знаю (затрудняюсь ска­зать). Выбрав ответ, поставьте «галочку» в соответствующую графу бланка».

Текст опросника

1. Я легко читаю ее (его) мысли.

2. Я с трудом угадываю ее (его) настроение.

3. Я понимаю ее (его) без слов.

4. Мне трудно предсказать, как она (он) будет вести себя в той или иной ситуации.

5. Я хорошо знаю ее (его) вкусы и привычки.

6. Мне трудно предсказать ее (его) мнение по тому или иному вопросу.

7. Я знаю, чего она (он) хочет, к чему стремится.

8. Мне кажется, я плохо ее (его) понимаю.

194

9. Она (он) часто удивляет меня поступками, которых я от нее (него) не ожидал (а).

10. Я хорошо знаю ее (его) достоинства и недостатки.

11. Ее (его) внутренние переживания остаются для меня загадкой.

12. Я знаю, на что она (он) способна (способен), а на что — нет.

13. Я знаю, что для нее (него) важно в жизни.

14. Часто выясняется, что я неверно ее (его) понял.

15. Мне трудно сказать, что ее (его) может огорчить или обрадовать!

16. На меня благотворно действует просто ее (его) присутствие.

17. Мне нравится слушать ее (его) голос, смотреть на ее (его) лицо.

18. Меня раздражают ее (его) манеры.

19. У нее (него) неприятное лицо.

20. Мне нравится наблюдать, как она (он) ходит, работает, сидит.

21. Мне неприятны ее (его) поцелуи, прикосновения, ласка.

22. Мне нравится ее (его) смех, улыбка.

23. Я тяжело переношу разлуку с ней (ним).

24. Что-то в ее (его) внешности мне явно не нравится.

25. Я часто критикую ее (его) действия и высказывания.

26. Часто она (он) высказывает дельные и умные мысли.

27. Ее (его) взгляды на многие вещи неприемлемы для меня.

28. Я дорожу ее (его) мнением обо мне.

29. Я горжусь тем, что она (он) мой друг.

30. Я редко соглашаюсь с ее (его) мнениями и оценками.

31. Рядом с ней (ним) я чувствую себя легко и раскованно.

32. В ее (его) присутствии у меня поднимается настроение.

33. Рядом с ней (с ним) я легко утомляюсь, раздражаюсь, выхожу из себя.

34. Я готов(а) отложить важные дела, лишь бы побыть с ней (с ним) рядом.

35. Часто у меня появляется желание отдохнуть от нее (него).

36. Я чувствую себя лучше, когда она (он) отсутствует.

37. Я нахожу в ней (нем) много личных достоинств, за которые я ее (его) уважаю как человека.

38. Среди моих знакомых и близких она (он) — самый авторитетный для меня человек.

39. Когда мне трудно что-нибудь решить, я чаще всего советуюсь с ней (с ним).

40. Она (он) легко может меня переубедить.

41. Я считаю, что у нее (него) хорошо работает голова.

42. Я интересуюсь теми книгами и фильмами, которые произвели на нее (него) впечатление.

43. Она (он) интересный человек, я с ней (с ним) не скучаю.

44. Иногда мне кажется, что она (он) недалекий человек.

45. В ней (в нем) есть такие качества, которые я хотел(а) бы видеть у себя.

195

Бланк опросника ПЭА

Да Не знаю Нет Да Не знаю Нет Да Неенаю Нет
1 16 31
2 17 32
3 18 33
4 19 34
5 20 35
6 21 36
7 22 37
8 23 38
9 24 39
10 25 40
11 26 41
12 27 42
13 28 43
14 29 44
15 30 45
27 X? S?

Обработка и интерпретация результатов

Подсчет баллов производится отдельно по каждой шкале в соответствии с ключом:

2 балла присваивается:

0 за ответ «Да» («+») в вопросах: 1, 3, 5, 7, 10, 12, 13, 16, 17, 20, 22, 23, 25, 26, 28, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37,39, 41, 42, 45;

за ответ «Нет» («-») в вопросах: 2, 4, 6, 8, 9, 11, 14, 15, 18, 19, 21, 24, 27, 29, 30, 38, 40, 43, 44.

1 балл присваивается за ответ «Не знаю» (затрудняюсь сказать); О баллов — за ответ, не совпадающий с ключом.

Сумма баллов в пределах одной шкалы является числовой мерой измеряе­мого параметра. Таким образом, методика позволяет измерить меру понима­ния, эмоциональной привлекательности и уважения. Максимальное значение по каждой из этих шкал составляет 30 баллов.

1. Понимание (1-15 утверждений): оценка поданной шкале свидетельствует о наличии у субъекта картины личности партнера, субъективного ощущения зна­ния его индивидуальных особенностей. Субъект, отмечающий у себя высокое по­нимание супруга, не затрудняется в интерпретации его поведения, мыслей, чувств и намерений и легко может учитывать их при общении с ним. Низкие оценки по этой шкале отражают непонимание — отсутствие ясной картины личности парт­нера, затруднения в интерпретации, объяснении его мыслей, чувств, поступков.

2. Эмоциональное притяжение (16—30 утверждений) — оцениваются привле­кательность партнера, желание общаться, иметь с ним дело, терапевтическое

196

воздействие контакта на субъекта. Невысокие оценки характеризуют сложно­сти в общении у партнеров, чувство усталости друг от друга.

3. Авторитетность (уважение) (31—45 утверждений) — показатель того, насколько партнер принимается как личность, насколько субъект разделяет его мировоззрение, интересы, мнения и принимает их как эталон. Неуваже­ние — презрение к партнеру как личности.

4.3.4. Опросник «Шкала любви и симпатии»

Автором методики является Зик Рубин, модификация выполнена Л. Я. Гоз-маном и Ю. Е. Алешиной (1985).

Цель методики — выяснить, что преобладает во взаимоотношениях: любовь или симпатия.

Изначально шкалы любви и симпатии 3. Рубина представляли собой 2 на­бора высказываний, в каждый из которых входило 13 пунктов, затем по мере работы над созданием методики количество утверждений было уменьшено до 9. При составлении шкал опросника 3. Рубин исходил из определенных теорети­ческих представлений о внутренней структуре измеряемых феноменов. В част­ности, важными для измерения представлялись три компонента любви: привя­занность, забота и степень интимности отношений.

Шкала симпатии регистрирует: степень уважения, степень восхищения и степень воспринимаемого сходства объекта оценки с респондентом.

Описание методики

В окончательный вариант методики, адаптированной Л. Я. Гозманом и Ю. Е. Алешиной, включены 14 пунктов. Время выполнения методики — 5-7 минут.

Инструкция: «Вашему вниманию представляются следующие утверждения, которые касаются Вас и Вашего(ей) супруга(и). К каждому утверждению не­обходимо подобрать тот вариант ответа, который, по Вашему мнению, наибо­лее соответствует сложившимся отношениям с ним (ней). Варианты ответа следующие: Да, это так; Вероятно, это так; Вряд ли это так; Это совсем не так. Постарайтесь отвечать как можно откровенней. Не задерживайтесь долго над обдумыванием какого-либо утверждения. И помните: нет правиль­ных и неправильных ответов».

Текст методики

1. Я чувствую, что могу доверить ему (ей) абсолютно все.

2. Когда мы вместе, у нас всегда схожее настроение.

3. Я могу сказать, что он (она) принадлежит только мне.

4. Он (она) очень умный человек.

5. Для нее (него) я готов(а) абсолютно на все.

6. В большинстве случаев он (она) нравится людям почти сразу же после знакомства.

197

7. Когда мне плохо, то хочется поделиться только с ним (ней).

8. Я думаю, что мы с ним (ней) внутренне похожи друг на друга.

9. Я чувствую себя в ответе за то, чтобы ему (ей) было хорошо.

10. Мне хотелось бы быть похожим на него (нее).

11. Мне приятно чувствовать, что он (она) доверяет мне больше других.

12. Он (она) один (одна) из самых обаятельных мужчин (женщин), которых я знаю.

13. Мне было бы очень тяжело, если бы пришлось жить без него (нее).

14. Я уверен(а), что он (она) хорошо ко мне относится.

Обработка результатов

К шкале любви относятся следующие утверждения: 1,3,5,7,9, 11, 13. Шкала симпатии представлена утверждениями за четными номерами 2, 4, 6,8,10,12,14.

Ответы оцениваются следующим образом: О ответ «Да» — 4 балла;

ответ «Вероятно, это так» — 3 балла;

ответ «Вряд ли это так» — 2 балла;

ответ «Это совсем не так» — 1 балл.

Баллы, присвоенные ответам на каждое из утверждений, суммируются от­дельно по шкале любви и по шкале симпатии. Итоговые оценки могут варьи­ровать от 7 до 28 баллов. Возможен подсчет суммарного балла по обеим шка­лам, характеризующим общий уровень эмоциональных отношений в диаде (от 14 до 56 баллов).

4.3.5. Метод диагностики

межличностных отношений

Метод диагностики межличностных отношений (ДМО) представляет собой модифицированный вариант интерперсональной диагностики Т. Лири (моди­фицирован и адаптирован Л. Н. Собчик).

Цель методики — исследование представлений субъекта о себе и своем иде­альном «Я», представлений о членах семьи. Использование методики ДМО при анализе семейных кризисов позволяет сделать вывод о притязаниях испытуе­мого в сфере семьи; выявить зоны вероятных конфликтов; изучить психологи­ческую совместимость супругов и межличностные отношения в семье (выяв­ление преобладающего типа отношений в семье). Соотнесение представлений каждого из супругов о себе дает возможность выявить искажения в восприя­тии и проблемы, связанные со сходством/различием в проявлении стилей меж­личностных отношений.

Описание методики

Основываясь на том, что личность проявляется в поведении, актуализиро­ванном в процессе взаимодействия с окружающими, американский психолог

198

Т. Лири систематизировал эмпирические наблюдения в виде 8 общих или 16 бо­лее дробных (не оправдавших себя на практике) вариантов межличностного взаимодействия. Соответственно разным типам межличностного поведения был разработан опросник, представляющий собой набор из 128 достаточно простых характеристик-эпитетов (Собчик Л. Н., 2003).

К каждому типу относится по 16 суждений. Методика построена так, что суждения, направленные на выявление какого-либо типа отношений, распо­ложены не подряд, а особым образом: они группируются по 4 и повторяются через равное количество определений. Так, к первому типу взаимоотношений относятся суждения за номерами: 1-4, 33-36, 65-68, 97—100.

Каждый обследуемый лри заполнении опросника отмечает наличие тех или иных качеств у себя (при необходимости — супруга, своего отца, своей матери или другого члена семьи), а также отмечает, какими качествами он сам хотел бы обладать и какие он хотел бы видеть у своего мужа (своей жены или другого члена семьи).

Инструкция: «Перед Вами опросник, содержащий различные характерис­тики. Следует внимательно прочесть каждую и подумать, соответствует ли она Вашему представлению о себе. Если „да, то в специальном бланке, предна­значенном для регистрации Ваших ответов, перечеркните крестом соответству­ющую порядковому номеру характеристики цифру в сетке регистрационного бланка. Если „нет, то не делайте никаких пометок на регистрационном блан­ке. Постарайтесь проявить максимальную внимательность и откровенность, чтобы избежать повторного обследования.

Итак, Вы должны ответить на вопрос: „Какой Вы человек? (испытуемый выполняет задание).

А теперь при помощи тех же характеристик попробуйте оценить Ваше иде­альное представление о себе, то есть ответьте на вопрос: „Каким бы я хотел быть?».

Затем аналогичным образом предлагается дать оценку мужу (жене) и его (ее) идеалу, с точки зрения респондента.

Текст опросника

1. Умеет нравиться.

2. Производит впечатление на окружающих.

3. Умеет распоряжаться, приказывать.

4. Умеет настоять на своем.

5. Обладает чувством достоинства.

6. Независимый.

7. Способен сам позаботиться о себе.

8. Может проявить безразличие.

9. Способен быть суровым.

10. Строгий, но справедливый.

11. Может быть искренним.

12. Критичен к другим.

13. Любит поплакаться.

199

14. Часто печален.

15. Способен проявлять недоверие.

16. Часто разочаровывается.

17. Способен быть критичным к себе.

18. Способен признать свою неправоту.

19. Охотно подчиняется.

20. Покладистый.

21. Благодарный.

22. Восхищающийся и склонный к подражанию.

23. Уважительный.

24. Ищущий одобрения.

25. Способный к сотрудничеству, взаимопомощи.

26. Стремится сдружиться с другими.

27. Доброжелательный, дружелюбный.

28. Внимательный и ласковый.

29. Деликатный.

30. Ободряющий.

31. Отзывчивый к призывам о помощи.

32. Бескорыстный.

33. Способен вызывать восхищение.

34. Пользуется у других уважением.

35. Обладает талантом руководителя.

36. Любит ответственность.

37. Уверен в себе.

38. Самоуверен и напорист.

39. Деловитый, практичный.

40. Соперничающий.

41. Стойкий и крутой где надо.

42. Неумолимый, но беспристрастный.

43. Раздражительный.

44. Открытый и прямолинейный.

45. Не терпит, чтобы им командовали.

46. Скептичен.

47. На него трудно произвести впечатление.

48. Обидчивый, щепетильный.

49. Легко смущается.

50. Неуверенный в себе.

51. Уступчивый.

52. Скромный.

53. Часто прибегает к помощи других.

54. Очень почитает авторитеты.

55. Охотно принимает советы.

56. Доверчив, стремится радовать других.

57. Всегда любезен в обращении.

58. Дорожит мнением окружающих.

59. Общительный и уживчивый.

200

60. Добросердечный.

61. Добрый, вселяющий уверенность.

62. Нежный и мягкосердечный.

63. Любит заботиться о других.

64. Щедрый.

65. Любит давать советы.

66. Производит впечатление значительности.

67. Начальственно-повелительный.

68. Властный.

69. Хвастливый.

70. Надменный, самодовольный.

71. Думает только о себе.

72. Хитрый.

73. Нетерпим к ошибкам других.

74. Расчетливый.

75. Откровенный.

76. Часто недружелюбен.

77. Озлоблен.

78. Жалобщик.

79. Ревнивый.

80. Долго помнит обиды.

81. Склонный к самобичеванию.

82. Застенчивый.

83. Безынициативный.

84. Кроткий.

85. Зависимый, несамостоятельный.

86. Любит подчиняться.

87. Предоставляет другим принимать решения.

88. Легко попадает впросак.

89. Легко поддается влиянию друзей.

90. Готов довериться любому.

91. Благорасположен ко всем без разбору.

92. Всем симпатизирует.

93. Прощает все.

94. Переполнен чрезмерным сочувствием.

95. Великодушен и терпим к недостаткам.

96. Стремится помочь каждому.

97. Стремящийся к успеху.

98. Ожидает восхищения от каждого.

99. Распоряжается другими.

100. Деспотичный.

101. Относится к окружающим с чувством превосходства.

102. Тщеславный.

103. Эгоистичный.

104. Холодный, черствый.

105. Язвительный, насмешливый.

201

106. Злой, жестокий.

107. Часто гневлив.

108. Бесчувственный, равнодушный.

109. Злопамятный.

ПО. Проникнут духом противоречия.

111. Упрямый.

112. Недоверчивый, подозрительный.

113. Робкий.

114. Стыдливый.

115. Услужливый.

116. Мягкотелый.

117. Почти никому не возражает.

118. Навязчивый.

119. Любит, чтобы его опекали.

120. Чрезмерно доверчив.

121. Стремится снискать расположение каждого.

122. Со всеми соглашается.

123. Всегда со всеми дружелюбен.

124. Всех любит.

125. Слишком снисходителен к окружающим.

126. Старается утешить каждого.

127. Заботится о других в ущерб себе.

128. Портит людей чрезмерной добротой.

Бланк ДМО

( В зависимости от целей и задач добавляется необходимое количество таблиц в бланке и указывается, какие представления выявляются: о себе реальном, себе

идеальном, о супруге и др.)

1 II III IV V VI VII VIII
1 5 9 13 17 21 25 29
2 6 10 14 18 22 26 30
3 7 11 15 19 23 27 31
4 8 12 16 20 24 28 32
33 37 41 45 49 52 57 61
34 38 42 46 50 54 58 62
35 39 43 47 51 55 59 63
36 40 44 48 52 56 60 64
65 69 73 77 81 85 89 93
66 70 74 78 82 86 90 94
67 71 75 79 83 87 91 95
68 72 76 80 84 88 92 96
97 101 105 109 113 117 121 125
98 102 106 110 114 118 122 126
99 103 107 111 115 119 123 127
100 104 108 112 116 120 124 128

202

Обработка и интерпретация результатов

После того как испытуемый оценит себя, свой идеальный образ, мужа (жену) и его (ее) идеал и заполнит регистрационный бланк, подсчитываются баллы по восьми вариантам межличностного взаимодействия. Для этого использует­ся ключ, с помощью которого выделяются блоки по 16 номеров в каждом, фор­мирующих каждый из 8 октантов:

Iоктант: характеристики 1—4, 33-36, 65-68, 97-100;

II октант: характеристики 5-8, 37-40, 69-72, 101-104;

III октант: характеристики 9-12, 41—44, 73-76, 105—108;

IVоктант: характеристики 13-16, 45-48, 77-80, 109-112;

Vоктант: характеристики 17-20, 49-52, 81-84, 113-116;

VIоктант: характеристики 21-24, 53-56, 85-88, 117-120;

VIIоктант: характеристики 25-28, 57-60, 89-92, 121-124;

VIII октант: характеристики 29-32, 61-64, 93-96, 125-128.

Каждый зачеркнутый номер соответствует одному баллу. По каждому ок­танту подсчитывается количество баллов. Максимальная оценка по октанту — 16 баллов, но она разделена на 4 степени выраженности отношений:

Полученные данные (баллы) переносятся на дискограмму (рис. 5).

Дискограмма — условная схема, разработанная Т. Лири для представления результатов методики, имеющая вид круга, разделенного на секторы (8 секто­ров, где каждый из секторов соответствует определенному типу взаимоотно­шений), на осях которого обозначены: дружелюбие—враждебность (агрессив­ность) по горизонтали, доминирование—подчинение по вертикали.

Количественные показатели по каждому из октантов — от 0 до 16 — откла­дываются на соответствующей номеру октанта координате, каждая из которых размечена дугами, расстояние между ними крат­но четырем: 0,4,8,12,16. На уровне, соответству­ющем полученным баллам по каждому октанту, проводится дуга. Определенная дугой внутренняя часть октанта заштриховывается. После того как отмечены все полученные при обследовании ре­зультаты и заштрихована внутренняя, централь­ная часть круга диско граммы до уровня, очерчен­ного дугами, получается некое подобие «веера». Максимально заштрихованные октанты (то есть те, по которым баллы оказались высокими) соот­ветствуют преобладающему стилю поведения дан­ного индивида в межличностных отношениях.

203

Характеристики, не выходящие за пределы 8 баллов, свойственны гармо­ничным личностям. Показатели, превышающие 8 баллов, свидетельствуют об акцентуации свойств, выявляемых данным октантом. Баллы, достигшие уров­ня 14—16, говорят о трудностях социальной адаптации.

Низкие показатели по всем октантам (0—3 балла) могут быть результатом скрытности и неоткровенности испытуемого. Соответственно, полученные данные следует рассматривать как сомнительные в плане их достоверности (СобчикЛ. Н.,2003).

Характеристика типов отношения к окружающим

1. Авторитарный тип (властный—лидирующий).

13—16 —диктаторский, властный, деспотичный характер, тип сильной лич­ности, который лидирует во всех типах групповой деятельности, всех настав­ляет, поучает, всегда стремится полагаться на свое мнение, не умеет прини­мать советы других. Окружающие отмечают эту властность, но признают ее.

9-12 — доминантный, энергичный, компетентный, авторитетный лидер, успешный в делах, любит давать советы, требует к себе уважения.

0-8 — уверенный в себе человек, но не обязательно лидер, упорный и на­стойчивый.

2. Эгоистический (независимый—доминирующий).

13—16 — стремится быть над всеми, но одновременно в стороне от всех, са­мовлюбленный, расчетливый, независимый, себялюбивый. Трудности пере­кладывает на окружающих, но сам относится к ним несколько отчужденно.

0-12 — эгоистические черты, ориентация на себя, склонность к соперни­честву.

9-12 — самоуверенность.

0-8 — уверенность в себе.

3. Агрессивный тип (прямолинейный—агрессивный).

13-16 — жесткий, враждебный по отношению к окружающим, резкий; аг­рессивность может доходить до антисоциального поведения.

9-12 — требовательный, прямолинейный, откровенный, строгий и резкий в оценке других, непримиримый, склонный во всем обвинять окружающих, насмешливый, иронический.

0—8 — упрямый, упорный, настойчивый, энергичный.

4. Подозрительный (недоверчивый—скептический).

13-16 — отчужденный по отношению к враждебному миру, подозритель­ный, обидчивый, склонный к сомнению во всем, злопамятный, постоянно жалуется на всех (шизоидный тип характера).

9-12 — критичный, испытывает трудности в интерперсональных контак­тах из-за подозрительности и боязни плохого отношения, замкнутый, скеп­тичный, разочарованный в людях, скрытный, свой негативизм проявляет в вербальной агрессии.

204

0—8 — критичный по отношению ко всем социальным явлениям и окружа­ющим людям.

5. Подчиняемый тип (покорный—застенчивый).

13-16 — покорный, склонный к самоуничтожению, слабовольный, уступа­ющий всем и во всем, всегда ставит себя на последнее место, осуждая себя; приписывает себе вину, пассивен, стремится найти опору в ком-либо более сильном.

9-12 — застенчивый, кроткий, легко смущается, склонен подчиняться бо­лее сильному без учета ситуации.

0-8 — скромный, робкий, уступчивый, эмоционально сдержанный, способ­ный подчиняться, не имеет собственного мнения, послушно и честно выпол­няет свои обязанности.

6. Зависимый (зависимый—послушный).

При умеренных показателях — потребность в помощи и доверии со сторо­ны окружающих, в их признании. При высоких показателях — сверконформ-ность, полная зависимость от мнения окружающих.

7. Дружелюбный (сотрудничающий—конвенциальный).

Выявляет стиль межличностных отношений, свойственный лицам, стремя­щимся к тесному сотрудничеству с референтной группой, к дружелюбным от­ношениям с окружающими. Избыточность степени выраженности данного стиля проявляется компромиссным поведением, несдержанностью в излия­ниях своего дружелюбия по отношению к окружающим, стремлением подчер­кнуть свою причастность к интересам большинства.

8. Альтруистический (ответственный—великодушный).

Этот вариант межличностного поведения проявляется выраженной готов­ностью помогать окружающим, развитым чувством ответственности (до 8 бал­лов). Высокие баллы свидетельствуют о мягкосердечности, сверхобязательно­сти, гиперсоциальности установок, подчеркнутом альтруизме. В экстремальной форме характерна гиперответственность, стремление принести в жертву себя и свои интересы, навязчивость в своей помощи.

Первые четыре типа межличностных отношений — 1, 2, 3 и 4 — характери­зуются преобладанием неконформных тенденций, из них 3,4 отражают склон­ность к дизъюнктивным (конфликтным) проявлениям, а 1 и 2 — стремление к независимости мнения, упорство в отстаивании собственной точки зрения, тенденцию к лидерству и доминированию. Другие четыре октанта — 5, 6, 7 и 8 — дают противоположную картину: подчиняемость, неуверенность в себе и конформность (5 и 6), склонность к компромиссам, конгруэнтность и ответ­ственность в контактах с окружающими (7 и 8).

Интерпретация данных ДМЛ в основном должна ориентироваться не пре­обладание одних показателей над другими, и в меньшей степени — не абсо­лютные величины.

Формула для вычисления индекса доминантности (вектор V):

205

V = 1-5+0,7[(2-8)-(6+4)]

Формула для вычисления индекса доброжелательности (вектор G):

G = 7-3+0,7[(8+7)-(4+3)]

Результат, отклоняющийся от 1,0 как в положительную, так и в отрицатель­ную сторону, выявляет преобладающие тенденции.

На основании результатов выполнения данной методики можно получить наглядное представление о конфликтных зонах и выстроить терапевтические ги­потезы о причинах затруднений в паре, соотнеся представления супругов о себе и о партнере; о реальном и идеальном партнере, представив их в одной таблице.

Таблица 10

Согласованность стилей межличностных отношений супругов

Октант Стиль межличностных отношений Представление о себе Представление о супруге
Я - реальное Я - идеальное Я - реальное Я - идеальное
I Властный-лидирующий
II Независимый-домини­рующий
III Прямолинейный-агрес­сивный
IV Недоверчивый-скепти­ческий
V Покорный-застенчивый
VI Зависимый-послушный
VII Сотрудничающий-кон-венциальный
VIII Ответственный-велико­душный

Использование метода ДМО в сфере семейного консультирования доста­точно эффективно: помимо констатации межличностного конфликта, метод позволяет глубже понять причины психологической несовместимости, кото­рые могут таиться как в разных характерах и поведенческих паттернах членов семьи, так и в наличии у кого-то из них внутриличностной неконгруэнтности (внутреннего конфликта). Кроме того, пагубную роль в таких ситуациях могут играть нереальные представления об идеале мужа, жены, детей или родителей (СобчикЛ. Н.,2003).

4.3.6. Методика «Мое письмо о супруге»

Методика «Мое письмо о супруге», автором которой является С. А. Белору­сов (1998), представляет собой вариант известного в психологии метода «Не­законченные предложения». Она сконструирована с учетом ситуации семей­ного консультирования.

206

Данная методика позволяет супругам, обратившимся за психологической помощью, систематизировать взаимные претензии, обиды, оценки друг друга. В результате чего, по мнению автора, целесообразно использовать ее на пер­вых этапах консультирования. Содержащаяся в методике структурированная информация может также оказаться ценной для консультанта, предоставляя возможность оценить ситуацию и сделать вывод о проблеме обратившейся су­пружеской пары. Так, например, уже совпадение или близкий смысл первого предлагающегося определения «самого... для меня человека» позволяет наде­яться на хороший и, возможно, быстрый результат консультирования. И на­против, абсолютно разные определения с первой строки могут обозначить при­чины фрустрации как результата несовпадения ожиданий.

Одной из задач при работе с методикой «Мое письмо о супруге» может быть выявление представлений супругов друг о друге, о своем браке, а также об ос­новных трудностях и проблемах супружества. Прочитав бланк и заполнив его, супруг сможет лучше понять, представить и, возможно, изменить свое отно­шение к своему партнеру, «Письмо» которого он читает.

При составлении текста методики автор руководствовался достижениями «нарративной теории», согласно которой жизнь как отдельного человека, так и семьи можно представить в виде рассказанной истории, к которой будут при-ложимы универсальные принципы истолкования (экзегезы). Если в момент обращения к специалисту эта история может быть интерпретирована как куль­минация трагедии или драмы, то целью консультанта будет помочь ее участ­никам пересказать ее для себя в ином повествовательном ключе.

Описание методики

Двум пришедшим в семейную консультацию супругам предлагается в мол­чании заполнить одинаковые заранее подготовленные бланки с пропущенны­ми словами. Их задача — вставить пропущенные слова. В среднем время за­полнения составляет около получаса. После этого супруги обмениваются «Письмами» и читают их.

«Письмо» начинается с актуализации представлений о предшествующем заключению брака периоде. Воспоминания позволяют позитивно настроить­ся на дальнейшее обсуждение супружеских отношений. Методика восстанав­ливает в памяти первое впечатление о будущем супруге, которое, вероятнее всего, было положительным, а также приводит к необходимости задуматься о системе личностных ценностей и ожиданий в этот период. В дальнейшем про­ясняется отношение к разнообразным аспектам брака: цели, время, проводи­мое вместе, отношение к родственникам и пр. Так или иначе, заполняющему стандартный бланк приходится постоянно возвращаться к собственному вос­приятию происходящего, к степени реализации своих ожиданий, к ответствен­ности за свой личный выбор.

Последний блок методики посвящен оценке сегодняшнего состояния се­мейной жизни и возможных вариантов развития событий. Ключевым словом здесь является «выход». Оно подчеркивает, что семья переживает кризис и од­новременно имеет ресурсы для его преодоления. Ответственность в этой ситу-

207

ации делят между собой оба супруга, согласившиеся написать «Письма». Их представления о способах разрешения сложившейся ситуации могут быть сход­ными или, наоборот, сильно различаться. Задачей психолога является помощь в оценке реалистичности предлагаемых решений и поддержка супругов в по­иске наиболее адекватного выхода из сложившейся ситуации.

Методика может быть использована в семейном консультировании и тера­пии. Специальных исследований, направленных на ее валидизацию и сравне­ние с уже существующими приемами семейной диагностики и семейного кон­сультирования, не производилось (Белорусов С. А., 1998).

Бланк «Мое письмо о супруге»

Что я могу рассказать о самом....................................для меня человеке, моем

партнере по браку. Когда мы познакомились, для меня решающим было

..................................................................... а для этого человека — .............

.................................................Впоследствии оказалось, что..............................

Если пошутить, то из животных, он (она) напоминает........................потому,

что главное в нем (ней)....................................................., а во мне, по-моему —

Наши родители...............................................................................................

Вступая в этот брак, больше всего мне хотелось, чтобы у нас...............

Для этого я......................................................................................................

Мне кажется, мой партнер по браку хотел....................................................

Мои ожидания.................................................................................В целом

наш брак ................................................................................................................

Иногда мы ..................................................................................... Тогда я

Ревность по отношению к партнеру в браке я................................................

Мы понимаем друг друга.............чем раньше. Конечно, мы изменились, о

себе могу сказать, что.............................................................................................

а человек, который рядом со мной.......................................................................

Иногда я думаю, что если бы все сложилось иначе, это было бы про­сто.......................................Согласившись написать это письмо, можно при­знать, хотя бы внутри себя, что у меня есть проблемы. Начать с себя: во-пер­вых, я.................................................................................., во-вторых, у меня

................................................................................................................................)

в-третьих, мне —.......................................................Существуют вещи, которые

я воспринимаю как негативные качества у моего семейного партнера. Напри­мер, мне совершенно невыносимо, когда......................................................

Впрочем, я могу мириться с тем, что......................................................

На его (ее) месте, я никогда бы не...........................................................

Из положительных черт моего партнера три главные для меня — это:

208

Работа для моего партнера —это............................................а про себя я могу

сказать, что моя цель —.........................................................................................

Из развлечений я предпочитаю...........................................................и здесь

мой партнер...............................................................................................

Если в момент свадьбы рейтинг партнера в моих глазах составлял 10 бал­лов, то в последнее время —.....баллов. Наши трудности больше всего связаны

с..............................................сферой. Причина этого в том, что человек, с ко­торым оказалась связана моя жизнь, мог бы быть ................................

..................................................................... Наши взгляды на семейную жизнь

практически ............................................................................................

Когда мы вместе, мы редко..................................................................

Друзья и родственники для нас — это источник........................................

Остается добавить, что в отношении детей............................

Мне кажется, что наилучшим выходом было бы

С любовью ................Дата: ..................200.... года

После того как оба супруга закончат свои письма, следует период обдумыва­ния, поиск новой формы поведения. Наиболее правильной психотерапевтиче­ской практикой в таком случае будет поддержание подобной «креативной паузы», за исключением ситуаций, когда у супругов не возникает вопросов, направлен­ных на прояснение тех или иных нюансов написанного другим партнером.

Если супругам при заполнении бланка письма не хватает места и они пишут меж­ду строк, старательно комментируя свою позицию, то зачастую это свидетельствует о заинтересованности и глубокой рефлексивной вовлеченности. В то же время не­которые предлагающиеся к заполнению промежутки «Письма» иногда остаются пу­стыми, что дает основание предположить наличие проблемных зон в той или иной области. В таком случае рекомендуется обсуждение соответствующих тем.

4.4. ИССЛЕДОВАНИЕ СЕМЬИ, ОЖИДАЮЩЕЙ РЕБЕНКА

Особый интерес для практического психолога, оказывающего психологи­ческую помощь семье, может представлять исследование семьи, ожидающей ребенка. Такая семья находится в ситуации нормативного кризиса и стоит на пороге изменений, связанных с появлением нового члена семьи.

Ожидание ребенка и перемены, происходящие в связи с этим в семье, не могут не сказываться на психическом состоянии молодой женщины — буду­щей матери. Поскольку во время пренатального периода развития ребенок, по

209

сути, представляет вместе с телом матери единый организм, то есть живет прак­тически одной жизнью (одним телом) с матерью, ее психологическое неблаго­получие во время беременности, а также сильные нарушения в протекании физиологических процессов могут оказать влияние, и подчас необратимое, на реализацию генетического потенциала ребенка и затруднить его последующее развитие и взаимодействие с окружающей средой. Поэтому очень важное зна­чение приобретает диагностика возможных нарушений, связанных с отноше­нием к факту беременности и будущему ребенку.

В рамках данного издания мы представляем ряд методик, которые могут быть использованы для диагностики характера отношения будущих родителей к ожидаемому ребенку:

«Тест отношений беременной» (ТОБ (б)) (И. В. Добряков);

Методика «Цветовой тест отношений» (А. М. Эткинд).

В отличие от методик исследования структуры семьи, обладающих универ­сальностью, данные диагностические процедуры могут быть использованы только для исследования процессов, протекающих в семьях, которые находят­ся в ситуации определенного нормативного кризиса, связанного с принятием супругами факта появления в семье новой личности и родительских ролей.

4.4.1. Методика «Тест отношений беременной» (ТОБ (б))

Тест отношений беременной предназначен для определения типа пережи­вания беременности у будущей матери (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М., 2003).

Концептуальными основами создания теста послужили теория психологии отношений В. Н. Мясищева (1960), что позволило рассматривать беременность через призму единства организма и личности, а также понятие «гестационной доминанты». На основе учения А. А. Ухтомского о доминанте И. А. Аршавс-ким была предложена теория о существовании в период вынашивания ребен­ка гестационной доминанты (от лат. gestatio — беременность, dominans — гос­подствующий). Понятие «гестационная доминанта» наиболее удачно отражает особенности протекания физиологических и нервно-психических процессов в организме беременной женщины. Она обеспечивает направленность всех реакций организма на создание оптимальных условий для развития эмбриона, а затем плода. Это происходит путем формирования под влиянием факторов внешней и внутренней среды стойкого очага возбуждения в центральной нерв­ной системе, обладающего повышенной чувствительностью к раздражителям, имеющим отношение к беременности и способным оказывать тормозящее вли­яние на другие нервные центры (Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Николь­ская И. М., 2003). .

Различают физиологический и психологический компоненты гестационной доминанты, которые, соответственно, определяются биологическими или пси-

210

хическими изменениями, происходящими в организме женщины, направлен­ными на вынашивание, рождение и выхаживание ребенка. Психологический компонент гестационной доминанты (ПКГД) вызывает особый интерес пери­натальных психологов и психотерапевтов. Он представляет собой совокупность механизмов психической саморегуляции, включающихся у женщины при воз­никновении беременности, направленных на сохранение гестации и создание условий для развития будущего ребенка, формирующих отношение женщины к своей беременности, ее поведенческие стереотипы.

В результате изучения анамнестических сведений, клинико-психологичес-ких наблюдений за беременными женщинами и бесед с ними И. В. Добряко-вым было выделено пять типов ПКГД: оптимальный, гипогестогнозический, эйфорический, тревожный и депрессивный.

Оптимальный тип ПКГД отмечается у женщин, которые относятся к сво­ей беременности ответственно, но без излишней тревоги. В этих случаях, как правило, супружеский холон зрелый, отношения в семье гармоничны, бере­менность желанна обоими супругами. Беременная женщина продолжает ве­сти активный образ жизни, но своевременно встает на учет в женскую кон­сультацию, выполняет рекомендации врачей, следит за своим здоровьем, с удовольствием и успешно занимается на курсах дородовой подготовки. Оптимальный тип способствует формированию гармонического типа семей­ного воспитания ребенка.

Гипогестогнозический тип ПКГД (от греч. hypo приставка, означающая слабую выраженность; лат. gestatio беременность; греч. gnosis знание) не­редко встречается у женщин, не закончивших учебу, увлеченных работой. Сре­ди них встречаются как юные студентки, так и женщины, которым скоро ис­полнится или уже исполнилось 30 лет. Первые не желают брать академический отпуск, продолжают сдавать экзамены, посещать дискотеки, заниматься спортом, ходить в походы. Беременность у них часто незапланированная. Жен­щины второй подгруппы, как правило, уже имеют профессию, увлечены рабо­той, нередко занимают руководящие посты. Они планируют беременность, так как справедливо опасаются, что с возрастом повышается риск возникновения осложнений. С другой стороны, эти женщины не склонны менять жизненный стереотип, у них «не хватает времени» встать на учет в женскую консультацию, посещать врачей, выполнять их назначения.

Женщины с гипогестогнозическим типом ПКГД нередко скептически от­носятся к курсам дородовой подготовки, пренебрегают занятиями. Уход за деть­ми, как правило, передоверяется другим лицам (бабушкам, няням), так как сами матери «очень заняты». Нередко этот тип ПКГД также встречается у много­детных матерей. Чаще всего ему сопутствуют такие типы семейного воспита­ния, как гипопротекция, эмоциональное отвержение, неразвитость родитель­ских чувств.

Эйфорический тип ПКГД, (от греч. ей — хорошо; phew — переносить) отме­чается у женщин с истерическими чертами личности, а также у длительно ле­чившихся от бесплодия. Нередко беременность у них становится средством манипулирования, способом изменения отношений с мужем, достижения мер­кантильных целей. При этом декларируется чрезмерная любовь к будущему

211

ребенку, возникающие недомогания и трудности преувеличиваются. Женщи­ны претенциозны, требуют от окружающих повышенного внимания, выпол­нения любых прихотей. Врачи, курсы дородовой подготовки посещаются, но далеко не ко всем советам пациентки прислушиваются и не все рекомендации выполняют или делают это формально. Эйфорическому типу ПКГД соответ­ствует расширение сферы родительских чувств к ребенку, потворствующая ги­перпротекция, предпочтение детских качеств. Нередко отмечается вынесение конфликта между супругами в сферу воспитания.

Тревожный тип 77А7^характеризуется высоким уровнем тревоги у беремен­ной, что влияет на ее соматическое состояние. Тревога может быть вполне оправданной и понятной (наличие острых или хронических заболеваний, дис­гармоничные отношения в семье, неудовлетворительные материально-быто­вые условия и т. п.). В некоторых случаях беременная женщина либо переоце­нивает имеющиеся проблемы, либо не может объяснить, с чем связана тревога, которую она постоянно испытывает. Нередко тревога сопровождается ипохон-дричностью. Повышенную тревожность нетрудно выявить как врачу женской консультации, так и ведущим курсы дородовой подготовки, однако беремен­ные женщины с этим типом ПКГД далеко не всегда получают адекватную оцен­ку и помощь.

К сожалению, именно неправильные действия медицинских работников довольно часто способствуют повышению тревоги у женщин. В этих случаях повышенный уровень тревожности у беременной женщины должен расцени­ваться как ятрогенный, то есть связанный с неправильным оказанием меди­цинской помощи. Большинство беременных женщин с этим типом П КГД нуж­даются в помощи психотерапевта. Став матерями, они отличаются повышенной моральной ответственностью, не уверены в своих силах и способностях вос­питывать ребенка. Воспитание детей чаще всего носит характер доминирую­щей гиперпротекции. Распространено и вынесение конфликта между супру­гами в сферу взаимодействия с ребенком, обусловливающее противоречивый тип воспитания.

Депрессивный тип ЯАТ^проявляется, прежде всего, резко сниженным фо­ном настроения у беременных. Женщина, мечтавшая о ребенке, может утверждать, что теперь не хочет его, не верит в свою способность выносить и родить здоровое дитя, боится умереть в родах. Часто у нее возникают мысли о собственном уродстве. Женщины считают, что беременность «изуродовала их», боятся быть покинутыми мужем, часто плачут. В некоторых семьях по­добное поведение будущей матери может действительно ухудшить ее отно­шения с родственниками, объясняющими все капризами, не понимающи­ми, что женщина нездорова. Это еще больше усугубляет ее состояние. В тяжелых случаях появляются сверхценные, а иногда и бредовые ипохонд­рические идеи, идеи самоуничижения, обнаруживаются суицидальные тен­денции.

Гинекологу, акушеру, психологу всем, кто общается с беременной, очень важно своевременно выявить подобную симптоматику и направить женщи­ну на консультацию к психотерапевту или психиатру, который сможет опре­делить невротический или психотический характер депрессии и провести со-

212

ответствующий курс лечения. К сожалению, депрессивный тип ПКГД, как и тревожный, нередко формируется у беременной женщины в связи с неосто­рожными высказываниями, поступками медицинского персонала, что явля­ется ятрогенным.

Отклонения в процессе семейного воспитания при этом типе ПКГД анало­гичны тем, что развиваются при тревожном типе, но выражены в большей сте­пени. Встречаются также эмоциональное отвержение, жестокое обращение. При этом мать испытывает чувство вины, усугубляющей ее состояние.

Определение типа ПКГД может существенно помочь разобраться в ситуа­ции, при которой вынашивался и родился ребенок, понять, как складывались отношения в семье в связи с его рождением, каким образом формировался стиль семейного воспитания. Тип ПКГД отражает, прежде всего, личностные изме­нения и реакции женщины, то есть те изменения, которые произошли в систе­ме ее отношений.

Описание методики

Тест содержит три блока утверждений, отражающих отношение беремен­ной женщины:

1. К себе беременной (блок А).

2. К формирующейся системе «мать—дитя» (блок Б).

3. К тому, как к ней относятся окружающие (блок В).

В каждом блоке есть три раздела, в которых шкалируются различные поня­тия. Они представлены пятью утверждениями, отражающими пять различных типов ПКГД. Испытуемой предлагается выбрать один из них, наиболее соот­ветствующий ее состоянию.

Блок А (отношение женщины к себе беременной) представлен следующи­ми разделами:

1. Отношение к беременности.

2. Отношение к образу жизни во время беременности.

3. Отношение во время беременности к предстоящим родам.

Блок Б (отношения женщины к формирующейся системе «мать—дитя») представлен следующими разделами:

1. Отношение к себе как к матери.

2. Отношение к своему ребенку.

3. Отношение к вскармливанию ребенка грудью.

Блок В (отношение беременной женщины к тому, как к ней относятся окружающие) представлен следующими разделами:

1. Отношение ко мне беременной мужа.

2. Отношение ко мне беременной родственников и близких.

3. Отношение ко мне беременной посторонних людей.

Инструкция: «Просим Вас из пяти утверждений, представленных в блоках, выбрать одно, наиболее полно отражающее Ваше состояние».

213

А

1 1 Ничтонедоставляетмнетакогосчастья, каксознаниетого, чтоя беременна
2 Янеиспытываюникакихособыхэмоций, связанныхстем, чтоябеременна
3 Стехпоркакяузнала, чтобеременна, янахожусьвнервномнапряжении
4 Восновноммнеприятносознавать, чтоябеременна
5 Яоченьрасстроенатем, чтобеременна
2 1 Беременностьзаставиламеняполностьюизменитьобразжизни
2 Беременностьнезаставиламенясущественноизменитьобразжизни, ноя сталакоевчемсебяограничивать
3 Беременностьянесчитаюповодомдлятого, чтобыменятьобразжизни
4 Беременностьтакизменилаобразмоейжизни, чтоонасталапрекрасной
5 Беременностьзаставиламеняотказатьсяотмногихпланов, теперьне сужденосбытьсямногиммоимнадеждам
3 1 Ястараюсьвообщенедуматьниобеременности, ниопредстоящихродах
2 Япостояннодумаюородах, оченьихбоюсь
3 Ядумаю, чтововремяродоввсемогусделатьправильноинеиспытываю особогострахапередними
4 Когдаязадумываюсьопредстоящихродах, настроениеуменяухудшается, таккакяпочтинесомневаюсьвихплохомисходе
5 Ядумаюородах, какопредстоящемпразднике
Б
1 1 Ясомневаюсьвтом, чтосмогусправлятьсясобязанностямиматери
2 Ясчитаю, чтонесмогустатьхорошейматерью
3 Янезадумываюсьопредстоящемматеринстве
4 Яуверена, чтостанупрекраснойматерью
5 Яполагаю, чтоеслипостараюсь, тосмогустатьхорошейматерью
2 1 Ячастосудовольствиемпредставляюсеберебенка, котороговынашиваю, разговариваюсним
2 Японимаюребенка, котороговынашиваю, восхищаюсьимисчитаю, чтоон знаетипонимаетвсе, очемядумаю
3 Япостояннобеспокоюсьосостоянииздоровьяребенка, которого вынашиваю, стараюсьегопочувствовать
4 Янедумаюотом, какимбудетребенок, котороговынашиваю
5 Ячастодумаюотом, чторебенок, котороговынашиваю, будеткаким-нибудьнеполноценным, иоченьбоюсьэтого
3 1 Янедумаюотом, какбудукормитьребенкагрудью
2 Ясвосторгомпредставляюсебе, какбудукормитьребенкагрудью
3 Ядумаю, чтобудукормитьребенкагрудью
4 Ябеспокоюсьотом, чтоуменябудутпроблемыскормлениемгрудью
5 Япочтиуверена, чтоврядлисмогукормитьребенкагрудью

214

В

1 1 Считаю, чтобеременностьсделаламеняещепрекраснейвглазахотца моегоребенка
2 Моябеременностьникакнеизменилаотношениякомнеотцамоего ребенка
3 Из-забеременностиотецмоегоребенкасталвнимательнееитеплее относитьсякомне
4 Из-забеременностиясталанекрасивой, иотецмоегоребенкастал холоднееотноситьсякомне
5 Боюсь, чтоизменения, связанныесбеременностью, могутухудшить отношениекомнеотцамоегоребенка
2 1 Большинствоблизкихмнелюдейразделяютмоюрадостьпоповоду беременности, имнехорошосними
2 Невсеблизкиемнелюдидостаточнорадытому, чтоябеременна, невсе понимают, чтоятеперьнуждаюсьвособомотношении
3 Большинствоблизкихмнелюдейнеодобряютто, чтоябеременна, мои отношенияснимиухудшились
4 Менямалоинтересуетотношениекмоейбеременностидажеблизкихмне людей
5 Некоторыеблизкиемнелюдиотносятсякмоейбеременности неоднозначно, иэтоменятревожит
3 1 Мневсегдамучительностыдно, когдаокружающиезамечаютчтоя«в положении»
2 Мненемногонепосебе, когдаокружающиезамечают, чтоя«вположении»
3 Мнеприятно, когдаокружающиезамечают, чтоя«вположении»
4 Мненаплевать, замечаютокружающиеилинет, чтоя«вположении»
5 Янеиспытываюособойнеловкости, еслиокружающиезамечают, чтоя«в положении»

Обработка результатов

После выполнения задания необходимо перенести результаты в таблицу, отметив соответствующую утверждению цифру (таблица 11).

Таблица 11 Результаты обследования ТОБ ( б )

Блоки Разделы О Г Э Т д
1 1 4 2 1 3 5
2 2 3 4 1 5
3 3 1 5 2 4
2 1 5 3 4 1 2
2 1 4 2 3 5
3 3 1 2 5 4
3 1 3 2 1 5 4
2 1 4 2 5 3
3 5 4 3 2

1

-------------—и, —

Всего

215

В нижней строке таблицы — «Всего» — выставляется результат подсчета количества отмеченных цифр (баллов, не суммы цифр!) в каждом столбце. Столбец «О» отражает утверждения, характеризующие преимущественно оп­тимальный тип ПКГД, «Г» — гипогестогнозический, «Э» — эйфорический, «Т» — тревожный, «Д» — депрессивный.

Если в результате тестирования набрано 7—9 баллов, соответствующих од­ному из типов ПКГД, он может считаться определяющим.

Если ни по какому типу ПКГД преобладания баллов не наблюдается, не­трудно определить, какие подсистемы ПКГД у женщины нуждаются в коррек­ции. Для наглядности можно построить профиль ПКГД в виде гистограммы. По вертикали отмечаются избранные баллы, а по горизонтали — типы ПКГТ (рис. 6).

Пример ___________________________________________________________________

«Тестотношенийбеременной»былзаполненбудущейматерью. Результа­тыобследованиябылизанесенывсоответствующуютаблицу.

Каквидноизтаблицыирис. б, наибольшеечисловыбранныхутверждений принадлежатпервойграфе. НаоснованииэтогофактатипПКГДопределя­етсякакпреимущественнооптимальный.

216

Тест позволяет не только определить тип ПКГД по преобладанию выбран­ных утверждений, но и произвести качественный анализ, выявить те отноше­ния, которые нуждаются в коррекции.

Пример

Удругойженщины, обратившейсязапсихологическойпомощью, было выявленоэйфорическоеотношениексвоейбеременностиитревожное отношениексебе—матери. Полученныеврезультатеприменениятеста данныеприведенывтаблице:

Изучивутверждения, выбранныеиспытуемой, нетрудноустановить, чтоу женщиныотмечаетсяэйфорическоеотношениексвоейбеременности, оп­тимистическоеотношениекбудущемуребенку, окружающимеепосторон­нимиблизкимлюдям, втовремякакповышеннаятревогасвязанаспред­стоящимиобязанностямиматери.

На основе результатов исследования беременную можно отнести к одной из трех групп, требующих различной тактики проведения дородовой подготовки и, при необходимости, оказания психологической помощи.

Первая группа включает в себя практически здоровых беременных женщин, находящихся в состоянии психологического комфорта, имеющих оптималь­ный тип ПКГД.

Вторая группа может быть названа «группой риска». В нее следует включать женщин, имеющих эйфорический, гипогестогнозический, иногда тревожный типы ПКГД. У них отмечается повышенная вероятность развития нервно-пси­хических нарушений, соматических заболеваний или обострения хронических расстройств.

Третья группа состоит из женщин, также имеющих гипогестогнозический и тревожный типы ПКГД, однако выраженность их клинических проявлений

217

более значительна, чем у представительниц второй группы. Кроме того, сюда следует включать всех женщин, характеризующихся депрессивным типом ПКГД. Многие беременные женщины из этой группы обнаруживают нервно-психические расстройства различной степени тяжести и нуждаются в индиви­дуальном наблюдении и лечении у психотерапевта или психиатра.

Таким образом, тест позволяет выявлять нервно-психические нарушения у беременных женщин уже на ранних этапах развития ребенка, связывать их с особенностями семейных отношений и ориентировать психологов на оказа­ние соответствующей помощи. Результаты, полученные при использовании методики, могут быть задействованы непосредственно при оказании психоло­гической помощи, например, в качестве тем психотерапевтической беседы. Таким образом, благодаря обследованию коррекция выявленных отклонений может осуществляться более целенаправленно.

Простота использования теста дает возможность внедрения его в практику работы женских консультаций, применения акушерами-гинекологами, тера­певтами. При выявлении выраженных нарушений у беременных женщин им может быть рекомендовано обращение за помощью к психологу или к психо­терапевту. Рекомендуется проводить тестирование во втором и третьем триме­страх беременности. Своевременно и адекватно оказанная помощь не только улучшает ситуацию в семье, течение беременности и родов, но и является про­филактикой недостатка грудного молока, послеродовых невротических и пси­хических расстройств.

Тест может быть использован также с целью определения эффективности оказания психологической помощи и курсов дородовой подготовки: в таком случае он проводится до начала курса либо встреч с психологом и после его завершения. Изменения результатов тестирования можно использовать для оценки эффективности данной работы. При этом не рекомендуется проводить тестирование чаще одного раза в месяц.

4.4.2. Методика «Цветовой тест отношений»

Автором методики «Цветовой тест отношений» является А. М. Эткинд.

Цветовой тест отношений (ЦТО) представляет собой компактную невер­бальную диагностическую процедуру, методической основой которой являет­ся цветоассоциативный эксперимент. Базовым является предположение, что в цветовых ассоциациях могут отражаться особенности значимых отношений личности.

Методика предназначена для выявления отношения каждого из супругов к беременности и будущему ребенку, а также изучения эмоционального компо­нента отношений членов семьи к различным феноменам семейных отноше­ний (другие члены семьи, события и т. п.).

Цветовой тест отношений можно использовать в работе с детьми, подрост­ками и взрослыми.

218

Описание методики

В качестве стимульного материала используются восемь цветовых карточек размером 5x3 см, представляющих копию стандартных цветовых карточек из восьмицветового теста М. Люшера. Они предъявляются испытуемому при ес­тественном освещении на белом фоне. Набор включает карточки следующих цветов: темно-синий, сине-зеленый, оранжево-красный, желтый, фиолетовый, коричневый, черный и серый.

Тестирование проводится в индивидуальном порядке. Испытуемому пред­лагается выбрать из разложенных перед ним карточек цвет, подходящий к пред­ложенному психологом понятию, не соотнося его с представлениями об одеж­де или с чем-либо другим. Необходимо исходить только из того, насколько данному понятию подходит этот цвет.

Затем цвета ранжируются испытуемым в порядке предпочтения, начиная с «самого красивого, приятного для глаз» и заканчивая «самым некрасивым, непри­ятным». С этой целью психолог предлагает испытуемому выбрать из предложен­ных восьми цветов самый привлекательный. Выбранный цвет убирается, и про­цедура выбора осуществляется снова до тех пор, пока карточки не закончатся.

Обработка и интерпретация результатов

Интерпретация результатов основывается на сопоставлении цветов, ассо­циируемых с каждым из предлагаемых понятий (феноменов), с их местом в раскладке по предпочтению:

1-е и 2-е места в раскладе по предпочтению ассоциативного цвета сим­волизируют положительное отношение к изучаемому факту;

D 3-е и 4-е места — позитивное отношение,

5-е и 6-е места — нейтральное отношение,

7-е и 8-е места — негативное отношение (антипатия, неприязнь, отвержение).

Таким образом, если с будущим ребенком ассоциируются цвета, занимаю­щие первые места в раскладке по предпочтению, значит, к нему испытуемый относится положительно, эмоционально принимает его. Если, наоборот, с ним ассоциируются цвета, занимающие последние места в раскладке по предпо­чтению, то отношение к будущему ребенку, вероятнее всего, негативное.

4.5. ДИАГНОСТИКА ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ

Исходя из понимания семьи как системы, как поля взаимовлияний, можно утверждать, что любые изменения, происходящие в функционировании семьи, будут оказывать влияние на существование всех ее членов и, прежде всего, на

219

развитие ребенка. Дети остро реагируют на любые изменения в семье. Они осо­бенно сензитивны к оценке со стороны взрослых, их позиции по отношению к ним, к состояниям матери и отца и обычно быстро реагируют на изменения стереотипов повседневной жизни. Как правило, при переживании семьей кри­зиса развития, как нормативного, так и ненормативного, самыми уязвимыми членами семьи оказываются именно дети.

Наиболее остро дети переживают нарушение контакта с родителями в ре­зультате длительных отлучек одного из них или их обоих, отсутствия тепла и заботы со стороны родителей, развода, отказа от ребенка, а также при наличии выраженного внутрисемейного конфликта, влияющего на характер детско-родительских отношений и пр. Таким образом, позитивное общение с родите­лями — важнейший фактор нормального психологического развития ребенка.

Исследование детско-родительских отношений свидится к решению двух основных задач, в соответствии с которыми осуществляется выбор методик (Марковская И. М., 2002):

1. Исследование межличностных отношений в системе «родитель—ребенок» с точки зрения родителя.

Важнейшей сферой деятельности семейного психолога является работа с родителями, ибо взрослые, находящиеся рядом с ребенком, определяют фор­мирование уникальной для каждого ребенка социальной ситуации развития. Изучая межличностные отношения в системе «родитель-ребенок» с точки зре­ния родителей, семейный психолог-практик обращает внимание на особен­ности семейного воспитания: отношение родителей к ребенку и жизни в се­мье, родительские установки и реакции, нарушения воспитательного процесса в семье, причины отклонений в семейном воспитании, типы воспитания, уро­вень родительской компетентности.

Эти аспекты взаимоотношений родителей и детей исследуются с помощью следующих методик:

методика измерения родительских установок и реакций (PART) (E. Ше-фер, Р. Белл; в адаптации Т. Н. Нещерет);

опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ) (В. В. Юстиц-кис, Э. Г. Эйдемиллер);

тест-опросник родительского отношения (ОРО) (А. Я. Варга, В. В. Сто-лин);

опросник «Взаимодействие родитель-ребенок» (вариант для взрослых) (И. М. Марковская).

2. Исследование межличностных отношений в системе «родитель—ребенок» глазами ребенка:

П проективный графический тест «Рисунок семьи»;

проективная методика Р. Жиля;

опросник «Взаимодействие родитель—ребенок» (вариант для детей) (И. М. Марковская);

опросник «Родителей оценивают дети» — модификация опросника «Ана­лиз семейных отношений» (АСВ), выполненная И. А. Фурмановым и А. А. Аладьиным.

220

4.5.1. Опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ)

Опросник для родителей «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ) (Эй-демиллер Э. Г., Юстицкис В. В., 2000) существует в двух вариантах — детском и подростковом.

Методика предназначена для изучения опыта родителей в воспитании ре­бенка (подростка) и поиска ошибок в родительском воспитании. Она позволя­ет диагностировать дисфункции в системе взаимного влияния членов семьи, нарушения в структурно-ролевом аспекте жизнедеятельности семьи и в меха­низме ее интеграции.

Описание методики

Опросник АСВ включает 130 утверждений, касающихся воспитания детей. В него заложены 20 шкал. Первые И шкал отражают основные стили семей­ного воспитания; 12,13, 17 и 18-я шкалы позволяют получить представление о структурно-ролевом аспекте жизнедеятельности семьи, 14-я и 15-я шкалы де­монстрируют особенности функционирования системы взаимных влияний, 16, 19-я и 20-я шкалы — работу механизмов семейной интеграции. Ниже приве­дено описание шкал в том порядке, в каком они расположены в опроснике.

Характеристика шкал опросника

1. Гиперпротекция (Г+). При гиперпротекции родители уделяют подростку крайне много сил, времени, внимания: воспитание является центральным де­лом в жизни родителей. Типичные высказывания таких родителей отражают то важное место, которое подросток занимает в их жизни, и содержат полные опасений представления о том, что произойдет, если не отдать ему все свои силы и время. Эти типичные высказывания использованы при разработке со­ответствующей шкалы.

2. Пшопротекция (Г-) — ситуация, при которой ребенок оказывается на пе­риферии внимания родителей, до него «руки не доходят», родителю «не до него». Подросток часто выпадает из виду. За него берутся лишь время от вре­мени, когда случается что-то серьезное. Вопросы данной шкалы отражают ти­пичные высказывания таких родителей.

Эти две шкалы определяют уровень протекции, то есть речь идет о том, сколь­ко сил, внимания, времени уделяют родители воспитанию ребенка. Таким об­разом, здесь рассматриваются два уровня протекции: чрезмерная (гиперпро­текция) и недостаточная (гипопротекция).

3. Потворствование (У+). О потворствовании говорят в том случае, когда родители стремятся к максимальному и некритическому удовлетворению лю­бых потребностей ребенка. Они «балуют» его. Любое его желание — для них закон. Объясняя необходимость такого воспитания, родители приводят аргу­менты, являющиеся типичной рационализацией: «слабость» ребенка, его ис­ключительность, желание дать ему то, чего в свое время был лишен сам роди­тель, то, что подросток растет один, без отца и т. п.

221

4. Игнорирование потребностей подростка (У-). Данный стиль воспитания противоположен потворствованию и характеризуется недостаточным стрем­лением родителя к удовлетворению потребностей ребенка. Чаще страдают при этом духовные потребности, особенно потребности в эмоциональном контак­те, общении с родителями, в их любви. Описываемый стиль проявляется в опре­деленных высказываниях родителей, косвенно отражающих их нежелание об­щаться с детьми, в предпочтении детей, ничего не требующих от родителей.

Эти две шкалы измеряют степень удовлетворения потребностей ребенка, то есть то, в какой мере деятельность родителей нацелена на удовлетворение по­требностей подростка, как материально-бытовых (в питании, одежде, предме­тах развлечений), так и духовных (прежде всего — в общении с родителями, в их любви и внимании). Данная черта семейного воспитания принципиально отличается от уровня протекции, поскольку характеризует не меру занятости родителей воспитанием ребенка, а степень удовлетворения его потребностей. Так называемое «спартанское воспитание» — пример высокого уровня протек­ции (родитель много занимается воспитанием, уделяет ему большое внима­ние) и вместе с тем низкого удовлетворения потребностей ребенка.

5. Чрезмерность требований (обязанностей) (Т+). Именно это качество ле­жит в основе типа неправильного воспитания «повышенная моральная ответ­ственность». Требования к ребенку в этом случае очень велики, непомерны, не соответствуют его возможностям, не только не содействуют развитию его лич­ности, а, напротив, ставят его под угрозу. В одном случае на ребенка перекла­дывается более или менее значительная часть обязанностей родителей (веде­ние хозяйства, уход за малолетними детьми). Такие родители, как правило, осознают, что ребенок очень загружен, но не видят чрезмерности нагрузки. Они уверены к тому же, что этого требуют обстоятельства, в которых семья нахо­дится в данный момент. В другом — от ребенка ожидают значительных и не соответствующих его способностям успехов в учебе или других престижных занятиях (художественная самодеятельность, спорт и т. п.). Такие родители подчеркивают в беседе с психологом те условия, которые прилагают для орга­низации его успехов.

6. Недостаточность обязанностей подростка (Т-). В этом случае ребенок имеет минимальное количество обязанностей в семье. Данная особенность воспита­ния проявляется в высказываниях родителей о том, что трудно привлечь ре­бенка к какому-нибудь делу по дому.

Эти две шкалы дают представления о требованиях-обязанностях ребенка, то есть тех заданиях, которые он выполняет (учеба, уход за собой, участие в организации быта, помощь другим членам семьи).

7. Чрезмерность требований-запретов (доминирование) (3+). В этом случае ребенку «все нельзя». Ему предъявляется огромное количество требований, ограничивающих его свободу и самостоятельность. У стеничных подростков такое воспитание форсирует реакцию эмансипации, у менее стеничных про­воцирует развитие черт сенситивной и тревожно-мнительной (психастеничес­кой) акцентуаций. Типичные высказывания родителей отражают их страх пе­ред любым проявлением самостоятельности ребенка. Этот страх проявляется в резком преувеличении последствий, которые могут иметь место даже при

222

незначительном нарушении запрета, а также в стремлении подавить самосто­ятельность мысли подростка.

8. Недостаточность требований-запретов к ребенку (3-). Родители так или иначе транслируют ребенку, что ему «все можно». Даже если существуют ка­кие-то запреты, ребенок их легко нарушает, зная, что с него никто не спросит. Он сам определяет время возвращения домой вечером, круг друзей, вопрос о курении и употреблении алкоголя. Он ни за что не отчитывается перед родите­лями. Родители при этом не хотят или не могут установить какие-либо рамки в его поведении. Данное воспитание стимулирует развитие гипертимного типа характера у подростка, особенно неустойчивого типа.

Эти две шкалы указывают на то, что ребенку нельзя делать. Они определя­ют, прежде всего, степень самостоятельности ребенка, возможность самому выбирать способ поведения.

9. Чрезмерность санкций (жестокий стиль воспитания) (С+). Для этих роди­телей характерна приверженность к строгим наказаниям, чрезмерная реакция даже на незначительные нарушения. Типичные высказывания этих родителей отражают их убеждения в полезности для детей максимальной строгости.

10. Минимальность санкций (С-). Родители склонны обходиться без наказа­ний или применять их крайне редко. Они уповают на поощрения, сомневают­ся в результативности любых наказаний.

Эти две шкалы дают представление о строгости наказаний, применяемых к ребенку родителями за невыполнение семейных требований.

11. Неустойчивость стиля воспитания (Н). Оценки по этой шкале позволяют говорить о постоянной резкой смене стиля воспитания, приемов воспитания. Они свидетельствуют о «шараханьях» родителей: от очень строгого стиля к ли­беральному и, наоборот, от значительного внимания к ребенку к эмоциональ­ному отвержению. При этом родители, как правило, признают значительные колебания в воспитании подростка, однако недооценивают размах (частоту этих колебаний).

Возможно большое количество сочетаний перечисленных стилей семейно­го воспитания. Однако особенно важное значение имеют устойчивые сочета­ния, формирующие следующие типы неправильного воспитания.

Потворствующая гиперпротекция (Г+, У+, Т-, 3-, С-). Ребенок находится в центре внимания семьи, которая стремится к максимальному удовлетворению его потребностей. Этот тип воспитания содействует развитию демонстратив­ных (истероидных) и гипертимных черт характера у ребенка.

Доминирующая гиперпротекция (Г+, Ус, Тс, 3+, Сс). Ребенок также находит­ся в центре внимания родителей, которые отдают ему много сил и времени, но в то же время лишают его самостоятельности, ставя многочисленные ограни­чения и запреты. У гипертимных подростков такое воспитание усиливает реакцию эмансипации. При тревожно-мнительной (психастенической), сен­ситивной, астеноневротической акцентуациях характера доминирующая ги­перпротекция усиливает астенические черты.

Эмоциональное отвержение (Г-, У-, Тс, Зс, Сс) заключает в себе сочетание пониженной протекции и игнорирование потребностей ребенка и нередко про­является в жестком обращении с ним. В крайнем варианте — это воспитание

223

Таблица 12

Диагностика типов семейного воспитания

Тип воспитания Выраженность черт воспитательного процесса
Уровень протекции П Г +, Г -) Полнота удовлетворения потребностей У Количество требований Т Число запретов 3 Жесткость санкций С
Потворствующая гиперпротекция + + ~
Доминирующаягипер­протекция + + + + +
Жестокоеобращение 4-__ +
Эмоциональноеотвер­жение и— + +
Повышеннаямораль­наяответственность + + +
Безнадзорность -1

Примечание. Знак «+» означает чрезмерную выраженность соответствующей черты воспитания, «-» недостаточную выраженность, «+ -* означает, что при данном типе воспитания возможна как чрезмерность данной черты, так и ее недостаточность или невыраженность.

по типу «Золушки». При таком воспитании усиливаются черты эпилептоид-ной акцентуации характера, а у подростков с эмоционально-лабильной, сен­ситивной и астеноневротической акцентуациями характера могут формиро­ваться процессы декомпенсации и невротические расстройства.

Повышенная моральная ответственность (П-, У-, Т+) образуется сочетани­ем высоких требований к ребенку и одновременно с этим понижением внима­ния к нему со стороны родителей, меньшей заботой о нем. Этот тип воспита­ния стимулирует развитие черт тревожно-мнительной (психастенической) акцентуации характера.

Гипопротекция (гипоопека, безнадзорность (П-, У-, Т-, 3-). Ребенок представ­лен сам себе, родители не интересуются им и не контролирует его. Такое вос­питание особенно неблагоприятно при акцентуациях гипертимного, неустой­чивого и конформного типов.

12. Расширение сферы родительских чувств (РРЧ). Обычно этот феномен наблюдается при таких нарушениях воспитания, как потворствующая или до­минирующая гиперпротекция. Данный источник нарушения воспитания воз­никает чаще всего тогда, когда в силу каких-либо причин супружеские отно­шения между родителями оказываются нарушенными: нет одного из супругов (смерть, развод) либо отношения с партнером по браку не удовлетворяют ро­дителя, играющего основную роль в воспитании (эмоциональная холодность, несоответствие характеров). Нередко при этом мать (реже отец), сами того не осознавая, хотят, чтобы ребенок, а позже подросток стал для них чем-то боль­шим, нежели просто ребенком. Родители хотят, чтобы он удовлетворял хотя бы часть потребностей, которые в обычной семье должны быть удовлетворены в процессе супружеских отношений (взаимная исключительная привязанность, частично эротические потребности). Отношения с ребенком, а позднее с под-

224

ростком, становятся исключительными, важными для родителя. Мать неред­ко отказывается от повторного замужества, стремясь отдать сыну «все чувства», «всю любовь». В детстве стимулируется эротическое отношение к родителям (ревность, детская влюбленность). Когда ребенок достигает подросткового возраста, у родителя возникает страх перед нарастающей самостоятельностью подростка, в результате чего появляется стремление удержать его с помощью потворствующей или доминирующей гиперпротекции. Стремление одного из родителей к расширению сферы родительских чувств за счет включения эро­тических потребностей в отношения с ребенком, как правило, им не осознает­ся. Эта психологическая установка проявляется косвенно, например, в выска­зываниях о том, что ей (матери) никто не нужен, кроме сына, и в характерном противопоставлении идеализированных отношений с сыном не удовлетворя­ющим отношениям с мужем. Иногда такие матери осознают свою ревность к подругам сына, хотя чаще они проявляют ее в виде многочисленных придирок к ним.

13. Предпочтение в подростке детских качеств (ПДК). Этот вид нарушения воспитания обусловлен потворствующей гиперпротекцией. У родителей появ­ляется стремление игнорировать взросление детей, стимулировать у них детс­кие качества (детскую импульсивность, непосредственность, игривость). Для таких родителей ребенок все еще «маленький». Нередко они открыто призна­ют, что маленькие дети им вообще нравятся больше, что со старшими уже не так интересно. Страх или нежелание взросления ребенка могут быть связаны с особенностями биографии самого родителя (например, он имел младшего брата или сестру, и на них в свое время переключилась любовь его родителей, в связи с чем свой старший возраст воспринимался им как несчастье). Рассматривая ребенка как «еще маленького», родители снижают уровень требований к нему, создавая потворствующую гиперпротекцию и стимулируя развитие психичес­кого инфантилизма.

14. Воспитательная неуверенность родителей (ВН). Наблюдается чаще всего при таких нарушениях воспитания, как потворствующая гиперпротекция или пониженный уровень требований. Воспитательную неуверенность родителя можно было бы назвать «слабым местом» личности родителя. В этом случае происходит перераспределение власти в семье между ребенком и родителем. Родитель «идет на поводу» у подростка, уступает даже в вопросах, в которых, по его собственному мнению, уступать нельзя. Это происходит потому, что ре­бенок сумел найти к этому родителю подход, нащупал его «слабое место» и добивается для себя ситуации «минимум требований — максимум прав». Ти­пичная ситуация в такой семье — бойкий, уверенный в себе ребенок, смело ставящий требования, и нерешительный, винящий себя во всех неудачах с ре­бенком родитель. В одних случаях «слабое место» обусловлено психастениче­скими чертами характера родителя. В других — существенную роль в форми­ровании стиля семейного воспитания могли сыграть отношения родителя с его собственными родителями. В определенных условиях дети, воспитанные тре­бовательными, эгоцентричными родителями, став взрослыми, видят в своих детях тех же требовательных, эгоцентричных существ, испытывают по отно­шению к ним то же чувство «неоплатного долга», какое испытывали ранее по

225

отношению к собственным родителям. Характерный признак таких родите­лей — доминирование в их высказываниях реплик с признанием массы оши­бок, совершенных в воспитании. Неуверенно чувствующие себя в роли воспи­тателя родители боятся упрямства, сопротивления своих детей и находят довольно много поводов уступить им.

15. Фобия утраты ребенка (ФУ). Чаще всего ложится в основу господствую­щей или доминирующей гиперпротекции. «Слабое место» — повышенная не­уверенность родителей, боязнь ошибиться, преувеличенное представление о хрупкости «ребенка», его болезненности. Как правило, подобное отношение обусловлено историей рождения ребенка (его долго ждали, обращения к вра­чам-гинекологам ничего не давали, родился хрупким и болезненными, с боль­шим трудом удалось выходить и т. п.). Другой источник — перенесенные тяже­лые заболевания ребенка, особенно если они были длительными. Отношение родителя к ребенку в этом случае формируется под воздействием накопленно­го страха утраты ребенка. Этот страх заставляет одних родителей тревожно при­слушиваться к каждому пожеланию подростка и спешить с его выполнением (потворствующая гиперпротекция), других — мелочно опекать его (домини­рующая гиперпротекция). Типичные высказывания таких родителей отража­ют их ипохондрическую боязнь за ребенка: они видят у него множество болез­ненных проявлений. У родителей свежи воспоминания о прошлых, даже отдаленных по времени переживаниях по поводу здоровья ребенка.

16. Неразвитость родительских чувств (НРЧ) препятствует интеграции се­мьи и лежит в основе таких типов нарушения воспитания, как гиперпротек­ция, эмоциональное отвержение, «повышенная моральная ответственность», жестокое обращение. Воспитание является адекватным лишь тогда, когда ро­дителями движут достаточно сильные мотивы: чувство долга, симпатия, лю­бовь к ребенку, потребность «реализовать себя» в детях, «продолжить себя». Слабость, неразвитость родительских чувств нередко встречается у родителей подростков с отклонениями характера. В то же время это явление очень редко ими осознается, а еще реже признается как таковое. Внешне оно проявляется в нежелании иметь дело с подростком, в плохой переносимости его общества, в поверхностности интереса к его делам. Неразвитость родительских чувств может быть обусловлена отвержением самого родителя в детстве его родителя­ми, тем, что он сам в свое время не испытал родительского тепла. Другой при­чиной могут быть особенности характера родителя, например, выраженная шизоидность.

Замечено, что родительские чувства значительно слабее развиты у очень молодых родителей, имея тенденцию усиливаться с возрастом. При достаточ­но благоприятных условиях жизни семьи НРЧ определяет стиль воспитания по типу гипопротекции или эмоционального отвержения. При трудных, напря­женных условиях жизни на подростка часто перекладывается значительная часть родительских обязанностей («повышенная моральная ответственность») либо в адрес ребенка возникает раздражительно-враждебное отношение. Ти­пичные высказывания таких родителей содержат жалобы на утомительность родительских обязанностей, сожаление, что эти обязанности отрывают от чего-то более важного и интересного. Для женщин с неразвитым родительским чув-

226

ством довольно часто характерны эмансипационные устремления и желание любым путем устроить свою жизнь.

17. Проекция на ребенка собственных нежелательных качеств (ПНК). В боль­шинстве случаев составляет основу эмоционального отвержения, жестокого обращения. Причиной такого воспитания подростка является то, что в ребен­ке родитель видит те черты, наличие которых он ощущает, но не признает в самом себе. Это могут быть агрессивность, склонность к лени, тяга к алкого­лю, различные протестные реакции, несдержанность и др. Ведя борьбу с таки­ми же истинными или мнимыми качествами у ребенка, родитель (чаще отец) извлекает из этого эмоциональную выгоду для себя: борьба с нежеланным ка­чеством кого-то другого помогает ему верить, что у него самого этого качества нет. Эти родители много и охотно говорят о своей непримиримой и постоян­ной борьбе с отрицательными качествами и слабостями ребенка, о мерах на­казания, к которым они в связи с этим прибегают. В высказываниях родителей сквозит уверенность в том, что подросток неисправим, нередко они полны инквизиторских интонаций с характерным стремлением в любом поступке видеть проявление дурных качеств подростка, с которыми родитель борется.

18. Вынесение конфликта между супругами в сферу воспитания (ВК). Как правило, является первопричиной типа воспитания, соединяющего в себе по­творствующую гиперпротекцию одного родителя с отвержением либо доми­нирующей гиперпротекцией другого. Конфликтность во взаимоотношениях супругов — нередкое явление даже в относительно стабильных семьях. Но лишь в ряде семей воспитание превращается в «поле битвы» конфликтующих роди­телей. Здесь они получают возможность более открыто выражать недовольство друг другом, руководствуясь «заботой о благе ребенка». При этом мнения ро­дителей чаще всего бывают диаметрально противоположными: один настаи­вает на весьма строгом воспитании с повышенными требованиями, запретами и санкциями, другой же родитель склонен «жалеть» ребенка, идти у него на поводу. Характерное проявление такой «битвы» — выражение недовольства вос­питательными методами другого супруга. При этом легко обнаруживается, что каждого интересует не столько то, как воспитывать подростка, сколько то, кто прав в воспитательных спорах. Шкала ВК отражает типичные высказывания «строгой стороны». Это связано с тем, что именно «строгая сторона», как пра­вило, является инициатором обращения к врачу либо психологу.

19. Предпочтение мужских качеств (ПМК).

20. Предпочтение женских качеств (ПЖК).

Эти две шкалы позволяют обнаружить сдвиг в установках родителя по от­ношению к подростку в зависимости от его пола. Предпочтение мужских или женских качеств в ребенке обусловливает формирование таких типов воспита­ния, как потворствующая гиперпротекция или эмоциональное отвержение. Нередко отношение родителя к ребенку зависит не от действительных особен­ностей ребенка, а лишь тех черт, которые родитель приписывает его полу, то есть «вообще мужчинам» или «вообще женщинам». Так, при наличии пред­почтения женских качеств наблюдается неосознанное неприятие в подростке атрибутов мужского пола. В этих случаях типичны стереотипные отрицатель­ные высказывания о мужчинах вообще: «Большинство мужчин грубы, неопрят-

227

ны. Они легко поддаются животным побуждениям, они агрессивны и чрезмерно •сексуальны, склонны к алкоголизму. Любой же человек — и мужчина, и жен­щина — должен стремиться к противоположным качествам: быть нежным, де­ликатным, опрятным, сдержанным в чувствах». Именно такие качества роди­тель с ПЖК и видит в женщинах. Примером проявления ПЖК может служить отец, видящий массу недостатков у сына и считающий, что таковы все его свер­стники. В то же время этот отец «без ума» от дочери, видит в ней одни достоин­ства. Под влиянием ПЖК в данном случае в отношении подростка мужского пола формируется тип воспитания «эмоциональное отвержение». Возможен и противоположный перекос — с выраженной антифиминистской установкой, пренебрежением к матери ребенка, его сестрам. В этом случае по отношению к самому ребенку формируется стиль воспитания «потворствующая гиперпро­текция».

Диагностическая процедура

Перед заполнением опросника необходимо создать доверительную атмо­сферу между психологом и родителем. Родитель должен быть заинтересован в правдивости собственных ответов.

Испытуемый получает текст опросника и бланк регистрации ответов. Пси­холог зачитывает инструкцию, убеждается, что родители ее правильно поня­ли. После того как испытуемые приступили к заполнению анкеты, инструкти­рование и пояснения не допускаются.

Инструкция: «Уважаемый родитель! Предлагаемый Вам опросник содержит утверждения о воспитании детей. Утверждения пронумерованы. Такие же но­мера есть в „Бланке для ответов.

Читайте по очереди утверждения опросника. Если Вы в общем согласны с ними, то в „Бланке для ответов обведите кружком номер ответа. Если Вы в общем не согласны — зачеркните тот же номер. Если очень трудно выбрать, то поставьте на номере вопросительный знак. Старайтесь, чтобы таких ответов было не больше пяти.

В опроснике нет „неправильных или „правильных утверждений. Отве­чайте так, как Вы сами думаете. Этим Вы поможете психологу в работе с Вами.

На утверждения, номера которых выделены в опроснике, отцы могут не от­вечать».

Текст опросника

(для родителей детей в возрасте 3-10 лет)

1. Все, что я делаю, я делаю ради моего сына (дочери).

2. У меня часто не хватает времени позаниматься с сыном (дочерью) — по­общаться, поиграть.

3. Мне приходится разрешать моему ребенку такие вещи, которые не раз­решают многие другие родители.

4. Не люблю, когда сын (дочь) приходит ко мне с вопросами. Лучше, что­бы догадался (догадалась) сам(а).

5. Наш ребенок имеет больше обязанностей — уход за собой, поддержа­ние порядка — чем большинство детей его возраста.

228

6. Моего ребенка очень трудно заставить сделать что-нибудь, что он не любит.

7. Всегда лучше, если дети не думают о том, правильно ли поступают их родители.

8. Мой сын (дочь) легко нарушают запреты.

9. Если хочешь, чтобы твой(я) сын (дочь) стал(а) человеком, не оставляй безнаказанным ни одного его (ее) плохого поступка.

10. Если только возможно, я стараюсь не наказывать сына (дочь).

11. Когда я в хорошем настроении, я нередко прощаю своему сыну (доче­ри) то, за что в другое время наказал(а) бы.

12. Я люблю своего сына (дочь) больше, чем люблю (любила) супруга.

13. Младшие дети мне нравятся больше, чем старшие.

14. Если мой сын (дочь) подолгу упрямится или злится, у меня бывает чув­ство, что я поступил(а) по отношению к нему (ней) неправильно.

15. У нас долго не было ребенка, хотя мы его очень ждали.

16. Общение с детьми, в общем-то, утомительное дело.

17. У моего сына (дочери) есть некоторые качества, которые выводят меня из себя.

18. Воспитание моего сына (дочери) шло бы гораздо лучше, если бы мой муж (моя жена) не мешал(а) бы мне.

19. Большинство мужчин легкомысленнее, чем женщины.

20. Большинство женщин легкомысленнее, чем мужчины.

21. Мой сын (дочь) для меня — самое главное в жизни.

22. Часто бывает, что я не знаю, что делает в данный момент мой ребенок.

23. Если игрушка ребенку нравится, я куплю ее, сколько бы она ни стоила.

24. Мой сын (дочь) непонятлив(а). Легче самому два раза сделать, чем 1 раз объяснить ему (ей).

25. Моему сыну (дочери) нередко приходится (или приходилось раньше) просматривать за младшим братом (сестрой).

26. Нередко бывает так: я несколько раз напоминаю сыну (дочери) о необ­ходимости сделать что-нибудь, а потом плюну и сделаю сам(а).

27. Родители ни в коем случае не должны допускать, чтобы дети подмечали их слабости и недостатки.

28. Мой сын (дочь) сам(а) решает, с кем ему (ей) играть.

29. Дети должны не только любить своих родителей, но и бояться их.

30. Я очень редко ругаю сына (дочь).

31. В нашей строгости к сыну (дочери) бывают большие колебания. Иногда мы очень строги, а иногда все разрешаем.

32. Мы с ребенком понимаем друг друга лучше, чем мы с супругом.

33. Меня огорчает то, что мой сын (дочь) быстро становится взрослым(ой).

34. Если ребенок упрямится, потому что плохо себя чувствует, то лучше все сделать так, как он хочет.

35. Мой ребенок растет слабым и болезненным.

36. Если бы у меня не было детей, я бы добился (добилась) в жизни гораздо большего.

37. У моего сына (дочери) есть слабости, которые не исправляются, хотя упорно с ними борюсь.

229

38. Нередко бывает, что, когда я наказываю моего сына (дочь), мой муж (жена) тут же начинает упрекать меня в излишней строгости и утешать его (ее).

39. Мужчины более склонны к супружеской измене, чем женщины.

40. Женщины более склонны к супружеской измене, чем мужчины.

41. Заботы о сыне (дочери) занимают большую часть моего времени.

42. Мне много раз пришлось пропускать родительские собрания.

43. Я стремлюсь к тому, чтобы мой ребенок был обеспечен лучше, чем дру­гие дети.

44. Если побыть в обществе моего сына (дочери), можно сильно устать.

45. Мне часто приходилось давать сыну (дочери) трудные для его (ее) воз­раста поручения.

46. Мой ребенок никогда не убирает за собой игрушки.

47. Главное, чему родители должны научить своих детей, — это слушаться.

48. Мой ребенок сам решает, сколько, чего и когда ему есть.

49. Чем строже родители к ребенку, тем лучше для него.

50. По характеру я — мягкий человек.

51. Если моему сыну (дочери) что-то от меня нужно, он (она) старается вы­брать момент, когда я в хорошем настроении.

52. Когда я думаю о том, что когда-нибудь мой сын (дочь) вырастет и я буду ему (ей) не нужна, у меня портится настроение.

53. Чем старше дети, тем труднее иметь с ними дело.

54. Чаще всего упрямство ребенка бывает вызвано тем, что родители не уме­ют к нему подойти.

55. Я постоянно переживаю за здоровье сына (дочери).

56. Если бы у меня не было детей, мое здоровье было бы гораздо лучше.

57. Некоторые очень важные недостатки моего сына (дочери) упорно не исчезают, несмотря на все меры.

58. Мой сын (дочь) недолюбливает моего мужа (жену).

59. Мужчина хуже понимает чувства другого человека, чем женщина.

60. Женщина хуже понимает чувства другого человека, чем мужчина.

61. Ради моего сына (дочери) мне от многого в жизни пришлось и прихо­дится отказываться.

62. Родители, которые слишком много суетятся вокруг своих детей, вызы­вают у меня раздражение.

63. Я трачу на моего сына (дочь) значительно больше денег, чем на себя.

64. Не люблю, когда сын (дочь) что-то просит. Я сам(а) лучше знаю, чего ему (ей) надо.

65. У моего сына (дочери) детство более трудное, чем у большинства его (ее) товарищей.

66. Дома мой сын (дочь) делает только то, что ему (ей) хочется, а не то, что надо.

67. Дети должны уважать родителей больше, чем всех других людей.

68. Если мой ребенок не спит, когда ему положено, я не настаиваю.

69. Я строже отношусь к своему сыну (дочери), чем другие родители к сво­им детям.

230

70. От наказаний мало проку.

71. Члены нашей семьи неодинаково строги с сыном (дочерью). Одни балу­ют, другие, наоборот, — очень строги.

72. Мне бы хотелось, чтобы мой сын (дочь) не любил(а) никого, кроме меня.

73. Мне нравятся маленькие дети, поэтому я не хотел(а) бы, чтобы мой сын (моя дочь) слишком быстро взрослел(а).

74. Часто я не знаю, как правильно поступить с моим сыном (дочерью).

75. В связи с плохим здоровьем сына (дочери) нам приходится ему (ей) мно­гое позволять.

76. Воспитание детей — тяжелый и неблагодарный труд. Им отдаешь все, а взамен и не получаешь ничего.

77. С моим сыном (дочерью) мало помогает доброе слово. Единственное, что на него (нее) действует, — это постоянные строгие наказания.

78. Мой муж (жена) старается настроить сына (дочь) против меня.

79. Мужчины чаще, чем женщины, действуют безрассудно, не обдумав по­следствий.

80. Женщины чаще, чем мужчины, действуют безрассудно, не обдумав по­следствий.

81. Я все время думаю о моем сыне (дочери), о его (ее) делах, здоровье и т. д.

82. Так повелось, что о ребенке я вспоминаю, если он что-нибудь натворил или с ним что-нибудь случилось.

83. Мой сын (дочь) умеет добиться от меня того, чего хочет.

84. Мне больше нравятся тихие и спокойные дети.

85. Стараюсь как можно раньше приучить ребенка помогать по дому.

86. У моего сына (дочери) мало обязанностей по дому.

87. Даже если дети уверены, что родители не правы, они должны делать так, как говорят родители.

88. В нашей семье так принято, что ребенок делает что хочет.

89. Бывают случаи, когда лучшее наказание — ремень.

90. Многие недостатки в поведении моего ребенка пройдут сами собой с возрастом.

91. Когда наш сын (дочь) что-то натворит, мы беремся за него (нее). Если все тихо, опять оставляем его (ее) в покое.

92. Если бы мой сын не был моим сыном, а я бы была помоложе, то навер­няка влюбилась бы в него.

93. Мне интереснее говорить с маленькими детьми, чем с большими.

94. В недостатках моего сына (дочери) виноват(а) я сам(а), потому что не умел(а) его (ее) воспитывать.

95. Только благодаря нашим огромным усилиям сын (дочь) остался(лась) жить.

96. Нередко завидую тем, кто живет без детей.

97. Если предоставить моему сыну (дочери) свободу, он (она) немедленно использует ее во вред себе или окружающим.

98. Нередко бывает, что если я говорю своему сыну (дочери) одно, то мой муж (жена) специально говорит наоборот.

99. Мужчины чаще, чем женщины, думают только о себе. 100. Женщины чаще, чем мужчины, думают только о себе.

231

101. Я трачу на сына (дочь) больше сил и времени, чем на себя.

102. Я довольно мало знаю о делах сына (дочери).

103. Желание моего сына (дочери) для меня — закон.

104. Мой сын очень любит спать со мной.

105. У моего сына (дочери) плохой желудок.

106. Родители нужны ребенку, лишь пока он не вырос. Потом он все реже вспоминает о них.

107. Ради моего сына (дочери) я пошел бы (пошла бы) на любую жертву.

108. Моему сыну (дочери) нужно уделять значительно больше времени, чем я могу.

109. Мой сын (дочь) умеет быть таким милым, что я ему все прощаю.

110. Мне бы хотелось, чтобы сын женился попозже, после 30 лет.

111. Руки и ноги моего сына (дочери) часто бывают очень холодными.

112. Большинство детей — маленькие эгоисты. Они совсем не думают о здо­ровье и чувствах своих родителей.

113. Если не отдавать моему сыну (дочери) все время и силы, то все может плохо кончиться.

114. Когда все благополучно, я меньше интересуюсь делами сына (дочери).

115. Мне очень трудно сказать своему ребенку: «Нет».

116. Меня огорчает, что мой сын (дочь) все меньше нуждается во мне.

117. Здоровье моего сына (дочери) хуже, чем здоровье большинства других детей.

118. Многие дети испытывают слишком мало благодарности по отношению к родителям.

119. Мой сын (дочь) не может обходиться без моей постоянной помощи.

120. Большую часть своего свободного времени сын (дочь) проводит вне дома — в яслях, в детском саду, у родственников.

121. У моего сына (дочери) вполне хватает времени на игры и развлечения.

122. Кроме моего сына, мне больше никто на свете не нужен.

123. У моего сына (дочери) прерывистый и беспокойный сон.

124. Нередко я думаю, что слишком рано женился (вышла замуж).

125. Всему, что мой сын (дочь) умеют к настоящему времени, он(а) научил-ся(лась) только благодаря моей постоянной помощи.

126. Делами сына (дочери) в основном занимается мой муж (жена).

127. Я не могу вспомнить, когда в последний раз отказал(а) своему ребенку в покупке какой-нибудь вещи (мороженое, конфеты, пепси-кола и т. д.).

128. Мой сын говорил мне: «Вырасту, женюсь на тебе, мама».

129. Мой сын (дочь) часто болеет.

130. Семья не помогает мне, а осложняет мою жизнь.

Текст опросника

(для родителей подростков в возрасте от 11 до 21 года)

1. Все, что я делаю, я делаю ради моего сына (дочери).

2. У меня часто не хватает времени позаниматься с сыном (дочерью) чем-нибудь интересным, куда-нибудь пойти вместе, поговорить подольше о чем-нибудь интересном.

232

3. Мне приходится разрешать моему ребенку такие вещи, которых не раз­решают многие другие родители.

4. Не люблю, когда сын (дочь) приходит ко мне с вопросами. Лучше, что­бы догадался (догадалась) сам (сама).

5. Наш сын (дочь) имеет дома больше обязанностей, чем большинство его (ее) товарищей (подруг).

6. Моего сына (дочь) очень трудно заставить что-нибудь делать по дому.

7. Всегда лучше, если дети не думают над тем, правильны ли взгляды ро­дителей.

8. Мой сын (дочь) возвращается вечером тогда, когда хочет.

9. Если хочешь, чтобьГтвой сын (дочь) стал(а) человеком, не оставляй без­наказанным ни одного его (ее) плохого поступка.

10. Если только возможно, стараюсь не наказывать сына (дочь).

11. Когда я в хорошем настроении, нередко прощаю своему сыну (дочери) то, за что в другое время наказала бы.

12. Я люблю своего сына (дочь) больше, чем люблю (любила) супруга.

13. Маленькие дети мне нравятся больше, чем большие.

14. Если мой сын (дочь) подолгу упрямится или злится, у меня бывает чув­ство, что я поступил(а) неправильно по отношению к нему (к ней).

15. У нас долго не было ребенка, хотя мы его очень ждали.

16. Общение с детьми, в общем-то, очень утомительное дело.

17. У моего сына (дочери) есть некоторые качества, которые выводят меня из себя.

18. Воспитание моего сына (дочери) шло бы гораздо лучше, если бы мой муж (моя жена) не мешал(а) бы мне.

19. Большинство мужчин легкомысленнее, чем женщины.

20. Большинство женщин легкомысленнее, чем мужчины.

21. Мой сын (дочь) для меня самое главное в жизни.

22. Часто бывает, что я не знаю, где пропадает мой сын (дочь).

23. Стараюсь купить своему сыну (дочери) такую одежду, какую он (она) сам(а) хочет, даже если она дорогая.

24. Мой сын (дочь) непонятлив(а). Легче самому два раза сделать, чем раз объяснить ему (ей).

25. Моему сыну (дочери) нередко приходится (или приходилось раньше) присматривать за младшим братом (сестрой).

26. Нередко бывает так: напоминаю, напоминаю сыну (дочери) о необхо­димости сделать что-либо, а потом плюну и сделаю сама (сам).

27. Родители ни в коем случае не должны допускать, чтобы дети подмечали их слабости и недостатки.

28. Мой сын (дочь) сам(а) решает, с кем ему (ей) дружить.

29. Дети должны не только любить своих родителей, но и бояться их.

30. Я очень редко ругаю сына (дочь).

31. В нашей строгости к сыну (дочери) бывают большие колебания. Иногда мы очень строги, а иногда все разрешаем.

32. Мы с сыном понимаем друг друга лучше, чем сын с мужем.

33. Меня огорчает то, что мой сын (дочь) быстро становится взрослым(ой).

233

34. Если ребенок упрямится, потому что плохо себя чувствует, то лучше всего сделать так, как он хочет.

35. Мой ребенок рос слабым и болезненным.

36. Если бы у меня не было детей, я бы добился (добилась) в жизни гораздо большего.

37. У моего сына (дочери) есть слабости, которые не проходят, хотя я упор­но с ними борюсь.

38. Нередко бывает, что, когда я наказываю моего сына (дочь), мой муж (жена) тут же начинает упрекать меня в излишней строгости и утешать его (ее).

39. Мужчины более склонны к супружеской измене, чем женщины.

40. Женщины более склонны к супружеской измене, чем мужчины.

41. Заботы о сыне (дочери) занимают наибольшую часть моего времени.

42. Мне много раз приходилось пропускать родительские собрания.

43. Стараюсь купить ему (ей) все то, что он(а) хочет, даже если это стоит дорого.

44. Если долго быть в обществе моего сына (дочери), можно сильно устать.

45. Мне много раз приходилось поручать моему сыну (дочери) важные и трудные дела.

46. За моего сына (дочь) нельзя поручиться в серьезном деле.

47. Главное, чему родители должны научить своих детей, — это слушаться.

48. Мой сын (дочь) сам(а) решает, курить ему (ей) или нет.

49. Чем строже родители к ребенку, тем лучше для него.

50. По характеру я — мягкий человек.

51. Если моему сыну (дочери) чего-то от меня нужно, он(а) старается выб­рать момент, когда я в хорошем настроении.

52. Когда я думаю о том, что когда-нибудь мой сын (дочь) вырастет и я буду ему (ей) не нужна, у меня портится настроение.

53. Чем старше дети, тем труднее иметь с ними дело.

54. Чаще всего упрямство ребенка бывает вызвано тем, что родители не уме­ют правильно к нему подойти.

55. Я постоянно переживаю за здоровье сына (дочери).

56. Если бы у меня не было детей, мое здоровье было бы гораздо лучше.

57. Некоторые очень важные недостатки моего сына (дочери) упорно вы­ползают, несмотря на все меры.

58. Мой сын (дочь) недолюбливает моего мужа (жену).

59. Мужчина хуже понимает чувства другого человека, чем женщина.

60. Женщина хуже понимает чувства другого человека, чем мужчина.

61. Ради моего сына (дочери) мне от многого в жизни пришлось отказаться.

62. Бывало, что я не узнавал(а) о замечании или двойке в дневнике потому, что не посмотрел(а) в дневник.

63. Я трачу на своего сына (дочь) значительно больше денег, чем на себя.

64. Не люблю, когда сын (дочь) что-то просит. Я сама лучше знаю, что ему (ей) нужно.

65. У моего сына (дочери) более трудное детство, чем у большинства его товарищей.

234

66. Дома мой сын (дочь) делает только то, ему (ей) хочется, а нето, что надо.

67. Дети должны уважать родителей больше, чем всех других людей.

68. Мой сын (дочь) сам(а) решает, на что ему (ей) тратить свои деньги.

69. Я строже отношусь к своему сыну (дочери), чем другие родители к своим.

70. От наказаний мало проку.

71. Члены нашей семьи неодинаково строги с сыном (дочерью). Одни балу­ют другие, наоборот, очень строги.

72. Мне бы хотелось, чтобы мой сын (дочь) не любил(а) никого, кроме меня.

73. Когда мой сын (дочь) был(а) маленький(ой), он(а) мне нравился(лась) больше, чем теперь.

74. Часто я не знаю, как правильно поступить с моим сыном (дочерью).

75. В связи с плохим здоровьем сына (дочери) нам приходилось в детстве многое позволять ему (ей).

76. Воспитание детей — тяжелый и неблагодарный труд. Им отдаешь все, взамен не получаешь ничего.

77. Моему сыну (дочери) мало помогает доброе слово. Единственное, что на него действует, — это постоянные строгие наказания.

78. Мой муж (жена) старается настроить сына (дочь) против меня.

79. Мужчины чаще, чем женщины, действуют безрассудно, не обдумав по­следствий.

80. Женщины чаще, чем мужчины, действуют безрассудно, не обдумав по­следствий.

81. Я все время думаю о моем сыне (дочери), о его (ее) делах, здоровье и т. д.

82. Нередко приходится (приходилось) подписывать дневник за несколько недель сразу.

83. Мой сын (дочь) умеет добиться от меня того, чего хочет.

84. Мне больше нравятся тихие и спокойные дети.

85. Мой сын (дочь) много помогает мне (дома или на работе).

86. У моего сына (дочери) мало обязанностей по дому.

87. Даже если дети уверены, что родители не правы, они должны делать так, как говорят родители.

88. Выходя из дому, мой сын (дочь) редко говорит, куда идет.

89. Бывают случаи, когда лучшее наказание — это ремень.

90. Многие недостатки в поведении сына (дочери) прошли сами собой с возрастом.

91. Когда наш сын (дочь) что-то натворит, мы беремся за него (нее). Если все тихо, опять оставляем его (ее) в покое.

92. Если бы мой сын не был моим сыном, а я была бы моложе, я наверняка в него влюбилась бы.

93. Мне интереснее говорить с маленькими детьми, чем с большими.

94. В недостатках моего сына (дочери) виноват(а) я сам(а), потому что не умел(а) его (ее) воспитывать.

95. Только благодаря нашим огромным усилиям сын (дочь) остался(лась) жив(а).

96. Нередко завидую тем, кто живет без детей.

235

97. Если предоставить моему сыну (дочери) свободу, он(а) немедленно ис­пользует это во вред себе или окружающим.

98. Нередко бывает, что если я говорю своему сыну (дочери) одно, то муж (жена) специально говорит наоборот.

99. Мужчины чаще, чем женщины, думают только о себе.

100. Женщины чаще, чем мужчины, думают только о себе.

101. Я трачу на сына (дочь) больше сил и времени, чем на себя.

102. Я довольно мало знаю о делах моего сына (дочери).

103. Желание моего сына (дочери) — для меня закон.

104. Когда мой сын был маленький, он очень любил спать со мной.

105. У моего сына (дочери) плохой желудок.

106. Родители нужны ребенку, лишь пока он не вырос. Потом он все реже вспоминает о них.

107. Ради моего сына (дочери) я пошел бы (пошла бы) на любую жертву.

108. Моему сыну (дочери) надо уделять значительно больше времени, чем я могу.

109. Мой сын (дочь) умеет быть таким(ой) милым(ой), что я ему (ей) все про­щаю.

110. Мне бы хотелось, чтобы сын женился попозже — после 30 лет.

111. Руки и ноги моего сына (дочери) часто бывают очень холодными.

112. Большинство детей — маленькие эгоисты. Они совсем не думают о здо­ровье и чувствах своих родителей.

113. Если не отдавать моему сыну (дочери) все время и силы, то все может плохо кончиться.

114. Когда все благополучно, я меньше интересуюсь делами сына (дочери).

115. Мне очень трудно сказать своему ребенку: «Нет».

116. Меня огорчает, что мой сын (дочь) все менее нуждается во мне.

117. Здоровье моего сына (дочери) хуже, чем здоровье большинства подрост­ков.

118. Многие дети испытывают слишком мало благодарности по отношению к родителям.

119. Мой сын (дочь) не может обходиться без постоянной помощи.

120. Большую часть своего свободного времени сын (дочь) проводит вне дома.

121. У моего сына (дочери) очень мало времени на развлечения.

122. Кроме моего сына (дочери), мне больше никто на свете не нужен.

123. У моего сына (дочери) прерывистый и беспокойный сон.

124. Нередко думаю, что я слишком рано женился (вышла замуж).

125. Все, чего добился мой сын (дочь) к настоящему моменту (в учебе, рабо­те или другом), он(а) добился(лась) только благодаря моей постоянной помощи.

126. Делами сына (дочери) в основном занимается муж (жена).

127. Кончив уроки (или придя с работы), мой сын (дочь) занимается тем, что ему (ей) нравится.

128. Когда я вижу или представляю сына с девушкой, у меня портится на­строение.

129. Мой сын (дочь) часто болеет.

130. Семья не помогает, а осложняет мою жизнь.

236

Бланк для ответов

Ф. И. О. ____________________________________

Ф. И. сына (дочери)______________________

Кто заполнял (отец, мать, другой воспитатель)

Этачастьбланкаиспытуе­мымнепоказывается!
1 21 41 61 81 ___„ Е± 7
2 22 42 62 82 ______________ 8
3 23 43 63 83 У± 8
4 24 44 64 84 ______________ у- 4
5 25 45 65 85 1 ____ т+ 4
6 26 46 66 86 ______________ т- 4
7 27 47 67 87 3+ 4
8 28 48 68 88 3- 3
9 29 49 69 89 ______________ с+ 4
10 30 50 70 90 ______________ с- 4
11 31 51 71 91 н 5
12 32 52 72 92 ______________ РРЧ 6
13 33 53 73 93 ДК 4
14 34 54 74 94 ______________ вн 5
15 35 55 . 75 95 ______________ ФУ 6
16 36 56 76 96 НРЧ 7
17 37 57 77 97 ______________ пнк 4
18 38 58 78 98 вк 4
19 39 59 79 99 ______________ пжк 4
20 40 60 80 100 пмк 4
101 107 113 119 125 г+
102 108 114 120 126 г-
103 109 115 121 127 У+
104 110 116 122 128 РРЧ
105 111 117 123 129 ФУ
106 112 118 124 130 НРЧ

Обработка результатов

На бланке регистрации ответов номера ответов, относящихся к одной шка­ле, расположены в одной строке (исключение составляют 6 шкал, подчеркну­тых в регистрационном бланке). Это дает возможность быстрого подсчета бал­лов по каждой шкале путем суммирования положительных ответов. За каждый положительный ответ дается 1 балл. Справа в бланке регистрации ответов ука­зано сокращенное название шкалы и диагностическое значение. Если число баллов определенной шкале достигает или превышает диагностическое значе­ние, то у обследуемого родителя присутствует данный тип отклонения в вос­питании.

237

Если название шкал подчеркнуты, то к результату необходимо прибавить число баллов по дополнительной шкале, которая находится в нижней части бланка и обозначена теми же буквами.

При наличии отклонений по нескольким шкалам необходимо обратиться к соответствующей таблице (см. табл. 12) для установления типа неправильного семейного воспитания.

4.5.2. Опросник «Родителей оценивают дети» (РОД)

Данная методика представляет собой модификацию опросника «Анализ семейного воспитания» (АСВ), которая была выполнена И. А. Фурмановым и А. А. Аладьиным (Фурманов И. А., Аладьин А. А., Фурманова Н. В., 1999).

Опросник «Родителей оценивают дети» предназначен для изучения пред­ставлений ребенка о стиле семейного воспитания. На основании полученных данных можно предположить, в чем состоят причины возникших в настоящий момент в семье проблем. Кроме того, знакомство с результатами ответов своих детей часто усиливает мотивацию родителей к изменениям в семейных отно­шениях, вызывает желание понять ребенка.

Описание методики

Опросник содержит 120 утверждений, которые позволяют получить инфор­мацию по 18 шкалам. Названия и обозначения шкал в целях удобства сопо­ставления с методикой АСВ сохранены. В данной методике отсутствуют две последние шкалы опросника АСВ.

Процедуры проведения методики, обработки и интерпретации полученных результатов аналогичны таковым в методике «Анализ семейных взаимоотно­шений» (АСВ), они были описаны выше.

Инструкция: «Предлагаемый опросник содержит мнение детей о взаимоот­ношениях с родителями. Читайте по очереди утверждения опросника. Если Вы согласны с ними, то на бланке ответов зачеркните номер, им соответствую­щий. Если Вы не согласны, не делайте никаких пометок.

В опроснике нет неправильных или правильных утверждений. Отве­чайте так, как Вы сами думаете».

Текст методики

1. Мои родители считают: все, что они делают, они делают ради меня.

2. У моих родителей часто не хватает времени позаниматься со мной чем-нибудь интересным: куда-нибудь пойти вместе, поговорить о каких-ни­будь проблемах.

3. Мои родители часто разрешают мне такие вещи, которых не разрешают многие другие родители.

4. Мои родители не любят, когда я обращаюсь к ним с вопросами, говорят: «Догадайся сам».

238

5. Я имею дома гораздо больше обязанностей, чем большинство моих то­варищей.

6. Меня даже мои родители не могут заставить что-нибудь сделать по дому.

7. Мои родители считают, что мне лучше не задумываться над правильно­стью их взглядов.

8. Обычно я возвращаюсь домой тогда, когда захочу.

9. Мои родители не оставляют безнаказанным ни одного моего плохого поступка, считают, что только тогда я стану человеком.

10. По возможности родители стараются меня не наказывать.

11. Когда мои родители в хорошем настроении, они нередко прощают мне то, за что в другое время наказали бы.

12. Родители любят меня больше, чем друг друга.

13. Мне кажется, что раньше, когда я был маленький, родители любили меня больше, чем сейчас.

14. Когда я подолгу упрямлюсь или злюсь, родители часто понимают, что поступили по отношению ко мне неправильно.

15. У моих родителей долго не было детей, и моего появления очень ждали.

16. От своих родителей я часто слышу, что воспитание детей — очень уто­мительное дело.

17. Я подозреваю, что у меня есть какие-то качества, которые выводят ро­дителей из себя.

18. Мои родители часто конфликтуют из-за различия во взглядах на мое воспитание.

19. Мои родители говорят, что я для них — самое главное в жизни.

20. Мои родители мало интересуются, где я пропадаю.

21. Родители стараются покупать мне такую одежду, какую я сам выберу, даже если она дорогая.

22. Мои родители считают меня непонятливым, говорят: «Легче самому два раза сделать, чем один раз объяснить тебе».

23. Мне нередко приходилось (или приходится) присматривать за моим младшим братом (сестрой).

24. Мои родители предпочитают что-то сделать сами, чем «связываться» со мной.

25. Мои родители оченьзлятся, когда я подмечаю их слабости и недостатки.

26. Я сам (без участия родителей) решаю, с кем мне дружить.

27. Мои родители считают, что дети должны не только любить их, но и бо­яться.

28. Родители меня ругают очень редко.

29. В своей строгости по отношению ко мне у родителей возникают боль­шие колебания. Иногда они очень строги, а иногда все разрешают.

30. Мы с мамой понимаем друг друга лучше, чем с отцом.

31. Моих родителей огорчает, что я слишком быстро стал взрослым.

32. Если я упрямлюсь, то родители делают так, как я хочу.

33. Мои родители считают меня слабым и болезненным.

34. Мои родители (или один из них) считают, что, если бы у них не было детей, они бы добились гораздо большего в жизни.

239

35. У меня есть некоторые слабости, с которыми упорно борются мои роди­тели.

36. Нередко бывает, когда меня наказывает один из родителей, другой упре­кает его в излишней строгости и начинает утешать меня.

37. Мои родители часто говорят, что заботы обо мне занимают наибольшую часть их времени.

38. Мои родители редко посещают родительские собрания.

39. Мои родители стараются купить мне все, что я захочу, даже если это стоит дорого.

40. От моих родителей часто можно услышать, что они сильно устают от общения со мной.

41. Мои родители часто поручают мне важные и трудные дела.

42. Мои родители считают, что на меня нельзя положиться в серьезном деле.

43. Мои родители считают, что главное, чему родители должны научить сво­их детей, — это слушаться.

44. Я сам решаю, курить мне или нет.

45. Мои родители считают, что чем строже они относятся ко мне, тем луч­ше для меня.

46. Мои родители очень мягкие люди.

47. Если мне что-то нужно от родителей, то я стараюсь выбрать момент, когда они в хорошем настроении.

48. Мои родители часто говорят, что когда я вырасту, то они мне будут не нужны.

49. Мои родители считают, что чем дети старше, тем труднее иметь с ними дело.

50. Часто мое упрямство есть результат неправильного отношения родите­лей ко мне.

51. Мои родители постоянно переживают за мое здоровье.

52. Мои родители считают, что, если бы у них не было детей, их здоровье было бы гораздо лучше.

53. Мои родители считают, что, несмотря на все их усилия, некоторые мои недостатки остаются без изменений.

54. Мой отец считает, что я его недолюбливаю.

55. Мои родители считают, что ради меня им от многого в жизни пришлось отказаться.

56. Бывает, что родители не знают о моих оценках и поведении, потому что редко заглядывают в мой дневник.

57. Мои родители тратят на себя значительно больше денег, чем на меня.

58. Мои родители не любят, когда я что-то прошу. Говорят, что лучше знают, что мне надо.

59. Мои родители считают, что у меня было более трудное детство, чем у большинства детей.

60. Обычно я делаю дома только то, что мне хочется, а не то, что хотят ро­дители.

61. Мои родители считают, что я должен уважать их больше, чем всех дру­гих людей.

62. Я сам решаю, на что мне тратить свои деньги.

240

63. Мои родители строже относятся ко мне, чем другие родители к своим детям.

64. Мои родители считают, что от наказаний мало проку.

65. Члены нашей семьи неодинаково строги со мной. Одни балуют, другие, наоборот, очень строги.

66. Мои родители часто говорят, что им бы хотелось, чтобы я не любил ни­кого, кроме них.

67. Мои родители часто говорят, что, когда я был маленький, нравился им больше, чем теперь.

68. Часто я понимаю, что родители затрудняются в выборе решений, как поступить со мной.

69. Мои родители многое позволяют мне из-за моего слабого здоровья.

70. Я часто слышу от родителей, что воспитание детей — тяжелый и небла­годарный труд, что они отдают мне все, а взамен не получают ничего.

71. Мои родители считают, что я не понимаю добрых слов и единственное, что на меня действует, — это строгие постоянные наказания.

72. Моя мать считает, что отец настраивает меня против нее.

73. Мои родители говорят, что все время думают только обо мне, моих де­лах, здоровье и т. д.

74. Мои родители редко заглядывают в мой дневник.

75. Я всегда умею добиться от родителей того, чего мне хочется.

76. Мои родители говорят, что им больше нравится, когда я веду себя тихо и спокойно.

77. Я стараюсь во всем помочь родителям.

78. Мои родители считают, что если даже я уверен, что они не правы, то должен делать так, как говорят они.

79. У меня мало обязанностей по дому.

80. Выходя из дома, я редко говорю родителям, куда иду.

81. Мои родители считают, что бывают случаи, когда лучшее наказание — это ремень.

82. Мои родители говорят, что многие недостатки пройдут сами собой с воз­растом.

83. Мои родители берутся за меня лишь тогда, когда я что-то натворю. Если все тихо, они оставляют меня в покое.

84. Я часто слышу от матери (отца), что если бы я не был их ребенком, а она (он) была (был) бы помоложе, то наверняка в меня влюбилась бы.

85. Мои родители говорят, что, когда я был маленьким, со мной было инте­реснее говорить, чем сейчас.

86. Мои родители считают, что в моих недостатках виноваты они сами, по­тому что неумело меня воспитывали.

87. Мои родители говорят, что моя жизнь и здоровье стоили им огромных усилий.

88. Мои родители считают, что, если бы у них не было детей, они жили бы лучше.

89. Мои родители считают, что если они предоставят мне свободу, то я не­медленно использую это во вред себе и окружающим.

241

90. Нередко бывает, что если мать говорит мне одно, то отец говорит дру­гое, и наоборот.

91. Мои родители говорят, что тратят на меня больше сил и времени, чем на себя.

92. Мои родители мало знают о моих делах.

93. Мои желания — закон для моих родителей.

94. Когда я был маленький, то очень любил спать с родителями (или с од­ним из них).

95. Мои родители считают, что у меня плохой желудок.

96. Мои родители говорят, что они нужны мне, лишь пока я не вырос, а по­том я все реже буду вспоминать о них.

97. Иногда мне кажется, что ради меня родители пошли бы на любую жертву.

98. Мои родители считают, что мне нужно уделять значительно больше вре­мени, чем они могут.

99. Когда я ласков с родителями, они мне все прощают.

100. Мои родители хотели бы, чтобы я обзавелся семьей как можно позже — после 30 лет.

101. Моих родителей беспокоит, что мои руки и ноги часто бывают очень холодными.

102. Мои родители говорят, что я маленький эгоист и совсем не думаю об их здоровье и чувствах и т. д.

103. Мои родители считают, что, если бы они не отдавали мне все время и силы, я бы плохо кончил.

104. Когда у меня все благополучно, родители меньше интересуются моими делами.

105. Моим родителям трудно сказать мне «нет».

106. Мои родители огорчены, что я все меньше в них нуждаюсь.

107. Мои родители считают, что мое здоровье хуже, чем у большинства моих сверстников.

108. Мои родители считают, что я испытываю по отношению к ним слиш­ком мало благодарности.

109. Мои родители считают, что я не могу обходиться без их постоянной по­мощи.

110. Большую часть своего свободного времени я провожу вне дома.

111. Обычно у меня очень много времени для развлечений.

112. Я часто слышу от родителей, что, кроме меня, им больше никто на свете не нужен.

113. Моих родителей волнует мой беспокойный и прерывистый сон.

114. Нередко я слышу от родителей сожаление, что они слишком рано поже­нились.

115. Мои родители считают, что всего, чего я добился к настоящему моменту (в учебе, работе или другом), я добился только благодаря их постоянной помощи.

116. Моими делами в семье в основном занимается кто-то один из родителей.

117. Кончив уроки, я обычно занимаюсь тем, что мне нравится.

118. Когда я иду на свидание, у моих родителей портится настроение.

242

119. Мои родители обеспокоены тем, что я часто болею.

120. Мои родители не помогают, а осложняют мою жизнь.

Бланк ответов

Фамилия, имя Возраст х

Количество и возраст братьев и сестер

1 19 37 55 73 ___ г± 6
2 20 38 56 74 _ 7
3 21 39 57 75 х± 5
4 22 40 58 76 ___ у. 4
5 23 41 59 77 т+ 4
6 24 42 60 78 ___ т- 4
7 25 43 61 79 ,, _ 3+ 4
8 26 44 62 80 _ 3- 3
9 27 45 63 81 ___, с+ 4
10 28 46 64 82 ___ с- 4
11 29 47 65 83 ___ н 5
12 30 48 66 84 ..... РРЧ 7
13 31 49 67 85 ___ пдк 4
14 32 50 68 86 ___ вн 3
15 33 51 69 87 ___ ФУ 7
16 34 52 70 88 _ НРЧ 7
17 35 53 71 89 ___ пнк 4
18 36 54 72 90 ___ вк 4
91 97 103 109 115 ___ г+
92 98 104 110 116 ___ г-
93 99 105 111 117 У+
94 100 106 112 118 ___ РРЧ
95 101 107 113 119 ___ ФУ
96 102 108 114 120 ___ НРЧ

4.5.3. Опросник «Измерение родительских установок и реакций» ( PARI )

Авторамиопросника PARI (parental attitude research instrument) являются E. ШефериК. Белл. Первичная апробация методики на русскоязычной выбор­ке была проведена кандидатом психологических наук Т. В. Нещерет в 1980 году. В дальнейшем работа по апробации и адаптации методики к условиям русско­язычной культуры велась Т. В. Архиреевой (Архиреева Т. В., 2002).

243

Опросник «Измерение родительских установок и реакций» предназначен для изучения отношения родителей (прежде всего, матерей) к детям вообще, а также к различным сторонам семейной жизни (семейной роли). Методика по­зволяет оценить специфику внутрисемейных отношений, особенности орга­низации семейной жизни.

Описание методики

Опросник «Измерение родительских установок и реакций» состоит из 115 суждений, касающихся семейной жизни и воспитания детей. В методику заложены 23 шкалы (признака), касающиеся различных сторон отношения ро­дителей к ребенку и жизни в семье. Каждая шкала включает в себя 5 утвержде­ний, которые расположены в определенной последовательности: суждения, принадлежащие одной и той же шкале, повторяются через каждые 23 пункта. Например, шкала №1 «Вербализация» (предоставление ребенку возможности высказаться) включает в себя утверждения за следующими номерами: 1, 24, 47, 70, 93 и т. д. (см. бланк). Отвечающий должен выразить свое отношение к ним в виде полного или частичного согласия или несогласия.

Шкалы (признаки) опросника

1. Вербализация (предоставление ребенку возможности высказаться).

2. Чрезмерная забота (оберегание ребенка от трудностей).

3. Зависимость от семьи (ограничение матери ролью хозяйки дома).

4. Подавление воли ребенка.

5. «Жертвенность» родителей.

6. Опасение обидеть (страх причинить ребенку вред).

7. Супружеские конфликты.

8. Строгость родителей.

9. Раздражительность родителей

10. Исключение внесемейных влияний (зависимость ребенка от матери).

11. Сверхавторитет родителей (поощрение зависимости ребенка от родителей).

12. Подавление агрессивности ребенка.

13. Неудовлетворенность ролью хозяйки («мученичество» родителей).

14. Партнерские отношения (равенство родителей и ребенка).

15. Поощрение активности ребенка.

16. Уклонение от конфликта (избегание общения с ребенком).

17. Безучастность мужа (невнимательность мужа к жене).

18. Подавление сексуальности ребенка.

19. Доминирование матери.

20. Навязчивость родителей, вмешательство в мир ребенка.

21. Товарищеские отношения между родителями и детьми.

22. Стремление ускорить развитие ребенка.

23. Несамостоятельность матери (необходимость посторонней помощи в воспитании ребенка).

Таким образом, 8 шкал-признаков описывают отношение к семейной роли, 115 — касаются детско-родительских отношений, подразделяясь на 3 группы:

244

(1) оптимальный эмоциональный контакт, (2) излишняя эмоциональная дис­танция с ребенком, (3) излишняя концентрация на ребенке.

1. Отношение к семейной роли описывается с помощью 8 признаков (их но­мера в опросном листе — 3, 5, 7, 11, 13,17, 19, 23): зависимость от семьи (огра­ничение матери ролью хозяйки дома); «жертвенность» родителей; супружес­кие конфликты; сверхавторитет родителей (поощрение зависимости ребенка от родителей); неудовлетворенность ролью хозяйки («мученичество» родите­лей); безучастность мужа (невнимательность мужа к жене); доминирование матери; несамостоятельность матери (необходимость посторонней помощи в воспитании ребенка).

2. Отношение родителей к ребенку:

оптимальный эмоциональный контакт определяется в соответствии с выраженностью 4 признаков (их номера по опросному листу — 1, 14,15, 21): вербализация (предоставление ребенку возможности высказаться); партнерские отношения (равенство родителей и ребенка); поощрение ак­тивности ребенка; товарищеские отношения между родителями и детьми;

излишняя эмоциональная дистанция с ребенком включает в себя 3 при­знака (их номера по опросному листу — 8, 9, 16): строгость родителей; раздражительность родителей; уклонение от конфликта (избегание об­щения с ребенком);

излишняя концентрация на ребенке описывается 8 признаками (их но­мера по опросному листу — 2, 4, 6, 10, 12, 18, 20, 22): чрезмерная забота (оберегание ребенка от трудностей); подавление воли ребенка; опасение обидеть (страх причинить ребенку вред); исключение внесемейных вли­яний (зависимость ребенка от матери); подавление агрессивности ребен­ка; подавление сексуальности ребенка; навязчивость родителей, вмеша­тельство в мир ребенка; стремление ускорить развитие ребенка.

Для оценки утверждений опросника родителям предоставляется специаль­ный бланк. Бланк для ответов составлен таким образом, чтобы пункты каждой шкалы опросника находились на одной строке, например: строка бланка вклю­чает номера 1, 24, 47, 70, 93, которые являются пунктами первой шкалы оп­росника «Вербализация (предоставление ребенку возможности высказаться)».

Инструкция: «Прочтите утверждения, данные ниже, и оцените каждое из них следующим образом:

А — если с данным положением вы согласны полностью;

а — если с данным положением вы скорее согласны, чем не согласны;

б — если с данным положением вы скорее не согласны, чем согласны;

Б — если с данным положением вы полностью не согласны.

Здесь нет правильных или неправильных ответов. Вы отвечаете согласно своему мнению. Очень важно, чтобы Вы ответили на все вопросы. Многие утверждения будут казаться похожими, но все они необходимы, чтобы уловить слабые различия во взглядах на воспитание детей.

Не обдумывайте ответ долго, отвечайте быстро, старайтесь дать первый от­вет, который придет Вам в голову».

245

Текст опросника

1. Если дети считают свои взгляды правильными, они могут не соглашать­ся со взглядами родителей.

2. Хорошая мать должна оберегать своих детей даже от маленьких трудно­стей и обид.

3. Для хорошей матери дом и семья — самое важное в жизни.

4. Некоторые дети настолько плохи, что ради их же блага нужно научить их бояться взрослых.

5. Дети должны отдавать себе отчет в том, что родители делают для них очень много.

6. Маленького ребенка всегда следует крепко держать во время мытья, что­бы он не упал.

7. Люди, которые думают, что в хорошей семье не может быть недоразуме­ний, не знают жизни.

8. Ребенок, когда повзрослеет, будет благодарить родителей за строгое вос­питание.

9. Пребывание с ребенком целый день может довести до нервного исто­щения.

10. Лучше, если ребенок не задумывается над тем, правильны ли взгляды его родителей.

11. Родители должны воспитывать в детях полное доверие к себе.

12. Ребенка следует учить избегать драк, независимо от обстоятельств.

13. Самое плохое для матери, занимающейся хозяйством, чувство, что ей нелегко освободиться от своих обязанностей.

14. Родителям легче приспособиться к детям, чем наоборот.

15. Ребенок должен научиться в жизни многим нужным вещам, и поэтому ему нельзя разрешать терять ценное время.

16. Если один раз согласиться с тем, что ребенок съябедничал, он будет это делать постоянно.

17. Если бы отцы не мешали в воспитании детей, матери бы лучше справля­лись с детьми.

18. В присутствии ребенка не надо разговаривать о вопросах пола.

19. Если бы мать не руководила домом, мужем и детьми, все происходило бы менее организованно.

20. Мать должна делать все, чтобы знать, о чем думают дети.

21. Если бы родители больше интересовались делами своих детей, дети были бы лучше и счастливее.

22. Большинство детей должны самостоятельно справляться с физиологи­ческими нуждами уже с 15 месяцев.

23. Самое трудное для молодой матери — оставаться одной в первые годы воспитания ребенка.

24. Надо способствовать тому, чтобы дети высказывали свое мнение о жиз­ни в семье, даже если они считают, что жизнь в семье неправильная.

25. Мать должна делать все, чтобы уберечь своего ребенка от разочарова­ний, которые несет жизнь.

246

26. Женщины, которые ведут беззаботную жизнь, не очень хорошие матери.

27. Надо обязательно искоренять у детей проявления рождающейся ехид­ности.

28. Мать должна жертвовать своим счастьем ради счастья ребенка.

29. Все молодые матери боятся своей неопытности в обращении с ребенком.

30. Супруги должны время от времени ругаться, чтобы доказать свои права.

31. Строгая дисциплина по отношению к ребенку развивает в нем сильный характер.

32. Матери часто настолько бывают замучены присутствием своих детей, что им кажется, будто они не могут с ними быть ни минуты больше.

33. Родители не должны представать перед детьми в плохом свете.

34. Ребенок должен уважать своих родителей больше других.

35. Ребенок должен всегда обращаться за помощью к родителям или учите­лям, вместо того чтобы разрешать свои недоразумения в драке.

36. Постоянное пребывание с детьми убеждает мать в том, что ее воспита­тельные возможности меньше умений и способностей (могла бы, но...).

37. Родители своими поступками должны завоевать расположение детей.

38. Дети, которые не пробуют своих сил в достижении успехов, должны знать, что потом в жизни могут встретиться с неудачами.

39. Родители, которые разговаривают с ребенком о его проблемах, должны знать, что лучше ребенка оставить в покое.и не вникать в его дела.

40. Мужья, если не хотят быть эгоистами, должны принимать участие в се­мейной жизни.

41. Нельзя допускать, чтобыдевочки и мальчики видели друг друга голыми.

42. Если жена достаточно подготовлена к самостоятельному решению про­блем, то это лучше и для детей, и для мужа.

43. У ребенка не должно быть тайн от своих родителей.

44. Если у вас принято, что дети рассказывают вам анекдоты, а вы — им, то многие вопросы можно решить спокойно и без конфликтов.

45. Если рано научить ребенка ходить, это благотворно влияет на его развитие.

46. Нехорошо, когда мать одна преодолевает все трудности, связанные с уходом за ребенком и его воспитанием.

47. У ребенка должны быть свои взгляды и возможность их свободно вы­сказывать.

48. Надо беречь ребенка от тяжелой работы.

49. Женщина должна выбирать между домашним хозяйством и развлече­ниями.

50. Умный отец должен научить ребенка уважать начальство.

51. Очень мало женщин получает благодарность детей за труд, затраченный на их воспитание.

52. Если ребенок попал в беду, в любом случае мать всегда чувствует себя

виноватой.

53. У молодых супругов, несмотря на силу чувств, всегда есть разногласия, которые вызывают раздражение.

54. Дети, которым внушили уважение к нормам поведения, становятся хо­рошими, устойчивыми и уважаемыми людьми.

247

55. Редко бывает, чтобы мать, которая целый день занимается с ребенком, сумела быть ласковой и спокойной.

56. Дети не должны вне дома учиться тому, что противоречит взглядам их родителей.

57. Дети должны знать, что нет людей более мудрых, чем их родители

58. Нет оправдания ребенку, который бьет другого ребенка.

59. Молодые матери страдают по поводу своего заключения дома больше, чем по какой-нибудь другой причине.

60. Заставлять детей отказываться и приспосабливаться — плохой метод воспитания.

61. Родители должны научить детей находить себе занятие и не терять сво­бодного времени.

62. Дети мучают своих родителей мелкими проблемами, если с самого на­чала к этому привыкнут.

63. Когда мать плохо выполняет свои обязанности по отношению к детям, это, пожалуй, значит, что отец не выполняет своих обязанностей по со­держанию семьи.

64. Детские игры с сексуальным содержанием могут привести детей к сек­суальным преступлениям.

65. Планировать должна только мать, так как только она знает, как положе­но вести хозяйство. ,

66. Внимательная мать должна знать, о чем думает ее ребенок.

67. Родители, которые выслушивают с одобрением откровенные высказы­вания детей об их переживаниях на свиданиях, товарищеских встречах, танцах и т. п., помогают им в более быстром социальном развитии.

68. Чем быстрее слабеет связь детей с семьей, тем быстрее дети научатся разрешать свои проблемы.

69. Умная мать делает все возможное, чтобы ребенок до и после рождения находился в хороших условиях.

70. Дети должны принимать участие в решении важных семейных вопросов.

71. Родители должны знать, как нужно поступать, чтобы их дети не попали в трудные ситуации.

72. Слишком много женщин забывает о том, что их надлежащим местом является дом.

73. Дети нуждаются в материнской заботе, которой им иногда не хватает.

74. Дети должны быть более заботливы и благодарны своей матери за труд, вложенный в них.

75. Большинство матерей опасаются мучить ребенка, давая ему мелкие по­ручения.

76. В семейной жизни существует много вопросов, которые нельзя решить путем спокойного обсуждения.

77. Большинство детей должны воспитываться более строго, чем это про­исходит на самом деле.

78. Воспитание детей — это тяжелая нервная работа.

79. Дети не должны сомневаться в способе мышления их родителей.

80. Больше всех других дети должны уважать родителей.

248

81. Не надо способствовать тому, чтобы дети занимались боксом и борьбой, так как это может привести к серьезным нарушениям тела и другим про­блемам.

82. Одно из плохих явлений заключается в том, что у матери, как правило, нет свободного времени для любимых занятий.

83. Родители должны считать детей равноправными по отношению к себе во всех вопросах жизни.

84. Когда ребенок делает то, что обязан, он находится на правильном пути и будет счастлив.

85. Надо оставить ребенка, которому грустно, в покое и не заниматься им.

86. Самое большое желание любой матери — быть понятой мужем.

87. Одним из самых сложных моментов в воспитании детей являются сек­суальные проблемы.

88. Если мать руководит домом и заботится обо всем, вся семья чувствует себя хорошо.

89. Так как ребенок — часть матери, она имеет право знать все о его жизни.

90. Дети, которым разрешается шутить и смеяться вместе с родителями, легче принимают их советы.

91. Родители должны приложить все усилия, чтобы как можно раньше на­учить ребенка справляться с физиологическими нуждами.

92. Большинство женщин нуждаются в большем количестве времени для отдыха после рождения ребенка, чем им дается на самом деле.

93. У ребенка должна быть уверенность в том, что его не накажут, если он доверит родителям свои проблемы.

94. Ребенка не нужно приучать к тяжелой работе дома, чтобы он не потерял охоту к любой работе.

95. Для хорошей матери достаточно общения с собственной семьей.

96. Порой родители вынуждены поступать против воли ребенка.

97. Матери жертвуют всем ради блага собственных детей.

98. Самая главная забота матери — благополучие и безопасность ребенка.

99. Естественно, что двое людей с противоположными взглядами в супру­жестве ссорятся.

100. Воспитание детей в строгой дисциплине делает их более счастливыми.

101. Естественно, что мать «сходит с ума», если у нее дети эгоисты и очень требовательные.

102. Ребенок никогда не должен слушать критические замечания о своих ро­дителях.

103. Первая обязанность детей — доверие по отношению к родителям.

104. Родители, как правило, предпочитают спокойных детей драчунам.

105. Молодая мать чувствует себя несчастной, потому что знает, что многие вещи, которые ей хотелось бы иметь, для нее недоступны.

106. Нет никаких оснований, чтобы у родителей было больше прав и приви­легий, чем у детей.

107. Чем раньше ребенок поймет, что нет смысла терять время, тем лучше для него.

249

108. Дети делают все возможное, чтобы заинтересовать родителей своими проблемами.

109. Немногие мужчины понимают, что матери их ребенка тоже нужна ра­дость в жизни.

110. С ребенком что-то не в порядке, если он много расспрашивает о сексу­альных вопросах.

111. Выходя замуж, женщина должна отдавать себе отчет в том, что будет вынуждена руководить семейными делами.

112. Обязанностью матери является знание тайных мыслей ребенка.

113. Если включать ребенка в домашние работы, он становится более связан с родителями и легче доверяет им свои проблемы.

114. Надо как можно раньше прекратить кормить ребенка грудью и из буты­лочки (приучить ребенка «самостоятельно» питаться).

115. Нельзя требовать от матери слишком большого чувства ответственнос­ти по отношению к детям.

Бланк

Ф.И.О. _

Возраст.

„Образование

Стаж семейной жизни ____

Количество и возраст детей

Варианты Варианты Варианты Варианты Варианты
1 АабБ 24 АабБ 47 АабБ 70 АабБ 93 АабБ
2 АабБ 25 АабБ 48 АабБ 71 АабБ 94 АабБ
3 АабБ 26 АабБ 49 АабБ 72 АабБ 95 АабБ
4 АабБ 27 АабБ 50 АабБ 73 АабБ 96 АабБ
5 АабБ 28 АабБ 51 АабБ 74 АабБ 97 АабБ
6 АабБ 29 АабБ 52 АабБ 75 АабБ 98 АабБ
7 АабБ 30 АабБ 53 АабБ 76 АабБ 99 АабБ
8 АабБ 31 АабБ 54 АабБ 77 АабБ 100 АабБ
9 АабБ 32 АабБ 55 АабБ 78 АабБ 101 АабБ
10 АабБ 33 АабБ 56 АабБ 79 АабБ 102 АабБ
11 АабБ 34 АабБ 57 АабБ 80 АабБ 103 АабБ
12 АабБ 35 АабБ 58 АабБ 81 АабБ 104 АабБ
13 АабБ 36 АабБ 59 АабБ 82 АабБ 105 АабБ
14 АабБ 37 АабБ 60 АабБ 83 АабБ 106 АабБ
15 АабБ 38 АабБ 61 АабБ 84 АабБ 107 АабБ
16 АабБ 39 АабБ 62 АабБ 85 АабБ 108 АабБ
17 АабБ 40 АабБ 63 АабБ 86 АабБ 109 АабБ
18 АабБ 41 АабБ 64 АабБ 87 АабБ 110 АабБ
19 АабБ 42 АабБ 65 АабБ 88 АабБ 111 АабБ
20 АабБ 43 АабБ 66 АабБ 89 АабБ 112 АабБ
21 АабБ 44 АабБ 67 АабБ 90 АабБ 113 АабБ
22 АабБ 45 АабБ 68 АабБ 91 АабБ 114 АабБ
23 АабБ 46 АабБ 69 АабБ 92 АабБ 115 АабБ

250

Обработка и интерпретация результатов

После того как родители ответят на вопросы теста, следует подсчитать об­щее количество баллов по каждой шкале (признаку). Ответы испытуемых оце­ниваются следующим образом:

ответ «А» — 4 балла;

ответ «а» — 3 балла; D ответ «б» — 2 балла;

ответ «Б» — 1 балл.

Полученная сумма определяет выраженность признака. Максимальное зна­чение по каждому из признаков составляет 20 баллов, минимальное — 5.

Следующим шагом является оценка выраженности признаков родительс­кого воспитания. Для этого необходимо сравнить полученный балл по каждой шкале с тестовыми нормами, представленными в таблицах 13 и 14. Тестовые нормы приведены в стеновых оценках. Если сырой балл по данной шкале по­падает в 1, 2 или 3 стены, то это говорит о низкой выраженности признака, если в 4, 5, 6, 7 — это свидетельствует об умеренной выраженности данного признака в процессе воспитания. Балл, который попадает в 8, 9 или 10 стены, отражает высокую выраженность признака.

На основании полученных оценок определяется преобладающий тип роди­тельского воспитания (АрхирееваТ. В., 2002).

Так, можно говорить о выраженности такого типа родительского воспита­ния, как гиперопека, если родители получают преимущественно высокие бал­лы по следующим шкалам:

2. Чрезмерная забота (оберегание ребенка от трудностей).

10. Исключение внесемейных влияний (зависимость ребенка от матери).

12. Подавление агрессивности ребенка. 18. Подавление сексуальности ребенка.

20. Навязчивость родителей, вмешательство в мир ребенка.

Родители в большей мере склонны к демократическому воспитанию своих детей, если набирают преимущественно высокие или средние баллы по следу­ющим шкалам:

1. Вербализация (предоставление ребенку возможности высказаться).

14. Партнерские отношения (равенство родителей и ребенка).

15. Поощрение активности ребенка.

21. Товарищеские отношения между родителями и детьми.

Склонность родителей к авторитарности в воспитании может быть отра­жена в преимущественно высоких баллах по шкалам: 4. Подавление воли ребенка.

7. Супружеские конфликты.

8. Строгость родителей.

9. Раздражительность родителей

13. Неудовлетворенность ролью хозяйки («мученичество» родителей).

251

Большой интерес представляет также блок шкал, направленных на выявле­ние отношений родителей к семейной роли. Его можно разделить на группы, характеризующие отдельные аспекты отношений:

О хозяйственно-бытовые, организация быта семьи (шкалы 3, 13, 19, 23);

супружеские, связанные с моральной, эмоциональной поддержкой, орга­низацией досуга, созданием среды для развития личности, собственной и партнера (шкала 7, 17);

отношения, обеспечивающие воспитание детей, «педагогические» (в методике шкалы 5, 11).

Высокие оценки по шкале 3 свидетельствуют о приоритете семьи и семей­ного образа жизни. Обратное можно сказать о шкале 13: для лиц, имеющих высокие оценки по этой шкале, характерна зависимость от семьи, низкая со­гласованность в распределении ролей и обязанностей. О низком уровне ин-тегрированности семьи свидетельствуют высокие оценки по шкалам 17,19, 23.

Несмотря на то, что детско-родительские отношения являются основным предметом анализа в данной методике, анализ результатов по шкалам блока «Отношение к семейной роли» способствует более точному пониманию пси­хологом специфики семейных отношений.

Таблица 13 Тестовые нормы опросника PARI ( матери )

Выборка— 169 человек

Стэновыеоценки
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
1 5-12 13 14 15-16 17 18 19 20 20 20
2 5 6-7 8 9-10 11-12 13-14 15-16 17-18 19 20
3 5-8 9 10 11-12 13-14 15-16 17-18 19 20 20
4 5-10 11 12 13 14 15-16 17 18-19 20 20
b 5-9 10-11 12 13-14 15 16-17 18 19 20 20
b 5-10 11 12-13 14 15-16 17 18 19 20 20
7 5-9 10-11 12 13-14 15 16-17 18 19 20 20
8 5-6 7 8-9 10-11 12-13 14-15 16-17 18-19 20 20
У 5-7 8 9 10 11-12 13-14 15 16 17-19 20
10 5-10 11 12 13-14 15 16-17 18 19 20 20
11 5-8 9 10 11-12 13 14-15 16-17 18 19 20
12 5-7 8-9 10-11 12-13 14 15-16 17-18 19 20 20
13 5-6 7 8-9 10 11 12-13 14-15 16 17-18 19-20
14 5-10 11 12 13-14 14 16 17 18 19 20
5-11 12-13 14-15 16 17 18 19 20 20 20
16 5-7 8-9 10-11 12 13 14-15 16-17 18 19 20
1/ 5-10 11-12 13 14-15 16-17 18 19 20 20 20
18 5-9 10 11 12-13 14-15 16-17 18-19 20 20 20
19 5-7 8 9-10 11 12 13-14 15-16 17-18 20 20
20 5-7 8-11 12-13 14 15-16 17-18 19 20 20 20
21 5-15 16 17 18 19 19 20 20 20 20
22 5-10 11 3 13-14 15 16-17 18 19 20 20
23 5-10 11 12 13-14 15-16 17 18 19 20 20

252

Таблица 14

Тестовые нормы опросника PARI ( отцы )

Выборка— 94 человека

Стэновыеоценки
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
1 5-11 12-13 14 15-16 17 18 19 20 20 20
2 5-7 8 9 4 11-12 13-14 15-16 17-18 19-20 20
3 5-8 9-10 11-12 13 14-15 16 17-18 19 20 20
4 5-9 10 11-12 13 14 15-16 17 18 19 20
5 5-11 12 13 14 15-16 17 18-19 19-19 20 20
6 5-10 11-12 13 14 15-16 17 18 19 20 20
7 5-9 10 11-12 13 14-15 16 17 18-19 20 20
8 5-6 7-8 9-10 11 12-13 14-16 17 18-19 20 20
9 5-7 8 9-10 11 12-13 14-15 16 17 19 20
10 5-10 11-12 13 14 15 16 17 18-19 20 20
11 5-8 9 10 11-12 13-14 15-16 17 18-19 20 20
12 5-8 9 10 11 12-14 15-16 17 18 19-20 20
13 5-7 8 9 10-11 12 13-14 14-16 17-18 19 20
14 5-11 12 13 14 15 16 17 18-19 18-19 20
15 5-12 13 14 15-16 17 18 19 20 20 20
16 5-9 10 11 12 13-14 15 16 17 18-19 20
17 5-10 11 12 13-14 15 16-17 18-19 20 20 20
18 5-8 9-10 11-12 13 14-15 16-17 18 19 20 20
19 5-7 8 9-10 11 12-13 14-15 16-17 18 19 20
20 5-9 10 11-12 13-14 15 16-17 18 19 20 20
21 5-14 15 16 17-18 19 19 20 20 20 20
22 5-8 9-12 13 13 14-15 16 17-18 19 20 20
23 5-12 13-14 15 16 17 18 19 20 20 20

4.5.4. Опросник «Взаимодействие родитель-ребенок»

Методика, автором которой является И. М. Марковская (1999), предназна­чена для диагностики особенностей взаимодействия родителей и детей. Опрос­ник позволяет выяснить не только оценку сложившейся в семье ситуации со стороны родителей, но и сформировать представление о том, каково видение взаимодействия с другой стороны — с позиции детей.

Описание методики

Опросник «Взаимодействие родитель-ребенок» содержит две формы: для родителей и для детей, построенные зеркально. Имеется два варианта опрос-

253

ника: вариант для подростков и их родителей; вариант для родителей дошколь­ников и младших школьников.

Соответственно, опросник имеет три набора утверждений: один для детей и два для взрослых, по 60 вопросов в каждом. Все три формы опросника про­шли проверку на валидность и надежность.

Текст опросника включает 10 шкал-критериев для оценки взаимодействия родителей с детьми. На каждую шкалу варианта опросника для подростков приходится равное количество вопросов, кроме двух шкал, которые большин­ством исследователей считаются базовыми в детско-родительских отношени­ях. Это шкалы «Автономия—контроль» и «Отвержение—принятие» — в них вошло по 10 утверждений, в остальных шкалах содержится по 5 утверждений.

Взрослый вариант опросника для родителей подростков также включает 60 вопросов и имеет аналогичную детскому варианту структуру.

При заполнении опросника родителям и детям предлагается оценить сте­пень согласия с каждым утверждением по 5-балльной системе:

1 балл — «Совершенно не согласен, это утверждение совсем не подходит»;

5 баллов — «Совершенно согласен, это утверждение абсолютно подходит».

Характеристика шкал опросника Взаимодействие родитель-ребенок» (ВРР)

Шкала 1: «Нетребовательность-требовательность родителя». Данные по этой шкале демонстрируют уровень требовательности родителя, который проявля­ется во взаимодействии родителя с ребенком. Чем выше показания по этой шкале, тем более требователен родитель, тем больше он ожидает от ребенка высокого уровня ответственности.

Шкала 2: «Мягкость—строгость родителя». По результатам этой шкалы мож­но судить о суровости, строгости мер, применяемых к ребенку, о жесткости правил, устанавливаемых во взаимоотношениях между родителями и детьми, о степени принуждения детей к чему-либо.

Шкала 3: «Автономность—контроль по отношению к ребенку». Чем выше показатели по этой шкале, тем более выражено контролирующее поведение по отношению к ребенку. Высокий контроль может проявляться в мелочной опе­ке, навязчивости, ограничительности; низкий контроль может приводить к полной автономии ребенка, вседозволенности, которая может быть следстви­ем либо безразличного отношения к ребенку, либо любования. Возможно так­же, что низкий контроль связан с проявлением доверия к ребенку или стрем­лением родителей привить ему самостоятельность.

Шкала 4: «Эмоциональная дистанция — эмоциональная близость ребенка к родителю». Следует обратить специальное внимание, что эта шкала отражает представление родителя о близости к нему ребенка. Такая трактовка этой шка­лы вызвана зеркальной формой опросника, по которой дети оценивают свою близость к родителям, свое желание делиться самым сокровенным и важным с ними. Сравнивая данные родителей и ребенка, можно судить о точности представлений родителей, о переоценке или недооценке близости к ним ре­бенка.

254

Шкала 5: «Отвержение-принятие ребенка родителем». Эта шкала отражает базовое отношение родителя к ребенку, принятие или отвержение его личнос­тных качеств и поведенческих проявлений. Принятие ребенка как личности является важным условием его благоприятного развития, адекватной самооцен­ки. Поведение родителей может восприниматься ребенком как принимающее или отвергающее.

Шкала 6: «Отсутствие сотрудничества — сотрудничество». Наличие сотруд­ничества между родителями и детьми как нельзя лучше отражает характер вза­имодействия. Сотрудничество является следствием включенности ребенка во взаимодействие, признания его прав и достоинств. Оно отражает равенство и партнерство в отношениях родителей и детей. Отсутствие такового может быть результатом нарушенных отношений, авторитарного, безразличного или по­пустительского стиля воспитания.

Шкала 7: «Несогласие—согласие между ребенком и родителем». Эта шкала описывает характер взаимодействия между родителем и ребенком, отражая частоту и степень согласия между ними в различных жизненных ситуациях. Используя две формы опросника: детскую и взрослую, можно оценить степень согласия не только по этой шкале, но и по всем остальным шкалам, так как расхождения между ними тоже позволяют судить о различиях во взглядах ре­бенка и родителя на воспитательную ситуацию в семье.

Шкала 8: «Непоследовательность—последовательность родителя». Последо­вательность родителя является важным параметром взаимодействия, в этой шкале отражается, насколько последователен и постоянен родитель в своих требованиях, отношении к ребенку, применении наказаний и поощрений и т. д. Непоследовательность родителя может быть следствием эмоциональной не­уравновешенности, воспитательной неуверенности, отвергающего отношения к ребенку и т. п.

Шкала 9: «Авторитетность родителя». Результаты этой шкалы отражают са­мооценку родителя в сфере его влияния на ребенка, насколько его мнения, поступки, действия являются авторитетными для ребенка, какова их сила вли­яния. Сравнение с данными ребенка позволяет судить о степени расхождения оценок родительского авторитета. Когда дети дают высокую оценку автори­тетности родителя, то чаще всего это означает выраженное положительное от­ношение к родителю в целом, поэтому показатели по этой шкале очень важны для диагностики позитивности—негативности отношений ребенка к родите­лю, как и показатели по следующей — 10-й шкале.

Шкала 10: «Удовлетворенность отношениями ребенка с родителем». На осно­вании полученных данных можно судить об общей степени удовлетвореннос­ти отношениями между родителями и детьми, как с той, так и с другой сторо­ны. Низкая степень удовлетворенности может свидетельствовать о нарушениях в структуре детско-родительских отношений, возможных конфликтах или об обеспокоенности сложившейся семейной ситуацией.

В варианте опросника для родителей дошкольников и младших школьников ряд утверждений, которые оказались неадекватными для детей этого возраста, были изменены. Кроме того, вместо шкал «Несогласие-согласие» и «Авторитетность родителя» (7-я и 9-я шкалы) были введены две новые шкалы:

255

Шкала 7: «Тревожность за ребенка».

Шкала 9: «Воспитательная конфронтация в семье».

Многие авторы обращают внимание на родительскую тревожность за ре­бенка как на важный фактор для понимания возникновения невротических реакций у детей. А. И. Захаров (1988) выделяет также в качестве черты пато­генного типа воспитания низкую сплоченность и разногласия членов семьи по вопросам воспитания, что может приводить к воспитательной конфронта­ции внутри семьи. Кроме того, замена 7-й и 9-й шкал вызвана отсутствием параллельной формы для детей, так как в этом возрасте детям достаточно трудно отвечать на вопросы, связанные с их отношением к родителям, а без сравне­ния с детскими данными шкалы согласия и авторитетности утрачивают свою диагностическую ценность.

Опросник «Взаимодействие родитель—ребенок» (ВРР) Подростковый вариант

Инструкция: «Отметьте степень согласия со следующими утверждениями по 5-балльной системе. Оцените утверждения отдельно для каждого родителя в бланке ответов: под буквой М — для матери, под буквой О — для отца.

5 — несомненно, да (очень сильное согласие);

4 — в общем, да;

3 — и да, и нет;

2 — скорее нет, чем да;

1 — нет (абсолютное несогласие)».

1. Если уж он(а) чего-то требует от меня, то обязательно добьется этого.

2. Он(а) всегда наказывает меня за мои плохие поступки.

3. Я редко говорю ему (ей), куда иду и когда вернусь.

4. Он(а) считает меня вполне самостоятельным человеком.

5. Могу рассказать ему (ей) обо всем, что со мной происходит.

6. Он(а) думает, что я ничего не добьюсь в жизни.

7. Он(а) чаше замечает во мне недостатки, чем достоинства.

8. Он(а) часто поручает мне важные и трудные дела.

9. Нам трудно достичь взаимного согласия.

10. Иногда он(а) может разрешить то, что еще вчера запрещал(а).

11. Я всегда учитываю его (ее) точку зрения.

12. Я бы хотел(а), чтобы мои будущие дети относились ко мне так же, как к нему (к ней).

13. Я редко делаю с первого раза то, о чем он(а) меня просит.

14. Он(а) меня редко ругает.

15. Он(а) старается контролировать все мои действия и поступки.

16. Он(а) считает, что главное — это слушаться его (ее).

17. Если у меня случается несчастье, в первую очередь я делюсь с ним (с ней).

18. Он(а) не разделяет моих увлечений.

19. Он(а) не считает меня таким умным и способным, как ему (ей) хоте­лось бы.

256

20. Он(а) может признать свою неправоту и извиниться передо мной.

21. Он(а) часто идет у меня на поводу.

22. Никогда не скажешь наверняка, как он(а) отнесется к моим словам.

23. Могу сказать, что он(а) для меня авторитетный человек.

24. Мне нравятся наши с ней (с ним) отношения.

25. Дома он(а) дает мне больше обязанностей, чем в семьях большинства моих друзей.

26. Бывает, что применяет ко мне физические наказания.

27. Даже если я не хочу, мне приходится поступать так, как желает он(а).

28. Считает, что он(а) лучше знает, что мне нужно.

29. Он(а) всегда мне сочувствует.

30. Мне кажется, он(а) меня понимает.

31. Он(а) хотела бы во мне многое изменить.

32. При принятии семейных решений он(а) всегда учитывает мое мнение.

33. Он(а) всегда соглашается с моими идеями и предложениями.

34. Никогда не знаешь, что от него (нее) ожидать.

35. Он(а) является для меня эталоном и примером во всем.

36. Я считаю, что он(а) правильно воспитывает меня.

37. Он(а) предъявляет ко мне много требований.

38. По характеру он(а) мягкий человек.

39. Обычно он(а) мне позволяет возвращаться домой, когда я захочу.

40. Он(а) стремится оградить меня от трудностей и неприятностей жизни.

41. Он(а) не допускает, чтобы я подмечал его (ее) слабости и недостатки.

42. Я чувствую, что ему (ей) нравится мой характер.

43. Он(а) часто критикует меня по мелочам.

44. Он(а) всегда с готовностью меня выслушивает.

45. Мы расходимся с ним (с ней) по очень многим вопросам.

46. Он(а) наказывает меня за такие поступки, какие совершает сам(а).

47. Я разделяю большинство его (ее) взглядов.

48. Я устаю от повседневного общения с ним (с ней).

49. Он(а) часто заставляет меня делать то, что мне не хочется.

50. Он(а) прощает мне то, за что другие наказали бы.

51. Он(а) хочет знать обо мне все: о чем я думаю, как отношусь к своим дру­зьям и т. п.

52. Я не советуюсь с ним (с ней), с кем мне дружить.

53. Могу сказать, что он(а) — самый близкий мне человек.

54. Он(а) все время высказывает недовольство мной.

55. Думаю, он(а) приветствует мое поведение.

56. Он(а) принимает участие в делах, которые придумываю я.

57. Мы по-разному с ним (с ней) представляем мою будущую жизнь.

58. Одинаковые мои поступки могут вызвать у него (нее) то упреки, то по­хвалу.

59. Мне хотелось бы быть похожим на него (нее).

60. Я хочу, чтобы он(а) всегда относился (лас ь) ко мне так же, как сейчас.

257

Регистрационный бланк Ф.И.О.__________________________Возраст_____Класс

М О М О М О М О М О
1 13 25 37 49
2 14 26 38 50
3 15 27 39 51
4 16 28 40 52
5 17 29 41 53
6 18 30 42 54
7 19 31 43 55
8 20 32 44 56
9 21 33 45 57
10 22 34 46 58
11 23 35 47 59
12 24 36 48 60

Опросник «Взаимодействие родитель—ребенок» (ВРР)

Вариант для родителей подростков

Инструкция: «Отметьте степень согласия со следующими утверждениями по 5-балльной системе. Оцените утверждения отдельно для каждого ребенка в бланке ответов.

5 — несомненно, да (очень сильное согласие);

4 — в общем, да;

3 — и да, и нет;

2 — скорее нет, чем да;

1 — нет (абсолютное несогласие)».

1. Если уж я чего-то требую от него (нее), то обязательно добьюсь этого.

2. Я всегда наказываю его (ее) за плохие поступки.

3. Он(а) редко говорит мне, куда идет и когда вернется.

4. Я считаю его (ее) вполне самостоятельным человеком.

5. Сын (дочь) может рассказать мне обо всем, что с ним (ней) происходит.

6. Думаю, что он(а) ничего не добьется в жизни.

7. Я говорю ему (ей) чаше о его (ее) недостатках, чем о достоинствах.

8. Часто поручаю ему (ей) важные и трудные дела.

9. Нам трудно достичь взаимного согласия.

10. Бывает, что разрешаю ему (ей) то, что еще вчера запрещал(а).

11. Сын (дочь) всегда учитывает мою точку зрения.

12. Я бы хотел(а), чтобы он(а) относился(лась) к своим детям так же, как я к нему (к ней).

13. Он(а) редко делает с первого раза то, о чем я прошу.

14. Я его (ее) очень редко ругаю.

15. Я стараюсь контролировать все его (ее) действия и поступки.

258

16. Считаю, что для него (нее) главное — это слушаться меня.

17. Если у него (нее) случается несчастье, в первую очередь он(а) делится со мной.

18. Я не разделяю его (ее) увлечений.

19. Я не считаю его (ее) таким умным и способным, как мне хотелось бы.

20. Могу признать свою неправоту и извиниться перед ним (ней).

21. Я часто иду у него (нее) на поводу.

22. Мне трудно бывает предсказать свое поведение по отношению к нему (ней).

23. Думаю, что я для него (нее) авторитетный человек.

24. Мне нравятся наши с ней (с ним) отношения.

25. Дома у него (нее) больше обязанностей, чем у большинства его (ее) друзей.

26. Приходится применять к нему (к ней) физические наказания.

27. Ему (ей) приходится поступать так, как я говорю, даже если он(а) не хочет.

28. Думаю, я лучше знаю, что ему (ей) нужно.

29. Я всегда сочувствую своему ребенку.

30. Мне кажется, я его (ее) понимаю.

31. Я хотел(а) бы в нем (ней) многое изменить.

32. При принятии семейных решений всегда учитываю его (ее) мнение.

33. Я всегда соглашаюсь с его (ее) идеями и предложениями.

34. Мое поведение часто бывает для него (нее) неожиданным.

35. Я являюсь для него (нее) эталоном и примером во всем.

36. Считаю, что в целом правильно воспитываю своего сына (дочь).

37. Я предъявляю к нему (к ней) много требований.

38. По характеру я мягкий человек.

39. Я позволяю ему (ей) возвращаться домой, когда он(а) хочет.

40. Я стремлюсь оградить его (ее) от трудностей и неприятностей жизни.

41. Я не допускаю, чтобы он(а) подмечал(а) мои слабости и недостатки.

42. Мне нравится его (ее) характер.

43. Я часто критикую его (ее) по мелочам.

44. Всегда с готовностью его (ее) выслушиваю.

45. Мы расходимся с ним (с ней) по очень многим вопросам.

46. Я наказываю его (ее) за такие поступки, которые совершаю сама.

47. Он(а) разделяет большинство моих взглядов.

48. Я устаю от повседневного общения с ней (с ним).

49. Мне приходится заставлять его (ее) делать то, что он (она) не хочет.

50. Я прощаю ему (ей) то, за что другие наказали бы.

51. Мне бы хотелось знать о нем (о ней) все, о чем он(а) думает, как отно­сится к своим друзьям и т. д.

52. Он(а) не советуется со мной, с кем ему (ей) дружить.

53. Думаю, что для него (нее) я самый близкий человек.

54. Я приветствую его (ее) поведение.

55. Я часто высказываю свое недовольство им (ей).

56. Принимаю участие в делах, которые придумывает он(а).

57. Мы по-разному представляем с ним (с ней) его (ее) будущую жизнь.

259

58. Бывает, что упрекаю и хвалю его (ее), в сущности, за одно и то же.

59. Думаю, ему (ей) хотелось бы походить на меня.

60. Я хочу, чтобы он(а) всегда относился(лась) ко мне также, как сейчас.

Опросник «Взаимодействие родитель-ребенок» (ВРР)

Вариант для родителей дошкольников и младших школьников

Инструкция: «Отметьте степень согласия со следующими утверждениями по 5-балльной системе. Оцените утверждения отдельно для каждого ребенка в бланке ответов.

5 — несомненно, да (очень сильное согласие);

4 — в общем, да;

3-й да, и нет;

2 — скорее нет, чем да;

1 — нет (абсолютное несогласие)».

1. Если уж я чего-то требую от него (нее), то обязательно добьюсь этого.

2. Я всегда наказываю его (ее) за плохие поступки.

3. Он(а) сам(а) обычно решает, какую одежду надеть.

4. Моего ребенка смело можно оставить без присмотра.

5. Сын (дочь) может рассказать мне обо всем, что с ним (с ней) происходит.

6. Думаю, что он(а) ничего не добьется в жизни.

7. Я чаще говорю ему (ей) о том, что мне в нем (в ней) не нравится, чем нравится.

8. Часто мы совместно справляемся с домашней работой.

9. Я постоянно беспокоюсь за здоровье ребенка.

10. Я чувствую, что непоследователен(льна) в своих требованиях.

11. В нашей семье часто бывают конфликты.

12. Я бы хотел(а), чтобы он(а) воспитывал(а) своих детей так же, как я его (ее).

13. Он(а) редко делает с первого раза то, о чем я прошу.

14. Я его (ее) очень редко ругаю.

15. Я стараюсь контролировать все его (ее) действия и поступки

16. Считаю, что для него (нее) главное — это слушаться меня.

17. Если у него (нее) случается несчастье, в первую очередь он(а) делится со мной.

18. Я не разделяю его (ее) увлечений.

19. Я не считаю его (ее) таким умным и способным, как мне хотелось бы.

20. Могу признать свою неправоту и извиниться перед ним (ней).

21. Я часто думаю, что с моим ребенком может случиться что-то ужасное.

22. Мне трудно бывает предсказать свое поведение по отношению к нему (ней).

23. Воспитание моего ребенка было бы гораздо лучше, если бы другие чле­ны семьи не мешали.

260

24. Мне нравятся наши с ней (с ним) отношения.

25. Дома у него (у нее) больше обязанностей, чем у большинства его (ее) друзей.

26. Приходится применять к нему (к ней) физические наказания.

27. Ему (ей) приходится поступать так, как я говорю, даже если он(а) не хочет.

28. Думаю, я лучше его (ее) знаю, что ему (ей) нужно.

29. Я всегда сочувствую своему ребенку.

30. Мне кажется, я его (ее) понимаю.

31. Я бы хотел(а) в нем (ней) многое изменить

32. При принятии семейных решений всегда учитываю его (ее) мнение.

33. Думаю, что я тревожная мама (тревожный папа).

34. Мое поведение часто бывает для него (нее) неожиданным.

35. Бывает, что, когда я наказываю ребенка, мой муж (жена, бабушка и т. п.) начинает упрекать меня в излишней строгости.

36. Считаю, что в целом правильно воспитываю своего сына (дочь).

37. Я предъявляю к нему (к ней) много требований.

38. По характеру я мягкий человек.

39. Я позволяю ему (ей) гулять одному (одной) во дворе дома.

40. Я стремлюсь оградить его (ее) от трудностей и неприятностей жизни.

41. Я не допускаю, чтобы он (она) подмечал(а) мои слабости и недостатки.

42. Мне нравится его (ее) характер.

43. Я часто критикую его (ее) по мелочам.

44. Всегда с готовностью его (ее) выслушиваю.

45. Считаю, что мой долг — оградить его (ее) от всяких опасностей.

46. Я наказываю его (ее) за такие поступки, которые совершаю сама.

47. Бывает, я невольно настраиваю ребенка против других членов семьи.

48. Я устаю от повседневного общения с ним (с ней).

49. Мне приходится заставлять его (ее) делать то, что он (она) не хочет.

50. Я прощаю ему (ей) то, за что другие наказали бы.

51. Мне бы хотелось знать о нем (о ней) все: о чем он(а) думает, как отно­сится к своим друзьям и т. д.

52. Он(а) сам(а) выбирает, чем заниматься дома в свободное время.

53. Думаю, что для него (нее) я самый близкий человек.

54. Я приветствую его (ее) поведение.

55. Я часто высказываю свое недовольство им (ею).

56. Принимаю участие в делах, которые придумывает он(а).

57. Я часто думаю, что кто-то может обидеть его (ее).

58. Бывает, что упрекаю и хвалю его (ее), в сущности, за одно и то же.

59. Случается, что, если я говорю ему (ей) одно, то муж (жена, бабушка и т. п.) специально говорит наоборот.

60. Мне кажется, мои отношения с ребенком лучше, чем в семьях большин­ства моих знакомых.

261

Регистрационный бланк

Ф.И.О. ___________________Возраст______Образование

Ф.И. ребенка_______________________Возраст ребенка__

Баллы Баллы Баллы Баллы Баллы
1 13 25 37 49
2 14 26 38 50
3 1 Ь 27 39 51
4 16 28 40 52
5 1/ 29 41 53
6 18 30 42 54
7 19 31 43 55
8 20 32 44 56
9 21 33 45 57
10 22 34 46 58
11 23 35 47 59
12 24 36 48 60

Обработка и интерпретация результатов

Все три формы опросника (детская и взрослые) обрабатываются по сход­ной схеме. Подсчитывается общее количество баллов по каждой шкале, при этом учитывается — прямые это или обратные утверждения. Обратные утвер­ждения переводятся в баллы следующим образом:

ответы 12 3 4 5

баллы 5 4 3 2 1

В бланках-ключах обратные вопросы обозначены звездочками. Поскольку шкалы 3 и 5 содержат по 10 утверждений, а не по пять, как в остальных, то арифметическая сумма баллов по этим шкалам делится на два. Суммарная оценка проставляется в последнем столбце регистрационного бланка. Каждая строка бланка для ответов принадлежит одной шкале (см. табл. 15,16). Напри-

Ключ к опроснику ВРР для подростков и их родителей

Табли ца 15

Баллы Баллы Баллы Баллы Баллы Сумма по шкале ...
1 13 *** 25 37 49 1
2 14 *** 26 38 *** 50 *** 2
3 15 27 39 51 3/2
4 16 28 40 52 ***
5 6 ***

17

18

** * 29 41 *** 53 4
7 8 9 10 11 12

***

*** ***

19 20 21 22 23 24 * * * *** 31 32 33 34 35 36 *** 43 44 45 46 47 48

***

*** ***

55 56 57 58 59 60 ***

5/2

6

7 8 9 10

262

4.5. ДИАГНОСТИКА ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ

мер, к шкале 1 относятся утверждения: 1, 13, 25, 37, 49; к шкале 10: 12, 24, 36, 48, 60; к шкале 3: 3, 4, 15, 16, 27, 28, 39, 40, 51, 52 и т. д.

Шкалы опросника ВРР для подростков и их родителей

1. Нетребовательность—требовательность.

2. Мягкость—строгость.

3. Автономность—контроль.

4. Эмоциональная дистанция—близость.

5. Отвержение—принятие.

6. Отсутствие сотрудничества — сотрудничество.

7. Несогласие-согласие.

8. Непоследовательность-последовательность.

9. Авторитетность родителя.

10. Удовлетворенность отношениями с ребенком (с родителем).

Таблица 16

Ключ к опроснику ВРР для родителей и младших школьников

Баллы Баллы Баллы Баллы Баллы Сумма по шкале ...
1 13 * * 25 37 49 1
2 14 *** 26 38 * * 50 *** 2
3 *** 15 27 39 •« * 51

3

/2

4 ** * 16 28 40 52 ***
5 17 29 41 *** 53 4
6 *** 18 *** 30 42 54 ***

5

/2

7 *** 19 *** 31 *** 43 *** 55
8 20 32 44 56 6
9 *** 21 33 45 57 *** 7
10 *** 22 .** 34 *** 46 *** 58 *** 8
11 23 35 47 59 9
12 24 36 48 *** 60 10

Шкалы опросника ВРР для родителей дошкольников и младших школьников

1. Нетребовательность—требовательность.

2. Мягкость—строгость.

3. Автономность—контроль.

4. Эмоциональная дистанция-близость.

5. Отвержение—принятие.

6. Отсутствие сотрудничества — сотрудничество.

7. Тревожность за ребенка.

8. Непоследовательность—последовательность.

9. Воспитательная конфронтация в семье.

10. Удовлетворенность отношениями с ребенком.

Для интерпретации данных опросника ВРР в соответствии с характеристи­кой шкал, представленной выше, можно пользоваться результатами процен-тильной стандартизации, показанными в таблицах 17, 18 и 19.

263

Таблица 17

Процентильная стандартизация опросника ВРР на выборке старшеклассников (100 чел .)

Процмгпин 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
10 7 5 10 10 11 9 7 9 9 7
20 10 6 11 11 19 11 10 11 11 11
30 11 8 13 12 14 12 11 11 12 13
40 12 9 14 12 15 13 12 12 13 15
50 13 10 15 14 16 14 13 13 15 17
60 14 12 15,5 16 18 15 14 14 16 17
70 16 13 16,5 17 19 16 15 15 18 18
80 17 14 18 19 20 18 17 16 19 20
90 18 15 19 20 21 19 18 17 22 21
100 22 18 22 24 21 24 24 21 24 25
Таблица 18 Процентильная стандартизация опросника ВРР на выборке родителей дошкольников и младших школьников (280 чел .)
Процентили 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
10 11 7 10,5 14 12 15 11 10 5 13
20 12 9 12,5 16 14 17 13 12 6 15
30 13 10 13 18 15 17 15 15 8 16
40 14 11 14 19 16 18 16 16 9 17
50 14 12 14,5 20 16,5 20 18 17 9 18
60 15 13 15,5 20 17,5 20 19 19 10 19
70 16 14 16 21 18 21 20 20 12 20
80 17 15 17 22 19 22 21 21 14 21
90 18 17 18 23 19,5 23 23 22 17 22
100 23 25 21 25 21,5 25 25 25 25 25
Таблица 19 Процентильная стандартизация опросника ВРР на выборке родителей старшеклассников (70 чел .)
Процентили 1 2 3 4 5 б 7 8 9 10
10 11 5 12,5 15 12,5 13 12 12 13 14
20 13 7 14 16 13,5 14 13 14 14 17
30 14 8 14,5 16 14 16 13 15 15 18
40 15 8 15,5 18 14,5 18 14 16 15 19
50 15 10 16,5 19 15 19 15 17 16 20
60 16 12 17 20 15,5 20 16 19 17 21
70 16 12 18 20 16 20 16 19 18 22
80 17 14 18 21 17 21 17 20 19 23
90 18 15 20 22 18 22 19 22 20 24
100 19 18 22,5 24 19,5 23 25 24 23 25

264

4.5.5. Методика диагностики

родительского отношения

Авторами методики являются А. Я. Варга и В. В. Столин (1989).

Тест-опросник родительского отношения (ОРО) представляет собой пси­ходиагностический инструмент, ориентированный на выявление родительского отношения у лиц, обращающихся за психологической помощью по вопросам воспитания детей и общения с ними.

Родительское отношение понимается как система разнообразных чувств по отношению к ребенку, поведенческих стереотипов, практикуемых в общении с ним, особенностей восприятия и понимания характера и личности ребенка, его поступков.

Описание методики

Опросник состоит из 5 шкал:

1. «Принятие—отвержение». Шкала отражает интегральное эмоциональное отношение к ребенку. Содержание одного полюса шкалы: родителю нравится ребенок таким, какой он есть; родитель уважает индивидуальность ребенка, симпатизирует ему; родитель стремится проводить много времени вместе с ребенком, одобряет его интересы и планы. На другом полюсе шкалы — роди­тель воспринимает своего ребенка плохим, неприспособленным, неудачливым; ему кажется, что ребенок не добьется успеха в жизни из-за низких способнос­тей, небольшого ума, дурных наклонностей. По большей части родитель ис­пытывает к ребенку злость, досаду, раздражение, обиду; он не доверяет ребен­ку и не уважает его.

2. «Кооперация» — социально желательный образ родительского отношения. Содержательно эта шкала раскрывается так: родитель заинтересован в делах и планах ребенка, старается во всем помочь ребенку, сочувствует ему. Родитель высоко оценивает интеллектуальные и творческие способности ребенка, ис­пытывает чувство гордости за него. Он поощряет инициативу и самостоятель­ность ребенка, старается быть с ним на равных. Родитель доверяет ребенку, старается встать на его точку зрения в спорных вопросах.

3. «Симбиоз» — шкала отражает межличностную дистанцию в общении с ре­бенком. При высоких баллах по этой шкале можно считать, что родитель стре­мится к симбиотическим отношениям с ребенком. Содержательно эта тенден­ция описывается так: родитель ощущает себя с ребенком единым целым, хочет по возможности удовлетворить все потребности ребенка, оградить его от труд­ностей и неприятностей жизни. Родитель постоянно ощущает тревогу за ребен­ка, ребенок ему кажется маленьким и беззащитным. Тревога родителя повыша­ется, когда ребенок начинает автономизироваться в силу обстоятельств, так как по своей воле родитель не предоставляет ребенку самостоятельности никогда.

4. «Авторитарная гиперсоциализация» — отражает форму и направление кон­троля за поведением ребенка. При высоком балле по этой шкале в родительс­ком отношении данного родителя отчетливо просматривается авторитаризм. Родитель требует от ребенка безоговорочного послушания и дисциплины. Он

265

старается навязать ребенку во всем свою волю, не в состоянии встать на его точку зрения. За проявления своеволия ребенка сурово наказывают. Родитель пристально следит за социальными достижениями ребенка, его индивидуаль­ными особенностями, привычками, мыслями, чувствами.

5. «Маленький неудачник» — отражает особенности восприятия и понима­ния ребенка родителем. При высоких значениях по этой шкале в родительс­ком отношении имеются стремления инфантилизировать ребенка, приписать ему личную и социальную несостоятельность. Родитель видит ребенка млад­шим по сравнению с реальным возрастом. Интересы, увлечения, мысли и чув­ства ребенка кажутся родителю детскими, несерьезными. Ребенок представ­ляется неприспособленным, неуспешным, открытым для дурных влияний. Родитель не доверяет своему ребенку, досадует на его неуспешность и неуме­лость. В связи с этим родитель старается оградить ребенка от трудностей жиз­ни и строго контролировать его действия.

Текст опросника

Инструкция: «Выразите свое согласие или несогласие с приведенными ниже утверждениями с помощью ответов „да или „нет.

1. Я всегда сочувствую своему ребенку.

2. Я считаю своим долгом знать все, что думает мой ребенок.

3. Я уважаю своего ребенка.

4. Мне кажется, что поведение моего ребенка значительно отклоняется от нормы.

5. Нужно подольше держать ребенка в стороне от реальных жизненных про­блем, если они его травмируют.

6. Я испытываю к ребенку чувство расположения.

7. Хорошие родители ограждают ребенка от трудностей жизни.

8. Мой ребенок часто неприятен мне.

9. Я всегда стараюсь помочь своему ребенку.

10. Бывают случаи, когда издевательское отношение к ребенку приносит ему большую пользу.

11. Я испытываю досаду по отношению к своему ребенку.

12. Мой ребенок ничего не добьется в жизни.

13. Мне кажется, что дети потешаются над моим ребенком.

14. Мой ребенок часто совершает такие поступки, которые, кроме презре­ния, ничего не стоят.

15. Для своего возраста мой ребенок немножко незрелый.

16. Мой ребенок ведет себя плохо специально, чтобы досадить мне.

17. Мой ребенок впитывает в себя все дурное, как „губка.

18. Моего ребенка трудно научить хорошим манерам при всем старании.

19. Ребенка следует держать в жестких рамках, тогда из него вырастет поря­дочный человек.

20. Я люблю, когда друзья моего ребенка приходят к нам в дом.

21. Я принимаю участие в своем ребенке.

22. К моему ребенку „липнет все дурное.

266

23. Мой ребенок не добьется успеха в жизни.

24. Когда в компании знакомых говорят о детях, мне немного стыдно, что мой ребенок не такой умный и способный, как мне бы хотелось.

25. Я жалею своего ребенка.

26. Когда я сравниваю своего ребенка со сверстниками, они кажутся мне взрослее и по поведению, и по суждениям.

27. Я с удовольствием провожу с ребенком все свое свободное время.

28. Я часто жалею о том, что мой ребенок растет и взрослеет, и с нежностью вспоминаю его маленьким.

29. Я часто ловлю себя на враждебном отношении к ребенку.

30. Я мечтаю о том, чтобы мой ребенок достиг всего того, что мне не уда­лось в жизни.

31. Родители должны приспосабливаться к ребенку, а не только требовать этого от него.

32. Я стараюсь выполнять все просьбы моего ребенка.

33. При принятии семейных решений следует учитывать мнение ребенка.

34. Я очень интересуюсь жизнью своего ребенка.

35. В конфликте с ребенком я часто могу признать, что он по-своему прав.

36. Дети рано узнают, что родители могут ошибаться.

37. Я всегда считаюсь с ребенком.

38. Я испытываю к ребенку дружеские чувства.

39. Основная причина капризов моего ребенка — эгоизм, упрямство и лень.

40. Невозможно нормально отдохнуть, если проводить отпуск с ребенком.

41. Самое главное, чтобы у ребенка было спокойное и беззаботное детство.

42. Иногда мне кажется, что мой ребенок не способен ни на что хорошее.

43. Я разделяю увлечения своего ребенка.

44. Мой ребенок может вывести из себя кого угодно.

45. Я понимаю огорчения своего ребенка.

46. Мой ребенок часто раздражает меня.

47. Воспитание ребенка — сплошная нервотрепка.

48. Строгая дисциплина в детстве развивает сильный характер.

49. Я не доверяю своему ребенку.

50. За строгое воспитание дети благодарят потом.

51. Иногда мне кажется, что ненавижу своего ребенка.

52. В моем ребенке больше недостатков, чем достоинств.

53. Я разделяю интересы своего ребенка.

54. Мой ребенок не в состоянии что-либо делать самостоятельно, а если и сделает, то обязательно не так.

55. Мой ребенок вырастет неприспособленным к жизни.

56. Мой ребенок нравится мне таким, какой он есть.

57. Я тщательно слежу за состоянием здоровья моего ребенка.

58. Нередко я восхищаюсь своим ребенком.

59. Ребенок не должен иметь секретов от родителей.

60. Я невысокого мнения о способностях моего ребенка и не скрываю этого от него.

61. Очень желательно, чтобы ребенок дружил с теми детьми, которые нра­вятся его родителям.

267

Обработка и интерпретация результатов

При подсчете тестовых баллов в соответствии с ключом по всем шкалам учитывается ответ «верно».

Ключ к опроснику

1. Принятие-отвержение: номера утверждений — 3,4, 8, 10, 12, 14, 15, 16, 18, 20, 24, 26, 27, 29, 37, 38, 39, 40, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 49, 52, 53, 55, 56, 60.

2. Кооперация: номера утверждений — 6, 9, 21, 25, 31, 34, 35, 36.

3. Симбиоз: номера утверждений — 1, 5, 7, 28, 32, 41, 58.

4. Авторитарная гиперсоциализация: номера утверждений — 2, 19, 30, 48, 50, 57, 59.

5. «Маленький неудачник»: номера утверждений — 9, 11, 13, 17, 22, 28, 54, 61.

Высокий тестовый балл по соответствующим шкалам интерпретируется как:

1. Отвержение.

2. Социальная желательность.

3. Симбиоз.

4. Гиперсоциализация.

5. Инфантилизация (инвалидизация).

Тестовые нормы приводятся в виде таблиц процентильных рангов тестовых баллов по соответствующим шкалам (см. табл. 20.1-20.5).

Таблица 20.1

Шкала 1: «Принятие - отвержение»

«Сыройбалл» 0 1 2 3 4 5 6 7 8
Процентильныйранг 0 0 0 0 0 0 0,63 3,79 12,02
«Сыройбалл» 9 10 11 12 13 14 15 16 17
Процентильныйранг 31 53,79 68,35 77,21 84,17 88,60 90,50 92,40 93,67
«Сыройбалл» 18 19 20 21 22 23 24 25 26
Процентильныйранг 94,3 95,5 97,46 98,1 98,73 98,73 99,36 100 100
«Сыройбалл» 27 28 29 30 31 32
Процентильныйранг 100 100 100 100 100 100

Таблица 20.2

Шкала 2: « Кооперация )
«Сыройбалл» 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9
Процентильныйранг 1,57 3,46 5,67 7,88 9,77 12,29 19,22 31,19 48,82 80,93

Таблица 20.3

Шкала 3: «Симбиоз»

«Сыройбалл» 0 1 2 3 4 5 6 7
Процентильныйранг 4,72 19,53 39,06 57,96 74.97 86,63 92,93 96,65

268

Таблица 20.4 Шкала 4: «Авторитарная гиперсоциализация»

«Сыройбалл» 0 1 2 3 4 5 6
Процентильныйранг 4.41 13,86 32,13 53,87 69,30 83,79 95,76
Таблица 20.5 Шкала 5: «Маленький неудачник»
«Сыройбалл» 0 1 2 3 4 5 6 7
Процентильныйранг 14,55 45,57 70,25 84,19 3,04 96,83 99,37 100

4.5.6. Тест «Диагностика

эмоциональных отношений в семье»

Авторы методики — Е. Бене и Д. Антони (Бене Е., 1999).

Методика предназначена для изучения эмоциональных отношений ребен­ка с семьей, и в первую очередь для определения позиции ребенка в семье. Тест позволяет качественно и количественно оценить чувства, которые ребенок испытывает к членам своей семьи, и то, как он воспринимает их отношение к себе. Выявляются также типы психологических защит, используемые ре­бенком.

Описание методики

Методика имеет две формы:

1. Для детей 4-6 (8) лет.

2. Для детей 6 (8)—10 лет и подростков.

Вариант для маленьких детей содержит следующие отношения:

положительные чувства, которые исходят от ребенка и переживаются ребенком как исходящие от других;

отрицательные чувства, которые исходят от ребенка и переживаются им как исходящие от других;

зависимость от других.

Вариант для старших детей направлен на исследование следующих отно­шений:

двух видов положительного отношения: слабого и сильного; слабые чув­ства связаны с дружеским одобрением и принятием, сильные — с «сек-суализированными» переживаниями, относящимися к интимному пси­хическому контакту и манипуляции;

269

двух видов отрицательного отношения: слабого и сильного; слабые свя­заны с недружественностью и неодобрением, сильные выражают нена­висть и враждебность;

родительского потакания, выражающегося высказываниями типа: «Этого члена семьи мама слишком балует»;

родительской сверхопеки, представленной в высказываниях типа: «Мама беспокоится, что этот человек может простудиться».

Все эти пункты, кроме пунктов, касающихся сверхопеки и потакания, от­ражают два направления в переживании чувств: исходят ли чувства от ребенка и направляются другим людям или ребенок ощущает себя объектом чувств дру­гих. Примером первой категории будет «Я люблю прижиматься к этому члену семьи», а примером второй — «Этот человек любит крепко обнимать меня».

Процедура тестирования не вызывает у ребенка затруднений и занимает не более 25 минут. Методика проста в обработке.

Тестовый материал методики призван дать конкретное представление о се­мье ребенка. Он состоит из 20 фигур, изображающих людей различных возрас­тов, форм и размеров, достаточно стереотипных, чтобы воссоздать различных членов семьи ребенка, и вместе с тем достаточно двусмысленных, чтобы пред­ставить специфическую семью. Присутствуют фигуры от дедушек и бабушек до новорожденных детей, что дает ребенку возможность создать из них свой семейный круг. Кроме представителей семьи, в тест включены другие важные фигуры. Для тех вопросов, которые не соответствуют ни одному члену семьи, предназначена фигура господина «Никто». Каждая фигура снабжена коробоч­кой наподобие почтового ящичка с щелью.

Каждый вопрос теста написан на отдельной маленькой карточке. Ребенку говорится, что карточки содержат послания и его задача — положить карточку в ящичек той фигуры, которой она соответствует больше всего. Тестовая ситу­ация становится, таким образом, игровой ситуацией, в которой задача тесто­вого материала — подготовить субъекта к предстоящему эмоциональному реа­гированию.

Ребенок сидит в удобной позе недалеко от фигур, представляющих его се­мью. Он выбрал их из всего набора. Он и экспериментатор видят в них семью ребенка. К ним обращаются как к членам семьи, и эта иллюзия сохраняется в течение всей тестовой ситуации. Задача ребенка — подчиняться маневрам тес­та. Его не просят проанализировать сложный комплекс чувств, испытываемых им к семье. Многие дети оказались бы не способными сделать это. От ребенка ожидается, что он выразит себя в выборе эмоциональной позиции, которая будет собрана из различных источников, достаточных для того, чтобы понять основу отношений ребенка. Вопрос, таким образом, фиксирован. Но его мес­то жестко не определено: позволяется отдать вопрос господину «Никто». Бо­лее того, чувства, «брошенные» в фигуру, немедленно исчезают из поля зре­ния, не оставляя обвиняющего следа. Таким образом, у ребенка отсутствует зримое напоминание распределения его любви или ненависти и, следователь­но, чувство вины не мешает свободе самовыражения.

270

Вопросы теста Форма для маленьких детей

(... — место для имени ребенка)

Положительные чувства, исходящие от ребенка

1.... думает, что ты хороший. Кто хороший?

2. ... любит тебя. Кого любит ...?

3. ... нравится играть в твоей кровати. В чьей кровати нравится играть ...? 4.... любит целовать тебя. Кто любит целовать ...?

5.... любит сидеть у тебя на коленях. У кого любит сидеть ...?

6.... нравится быть твоим малышом. Чей малыш ...?

7.... любит играть с тобой. С кем любит играть ...?

8.... нравится гулять с тобой. Кто должен брать... на прогулки?

Отрицательные чувства, исходящие от ребенка

10. ... думает, что ты непослушный. Кто непослушный?

11. ... не любит тебя. Кого не любит ...?

12. ... думает, что ты плохой. Кто плохой?

13. ... хотелось бы отшлепать тебя. Кого хотелось бы отшлепать...?

14. ... хочет, чтобы ты ушел. Кого хотелось бы прогнать ...?

15. ... ненавидит тебя. Кого ненавидит ...?

16. ... думает, что ты гадкий. Кто гадкий?

17. Ты злишь... Кто злит ...?

Положительные чувства, получаемые ребенком

20. Ты любишь играть с .... Кто любит играть с ...?

21. Ты любишь целовать .... Кто любит целовать ...?

22. Ты улыбаешься... Кто улыбается ...?

23. Ты даешь почувствовать ... себя счастливым. Кто делает счастливым ...?

24. Ты любишь обнимать?.. Кто любит обнимать ...?

25. Ты любишь ... . Кто любит ...?

26. Ты милый с ... . Кто мил с ...?

27. Ты думаешь, что... — милый(ая) мальчик (девочка). Кто думает, что ... милый(ая) мальчик (девочка)?

Отрицательные чувства, получаемые ребенком

30. Ты шлепаешь .... Кто шлепает ...?

31. Ты делаешь .... грустным. Кто делает ... грустным?

32. Ты бранишь ... . Кто бранит...?

33. Ты доводишь .... до слез. Кто доводит... до слез?

Вопросы теста Форма для старших детей

Нежные чувства, исходящие от ребенка

0. Этот член семьи очень хороший.

1. Этот член семьи очень веселый.

271

2. Этот член семьи всегда помогает другим.

3. Этот член семьи имеет великолепные возможности.

4. Этот член семьи никогда не подведет тебя.

5. Этот член семьи много шутит.

6. Этот член семьи заслуживает хорошего подарка.

7. Этот член семьи — хороший спортсмен.

8. С этим членом семьи хорошо играть.

9. Этот член семьи очень добрый.

Сильные положительные с сексуальным оттенком чувства, исходящие от ребенка

10. Мне нравится прижиматься к этому члену семьи.

11. Я люблю, когда меня целует этот член семьи.

12. Иногда мне хочется, чтобы я спал в одной кровати с этим членом семьи.

13. Мне хотелось бы, чтобы этот человек был возле меня всегда.

14. Мне бы хотелось, чтобы этот человек заботился обо мне больше, чем о ком-либо другом.

15. Я хотел(а) бы, чтобы мой будущий супруг напоминал этого члена семьи.

16. Мне нравится, когда этот член семьи щекочет меня.

17. Мне нравится обнимать этого члена семьи.

Слабые отрицательные чувства, исходящие от ребенка

20. Этот член семьи иногда слишком суетится.

21. Этот член семьи иногда придирается.

22. Этот человек иногда портит чужие забавы.

23. Этот член семьи иногда вспыльчив.

24. Этот член семьи бывает в плохом настроении.

25. Этот член семьи временами слишком много жалуется.

26. Этот член семьи иногда досаждает без всякого повода.

27. Этот член семьи никогда не удовлетворен.

28. Этот человек не очень терпелив.

29. Этот член семьи иногда слишком зол.

Сильные отрицательные (враждебные) чувства, исходящие от ребенка

30. Иногда мне хочется убить этого члена семьи.

31. Иногда у меня возникает желание, чтобы этот человек убирался прочь.

32. Иногда я ненавижу этого члена семьи.

33. Иногда я представляю себя бьющим этого члена семьи.

34. Иногда я думаю, что был бы счастливей, если бы этого человека не было в семье.

35. Иногда я чувствую, что «сыт этим человеком по горло».

36. Временами я хочу сделать что-то только для того, чтобы досадить этому человеку.

37. Этот член семьи может сильно разозлить меня.

272

Нежные чувства, получаемые ребенком

40. Этот член семьи добр ко мне.

41. Этот член семьи очень тактичен со мной.

42. Этот член семьи очень меня любит.

43. Этот член семьи очень внимателен ко мне.

44. Этот член семьи готов помочь мне.

45. Этот член семьи любит забавляться со мной.

46. Этот член семьи действительно понимает меня.

47. Этот член семьи всегда выслушает меня.

Сильные положительные, с «сексуальным оттенком» чувства, получаемые

ребенком

50. Этот член семьи любит баловать меня.

51. Этот член семьи любит крепко обнимать меня.

52. Этот член семьи любит прижимать меня к себе.

53. Этот член семьи любит помогать мне мыться.

54. Этот член семьи любит пощекотать меня.

55. Этот член семьи любит быть со мной в постели.

56. Этот член семьи хочет всегда быть со мной.

57. Этот член семьи заботится больше обо мне, чем о ком-либо другом.

Слабые отрицательные чувства, получаемые ребенком

60. Этот член семьи иногда смотрит на меня неодобрительно.

61. Этот член семьи любит подразнить меня.

62. Этот член семьи иногда ругает меня.

63. Этот член семьи не соглашается со мной, когда мне хотелось бы того.

64. Этот член семьи не всегда соглашается помочь мне, когда у меня труд­ности.

65. Этот член семьи иногда ворчит на меня.

66. Этот член семьи иногда зол со мной.

67. Этот член семьи слишком занят, чтобы у него оставалось на меня время.

Сильные отрицательные (враждебные) чувства, получаемые ребенком

70. Этот член семьи часто бьет меня.

71. Этот член семьи слишком часто наказывает меня.

72. Этот член семьи дает мне почувствовать себя глупым.

73. Этот член семьи заставляет меня бояться.

74. Этот член семьи неодобрителен ко мне.

75. Этот член семьи заставляет меня чувствовать себя несчастным.

76. Этот член семьи всегда недоволен мной.

77. Этот член семьи недостаточно любит меня.

Материнская сверхопека

80. Мама беспокоится, что этот член семьи может простудиться.

81. Мама беспокоится, что этот член семьи может заболеть.

82. Мама беспокоится, чтобы этот член семьи не попал под машину.

273

83. Мама беспокоится, что этот член семьи может удариться и что-то себе повредить.

84. Мама беспокоится, что с этим человеком может что-нибудь случиться.

85. Мама боится разрешить этому члену семьи слишком много резвиться.

86. Мама боится разрешить играть этому члену семьи с озорными детьми.

87. Мама беспокоится, что этот член семьи очень мало ест.

Отцовское сверхпотакание

90. Об этом члене семьи папа часто попусту волнуется.

91. Этому члену семьи папа уделяет слишком много внимания.

92. Этого члена семьи папа слишком балует.

93. С этим членом семьи папа проводит слишком много времени.

94. Этого члена семьи папа любит больше всех.

Материнское сверхпотакание

95. Об этом члене семьи мама часто попусту волнуется.

96. Этому члену семьи мама уделяет слишком много внимания.

97. Этого члена семьи мама слишком балует.

98. С этим членом семьи мама проводит слишком много времени.

99. Этого члена семьи мама любит больше всех.

Диагностическая процедура

Для проведения методики психологу необходимо установить контакт с ре­бенком.

В комнате, в которой проходит тестирование, должны находиться стол для записи результатов тестирования и стол, на который помещается 21 фигура теста. Все фигуры должны быть поставлены перед ребенком и распределены в следующем порядке по группам — 4 женщины, 4 мужчины, 5 девочек, 5 маль­чиков, старик и грудной ребенок, «Никто».

Выяснение состава семьи ребенка

Для выяснения состава семьи психолог задает ребенку следующие вопро­сы: «Расскажи мне о людях, которые живут с тобой в доме»; «Расскажи мне, кто входит в твою семью». Задача состоит в том, чтобы выяснить концепцию семьи ребенка. Ответы испытуемого регистрируются.

Для интерпретации результатов теста необходимо иметь сведения о составе семьи испытуемого: полная или неполная семья (если неполная, то по какой причине: по причине смерти одного из родителей или в результате развода). Может случиться так, что мать ребенка умерла, отец женился снова, и ребенок говорит, что у него две мамы. В этом случае для более тонкого понимания пе­реживаний ребенка желательно обеих мам включить в тест. Важными могут оказаться сведения о том, не отсутствует ли временно один из родителей, и с кем ребенок живет сейчас, есть ли у него братья и сестры (каков их возраст). Если ребенок не знает, сколько им лет, тестирующий может задать следующие вопросы: «Он больше, чем ты?», «Кто старше: Петя или Аня?», «Петя ходит в школу или он ходит на работу?». Ответы на подобные вопросы помогут выя-

274

вить хронологический порядок рождения и приблизительно определить воз­раст братьев и сестер.

Иногда случается так, что ребенок хочет включить в список собаку, кана­рейку или других любимцев семьи. Тест не рассчитан на четвероногих или пер­натых членов семьи. По мнению создателей теста, взаимоотношения с людь­ми отличаются от взаимоотношений с животными, даже когда они касаются ребенка. Смешение этих двух видов отношений (наличие одинаковых пунктов для обоих) может сделать неясной концепцию «интерперсональных отноше­ний в семье», уменьшить ее специфическое значение и внести непредсказуе­мость в результаты.

Установление семейного круга ребенка

После того как установлен состав семьи, психолог предлагает ребенку поиг­рать: «Мы сейчас с тобой сыграем в такую игру. Ты видишь все фигуры, которые там стоят? Мы притворимся, будто некоторые из них — члены твоей семьи».

Затем психолог подводит ребенка поближе к фигурам, указывая на четыре женские фигуры, и спрашивает: «Как ты думаешь, какая из них была бы самой лучшей мамой?» Он дает ребенку сделать выбор и указать на выбранную фигу­ру, затем просит поставить ее на стол. Потом указывает на мужские фигуры и спрашивает: «А теперь скажи мне, какую из них лучше всего сделать папой ?» Выбранная фигура ставится ребенком на тот же стол. Затем экспериментатор указывает на фигуры мальчиков и девочек (в зависимости от пола испытуемо­го) и спрашивает: «Какой из них тебе хотелось бы быть самому(ой) ?» — и фигу­ра переносится на стол. Так продолжается до тех пор, пока ребенок не поста­вит на стол фигуры для каждого члена семьи. Если ребенок хочет выполнить несколько выборов, ему разрешается это сделать. Он также может включить забытых братьев, сестер, бабушку. Когда семейный круг составлен, психолог может сказать: «Теперь у нас все члены семьи в сборе, но в нашей игре будет еще одна фигура». Он вынимает фигуру «Никто», ставит возле членов семьи и гово­рит: «Имя этого человека „Никто . Он тоже будет играть. Сейчас я тебе рас­скажу, что он будет делать».

Затем ребенок усаживается за стол с фигурами, расположенными на удоб­ном расстоянии от него. Если он хочет разместить фигуры в определенном порядке, ему разрешается это сделать. Исследователь кладет вопросы теста кучкой перед собой и обращается к ребенку (инструкция): «Видишь, здесь мно­го карточек с написанными на них посланиями. Я прочитаю тебе, что на них ска­зано, а ты положишь каждую карточку к той фигуре, к которой она подходит больше всего. Если послание на карточке никому не подходит, ты отдаешь его человеку, которого зовут „ Никто . Понятно, что я имею в виду? Возможно, тебе покажется, что послание подходит нескольким людям. Тогда скажи об этом и дай мне эту карточку. А теперь внимание! Я повторяю: если карточка подходит одному человеку больше всего, ты кладешь эту карточку к этой фигуре, если кар­точка не подходит никому, ты даешь ее фигуре „Никто, если карточка подхо­дит нескольким людям, ты даешь ее мне».

Психолог переходит к тестированию, зачитывая текст на карточках и пере­давая их ребенку одну за другой. Если вопрос теста подходит нескольким чле-

275

нам семьи, тестирующий записывает, кто эти люди, и откладывает карточку в сторону. Вопросы зачитываются ребенку в случайном порядке. Однако после­довательность предъявления вопросов все время следует держать под контро­лем. Начало должно быть осторожным, чтобы дать ребенку возможность при­выкнуть к этому заданию, избежать появления тревожности и не вызвать сопротивления. Две первые карточки могут выражать нежные положительные чувства, следующие восемь вопросов — смесь слабых положительных и отри­цательных чувств. Остаток вопросов, за исключением двух последних, может быть прочитан как угодно, при условии того, что подряд не будут долго идти вопросы из одной группы, чтобы не создать установку у ребенка. Если выпало три вопроса, выражающих одинаковый вид чувств, то исследователю следует подобрать четвертый вопрос так, чтобы он непременно был другого вида. Он должен подобрать две последние карточки с вопросами положительного ха­рактера, чтобы ребенок не ушел с отголоском агрессии в сердце.

Жестких правил относительно того, как решить, проводить ли с ребенком форму для маленьких детей или форму для старших детей, является ли ребе­нок достаточно взрослым и сообразительным, чтобы справляться с более слож­ным набором вопросов, нет. В течение того времени, пока ребенок рассказы­вает, из каких членов состоит его семья, и выбирает фигуры для своего семейного круга, становится понятен уровень его развития, и это дает возмож­ность исследователю выбрать форму тестирования. Линия границы проходит где-то между шестью и восемью годами. Маленькие дети иногда, ошибаясь, отдают карточки фигуре, представляющей их самих, потому что им трудно по­нять, что карточки должны быть отданы другой фигуре. Поэтому желательно просить маленьких детей отвечать на вопросы, которые ставит вторая часть пункта, громко, вслух, чтобы тестирующий знал, какой фигуре направляется карточка. Ребенок подросткового возраста может пожелать читать вопросы сам. Если кажется, что ребенок желает читать вопросы самостоятельно и к этому нет никаких препятствий, то можно прекратить чтение после первых четырех вопросов и спросить ребенка, не хочет ли он прочитать остальные послания сам. Если ребенок отвечает утвердительно, исследователь отдает ему пачку кар­точек и предлагает читать про себя или вслух, как захочется.

Оформление и обработка результатов

Исследователь отмечает в специальном бланке, кому оказалось адресовано каждое утверждение. Если ребенок способен принять в этом участие, то его можно попросить помочь зачитать вслух номера вопросов. Помощь психологу успокоит ребенка и даст ему почувствовать свою значимость.

Обработка состоит в записи номеров утверждений в соответствующих кле­точках и суммировании количества вопросов, которые были присвоены тому или иному человеку в пределах каждой группы вопросов. Это покажет, сколько чувств из каждой группы направляется ребенком определенному члену семьи.

Интерпретация результатов

1. Относительная психологическая значимость различных членов семьи. Ожи­даемое распределение высказываний (гипотетическое) представлено на рисун-

276

Бланк для регистрации ответов

Ф. И. ребенка_________________________________Возраст

Мама Папа Я Брат ... ... Никто
1
2
3
4
5
6
45
95
96
97
98
99

ке 7. Сумма всех высказываний, адресованных одному человеку, отражает сте­пень вовлеченности в отношения с ним. Соответственно, при анализе диаг­раммы, полученной при обработке ответов ребенка, следует обратить внима­ние, не смещено ли распределение чувств от родителей к другим членам семьи. Также необходимо отметить, нет ли преувеличенной реакции — положитель­ной или отрицательной — в адрес одного из родителей (в психоаналитических терминах: не указывают ли результаты теста на прегенитальный или неразре­шенный эдипов комплекс).

2. Эгоцентрические ответы. Эгоцентрические ответы содержат два элемен­та: любовь к себе и ненависть к себе. Оба они, однако, указывают на чрезмер­ную занятость собой. Основываясь на клиническом опыте, можно ожидать высокий уровень любви к себе у привилегированных детей или детей, чрез­мерно идущих на поводу у своих желаний; и высокий уровень ненависти к себе — у отвергаемых и ненавидимых детей или детей с чувством неполноцен­ности, вины и стыда.

277

3. Амбивалентность. Отношения между положительными и отрицательны­ми исходящими чувствами и положительными и отрицательными получаемы­ми чувствами могут составить амбивалентную пропорцию. В процессе анали­за результатов вопросы, которые отражают получаемые ребенком чувства и вопросы, характеризующие исходящие чувства, рассматриваются независимо друг от друга. Необходимо принять, что амбивалентность в отношении члена семьи существует, если число направленных в его адрес положительных пунк­тов превышает число отрицательных не более чем в два раза или если количе­ство отрицательных пунктов, направленных члену семьи, не превосходит ко­личество положительных более чем в два раза.

4. Чувства, исходящие от ребенка и получаемые им. Исходящие чувства — это те чувства, источником которых является ребенок, именно они делают его лю­бящим, амбивалентным или ненавидящим. Как правило, можно ожидать что эти чувства будут связаны с поведением ребенка. Сдержанный ребенок, кото­рый не способен выразить свои чувства в реальной жизненной ситуации может оказаться способным сделать это в тестовой ситуации, но он может также быть сдержанным в обеих ситуациях. Выраженные ребенком чувства зависят от его жизненного опыта и системы психологической защиты. Данные о получаемых чувствах ставят исследователя перед двумя «реальностями» обследуемого - ре­альностью «действительных» эмоций, направленных на ребенка, и его «психи­ческой» реальностью воспринятых эмоций - восприятие при этом обусловлено тем, в каких эмоциях и проявлениях чувств он нуждается в тот или иной момент. Эмоции, которые дети направляют другим, тесно соотносятся с чувствами, ко­торые, как они полагают, направляются им самим: в большинстве случаев полу­чаемые ребенком чувства удивительно соответствуют чувствам, исходящим от него, как если бы он обладал внутренней обсчитывающей системой, которая давала на выход ровно столько, сколько получает на вход.

5. Защиты. Тестовая ситуация имеет тенденцию актуализировать систему «защиты» ребенка. Это обычные способы защиты, видоизмененные ограниче­ниями, накладываемыми тестовым материалом. Результаты теста могут обна­ружить следующие защитные механизмы:

1. Отказ. Ребенок отдает большинство положительных и отрицатель­ных пунктов фигуре «Никто».

2. Идеализация. Ребенок отдает преимущественное количество вопро­сов положительного характера членам семьи, в то время как боль­шинство отрицательных адресует фигуре «Никто».

3. Смещение. Ребенок отдает большинство пунктов периферическим членам семьи.

4. Осуществление желаний, регрессия. Эти защиты могут быть выявле­ны, если ребенок направляет на себя большинство вопросов, выра­жающих сверхпокровительственные, сверхпотакающие чувства.

Результаты, полученные при проведении теста в клинике, помогли обнару­жить следующие виды защит:

О проекция: ребенок преувеличенно и нереально приписывает другим поло­жительные или отрицательные чувства и в то же время отрицает их у себя;

278

реакция формирования: ребенок подменяет свои ответы противополож­ными в целях скрыть слишком яркие положительные или отрицатель­ные чувства.

Если протокол показывает чрезмерное проявление сильных положитель­ных или отрицательных чувств, это может свидетельствовать о недостатке за­щищенности.

Некоторые тестовые синдромы

1. Идеализирующая.тенденция. Существует группа детей, имеющих фобии, неспокойных, робких, пассивных, заторможенных, ригидных, компульсивных и т. д., чьи внутренние страхи и деструктивные тенденции при проецировании их на ближайшее окружение делают его, в самом деле, ужасным местом. Дру­гим, не менее значимым механизмом подавления страхов является примитив­ное отрицание, при использовании которого опасность отодвигается, прекра­щает существовать.

Пример _________________________________________________________________

Втаблицепредставленырезультатыобследованиядетейсидеализирую­щейтенденцией

Случай Исходящие положи­тельные Исходящие отрица­тельные Получаемые положи­тельные Получаемые отрица­тельные

А. Л., мальчик 11 лет .

Сильныйстрахсмертисвоейиродите­лей, боязньшколы, пищи, ночныекошмары

39 0 22 0

С. К., девочка 11 лет .

Сильныйстрахсмертиимучений. Боязньшколы, зависимостьотматери

38 0 24 0

Д. П., девочка 12 лет .

Сильныйстрахбытьотравленной, боязньоставатьсяодной, боязнь школы, ночныекошмары

30 0 28 0

П. Л., девочка 9 лет.

Ригидность, маниакальность, система фобий, ночныестрахи

39 0 26 0

Нужно подчеркнуть, что такие реакции — преувеличение положительных чувств и отрицание негативных чувств — представляют собой крайнее выра­жение идеализирующей тенденции.

2. Параноидальные синдромы. Главное их отличие от синдрома «отрица­ния» — присутствие у ребенка исходящих от него отрицательных эмоций, свя­занных с очень небольшой враждебностью. При этом переживание получае­мых отрицательных чувств абсолютно не соответствует действительности, по оценке независимых экспертов.

279

Пример

Приобследованиидвухдетей, укоторыхгипотетическипредполагались психотическиенарушения, былиполученыследующиеданные, свидетель­ствующиеопроекциисобственныхчувств.

Ребенок Исходящие положительные Исходящие отрицательные Получаемые положительные Получаемые отрицательные Я
A.M. 8 2 0 16 6
П.Н. 12 1 0 18 5

Детибылиописаныкак«подозрительные»и«всегдаожидалисамогохуд­шего». Уодногоизнихимелсястрахбытьпохищенным. Вобоихслучаях родителиописывалиськакневротики, новнимательноотносившиесякде­тям. Ниоднасемьяненаказываладетей.

3. Эгоцентризм. Вариант самоагрессии. Отрицательная установка по отно­шению к себе была обнаружена у детей, переживающих сильные чувства соб­ственной «плохости». Они близки к группе, называемой «отрицающие». Обыч­но это дети, не желающие ничего, страдающие от своей обособленности, испытывающие чувство агрессии к себе.

Пример

Случай Статус Особенности семейной ситуации Особенности самоагрессии Положит , чувства к себе Отрицат . чувства к себе Материн­ская сверх­опека
П. X., мальчик 8 лет Старшийиз двоихмаль­чиков Опекающаямать Бьетсебя, выры­ваетволосы, же­ланиесмерти 0 8 0
П. Д., девочка 14 лет Старшаяиз двухдевочек Мать, бросившая семью, нетотца Вырываетволосы, кусаетногти 0 9 0

4. Эгоцентризм. Эротический вариант. Сильно выраженную положительную установку в отношении себя можно обнаружить у детей, которым всегда пота­кают, они пользуются привилегиями, их постоянно поощряют. Таких детей в клинике называют «сверхзащищенными», в то время как в народе они более известны как «баловни». Эти случаи имеют большую частоту распростране­ния, чем вариант самоагрессии.

Пример _______________

Д. А., младшаяизчетырехдетейиединственнаядевочкавсемье. Разница ввозрастемеждунейипредыдущимребенкомсоставляет 10 лет. Она достаточноодинока, предоставленасамасебе, своимпланамимечтаниям. Примерноза 7 месяцевдообращениявклиникуонавдругпожаловалась наболи, имеющиехарактерколик, инаопухольвнизуживота. Тщательное исследованиеничегонепоказало. Быловысказанопредположение, что опухольбылаобусловленаудержаниеминакапливаниемпродуктоввыде­ления. Былпоставлендиагноз: функциональноерасстройство. Девочкабыла направленанапсихологическоеисследование. Былозамечено, чтоонахо-

280

Случай Статус Потворство желаниям ребенка Особенности аутоэротизма Положи­тельные чувства к себе Отрица­тельные чувства к себе Материн­ская сверх­опека
Н. П., девочка 8 лет Близнец Кумирдля матери Сосаниебольшого пальца, раскачи­вание, мастурба­ция, ковыряниев носу 14 3 5
Ж. К., девочка 8 лет Единственный ребеноквсемье Избалованаобо­имиродителями Сосаниепальца, обжорствосладо­стями, ковыряние вносу, мастурбация 14 2 2
В. С, девочка 9 лет Старшаяиз троихдетей Покровительство отца, потакают обжорствусла­достями Алчность, жадность мастурбация 8 3 0

дитподобно«беременнойженщине»сруками, сложенныминаживоте. Былобнаруженпсихосоматическийфон.

Оказалось, чтоматьдевочкилечиласьотрасстройствапищеваренияне­вротическогохарактера 15 летназад, ауотцанедавнооткрыласьязва желудка. Еетревожная, озабоченнаяматьимелатенденциюпотворство­ватьжеланиямдочери, особенносвязаннымспищей. Врезультатеэтого девочкаимелапричудливыйвкусигордиласьсвоимчувствительнымже­лудком. Результатытеста«Диагностикаэмоциональныхотношенийвсе­мье»приведенывтаблице.

Члены семьи Исходящие положи­тельные Исходящие отрица­тельные Получаемые положи­тельные Получаемые отрица­тельные Степень вовлечен­ности
Папа 0 5 0 4 9
Мама 5 0 2 0 7
Первыйбрат 2 0 2 2 6
Второйбрат 0 3 1 3 7
Третийбрат 2 2 0 2 6
Женабрата 1 0 2 0 3
Ребенокженыбрата 8 0 7 0 15

Порезультатамтаблицыможносделатьвыводотом, чтодевочкабольше вовлеченавотношенияспериферическимичленамисемьи, тоестьсре­бенкомженыбрата. Былообнаружено, чтопоявлениесимптомовудевоч­кисовпалосрождениемребенка, которыйсталжитьвсоседнейсееспаль­нейкомнате. Занесколькомесяцевдорождениямалышадевочкастала беспокойной, начаврасспрашиватьматьопротеканиибеременностииро­дах. Ееболивпервыевозникливпервойполовиненочи, примерновтедни, когдаженабратадолжнабылародить. Когданаодномизтерапевтических сеансовдевочкуспросилиотрехеежеланиях, топервымбыложелание иметьдетейвотсутствиезамужества: онанехотелабыбытьподобной матери, котораячувствоваласебянесчастнойс«поспешныминебрежным» отцом. Вместестемдевочкадолгонаходиласьподвпечатлениемродов: в

281

беседеспсихологомонаотмечала, чтодумает, чтоэтооченьбольно, что слышаластоныроженицы. Посленесколькихсеансовтерапииеемыслии фантазииулетучились, исчезлиинекоторыесимптомы. Былпоставленди­агноз: истерическаяпсевдобеременность.

4.6. ДИАШОСТИКА ЭМОЦИОНАЛЬНОГО СОСТОЯНИЯ ЧЛЕНОВ СЕМЬИ

4.6.1. Опросник «Анализ семейной тревоги» ( ACT )

Авторами методики являются Э. Г. Эйдемиллер и В. Юстицкис (2000).

Цель методики — изучение общего фона переживаний индивида, связан­ного с его позицией в семье, с тем, как он воспринимает себя в семье.

Под «семейной тревогой» понимаются состояния тревоги у одного или не­скольких членов семьи, нередко плохо осознаваемые и трудно локализуемые. Характерным признаком данного типа тревоги является наличие сомнений, страхов, опасений, касающихся, прежде всего, семьи — здоровья ее членов, их отлучек и поздних возвращений, стычек и конфликтов. Тревога эта обычно не распространяется на внесемейные сферы — производственную деятельность, родственные, соседские отношения и т. п. В основе «семейной тревоги», как правило, лежит плохо осознаваемая неуверенность индивида в каком-то очень для него важном аспекте семейной жизни. Это может быть неуверенность в чувствах другого супруга, в себе. Нередко подобные переживания, противоре­чащие представлениям о себе, вытесняются, что может проявиться в семей­ных отношениях в виде тревоги.

Важными составляющими «семейной тревоги» являются также ощущения беспомощности и неспособности вмешаться в ход событий в семье, направить его в нужное русло. Индивид с семейно-обусловленной тревогой не ощущает себя значимым действующим лицом в семье, в независимости от того, какую позицию он в ней занимает и насколько активную роль играет в действитель­ности (Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В., 2000).

Описание методики

Членам семьи предлагается самостоятельно заполнить опросник.

Инструкция: «Предлагаемый Вам опросник содержит утверждения о Вашем самочувствии дома, в семье. Утверждения пронумерованы. Такие же номера есть в бланке, прилагающемся к методике.

Читайте по очереди утверждения опросника. Если Вы в общем согласны с ними, то на бланке обведите кружком номер утверждения. Если Вы в целом не

282

согласны — зачеркните этот же номер. Если очень трудно выбрать, то поставь­те на номере вопросительный знак. Старайтесь, чтобы таких ответов было не больше трех. Помните, Вы характеризуете свое самочувствие в семье.

В опроснике нет правильных и неправильных утверждений. Отвечайте так, как чувствуете».

Текст опросника

1. Знаю, что члены моей семьи часто бывают недовольны мною.

2. Чувствую, что, как бы я ни поступил(а), все равно будет не так.

3. Я многого не успеваю сделать.

4. Так получается, что именно я чаще всего оказываюсь виноват(а) во всем, что случается в нашей семье.

5. Часто чувствую себя беспомощным (беспомощной).

6. Дома мне часто приходится нервничать.

7. Когда попадаю домой, чувствую себя неуклюжим (неуклюжей) и нелов­ким (неловкой).

8. Некоторые члены семьи считают меня бестолковым (бестолковой).

9. Когда я дома, все время из-за чего-нибудь переживаю.

10. Часто чувствую на себе критические взгляды членов моей семьи.

11. Иду домой и с тревогой думаю, что еще случилось в мое отсутствие.

12. Дома у меня постоянно ощущение, что надо еще очень много сделать.

13. Нередко чувствую себя лишним (лишней) дома.

14. Дома у меня такое положение, что просто опускаются руки.

15. Дома мне постоянно приходится сдерживаться.

16. Мне кажется, если бы я вдруг исчез (исчезла), то никто бы этого не за­метил.

17. Идешь домой, думаешь, что будешь делать одно, но, как правило, при­ходится делать совсем другое.

18. Как подумаю о своих семейных делах, начинаю волноваться.

19. Некоторым членам моей семьи бывает неудобно из-за меня перед дру­зьями и знакомыми.

20. Часто бывает так: хочу сделать хорошо, но оказывается, вышло плохо.

21. Мне многое у нас не нравится, но я этого стараюсь не показывать.

Обработка и интерпретация результатов

За каждое согласие с утверждением начисляется 1 балл. Сумма баллов подсчитывается отдельно по каждой из трех шкал:

283

1. Субшкала В — вина (семейная вина члена семьи) — неадекватное ощу­
щение индивидом ответственности за все отрицательное, что происходит в се­
мье. К шкале относятся следующие утверждения: 1,4,7,10, 13,16, 19. Наличие
семейной вины диагностируется при пяти согласиях.

2. Субшкала Т — тревожность (семейная тревожность члена семьи) — ощу­
щение, что ситуация в семье не зависит от собственных усилий обследуемого.
К шкале относятся утверждения: 2, 5, 8, 11, 14, 17, 20. Семейная тревожность
диагностируется при пяти согласиях.

3. Субшкала Н — напряженность (семейная напряженность) — ощущение,
что выполнение семейных обязанностей представляет собой непосильную за­
дачу для индивида. К шкале относятся утверждения: 3, 6, 9, 12, 15, 18, 21. На­
личие семейной напряженности диагностируется при пяти согласиях.

После подсчета баллов по отдельным шкалам вычисляется сумма баллов по обобщенной шкале (вина + тревожность + напряженность), на основании чего делается вывод об уровне общей семейной тревожности.

4.6.2. Шкала определения уровня депрессии

Шкала определения уровня депрессии создана В. Зунгом. В данном изда­нии приводится вариант методики в адаптации Т. Н. Балашовой (Дермано-ваИ. Б., 2002).

Назначение методики — диагностика сниженного настроения (субдепрес­сии) и депрессивного состояния.

Описание методики

Шкала включает в себя 20 утверждений, характеризующих проявление сни­женного настроения. Испытуемому предлагается ответить на вопросы, запол­няя нижеприведенный бланк протокола.

Инструкция: «Прочитайте каждое из приведенных ниже предложений и за­черкните соответствующую цифру справа в зависимости от того, как вы себя чувствуете в последнее время».

Обработка и интерпретация результатов

Уровень депрессии рассчитывается по формуле:

УД = П + О,

где П — сумма баллов по «прямым» высказываниям: 1, 3, 4, 7, 8, 9, 10, 13, 15, 19; О — сумма баллов по «обратным» высказываниям: 2, 5,6,11,12, 14,16, 17, 18,20.

При подсчете баллов по «прямым» высказываниям зачеркнутая цифра со­ответствует количеству баллов (1 — 1 балл, 2 — 2 балла и т. д.). В «обратных» высказываниях цифре 1 соответствует 4 балла, цифре 2 — 3 балла, цифре 3-2 балла и цифре 4—1 балл.

Показатель УД колеблется в пределах от 20 до 80 баллов. Его значение ме­нее 50 баллов указывает на отсутствие депрессивного состояния. Если величи-

Бланк

Суждение Никогда или изредка Иногда Часто Почти всегда или постоянно
1. Ячувствуюподавленность 1 2 3 4
2. Утромячувствуюсебялучшевсего 1 2 3 4
3. Уменябываютпериодыплачаили близостикслезам 1 2 3 4
4. Уменяплохойночнойсон 1 2 3 4
5. Аппетитуменянехужеобычного 1 2 3 4
6. Мнеприятносмотретьнапривлека­тельныхпредставителейдругогопола, разговариватьсними, находитьсярядом 1 2 3 4
7. Язамечаю, чтотеряювес 1 2 3 4
8. Менябеспокоятзапоры 1 2 3 4
9. Сердцебьетсябыстрее, чемобычно 1 2 3 4
10. Яустаюбезвсякихпричин 1 2 3 4
11. Ямыслютакжеясно, каквсегда 1 2 3 4
12. Мнелегкоделатьто, чтояумею 1 2 3 4
13. Чувствуюбеспокойствоинемогу усидетьнаместе 1 2 3 4
14. Уменяестьнадеждынабудущее 1 2 3 4
15. Яболеераздражителен, чемобычно 1 2 3 4
16. Мнелегкоприниматьрешения 1 2 3 4
17. Ячувствую, чтополезенинеобходим 1 2 3 4
18. Яживудостаточнополнойжизнью 1 2 3 4
19. Ячувствую, чтодругимлюдямстанет лучше, еслияумру 1 2 3 4
20. Менядосихпоррадуетто, что радоваловсегда 1 2 3 4

на УД составляет от 51 до 59 баллов, то делается вывод о легкой депрессии ситуа­ционного или невротического характера. При показателе от 60 до 69 баллов диагностируется субдепрессивное состояние, или маскированная депрессия. Истинное депрессивное состояние диагностируется при УД более чем 70 баллов.

4.6.3. Методика определения уровня депрессии

Назначение методики, автором которой является В. А. Жмуров, состоит в диагностике депрессивного состояния (главным образом, тоскливой или ме­ланхолической депрессии) и определении тяжести депрессивного состояния на данный момент (Дерманова И. Б., 2002).

285

Описание методики

Методика состоит из 44 утверждений, характеризующих проявление де­прессивного состояния. Испытуемому предлагается ответить на перечень во­просов, выбрав один из предложенных вариантов ответов.

Инструкция: «Внимательно прочитайте каждую группу утверждений и вы­берите подходящий вариант ответа — 0,1,2 или 3».

Бланк

1 0 Мое настроение сейчас не более подавленное (печальное), чем обычно.
1 Пожалуй, оно более подавленное (печальное), чем обычно.
2 Да, оно более подавленное (печальное), чем обычно.
3 Мое настроение намного более подавленное (печальное), чем обычно.
2 0 Я чувствую, что у меня нет тоскливого (траурного) настроения.
1 У меня иногда бывает такое настроение.
2 У меня часто бывает такое настроение.
3 Такое настроение бывает у меня постоянно.
3 0 Я не чувствую себя так, будто я остался(лась) без чего-то очень важного для меня.
1 У меня иногда бывает такое чувство.
2 У меня часто бывает такое чувство.
3 Я постоянно чувствую себя так, будто я остался(лась) без чего-то очень важного для меня.
4 0 У меня не бывает чувства, будто моя жизнь зашла в тупик.
1 У меня иногда бывает такое чувство.
2 У меня часто бывает такое чувство.
3 Я часто чувствую себя так, будто моя жизнь зашла в тупик.
5 0 У меня не бывает чувства, будто я состарился(лась).
1 У меня иногда бывает такое чувство.
2 У меня часто бывает такое чувство.
3 Я постоянно чувствую, будто я состарился(лась).
6 0 У меня не бывает состояний, когда на душе тяжело.
1 У меня иногда бывает такое состояние.
2 У меня часто бывает такое состояние.
3 Я постоянно нахожусь в таком состоянии.
7 0 Я спокоен за свое будущее, как обычно.
1 Пожалуй, будущее беспокоит меня несколько больше, чем обычно.
2 Будущее беспокоит меня значительно больше, чем обычно.
3 Будущее беспокоит меня намного больше, чем обычно.
8 0 В своем прошлом я вижу плохого не больше, чем обычно.
1 В своем прошлом я вижу плохого несколько больше, чем обычно
2 В своем прошлом я вижу плохого значительно больше, чем обычно
3 В своем прошлом я вижу намного больше плохого, чем обычно
9 0 Надежд на лучшее у меня не меньше, чем обычно.
1 Таких надежду меня несколько меньше, чем обычно.

286

2 Таких надежду меня значительно меньше, чем обычно.
3 Надежд на лучшее у меня намного меньше, чем обычно.
10 0 Я боязлив(а) не более обычного.
1 Я боязлив(а) несколько более обычного.
2 Я боязлив(а) значительно более обычного.
3 Я боязлив(а) намного более обычного.
11 0 Хорошее меня радует, как и прежде.
1 Я чувствую, что оно радует меня несколько меньше прежнего.
2 Оно радует меня значительно меньше прежнего.
3 Я чувствую, что оно радует меня намного меньше прежнего.
12 0 У меня нет чувства, что моя жизнь бессмысленна.
1 У меня иногда бывает такое чувство.
2 У меня часто бывает такое чувство.
3 Я постоянно чувствую себя так, будто моя жизнь бессмысленна.
13 0 Я обидчив(а) не больше, чем обычно.
1 Пожалуй, я несколько более обидчив(а), чем обычно.
2 Я обидчив(а) значительно больше, чем обычно.
3 Я обидчив(а) намного больше, чем обычно.
14 0 Я получаю удовольствие от приятного, как и раньше.
1 Я получаю такого удовольствия несколько меньше, чем раньше.
2 Я получаю такого удовольствия значительно меньше, чем раньше.
3 Я не получаю теперь удовольствие от приятного.
15 0 Обычно я не чувствую вины, если нет на это причины.
1 Иногда я чувствую себя так, будто в чем-то я виноват(а).
2 Я часто чувствую себя так, будто в чем-то я виноват(а).
3 Я постоянно чувствую себя так, будто в чем-то я виноват(а).
16 0 Если что-то у меня не так, я виню себя не больше обычного.
1 Я виню себя за это несколько больше обычного.
2 Я виню себя за это значительно больше обычного.
3 Если что-то у меня не так, я виню себя намного больше обычного.
17 0 Обычно у меня не бывает ненависти к себе.
1 Иногда бывает, что я ненавижу себя.
2 Часто бывает так, что я себя ненавижу.
3 Я постоянно чувствую, что ненавижу себя.
18 0 У меня не бывает чувства, будто я погряз(ла) в грехах.
1 У меня иногда теперь бывает это чувство.
2 У меня часто бывает теперь это чувство.
3 Это чувство у меня теперь не проходит.
19 0 Я виню себя за проступки других не больше обычного.
1 Я виню себя за них несколько больше обычного.
2 Я виню себя за них значительно больше обычного.
3 За проступки других я виню себя намного больше обычного.
20 0 Состояния, когда все кажется бессмысленным, у меня обычно не бывает.

287

1 Иногдауменябываеттакоесостояние.
2 Уменячастобываеттеперьтакоесостояние.
3 Этосостояниеуменятеперьнепроходит.
21 0 Чувства, чтоязаслужил(а) кару, уменянебывает.
1 Теперьиногдабывает.
2 Оночастобываетуменя.
3 Эточувствоуменятеперьпрактическинепроходит.
22 0 Явижувсебенеменьшехорошего, чемпрежде.
1 Явижувсебенесколькоменьшехорошего, чемпрежде.
2 Явижувсебезначительноменьшехорошего, чемпрежде.
3 Явижувсебенамногоменьшехорошего, чемпрежде.
23 0 Обычноядумаю, чтовомнеплохогонебольше, чемудругих.
1 Иногдаядумаю, чтовомнеплохогобольше, чемудругих.
2 Ячастотакдумаю.
3 Япостояннодумаю, чтоплохоговомнебольше, чемудругих.
24 0 Желанияумеретьуменянебывает.
1 Этожеланиеуменяиногдабывает.
2 Этожеланиеуменябываеттеперьчасто.
3 Этотеперьпостоянноемоежелание.
25 0 Янеплачу.
1 Яиногдаплачу.
2 Яплачучасто.
3 Яхочуплакать, нослезуменяуженет.
26 0 Янечувствую, чтояраздражителен(на).
1 Яраздражителен(на) несколькобольшеобычного.
2 Яраздражителен(на) значительнобольшеобычного.
3 Яраздражителен(на) намногобольшеобычного.
27 0 Уменянебываетсостояний, когдаянечувствуюсвоихэмоций.
1 Иногдауменябываеттакоесостояние.
2 Уменячастобываеттакоесостояние.
3 Этосостояниеуменятеперьнепроходит.
28 0 Мояумственнаяактивностьникакнеизменилась.
1 Ячувствуютеперькакую-тонеясностьвсвоихмыслях.
2 Ячувствуютеперь, чтоясильноотупел(а) (вголовемаломыслей).
3 Ясовсемниочемтеперьнедумаю (головапустая).
29 0 Янепотерял(а) интерескдругимлюдям.
1 Ячувствую, чтопрежнийинтересклюдямнесколькоуменьшился.
2 Ячувствую, чтомойинтересклюдямнамногоуменьшился.
3 Уменясовсемпропалинтересклюдям (яникогонехочувидеть).
30 0 Япринимаюрешения, какиобычно.
1 Мнетруднееприниматьрешения, чемобычно.
2 Мненамноготруднееприниматьрешения, чемобычно.
3 Яуженемогусам(а) принятьникакихрешений.

288

31 0 Янеменеепривлекателен(на), чемобычно.
1 Пожалуй, янесколькоменеепривлекателен(на), чемобычно.
2 Язначительноменеепривлекателен(на), чемобычно.
3 Ячувствую, чтоявыгляжупростобезобразно.
32 0 Ямогуработать, какиобычно.
1 Мненесколькотруднееработать, чемобычно.
2 Мнезначительнотруднееработать, чемобычно.
3 Ясовсемнемогутеперьработать (всевалитсяизрук).
33 0 Ясплюнехуже, чемобычно.
1 Ясплюнесколькохуже, чемобычно.
г Ясплюзначительнохуже, чемобычно.
3 Теперьяпочтисовсемнесплю.
34 0 Яустаюнебольше, чемобычно.
1 Яустаюнесколькобольше, чемобычно.
2 Яустаюзначительнобольше, чемобычно.
3 Уменяуженетникакихсилчто-тоделать.
35 0 Мойаппетитнехужеобычного.
1 Мойаппетитнесколькохужеобычного.
2 Мойаппетитзначительнохужеобычного.
3 Аппетитауменятеперьсовсемнет.
36 0 Мойвесостаетсянеизменным.
1 Янемногопохудел(а) впоследнеевремя.
2 Язаметнопохудел(а) впоследнеевремя.
3 Впоследнеевремяяоченьпохудел(а).
37 0 Ядорожусвоимздоровьем, какиобычно.
1 Ядорожусвоимздоровьемменьше, чемобычно.
2 Ядорожусвоимздоровьемзначительноменьше, чемобычно.
3 Ясовсемнедорожутеперьсвоимздоровьем.
38 0 Яинтересуюсьсексом, какипрежде.
1 Янесколькоменьшеинтересуюсьсексом, чемпрежде.
2 Яинтересуюсьсексомзначительноменьше, чемпрежде.
3 Яполностьюпотерял(а) интересксексу.
39 0 Янечувствую, чтомое«Я»как-тоизменилось.
1 Теперьячувствую, чтомое«Я»несколькоизменилось.
2 Теперьячувствую, чтомое«Я»значительноизменилось.
3 Мое«Я»такизменилось, чтотеперьянеузнаюсам(а) себя.
40 0 Ячувствуюболь, какиобычно.
1 Ячувствуюбольсильнее, чемобычно.
2 Ячувствуюбольслабее, чемобычно.
3 Ц почтинечувствуютеперьболи.
41 0 Некоторыерасстройства (сухостьворту, сердцебиение, запоры, удушье) уменя 5ываютнечаще, чемобычно.
1 Этирасстройствабываютуменянесколькочащеобычного.
2 Некоторыеизэтихрасстройствбываютуменязначительночащеобычного.

289

3 Этирасстройствабываютуменянамногочащеобычно! о.
42 0 Утроммоенастроениеобычнонехуже, чемкночи.
1 Утромоноуменянесколькохуже, чемкночи.
2 Утромоноуменязначительнохуже, чемкночи.
3 Утроммоенастроениенамногохуже, чемкночи.
43 0 Уменянебываетспадовнастроениявесной (осенью).
1 Такоеоднаждысомнойбыло.
2 Сомнойтакоебылодваилитрираза.
3 Сомнойбылотакоемногораз.
44 0 Плохоенастроениеуменябывает, ноэтодлитсянедолго.
1 Подавленноенастроениеуменяможетдлитьсяпонеделе, домесяца.
2 Подавленноенастроениеуменяможетдлитьсямесяцами.
3 Подавленноенастроениеуменяможетдлитьсядогодаибольше.

Обработка и интерпретация результатов

Номер выбранного ответа соответствует количеству баллов. Баллы сумми­руются. Полученный результат сопоставляется с нормативными данными:

1—9 баллов — депрессия отсутствует либо незначительна;

10—24 балла — депрессия минимальна;
О 25—44 баллов — легкая депрессия;

45—67 баллов — умеренная депрессия;

68—87 баллов — выраженная депрессия;
П 88 и более баллов — глубокая депрессия.

290

Техники семейной терапии

Глава 5

5.1. ПОНЯТИЕ О ПРОЦЕССУАЛЬНО- ТЕХНИЧЕСКИХ ПАРАМЕТРАХ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ

Значительное количество техник и технических приемов, используемых в настоящее время в современной семейной терапии, было позаимствовано из общей психотерапии. Однако помимо этого были разработаны и оригиналь­ные семейно-ориентированные техники, основанные на теоретических разра­ботках в рамках психологии и психотерапии семьи.

Техника семейной терапии представляет собой специально организованную терапевтом системную процедуру, включающую комплекс приемов, предпи­саний, действий, осуществляемых терапевтом в отношении семьи в рамках терапевтического процесса. Разработанная в рамках определенного метода (на­правления, школы) психотерапии, техника преследует определенную цель и направлена на решение одной или нескольких терапевтических задач.

Каждое направление делает акцент на тех или иных способах работы с се­мьей, на специальных технических приемах, которые иногда являются свое­образной «визитной карточкой» данного подхода. К таким «визитным карточ­кам» относятся, например, парадоксальные предписания стратегических семейных терапевтов, «воспоминания» терапевтов адлерианского направления.

Большинство из представленных в данном пособии техник могут быть ис­пользованы и в терапевтических, и в диагностических целях — для получения информации о семейной системе, о способах ее адаптации к кризисной ситуа­ции, ее основных структурных особенностях и нарушениях, характере семей­ного взаимодействия. Выбор и использование той или иной техники при рабо­те с семьей определяется следующими факторами:

П особенности проблемной ситуации семьи, обратившейся за психологи­ческой помощью (этап жизненного цикла, на котором находится семья; специфика переживаемого семьей кризиса и др.);

291

О особенности семьи как системы (состав семьи; степень дисфункции се­мейной системы; уровень развития коммуникативных навыков членов семьи, социокультурные особенности и др.);

особенности терапевтической ситуации (пространственно-временной континуум процесса психотерапии; композиция психотерапевтической команды и др.);

уместность использования техники на данном этапе работы с семьей;

предпочтения терапевта, основанные на его личностных особенностях (данный технический прием должен органично сочетаться с индивиду­альным терапевтическим стилем психотерапевта).

Таблица 21

Процессуально - техническая модель семейной психотерапии

Этап семейной психотерапии Техники и технические приемы , используемые в семейной терапии
Общие техники Техники семейной терапии
1. Установлениеконтакта ссемьей

Техникиустановления контакта.

Техническиеприемыведения беседы

Техникиприсоединенияк семейнойсистеме
2. Сборинформации опроблемнойситуации иособенностяхвзаимо­отношенийчленов дисфункциональной семьи Техническиеприемыведения беседы (техникислушания: постановкавопросов, выясне­ние, перефразирование, уточ­нение, отражениеивыяснение чувств, интерпретация, обобщениеидр.) Циркулярноеинтервью. Про­слеживаниециркулярныхпосле­довательностей. Техники, используемыедлядиагностики семеннойсистемы (определение типаструктурныхнарушенийи дисфункциональныхпаттернов семейноговзаимодействия): социометрическиетехники, техники, основанныена использованиивоображения
3. Выдвижениеи проверка терапевтическихгипотез Техническиеприемыведения беседы (техникислушания: постановкавопросов, выяс­нение, перефразирование, уточнение, отражениеивыяс­нениечувств, интерпретация, обобщениеидр.)

Социометрическиетехники.

Техники, основанныена использованиивоображения

4. Психотерапевтическое вмешательство Конфронтация. Прямыедирективы. Интерпретации.

Структурныевмешательства.

Техники, основанныена использованиивоображения.

Парадоксальныетехники. Поведенческиетехники

5. Завершение психотерапии Техническиеприемыведения беседы (обобщение, резюмированиеидр.) Социометрическиетехники, техники, основанныенаисполь­зованиивоображения, предна­значенныедлядиагностики произошедшихвсемьеизме­ненийиопределенияэффек­тивныхспособовиспользования внутреннихресурсовсемьи

292

Существует ряд неспецифических техник, которые могут использоваться на разных этапах как семейного консультирования, так и психотерапии. Общие (неспецифические) техники обслуживают сам процесс терапии, способствуя поддержанию контакта с семьей, достижению взаимопонимания, передаче ин­формации семье и т. п. Техники семейной терапии направлены на достижение изменений в семейной системе на любом из уровней ее функционирования:

индивидуальном — изменения наступают на уровне поведения отдель­ных членов семьи;

П микросистемном, предполагающем изменения структуры нуклеарной семьи и способов взаимодействия ее членов;

макросистемном —качественные изменения касаются взаимоотноше­ний членов расширенной семьи;

мегасистемном, результатом изменения которого становится повыше­ние степени эффективности взаимодействия семьи с социальными ин­ститутами.

В таблице 21 представлена процессуально-техническая модель, отражаю­щая целесообразность применения общих (неспецифических) и специфичес­ких техник на определенных этапах терапевтического процесса в семейной психотерапии.

Этапы процесса семейной терапии мы рассматриваем как взаимосвязан­ные и взаимозаменяемые модули (за исключением первого и последнего эта­пов). Так, в процессе психотерапии диагностика семейных отношений неотде­лима от терапевтического вмешательства. Кроме того, этапы диагностики и коррекции не являются строго фиксированными. Терапевту приходится неод­нократно в ходе работы с семьей отслеживать изменения, происходящие в фун­кционировании семьи, корректируя свою работу и определяя направление даль­нейших интервенций.

5.2. ОБЩИЕ ТЕХНИКИ КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ И ПСИХОТЕРАПИИ

Основные инструменты психолога и психотерапевта, независимо от при­надлежности к той или иной психотерапевтической школе, - это навыки на­блюдения за клиентом (семьей), проявления внимания и интереса, техники слушания и воздействия. Этими инструментами служат вербальные и невер­бальные формы коммуникации. Используемые в семейной психотерапии тех­ники (техники слушания и воздействия) аналогичны используемым в индиви-

293

дуальном психологическом консультировании и психотерапии (Алешина Ю. Е., 1994; Айви А. Е. с соавт, 1999; Кочюнас Р., 1999, и др.).

Так, например, селективное внимание при работе с семьей проявляется в том, что психотерапевт избирательно обращает внимание или выборочно игнориру­ет некоторые взаимодействия и высказывания членов семьи. В идеале психоте­рапевт должен следить за всеми проявлениями семьи, анализировать их взаимо­действия, отслеживать телесные проявления. Так как семья — сложный объект для наблюдения и воздействия, с ней часто работает команда психотерапевтов.

Обычно психотерапевт активно использует и вербальные, и невербальные средства общения с семьей. К помощи слов терапевт в большей мере прибега­ет с целью передачи информации, в то время как невербальный канал приме­няется им для выражения поддержки, демонстрации внимания, интереса, со­переживания.

В свою очередь, вербальные и невербальные проявления членов семьи и в особенности соотнесение того, что члены семьи рассказывают о себе и о про­блемной ситуации, с выражением их лиц, жестами, характером поз, размеще­нием в пространстве, служат источником важной информации, которая мо­жет быть использована психотерапевтом в работе с ними.

С самого начала терапии важно помнить о том, что семья обратилась за по­мощью, и на первом этапе работы важно установление контакта, а не демонст­рация технических приемов.

Если психолог хочет, чтобы его клиенты чувствовали себя уютно, он должен соблюдать золотое правило — «держать нужную дистанцию». Лучше всего дать членам семьи возможность самостоятельно выбрать удобное для них расстояние.

Анализируя свое первое впечатление о семье, психолог может задать себе следующие вопросы:

Как относительно друг друга сели члены семьи? Каковы предваритель­ные гипотезы о структуре семьи?

О На каком расстоянии от терапевта сели разные члены семьи? Кто ближе всех, кто дальше?

П Изменяют ли члены семьи дистанцию на протяжении сессии?

Если кто-либо из членов семьи часто меняет дистанцию во время сессии, нужно обратить на это его внимание и выяснить, осознает ли он свое невербаль­ное поведение, а также отношение остальных членов семьи к его поведению.

Ниже представлен краткий обзор общих техник (микротехник) и технических приемов консультирования и психотерапии, используемых при работе с семьей.

5.2.1. Техники и виды слушания

Навыки слушания помогают выявить новые факты, понять поведение, мыс­ли и чувства клиента. К их числу относятся умение грамотно формулировать вопросы, минимизация ответов, невмешательство, выяснение, подведение итогов и др., подразумевающие использование определенного ряда техник.

294

Построение контакта с семьей при помощи вопросов

Навык формулирования вопросов занимает одно из главных мест среди профессионально важных навыков семейного психолога. Вопросы являются важнейшим элементом беседы и основным средством получения информации от клиента. Психолог в ходе консультации задает клиенту различные вопросы, направленные на достижение определенных целей.

Таблица 22 Целевоеназначениевопросов

Цель вопроса Вид вопроса Примеры
Получениеинформации Анализситуацииипричинее возникновения;конкретизация; выявлениепредставленийчле­новсемьиопричинахвозникших дисфункций

Когдаэтослучилось?

КакВыдумаете, почемуэто происходит?

Что, навашвзгляд, привелок...?

Стимулированиесемьи наболееподробный рассказ Побуждениеклиентовиллю­стрироватьсвойрассказ примерами Выможетерассказатьокакой-нибудьконкретнойситуации?
Проверкатерапевти­ческихгипотез Выявлениезакономерностей вфункционированиисемейной системы Правильнолияпоняла, чтокаж­дыйраз, когдаотецвозвраща­етсяизпоездки, сынначинает плохосебявестившколе?
Выявлениечувств членовсемьи Получениеинформацииохарак­тереэмоциональныхпережи­ванийчленовсемьи

Чтовычувствоваливэтот момент?

Вырасстраиваетесь, когдаВаш мужприходитдомойвсостоянии опьянения?

Выявление внутрисемейных ресурсов Выявлениесильныхсторон семьи, ееспособностей реорганизовываться Вспомните, былиливВашей семьесложныеситуации? Как семьясправиласьсними?

Открытые вопросы обычно начинаются со слов «что», «как», «почему», «мог­ли бы», «а если». Они требуют развернутого ответа от членов семьи, так как на них трудно ответить «да» или «нет». Открытые вопросы дают возможность по­лучить важную информацию о сути семейных затруднений. Например, откры­тый вопрос: «Не расскажете ли вы, чего ожидаете от семейной психотерапии?» позволяет членам семьи сформулировать без ограничений свой ответ.

Используя открытые вопросы, семейный терапевт может уяснить следую­щее:

О общую картину семейной дисфункции;

основные факты;

эмоциональное отношение членов семьи к этим фактам.

На стадии сбора информации необходимо выяснить, как сама семья пони­мает и объясняет свои проблемы, а также получить сведения, характеризую­щие особенности взаимодействия в семье и чувства относительно проблемной ситуации. Те же вопросы можно использовать на стадии выдвижения и про­верки терапевтических гипотез.

295

Семейному психотерапевту необходимо сохранять чувство такта и меры при расспрашивании членов семьи. Вопрос «почему» особенно тревожит и вызы­вает у клиента желание защититься. В частности, этот вопрос активизирует защитный механизм рационализации: обычно человек уже обдумывал данную проблему и выстраивал для себя систему объяснений.

Закрытые вопросы обычно включают в себя частицу «ли». Они содержат в себе формулировку ответа или ее варианты. На них можно ответить «да» или «нет». Закрытые вопросы используются для сбора информации, а также для того, что­бы выяснить детали, сконцентрировать внимание, сузить область суждений. За­крытый вопрос, как правило, мешает членам семьи уклониться от темы разгово­ра. Но при частом использовании закрытые вопросы также могут вызвать тревогу.

При выборе той или иной формулировки вопроса необходимо учитывать определенные ограничения. Например, закрытые вопросы создают опасность существенного сужения круга возможных ответов. Это особенно важно учи­тывать при работе с легко внушаемыми членами семьи, с маленькими детьми. Вместе с тем использование закрытых вопросов иногда может стать полезным приемом, который помогает члену семьи выразить социально не одобряемые установки. Когда альтернативные ответы даются рядоположно, сама форма вопроса может внушить клиенту, что они оба являются в равной степени соци­ально приемлемыми, например: «Одни родители считают, что нужно наказы­вать детей, другие — что не нужно. А как думаете Вы?»

Не задавая семье вопросов, информацию о ней можно получить при помо­щи таких техник, как минимальное подкрепление, поддержка, пересказ, отра­жение чувств.

Минимальное подкрепление (минимизация ответов, невмешательство) — мик­ротехника, представляющая собой использование психотерапевтом тех «мини­мальных» средств общения, которые позволяют поддерживать диалог с семьей. Реплики психотерапевта дают возможность членам семьи высказываться без принуждения, открыто и свободно. К их числу можно отнести высказывания типа: «Я понимаю», «Продолжайте, это интересно», «Расскажите поподробнее».

Эти реплики способствуют развитию и углублению взаимодействия с семь­ей. Они снимают напряженность у членов семьи, помогают психологу выра­зить заинтересованность, понимание или одобрение.

Повтор (поддержка) — это прямое повторение сказанного клиентом либо ко­роткие комментарии («ну-ну», «так», «угу»). Этот прием облегчает беседу и под­держивает главное ее течение, обеспечивает наименее навязчивое вмешатель­ство психолога в мир клиента. Повтор или поддержка является прямым способом продемонстрировать членам семьи, что психотерапевт их слушает и слышит.

Перефразирование (парафраз) — формулирование мысли клиента другими словами. Перефразирование всегда является определенным риском для пси­хотерапевта, так как никогда нельзя быть уверенным, что понимаешь другого человека правильно. Целью перефразирования является проверка того, на­сколько точно психотерапевт понимает того или иного члена семьи. Существу­ют стандартные высказывания, с которых часто начинается перефразирова­ние: «Как я понял...», «Вы считаете...», «По Вашему мнению...», «Другими словами, Вы думаете...», «Если я правильно понял, Вы говорите о...» и др.

296

При перефразировании основное внимание уделяется идеям, мыслям, смыс­лу сказанного, а не чувствам и эмоциям клиента. Важно, чтобы психотерапевт умел выражать мысли членов семьи своими словами. Перефразирование по­зволяет внести своевременные коррективы в сообщения членов семьи в тех случаях, когда психотерапевт их неправильно понял.

Пересказ — это сжатое изложение основных слов и мыслей членов семьи. В нем передается объективное содержание речи клиента, переформулирован­ное психотерапевтом, причем обязательно должны использоваться самые важ­ные слова и обороты. Пересказ помогает психотерапевту свести воедино раз­ные моменты беседы. Техника пересказа часто несет и терапевтический эффект, поскольку семья может еще раз услышать ключевые мысли и фразы, направ­ленные на прояснение сущности их проблем. Пересказ, по сути, является ис­пользованием техники перефразирования для больших объемов информации.

Отражение чувств. Эта техника сходна с пересказом, но пересказ обращает­ся к фактам, а отражение чувств — к эмоциям, связанным с этими фактами. Важно, чтобы психотерапевт умел отмечать для себя эмоциональные состоя­ния, чувства и переживания членов семьи.

Прием отражения чувств можно разбить на части: произнести имя клиента (это персонализирует отражение) и сообщить свои предположения о его чув­ствах— здесь могут быть использованы предложения-штампы: «Ирина, Вы, кажется, чувствуете стыд». Часто добавляется контекст данного переживания: «Галина, когда Ваш муж говорит о том, что Вы плохая хозяйка, похоже, Вы чувствуете обиду», «Иван, мне кажется, вы злитесь, когда Ваша жена сообща­ет, что Вы не помогаете ей с домашними делами». «Чистое» отражение чувств не включает контекста переживания.

Выяснение (прояснение, уточнение) — микротехника, помогающая сделать сообщение клиента более понятным для психотерапевта. Психолог обращает­ся к члену семьи с вопросом или просьбой уточнить то, что он сказал. Можно использовать следующие ключевые фразы:

«Не повторите ли Вы еще раз?»

«Я не понимаю, что Вы имеете в виду».

«Объясните, пожалуйста, еще раз».

О «Мне не совсем ясно, о чем Вы говорите». П «Не объясните ли Вы это подробнее?»

Для уточнения сообщения можно пользоваться закрытыми вопросами, на­пример: «Вы обиделись?», «Вы бы хотели изменить ситуацию?», «Это все, что Вы хотите сказать?» При этом необходимо помнить об ограничениях, связан­ных с использованием закрытых вопросов, которые иногда активизируют за­щиты клиента1 . Более предпочтительны открытые вопросы либо высказыва­ния типа: «Я не совсем Вас понял» и др. В этом случае психолог не вносит своих

1 Вспомним классический вопрос: «Перестали ли Вы бить свою жену?» В том случае, когда пси­холог задает вопрос такого типа, требующий ответа «да» или «нет», любой ответ клиента будет невер­ным и потребует дополнительных разъяснений. Поэтому нужно очень осторожно использовать за­крытые вопросы, несущие оценку или интерпретацию.

297

интерпретаций, сохраняет нейтральность к сообщению и ожидает его более точной передачи.

Осознание значения (смысла) связано с изучением того, что значит обсужда­емая ситуация для клиента. При осознании смысла анализируются глубокие, подспудные значения слов. Клиент повторно интерпретирует свои пережива­ния. Осознание смысла идет рядом с интерпретациями, которые относятся к микротехникам воздействия. Интерпретация дает клиенту альтернативные построения, при помощи которых он тоже сможет рассмотреть эту проблему. При осознании смысла клиент способен сам найти новую интерпретацию или смысл имевших место в прошлом ситуаций.

Резюме (подведение итогов) позволяет психологу подытожить основные мысли и чувства клиента. Резюме — микротехника, с помощью которой мож­но «соединить» в смысловое единство идеи клиента, факты из его жизни, ис­пытываемые чувства, смысл проблемной ситуации. Психотерапевт анализи­рует все сказанное до этого им самим и членами семьи, а затем представляет семье в законченной форме основные моменты, касающиеся содержания по­лилога между ними. Резюме дает психологу возможность проверить точность восприятия сообщений членов семьи. Построение резюме включает в себя упо­рядочение сложного содержания высказываний всех членов семьи. Резюме обычно формулируется психотерапевтом своими словами, однако при этом могут использоваться стандартные вступительные слова, например:

«То, о чем Вы мне рассказали, свидетельствует о ...»

«Как я понял из Вашего рассказа...»

«Главными пунктами Вашей семейной истории являются...»

Резюме полезно использовать в конце терапевтической сессии, когда нуж­но кратко подвести итоги всему, о чем говорили члены семьи.

Фокус-анализ — важная микротехника слушания. При фокус-анализе пси­хотерапевт отражает главную тему взаимодействия с семьей. Возможны следу­ющие направления выбора фокуса при работе с семьей:

1. Фокус на отдельном члене семьи (личностные обращения, апеллирова­ние к мыслям и чувствам, желаниям клиента относительно себя).

2. Фокус на семье в целом.

3. Фокус на семейной проблеме.

4. Фокусирование на психотерапевте. Концентрация внимания на себе по­лезна как прием самораскрытия или обратной связи, помогает развить у членов семьи чувство доверия.

5. Фокусирование на общности: «мы — фокус»: «Чего мы достигли за сего­дняшнюю встречу?», «Мне нравится, как сегодня Вы взаимодействуете».

6. Культурно-контекстный фокус: «Это тревожит многие семьи с детьми-подростками», «Такие затруднения испытывают многие семьи на дан­ном этапе своей жизни». (В основе проблем семьи часто лежат реальные истории их взаимодействия с социальными институтами — детскими садами, школами, медицинскими учреждениями и др.)

На основе вышеперечисленных микротехник выделяют несколько видов слушания.

298

Нерефлексивное слушание (пассивное слушание, принцип молчания) — это

самый основной вид слушания. Он состоит в умении психотерапевта молчать, оставаясь внимательным и не вмешиваясь при этом в рассказ или деятельность членов семьи. Пассивным этот процесс можно назвать лишь условно, так как он требует огромного внимания от психотерапевта. Условным понятием также является и «нерефлексивность», потому что при этом психотерапевт остается в контакте с собой, своими чувствами, продолжает выстраивать терапевтичес­кие гипотезы либо обдумывать дальнейшую стратегию работы с семьей.

Существуют различные варианты нерефлексивного слушания. Первый предполагает исключение любых действий со стороны психотерапевта: кив­ков головой, «угу-слушания», поддержки. В другом варианте в ходе нерефлек­сивного слушания психотерапевт может выражать понимание, одобрение, под­держку, использовать микротехнику минимального подкрепления.

Нерефлексивное слушание является незаменимым инструментом в тех си­туациях, когда:

П психотерапевту необходимо составить представление о семейной струк­туре, взаимодействии между членами семьи, семейных ролях и семей­ной иерархии;

члены семьи находятся в состоянии сильного эмоционального возбуж­дения;

членам семьи трудно четко сформулировать существующие в ней про­блемы;

П членам семьи необходимо выговориться и они пока не готовы выслуши­вать комментарии, вопросы и замечания;

О члены семьи переживают горе или утрату и испытывают такие чувства, как гнев, разочарование, страх, обиду.

Рефлексивное (активное) слушание используется психологом для того, что­бы более точно понять суть высказываний членов семьи. Большинство слов нашего языка являются многозначными, многие имеют синонимы. Это созда­ет определенные трудности понимания, так как одно и то же слово может по-разному восприниматься говорящим и слушающим. Таким образом, психоло­гу необходимо «раскодировать», «расшифровать» сообщение клиента.

Например, жена сообщает психотерапевту: «Мой муж грубо обращается со мной». «Грубо обращается» — выражение, которое может иметь самые различ­ные значения: не помогает жене в домашних делах, игнорирует просьбы и сло­весные обращения, кричит на жену, избивает ее и др. Для того чтобы понять клиентку, психотерапевту необходимо уточнить, что она подразумевает под этими словами. С этой целью им может быть использован уточняющий во­прос: «Что именно Вы имеете в виду, говоря о том, что Ваш муж грубо обраща­ется с Вами?»

Психотерапевт поддерживает членов семьи в их способности проанализи­ровать, рассмотреть ситуацию с разных сторон и принять подходящее для них решение, но при этом сам не дает советов и не предлагает, что именно им сле­дует сделать в тех или иных ситуациях. Цель рефлексивного слушания состоит в как можно более точном осознании того, что говорит определенный член се-

299

мьи либо понять суть семейного послания. Предполагается, что мысли и чув­ства членов семьи в процессе рассказа и выслушивания остальных участников психотерапии могут так изменяться, что семья начинает осознавать и разре­шать свои проблемы, переживать инсайты, самостоятельно находить ответы на собственные вопросы, преодолевать свои внутренние противоречия.

При рефлексивном слушании психотерапевт использует в основном навы­ки прояснения, поддержки, перефразирования, отражения чувств, резюме.

Эмпатическое слушание включает способность реагировать на другого че­ловека (клиента) возникновением эмпатии. Эмпатия — это постижение эмо­ционального состояния другого человека в форме сопереживания, понимание и принятие того содержания, которое он пытается постичь и осознать.

Эмпатия характеризуется переживанием особого отношения к другому человеку. Основное правило эмпатического слушания — не сочувствие, а со­переживание, то есть создание эмоционального резонанса переживаниям кли­ента. Цель эмпатического слушания состоит в как можно более точном пони­мании чувств другого человека. При этом психотерапевт не диагностирует и не оценивает клиента, так как основная цель эмпатического слушания (по К. Рож-дерсу) — находиться в мире чувств другого человека, а не навязывать ему соб­ственные чувства.

Эмпатическое слушание включает в себя понимание психологом чувств клиента и передачу этого понимания клиенту. В эмпатическом слушании при­меняются те же приемы, что и в рефлексивном: поддержка, вербальное следо­вание, уточнение, перефразирование, резюме.

5.2.2. Техники воздействия

Помимо микротехник слушания, существуют техники воздействия на кли­ента и семью. Техники воздействия — это приемы активного вовлечения пси­хотерапевта в процесс разрешения актуальных жизненных проблем клиента (семьи). Все теории консультирования и психотерапии базируются на том, что психолог выступает как агент изменений и личностного роста клиентов. Уже своим присутствием семейный психотерапевт оказывает влияние на семью. В том случае, когда психотерапевт использует специальные приемы воздей­ствия, изменения могут произойти быстрее и эффективнее.

Техники воздействия тесно связаны с техниками слушания. При оказа­нии воздействия на семью (как и при выслушивании семьи) психотерапевт поддерживает визуальный контакт, использует невербальные сигналы (кива­ет головой, жестикулирует, изменяет пространственное расположение и др.). Техники воздействия (влияния) обычно подразделяют на серию микротех­ник коммуникативной практики, таких, например, как: директива, конфрон­тация, интерпретация и самораскрытие (Айви А. Е., Айви М. Б., Саймэн-ДаунингЛ., 1999).

Овладеть техниками воздействия гораздо сложнее, чем техниками выслу­шивания. Для этого необходимо руководство опытного супервизора. Техники

300

воздействия более эффективны при достаточно редком использовании в ра­зумном сочетании с методами выслушивания.

Интерпретация является основным инструментом психоанализа и широко используется во всех направлениях психотерапии. Согласно Р. Р. Гринсону, «ин­терпретировать означает делать бессознательный феномен сознательным... Путем интерпретации мы выходим за рамки того, что поддается прямому на­блюдению, и придаем значение и каузальность психологическому феномену» (Гринсон Р. Р., 2003, с. 57).

Отправной точкой для интерпретации является психологическая теория, на которой основывает свою работу психотерапевт. Интерпретация используется нечасто, так как обычно является вызовом точке зрения семьи на проблему.

Говоря об интерпретации, хочется обратиться к ставшей классической фра­зе Д. Винникотта: «...я делаю интерпретацию, преследуя две цели. Во-первых, чтобы показать пациенту, что я бодрствую. Во-вторых, чтобы показать паци­енту, что я могу ошибаться» (цит. по: Мак-Вильяме Н., 1998, с. 238).

О сложности и корректности при использовании интерпретаций писал Р. Меннингер: психотерапевтам «не помешало бы напомнить о том, что они должны выступать не в роли оракулов, волшебников, лингвистов, следовате­лей, занимающихся „истолкованием сновидений, но лишь в роли наблюда­телей, слушателей и — иногда— комментаторов» (Menninger, 1958) (цит. по: СандлерДж., Дэр К., Холдер А., 1995, с. 132).

Директива — самая сильная из техник воздействия. При использовании дирек­тивы психолог говорит клиенту, какое действие ему следует предпринять. В рам­ках разных теорий используются разнообразные виды директив, например:

свободные ассоциации: «Вспомните и расскажите, с какими моментами из Вашего детства ассоциируется это чувство...»;

гештальтметод работы с пустым стулом: «Представьте, что Ваша мать сидит в этом кресле. Скажите ей все, что думаете и чувствуете. Теперь пересядьте в это кресло и ответьте себе от ее имени»;

фантазирование: «Представьте, что Вы вернулись в прошлое, в свое дет­ство... Перед вами — девочка 5-6 лет. Эта девочка — Вы... Подойдите к ней поближе... Посмотрите, во что она одета, как выглядит... Вы можете спросить ее о чем-то важном...»;

парадоксальная инструкция: пример работы с семьей, где жена психосо-матизируется из-за подавленной злости; ей уже удалили желчный пузырь, часть щитовидной железы, но она предпочитает разрушаться и не гово­рить мужу о своей злости и обиде. Жене: «В следующий раз, когда испы­таете злость к мужу, не пытайтесь подавить ее. Наоборот, усильте свою злость, расскажите о ней окружающим, мужу... Желательно, чтобы Вы испытывали в день не меньше трех приступов злости». Мужу: «Когда жена скажет Вам о том, что злится на Вас, поблагодарите ее и заплатите ей 10 долларов. Помните, что она сэкономила эти деньги для Вас и семьи»;

релаксация: «Закройте глаза... Почувствуйте свое тело... Расслабьте мыш­цы лица...»;

пожелание: «Я хотел бы, чтобы Вы сделали следующее...»;

301

О домашнее задание: «В течение недели все члены семьи должны каждый вечер собираться вместе на кухне и по 10 минут говорить о своих чув­ствах и переживаниях относительно друг друга», «К следующей нашей встрече заполните этот опросник» и др.

Психолог может давать указания клиентам, предлагая определенные изме­нения в поведении (тренировка поведенческих навыков), языковые замены («должен» на «хочу» и «не хочу»), вовлекая их во взаимодействие (изменение пространственного положения членов семьи, выполнение совместных зада­ний). Необходимо помнить, что использование директив возможно только после установления контакта психолога с семьей.

Конфронтация. Термин «конфронтация» имеет два смысла: (1) стоять на­против, смотреть в лицо и (2) враждебно противостоять, быть в оппозиции. Для психолога основным является первое значение термина, так как конфрон­тация не является агрессивным вторжением в пространство клиента (семьи) и не должна вести к напряжению отношений.

При конфронтации психолог обращает внимание клиента на те факты в его рассказе, которые являются противоречивыми, неясными, неадекватными. Важными для понимания конфронтации являются понятия «рассогласование» или «инконгруэнтность», отражающие следующие моменты в поведении: кли­ент дает двойные сообщения во время интервью («да, но»); демонстрирует про­тивоположные либо противоречащие друг другу чувства и мысли. Психолог указывает клиенту на эти двойные сообщения и тем самым ставит клиента пе­ред лицом фактов. Цель консультирования — идентификация и конфронта­ция главных противоречий клиента.

Заметив противоречия в рассказе клиента, психолог может использовать следующий шаблон: «С одной стороны, Выдумаете (чувствуете, поступаете)..., но с другой стороны, Выдумаете (чувствуете, поступаете...)». Консультант также поднимает вопрос о возможном значении данного поведения клиента для его жизни в настоящий момент. Тем самым используется возможность для клиен­та посмотреть на вещи с иной точки зрения, установить характер связи между разными темами в своем рассказе. Важно отмечать реакцию клиента на конф­ронтацию: способен ли он испытывать эмпатию к психологу, в чем отражается его понимание этой противоречивой ситуации. Конфронтация — метод, тре­бующий такта и терпения.

Задача конфронтации — помощь клиенту в раскрытии истинных намере­ний или целей его поведения. Данный технический прием можно разделить на два этапа.

На первом этапе терапевту нужно получить описание нескольких кризис­ных или конфликтных ситуаций. Важно получить максимально подробную ситуацию, кто из членов семьи как себя вел, что говорил и делал, как на это отреагировали остальные члены семьи и т. д.

На втором этапе задача психолога — выяснить у клиента цели его поведения. Гештальттерапевты будут акцентировать внимание на неудовлетворенных по­требностях клиента, адлерианцы — анализировать цели (например, внимание, власть, месть, симулированная неспособность), то есть в зависимости от теоре-

302

тической ориентации психотерапевта будет использована та или иная система координат. Терапевт может использовать уточняющий вопрос, например: «Де­нис, у тебя есть какие-нибудь предположения, почему во всех описанных ситуа­циях ты вел себя подобным образом?» Если клиент отвечает: «Я не знаю», тера­певт может сообщить клиенту свою версию. Лучше, если эта версия будет изложена в форме вопросов, например: «Возможно ли, что...» или «Интересно, может ли быть так, что...». Выявление неосознаваемых, скрытых причин пове­дения производит сильное воздействие на клиента, однако может активизиро­вать его защиты, поэтому использование вопросительной формы позволяет кон­сультанту отказаться от гипотезы, если она вызывает сильное сопротивление.

Пример _________________

Наконсультациюпришласемья—мать, отецисын 11 лет. Матьселав кресло, потомподняласьипосадилавкреслосына, асамаселанастул рядом. Отецселсдругойстороны, такжепридвинувстулккреслу. «За­жав»ребенка, родителиначалирассказыватьопроблемах, которыезак­лючалисьвнесамостоятельности, инфантильности, беспечностимальчика, котораявынуждалапроводитьматьмноговременисребенкоминедавала возможностиработать. Психотерапевтиспользовалтехникуконфронтации: «Выговорите, чтохотитевидетьсвоегосынаболеесамостоятельными независимым. ВтожевремяВыконтролируетевсеегодействия, указыва­етеему, кудасесть, иза 35 минутнашейвстречинедалиемусказатьни слова. Возможноли, чтонасамомделеВыхотите, чтобыВашсыни дальшеоставалсязависимымотВас?»

Конфронтация поддерживает баланс между методами наблюдения и воз­действия. Она становится более эффективной, когда преподносится в виде сложного пересказа или рефлексии чувств. Чтобы клиент не почувствовал себя обвиняемым, лучше излагать предположения в виде гипотез, оставляющих пространство для личностного роста последнего. При этом следует помнить, что необходимо выстраивать тщательный баланс конфронтации с определен­ным количеством теплого, положительного отношения и уважения к клиенту.

Самораскрытие — это техника воздействия, основанная на том, что психо­лог делится личным опытом и переживаниями либо разделяет чувства клиен­та. Она связана с техникой обратной связи и строится на «Я-высказываниях» психолога.

Традиционный психоанализ не использует технику самораскрытия, так как при этом психолог становится «прозрачным». В то же время общеизвестным является факт, что клиенты иногда сидят, ходят, говорят и даже думают так же, как их терапевты. Имитационное поведение, осуществляемое путем иденти­фикации с психологом, — важнейший терапевтический фактор.

Цель данного технического приема — продемонстрировать, как в подобных ситуациях вели себя другие люди. В трудные, кризисные моменты жизни чело­век склонен искать конкретные примеры для подражания. Возможность «при­мерить» к себе кусочек опыта психолога позволяет клиенту выяснить, подходит или не подходит ему такой способ, паттерн поведения. Экспериментирование с новыми моделями поведения увеличивает число степеней свободы клиента.

303

ГЛАВА 5. ТЕХНИКИ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ

При самораскрытии психотерапевту необходимо избегать поучений. Кли­енту предлагается реальный случай из жизни психолога с сопутствующими ему неудачами, глупостью, непоследовательностью, колебаниями — всем тем, че­рез что проходит живой, не «книжный» человек. Пример психолога не должен содержать однозначных моральных оценок, не должен сводиться к изложению общеизвестных теоретических положений или быть иллюстрацией из учебни­ка. У клиента должна быть возможность сделать собственные выводы из рас­сказа психолога.

Техника самораскрытия позволяет добавить в процесс консультирования два важных терапевтический фактора. Первый из них — вселение надежды в кли­ента. Клиент зачастую испытывает облегчение, когда узнает, что казавшаяся безнадежной ситуация успешно решена другим человеком. Второй фактор — универсальность переживаний. Когда терапевт делится своими чувствами, кли­ент становится свидетелем того, что подобные ситуации бывают в жизни дру­гих людей, что остальные тоже страдают, ревнуют, совершают попытки суици­дов, изменяют, фантазируют на табуированные темы, ощущают одиночество и беспомощность.

Самораскрытие — это всегда риск для психолога. Для того, чтобы саморас­крытие было успешным, нужно соблюдение некоторых условий. Во-первых, хороший терапевтический контакт с клиентом; во-вторых, восприятие клиен­том психолога как компетентного человека; в-третьих, эквивалентность рас­сказа психолога ситуации клиента, то есть достаточное количество сходных элементов между одной и другой проблемой. Последнее — техника должна быть уместной. В этом случае клиент может использовать полученную информацию как модель для подражания. Несмотря на все сложности данной техники, ее адекватное использование ведет к облегчению состояния клиента, увеличению степени доверия к психотерапевту, к сокращению дистанции.

Различные системы психотерапии и консультирования используют пере­численные микротехники в разных «пропорциях». Квалификация психотера­певта складывается из понимания общей структурной модели консультирова­ния и компетентности в микротехниках, а также умения применять все свои знания и навыки с учетом индивидуальных и культурных особенностей семьи.

В заключение отметим, что успешность психотерапии достигается множе­ственностью и жанрово-стилевой неспецифичностью языков консультативного взаимодействия.

5.3. ТЕХНИКИ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ

Техника семейной терапии — комплекс приемов и предписаний, посредством которых осуществляется изменение семейной системы с целью улучшения ее Функционирования.

304

5.3. ТЕХНИКИ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ

В современной психологической литературе можно встретить различные системы классификации техник, используемых в семейной психотерапии. Наиболее распространенным критерием для создания классификации явля­ется целевое назначение техники.

Р. Шерман, Н. Фредман выделяют следующие группы техник (Шерман Р., Фредман Н., 1997):

1. Социометрические техники.

2. Структурные вмешательства.

3. Поведенческие техники.

4. Техники, основанные на использовании воображения (арттехники, ас­социативные эксперименты, психодраматические техники и др.).

5. Парадоксальные техники.

Мы считаем целесообразным дополнить данную классификацию еще од­ной группой технических приемов — техники организации беседы в семейной терапии.

5.3.1. Социометрические техники

Социометрические техники представляют собой наиболее доступный спо­соб исследования и реконструкции дисфункциональной семейной структуры в процессе психотерапии семьи.

С помощью техник данной группы можно получить адекватную информа­цию о функционировании семьи на всех четырех уровнях (от индивидуально­го до мегасистемного). Социометрические техники предоставляют психологу богатый материал об особенностях внутрисемейного взаимодействия, ролевых аспектах семейной структуры, границ, иерархии, близости между членами се­мьи, наличии/отсутствии разнообразных нарушений структуры, таких, напри­мер, как межпоколенные коалиции и альянсы, а также позволяют ему судить о положении каждого человека в семейной системе. Таким образом, данные ме­тоды, как правило, выступают и в качестве техник, и в качестве диагностичес­ких процедур.

Основные идеи создания социометрических техник были позаимствованы клиническими психологами и психотерапевтами у Я. Морено и его последова­телей. Техники данной группы обладают рядом преимуществ, дающих семейно­му психологу1 большое количество возможностей в процессе работы с семьей:

1. Социометрические техники способствуют ослаблению сопротивления семьи изменениям и влиянию, которое может быть оказано на ее функциони­рование в процессе терапии:

П «уводят» терапевтический процесс от интеллектуализации и острого эмо­ционального реагирования членов семьи по поводу сложившейся ситуа­ции в семье к их реальному взаимодействию. Это способствует увеличе-

1 Слова «психолог» и «психотерапевт» используются нами как синонимичные.

305

нию активности, повышению спонтанности членов семьи и уменьше­нию сопротивления (Шерман Р., Фредман Н., 1997);

представляют собой процедуру, которая может оказаться неожиданной для клиентов и не соответствовать их ожиданиям по поводу того, как проходит встреча с психотерапевтом. Такой элемент новизны может су­щественно снизить сопротивление терапевтическому процессу у отдель­ных членов семьи либо семьи в целом;

являются интересными для членов семьи и, несомненно, привлекают их внимание к самому процессу психотерапии.

2. Социометрические техники помогают моделировать события прошлого, настоящего и будущего в ситуации «здесь и сейчас», что дает возможность членам семьи изменить в процессе моделирования понимание сложившейся ситуации, а также свое поведение, приобретая новые способы взаимодействия в контексте семьи.

3. Социометрические техники позволяют проявиться бессознательным ас­пектам взаимоотношений в межличностном взаимодействии в процессе тера­пии, что делает их доступными для осознавания и последующей коррекции.

4. Социометрические техники обнаруживают и ярко представляют особен­ности ролевой структуры семьи — ролевое поведение членов семьи и его нару­шения. Кроме того, они дают возможность клиентам увидеть особенности внут­рисемейного взаимодействия, атакже получить обратную связь по поводу того, как воспринимается их поведение другими членами семьи и каково их отно­шение к данным формам поведения.

5. Социометрические техники являются своеобразной формой метакомму-никации: члену семьи бывает легче показать суть конфликта, нежели рассказать о нем. При этом сообщения об особенностях сложившейся в семье ситуации формулируются, выражаются и принимаются членами семьи без предваритель­ных обсуждений. Когда конфликт наглядно и символически представлен, обнаруживаются возможности для обсуждения отношения членов семьи к сло­жившейся ситуации и дальнейшей коррекции внутрисемейного взаимодей­ствия.

6. Социометрические техники дают психотерапевту возможность прямого вмешательства в семейную систему (Эйдемиллер Э. Г., ред., 2002).

7. Социометрические техники фокусируют внимание на социальной систе­ме и процессе социального взаимодействия (Шерман Р., Фредман Н., 1997). Чувство изоляции и одиночества, возникающее у идентифицированного па­циента, у того, кто, по мнению семьи, «болен», подвергается вызову по мере осознания членами семьи своего вклада в функционирование семьи и возник­новение семейной дисфункции.

В данном учебном пособии представлены следующие социометрические техники, которые могут быть использованы при оказании психологической помощи семье в ситуации кризиса: «Семейная скульптура»; «Семейная хорео­графия»; «Семейное пространство» и «Соломенная башня».

306

Семейная скульптура»

Цель: изменение структуры и функционирования семьи. Данная техника широко используется семейными психотерапевтами и как метод диагностики семейной системы. В частности, проведение техники «Семейная скульптура» позволяет определить место индивида во внутрисемейной системе взаимоот­ношений, оценить степень психологической близости между членами семьи, выявить наличие структурных дисфункций (коалиции, альянсы, нарушения иерархии), определить основные зоны конфликта.

Суть данной техники заключается в том, что пространственное расположе­ние людей (членов семьи) и объектов как результат процесса скульптурирова-ния указывает на основные особенности структуры семьи и внутрисемейных взаимоотношений «с точки зрения архитектора» (члена семьи, создающего скульптуру семьи). Таким образом, каждый член семьи создает пространствен­ную репрезентацию семейной системы — «живой портрет» семьи, располагая в пространстве своих родственников согласно собственным представлениям о сложившейся в ней ситуации.

Несомненным достоинством техники «Семейная скульптура» является ее невербальный характер, что позволяет снизить уровень сопротивления и уйти от излишней интеллектуализации и взаимных обвинений в обсуждении про­блемной ситуации в процессе терапии.

Процедура проведения

Для использования техники «Семейная скульптура» необходимо соблюде­ние следующих условий:

присутствие членов семьи. По некоторым данным, минимальное коли­чество человек, необходимое для проведения техники, — 3-4 человека (Шерман Р., Фредман Н., 1997);

легко передвигающаяся мебель (например, стулья);

наличие предметов, которые могут обозначать отсутствующих на при­еме членов семьи;

достаточно просторное помещение, позволяющее клиенту создать скуль­птуру, наиболее адекватно отражающую его мнение о внутрисемейной ситуации.

Этапы проведения техники

1. Создание скульптуры семьи, отражающей особенности реальной ситуации в семейной системе. Вначале психолог мотивирует всех участников психотера­пии на выполнение предстоящего задания, объясняя, что это позволит им в полной мере прочувствовать, что значит быть членом их семьи в сложившейся проблемной ситуации. Далее психотерапевт предлагает каждому члену семьи выступить в роли скульптора и, обращаясь с другими членами семьи так, как будто они сделаны из глины, изобразить их в виде живой скульптуры таким образом, чтобы их позы и расположение в пространстве отражали действия и чувства по отношению друг к другу.

Инструкция: «Представьте себе, что Вы скульптор. Попробуйте сейчас здесь создать скульптурное изображение своей семьи. При этом Вы можете обра-

307

щаться с членами семьи так, как будто они сделаны из глины: Вы можете по­местить их куда угодно и как угодно, придать лицам Ваших родных любое выражение. Однако важно, чтобы скульптура, которая у Вас получится, от­ражала бы ту ситуацию, которая сложилась на сегодняшний день в Вашей семье».

Если член семьи, приступивший к созданию скульптуры, испытывает за­труднения, терапевт может помочь ему, используя наводящие вопросы: (ребен­ку) «Вот у тебя мама. Где она будет находиться? Будет ли она сидеть или сто­ять? Как она держит руки? Куда она смотрит? Какое у нее при этом лицо? Где будет располагаться отец? Как он стоит (сидит...)? Касается ли он твоей мамы? Куда он смотрит?... А сейчас помести меня на то место, где будешь распола­гаться ты сам. Должен ли я сидеть или стоять? Каково выражение моего лица?» (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

«Ваяние» продолжается до тех пор, пока скульптор не будет удовлетворен результатом. Важно, чтобы другие члены семьи позволили ему свободно обра­щаться с собой как с «материалом», учитывая то, что им также нужно будет выступать в роли скульптора. В результате каждый член семьи должен изваять свою скульптуру «семейной реальности», отражающую эмоциональную ситу­ацию в семье на данный момент.

2. Этап обсуждения скульптуры. После завершения скульптуры семьи на­ступает следующая фаза работы — обсуждение полученных результатов, что предполагает получение ответов на следующие вопросы терапевта:

П скульптору: «Придумайте название вашему произведению»;

каждому члену семьи: «Как Вы чувствуете себя на этом месте среди Ва­ших родственников?»;

П всей семье: «Удивила ли вас данная скульптура? Что в ней вас особенно удивило?»;

каждому члену семьи: «Знали ли Вы раньше, что скульптор воспринима­ет Вас так, как он это изобразил?»;

всей семье: «Согласны ли вы с тем, что ваша семья именно такая, как это изображено в скульптуре?»;

скульптору или семье: «Что бы вы хотели изменить в жизни вашей семьи?»

В процессе построения и обсуждения скульптур терапевт фиксирует в спе­циальных бланках пространственное расположение членов семьи и направле­ния их взглядов, обращая внимание на дистанцию между фигурами в каждой скульптуре. На основании сделанных наблюдений, учитывая особенности всех созданных скульптур, на данном этапе можно более или менее адекватно оце­нить степень эмоциональной близости (сплоченности) между членами семьи, которая представлена здесь как дистанция между фигурами скульптуры, опре­делить наличие межпоколенных коалиций и альянсов между членами семьи, выявить аутсайдеров семейной системы, основные конфликты.

3. Создание скульптуры семьи, отражающей представления клиента об иде­альной семье. После того как каждый член семьи создаст «реальную» семейную скульптуру, отражающую ситуацию в семье в данный момент, их можно по­просить по очереди создать скульптуру идеальной семьи в их понимании.

308

Процесс ваяния и полученные в результате скульптуры помогают клиентам осознать свои позиции в семье, в то же время предоставляя уникальную воз­можность создать единый для всех членов образ идеальной семьи.

Рекомендации по использованию: данная техника может быть использована в работе с отдельными подсистемами семьи (супружеской, детско-родитель-ской, сиблинговой), с нуклеарной семьей в полном составе, а также с ядерной семьей с привлечением членов расширенной семьи. Техника «Семейная скуль­птура» с успехом может применяться и при индивидуальной работе, фокусом которой являются семейные проблемы клиента.

Техника «Семейная скульптура» — эффективное средство диагностики и интервенции в случаях работы с семьями, склонными к манипулированию, а также в случаях с недостаточным уровнем развития коммуникативных навы­ков членов семьи, затрудняющим процесс обсуждения проблемной ситуации на приеме у психолога.

Семейная хореография»

Цель: изменение взаимоотношений в нуклеарной семье, обнаружение вза­имосвязи симптома идентифицированного пациента и основных паттернов взаимоотношений в семье; выявление циркулярных последовательностей се­мейного взаимодействия с последующим прерыванием дисфункционального циклического поведения.

Историческая справка: техника «Семейная хореография» представляет со­бой модифицированный вариант техники «Семейная скульптура». Подобная модификация была предложена Д. Кантором, Ф. Балл и Ф. Балл (Бостонский институт семьи), а также П. Пэпп (Институт семьи Аккермана) (Шерман Р., Фредман Н., 1997). Однако в то время как результатом семейного скульптури-рования является своеобразный «срез» структуры семейной системы (стати­ческая картина), техника «Семейная хореография» нацелена на описание ди­намических аспектов функционирования семьи.

Процедура проведения

Психотерапевт просит клиента разместить в пространстве всех присутству­ющих на приеме членов семьи таким образом, чтобы полученная «картина», или сцена, отражала характер внутрисемейных отношений в контексте како­го-либо события или проблемы, а затем эту сцену разыграть.

Этапы проведения техники

1. Изображение актуальной ситуации в семье и ее разыгрывание. Инструкция: «Разместите членов своей семьи в данном пространстве так,

чтобы это наилучшим образом демонстрировало проблему семьи. Затем все вместе попробуйте оживить сцену и проиграть ее без слов».

2. Изображение идеальной ситуации в семье и ее разыгрывание. После того как сцена предыдущего этапа разыграна, членам семьи предлагается изобра­зить идеальную ситуацию во взаимоотношениях, такую, какой она видится в данный момент. Идеальная ситуация также разыгрывается семьей. При этом терапевт работает с каким-то одним членом семьи, обращаясь к нему с просьбой изобразить его реальную и идеальную позиции в семейной системе.

309

3. Изображение и разыгрывание сцен преодоления проблемной ситуации. Пси­хотерапевт может попросить членов семьи несколько раз повторить сцены, отражающие дисфункциональные внутрисемейные поведенческие образцы, а также те сцены, которые изображают их преодоление. Причем он советует им действовать при каждом очередном дубле с всевозрастающей энергией, пыта­ясь сделать ситуацию, с их точки зрения, все лучше и лучше.

4. Обсуждение. Когда все сцены будут проиграны, начинается обсуждение. Для того чтобы более четко идентифицировать проблему семьи, психотерапевт может попросить каждого члена семьи кратко сформулировать для себя и дру­гих то, что составляет суть актуального состояния и положения в семье. Затем в порядке очереди это делают все члены семьи. Вопрос задается всегда один и тот же: «Каково быть в этом положении в семье, какие чувства возникают у Вас по отношению к другим членам семьи?»

Рекомендации по использованию: данная техника представляет собой доволь­но гибкий инструмент: она может быть изменена в зависимости от конкрет­ных паттернов взаимодействия, существующих в данной семейной системе.

Семейное пространство»

Цель: диагностика внутрисемейных отношений, проведение интервенции с помощью обсуждения возможных путей совместного и индивидуального ис­пользования пространства. Техника «Семейное пространство» также может быть использована для выявления особенностей ролевого поведения и мифо­творчества в родительских семьях супругов, скрытых правил взаимодействия в данной семье, а также для прояснения конечных целей терапевтического про­цесса.

Историческая справка: первоначально техника «Семейное пространство», разработанная Копперсмитом в 1980 году (Шерман Р., Фредман Н., 1997), ис­пользовалась в рамках обучающих терапевтических программ с целью повы­шения профессиональной компетенции начинающих терапевтов. Она позво­ляла будущим специалистам в области семейной терапии осознать особенности психологической ситуации в своей собственной семье и характер ее функцио­нирования. В дальнейшем техника стала использоваться семейными терапев­тами в работе с реальными семьями.

Необходимые материалы: большой лист бумаги, фломастеры или карандаши.

Процедура проведения

Существуют различные варианты проведения данной техники: 1. Отец и мать рисуют план их родительских домов, а дети в это время слу­шают и наблюдают за работой родителей.

Родителям предлагается следующая инструкция: «Нарисуйте план-схему дома (квартиры), в котором вы жили вместе со своими родителями, отображая все имеющиеся в нем комнаты и помещения. Если вы несколько раз меняли место жительства, переезжая из одного дома в другой, то нарисуйте план того дома, который вам наиболее запомнился». Во время рисования психолог по­степенно вводит их в ситуацию, задавая следующие вопросы:

310

О «Рисуя, отмечайте, с каким настроением ассоциируется у Вас та или иная комната.

Попытайтесь вспомнить доминирующие запахи звуки, цвета и людей в этой комнате.

Была ли в Вашем доме комната, специально предназначенная для встре­чи всех членов семьи?

Когда члены Вашей расширенной семьи заходили к вам, в какой комна­те Вы встречались?

Были ли в доме (квартире) комнаты, в которые Вам было запрещено за­ходить?

Было ли у Вас какое-то особенное место в доме (квартире)?

Попытайтесь как можно яснее вспомнить, как в Вашем родительском доме решались вопросы близости и отдаленности.

Как был расположен Ваш родительский дом по отношению к другим домам в этом квартале, выделялся он чем-нибудь или нет? (Как была расположена Ваша квартира: в каком доме, на каком этаже, куда выхо­дили окна?)

Вспомните какое-то типичное событие, происходившее в вашем роди­тельском доме (квартире).

Вспомните типичные слова, фразы, высказывания, которые произноси­лись членами вашей семьи».

Вопросы терапевта направлены на выявление особенностей взаимоотноше­ний между членами родительских семей обоих супругов, а также норм и правил, которые оказались позаимствованными из родительских семей обоих супругов.

Использование данного варианта позволяет обозначить границы между поколениями в семье и границы между различными семейными подсистема­ми. Совместная деятельность родителей подчеркивает уникальность их поло­жения в семейной системе, тогда как детям отводится роль обучающихся на­блюдателей. История семьи в изложении родителей, описывающих жизнь в своих родительских семьях, вносит свой значимый вклад в формирование чув­ства сопричастности к культурному наследию данной семьи и способствует сплочению ее членов.

2. Дети рисуют план дома (квартиры), в котором они в настоящий момент живут с родителями, а отец и мать при этом присутствуют в качестве наблю­дателей. В данном варианте проведения техники психолог выделяет и поддер­живает сиблинговую подсистему.

3. Все члены семьи рисуют план дома, в котором сейчас живут. Психолог по­лучает возможность достаточно глубоко изучить актуальные проблемы и кон­фликты в семье, а также имплицитно присутствующие внутри семейной сис­темы средства их преодоления. Особенно полезен данный вариант техники при работе с семьями, в которых размыты внутренние и/или внешние границы. Безопасное выражение семьей различных точек зрения и чувств на происходя­щее позволяет прояснять внутрисемейные границы.

Рекомендации по использованию: техника «Семейное пространство» может использоваться в работе как с отдельными семьями, так и в семейно-группо-

311

вой психотерапии, а также в работе с родительскими группами. В зависимости от целей группы, внимание может фокусироваться на актуальных семейных конфликтах либо на истории семьи. Методика не может быть включена в ра­боту с маленькими детьми.

«Соломенная башня»

Цель: наблюдение «здесь и теперь» за взаимодействием членов семьи; уста­новление иерархии, лидерства, коалиций в семье; выявление изолированных членов семьи; изучение характера взаимной поддержки, умения договариваться и других динамических свойств семейной системы.

Историческая справка: данная техника использовалась в групповой терапии, пока в 1984 году она не была адаптирована Л. Пекманом для работы с семей­ной системой.

Необходимые материалы: соломка для коктейлей, скотч. В нашей практике хорошо зарекомендовал себя набор из скотча и листов бумаги формата A3 (или газет), которые могут быть свернуты в трубочки или использоваться другим способом, который придумывает семья. Могут быть предложены и другие ма­териалы, например, прутья разломанного веника, пустые коробки и др.

Процедура проведения

Клиентов просят взять необходимые материалы и вместе построить башню (либо дом).

Инструкция: «Вам необходимо из этих соломинок (газет, прутиков, листов бумаги) построить башню (дом). При построении башни (дома) попытайтесь совместно достичь определенных целей. Ваша башня (дом) должна быть ори­гинальной по форме, красивой, хорошо сконструированной. Она должна сто­ять без поддержки и быть достаточно прочной и долговечной, чтобы ее можно было переносить с места на место. Вам следует уложиться в 10-15 минут». Да­лее дается рекомендация: первые 5 минут строить башню, не говоря друг другу ни слова. Это требование может увеличить фрустрацию и позволить обойти некоторые барьеры, выявить различные уровни взаимодействия в семье.

Понаблюдав за происходящим в течение 8-15 мин, психолог может вме­шаться в процесс: давать советы, объяснять происходящее, присоединяться к какой-то из подсистем и др.

Если семья большая, она может быть разбита на подгруппы, каждая из ко­торых строит свою башню. Этот способ используется для того, чтобы подчерк­нуть или изменить существующие структурные границы, а также предложить иной способ взаимоотношений в работе с семейными треугольниками.

Примером парадоксальной интервенции может служить разрешение руко­водить конструированием или строительством башни изолированному члену семьи, идентифицированному пациенту или маленькому ребенку.

После того как башня построена, психолог обсуждает с членами семьи, что происходило во время строительства. При этом анализируется роль каждого в совместной деятельности и поведение всех членов семьи в рамках поставлен­ной задачи. Затем можно попросить членов семьи заново построить башню, 312

используя результаты проведенного обсуждения. В некоторых случаях можно обучить членов семьи методикам совместной работы и способам оказания вза­имопомощи.

Рекомендации по использованию: данная техника может быть включена в работу с семьей как диагностический, так и терапевтический инструментарий. Реализуя диагностические цели, психолог наблюдает за способами взаимодей­ствия при выполнении семьей совместных действий по построению башни (дома). В этой ситуации члены семьи ведут себя так же, как и в обычной жиз­ни. Техника позволяет выявить иерархию, альянсы и треугольники, внутрисе­мейные границы и др. В тех случаях, когда терапевт внедряется в семейную систему при помощи предписаний и указаний, эта техника используется в ка­честве инструмента терапевтических интервенций, позволяющего изменить существующее равновесие.

5.3.2. Структурные техники

Структурные техники — группа техник, целью использования которых яв­ляется реорганизация семейной системы, создание пространства для ее струк­турных изменений за счет предоставления членам семьи возможностей для апробирования новых ролей и помощи в установлении и поддержании адек­ватных границ между подсистемами.

Для фасилитации процесса семейной реорганизации психолог на время может присоединяться к семье, помогая ей осуществить структурные пере­стройки. При этом ему не следует вступать в коалицию с отдельными членами семьи. Кроме того, он должен следить за тем, чтобы не оказаться «поглощен­ным» ею.

Структурные техники можно использовать для решения следующих задач:

Создание движения. В том случае, когда члены семьи ощущают «застрева­ние» в их жизнедеятельности, структурные перестройки, инициированные пси­хологом, могут привести к изменениям в семейной ситуации. Это поощряет членов семьи к дальнейшим движениям и поиску новых форм взаимодействия и функционирования их семейной системы. Например, освобождение ребен­ка от роли «проблемного члена семьи» может создать пространство для нового взаимодействия супругов и стимулировать их движение к принятию на себя ответственности за решение супружеских проблем.

Перераспределение власти. Присоединяясь к различным подсистемам, пси­холог может помочь восстановить (выстроить) адекватную семейную иерар­хию, увеличить значимость одного члена (подсистемы) семьи для другого (дру­гой) или усилить его правовую сферу. Например, психолог может поддерживать детей в их потребности в большей независимости или их родителей — в уста­новлении ряда семейных правил.

Изменение перспектив. Апробируя новые роли, члены семьи получают но­вый опыт и расширяют диапазон поведенческих реакций. Это повышает гиб­кость семейной системы, стимулирует членов семьи к выработке других се-

313

мейных правил и поиску новых смыслов происходящего, позволяет реинтер-претировать прошлый семейный опыт и найти в нем ресурсы для решения ак­туальных трудностей.

Разрушение коалиций. Налаживая нарушенную коммуникацию между одни­ми членами семьи, психолог способствует разрушению дисфункционального альянса между другими. Как правило, речь идет о ситуациях, когда один роди­тель вступает в коалицию с ребенком против другого родителя.

Формирование альянсов. Работа психолога может быть направлена на усиление сплоченности и снижение конфронтации между членами семьи в рамках отдельных семейных подсистем, что позволяет оптимизировать их со­вместную деятельность. Примером такой работы может служить помощь мо­лодым супругам в распределении семейных ролей и обязанностей или под­держка родителей в достижении ими соглашения по поводу родительских позиций.

Прояснение внутренних границ семьи. Психолог может помочь членам семьи прояснить характер внутренних границ семьи и особенности функционирова­ния ее членов в рамках отдельных подсистем. В таком случае его работа будет направлена на усиление внутренних границ, достижение согласия по поводу того, кто и каким образом включен в данную подсистему, кто за что отвечает, или на ослабление слишком жестких границ и поддержку совместных действий.

Личностный рост и самопознание членов семьи. Изменяя свое место в систе­ме внутрисемейных взаимодействий, апробируя новые роли, члены семьи по­лучают возможность приобрести новый опыт и расширить свои функциональ­ные возможности.

Реинтерпретация смысла нахождения в определенной позиции. Психолог мо­жет помочь членам семьи увидеть разные стороны занимаемой ими семейной позиции (роли), отметить ее положительные и отрицательные компоненты. Выявление диалектической природы семейных ролей и взаимоотношений по­зволяет членам семьи изменить отношение к сложившейся в семье ситуации, найти в ней положительный смысл и ресурсы для преодоления кризиса. На­пример, роль старшего ребенка, с одной стороны, часто сопряжена с большой функциональной загруженностью, с другой — дает возможность развития ли­дерских качеств, самостоятельности и независимости.

Изменение семейной системы путем работы с одним из ее членов. Согласно теории М. Боуэна, изменение одного члена семьи приводит к тому, что вся си­стема должна к этому приспособиться. Таким образом, поддерживая измене­ние положения одного из членов семьи, психолог может способствовать изме­нению семейной системы в целом.

«Семейный ритуал»

Цель: структурная перестройка семьи путем изменения правил ее существо­вания и нарушения устойчивых способов взаимодействия ее членов (определе­ние внутрисемейных границ, увеличение независимости членов семьи, коррек­тировка общения, ослабление межпоколенных коалиций, усиление альянсов в одном поколении).

314

Историческая справка: данный вариант техники разработан психотерапев­тами миланской школы семейной терапии — М. Сельвини Палаццоли, Л. Бос-коло, Д. Чеккин, Дж. Прата (1977-1978).

Процедура проведения

Семейный ритуал — это система действий, совместно выработанных члена­ми семьи, определяющая в строгой последовательности их поведение в особых для семьи ситуациях. Ритуалы служат для регулирования функционирования семьи, координируя поведение каждого для осуществления общей цели, тем самым способствуя повышению внутрисемейной сплоченности. Примерами семейных ритуалов могут быть совместные семейные завтраки, во время кото­рых члены семьи могут пожелать друг другу счастливого дня, рассказать свои сны, поделиться планами на текущий день; похороны и траурные церемонии; дни рождения; свадьбы; годовщины; окончание института и другие значимые для данной семьи события, подготовка и празднование которых осуществля­ется всей семьей.

Техника «Семейный ритуал» предполагает создание психологом своеобраз­ного ритуала, который предписывается семье без каких-либо объяснений. При этом для членов семьи строго определяются конкретные действия, их после­довательность, время и место выполнения.

Данная техника парадоксальным образом использует ригидные стороны семейной структуры для позитивных изменений и способствует возникнове­нию новых конструктивных форм семейного взаимодействия. Ритуал функ­ционирует на уровне метакоммуникаций и потому вызывает меньше сопро­тивлений, чем прямая интерпретация симптома. С помощью данной техники психолог, следуя за семьей, может постепенно изменять качество семейных отношений.

Для того чтобы подобрать подходящий для семьи ритуал, психологу следует выявить мифы, поддерживающие ее существование и необходимые для ее со­хранения, и хорошо представлять себе особенности функционирования дан­ной семейной системы. С этой целью он должен подробно исследовать исто­рию семьи в нескольких поколениях, изучить особенности ее динамики. Лишь после этого можно приступать к разработке семейного ритуала, способного изменить существующую систему посредством введения новых норм и пра­вил. Если семья соглашается действовать в соответствии с предписанным ри­туалом и принимает новые правила, то создается Возможность для изменений в функционировании всей семейной системы.

Алгоритм применения техники «Семейный ритуал»

1. Анализ семейной истории, выявление особенностей функционирова­ния данной семьи и создание для нее ритуала.

2. Получение от членов семьи твердого заверения в том, что они будут следовать тому предписанию, которое им собирается дать психолог.

3. Подробное объяснение предписания (оно может быть представлено для каждого члена семьи в письменном виде).

315

Частью ритуала может быть чтение полученного предписания одним из членов семьи всем остальным в каком-то определенном месте и в определенное время.

Рекомендации по использованию: техника «Семейный ритуал» особенно эф­фективна в работе:

с ригидными семьями;

с молодыми семьями;

с семьями, имеющими носителя психической патологии;

с семьями с недостаточным уровнем внутренней организации;

с семьями, где имеются приемные дети;

с семьями, переживающими утрату (смерть одного из членов семьи).

5.3.3. Поведенческие техники

Поведенческие техники —психотерапевтические интервенции, основанные на использовании заданий, направленных на формировании у членов семьи новых, более конструктивных способов поведения.

Теоретико-методологической основой данных техник является (Шерман Р., Фредман Н., 1997):

1. Бихевиоризм и теория социального научения.

2. Теории когнитивной психологии.

3. Теории социального обмена, рассматривающие человеческое поведение как действия индивидов, направленные друг на друга для достижения общей цели.

4. Теории общения, которые придают особое значение вербальной комму­никации, слушанию, различного рода обсуждениям и переговорам, а также невербальным формам взаимоотношений.

5. Теории решения проблем.

Использование данных техник основано на представлении о возможности избавления от нежелательных форм поведения и его изменения методом на­учения. Большинство поведенческих техник представляют собой специальные методы, направленные на снижение конфликтности и стимулирование взаи-моподкрепляемых внутрисемейных взаимодействий через предписанные пси­хотерапевтом задания, которые выполняются членами семьи непосредствен­но на сессии или в домашних условиях (система домашних заданий).

Техники данной группы используются в работе с семьями, способными сле­довать предписаниям. Кроме того, в силу ориентации данных техник на дей­ствия, они подходят семьям, члены которых испытывают трудности в выраже­нии и вербализации своих чувств и эмоций.

«Родительский семинар»

Цель: изменение отношения родителей к целям, задачам и средствам воспи­тания; обучение навыкам перцепции семейных отношений и интеракций; изме-

316

нение представлений о ребенке; расширение диапазона воспитательных прие­мов; получение новой информации о семье и детско-родительских отношениях. Историческая справка: техника «Родительский семинар» предложена А. С. Спиваковской для изменения сферы сознания и самосознания родителей, а также реальных способов взаимодействия в семье (Спиваковская А. С, 1988).

Процедура проведения

Техника «Родительский семинар» проводится в форме групповых занятий, на которых присутствуют один или оба родителя. В работе используются сле­дующие приемы:

лекция;

групповая дискуссия; П библиотерапия;

анонимные трудные ситуации.

Лекция. Темы лекций должны соответствовать потребностям и интересам участников семинара. Поэтому необходимо собрать предварительную инфор­мацию об ожиданиях участников, характере их проблем и затруднений (напри­мер, на предварительной встрече либо на первой встрече во время выяснения целей прихода на семинар).

Возможные темы лекций:

Факторы супружеского благополучия.

Современные проблемы воспитания детей.

Ребенок из неполной семьи.

Методы воспитания детей в семье. О Как любить ребенка.

О Зависимости у детей (компьютерная и телевизионная зависимость, Ин­тернет-зависимость; алкогольная, наркотическая и пищевая зависимо­сти и др.).

Главным в изложении указанных тем является простота, эмоциональность в изложении, наличие живых, ясных примеров, обращения к аудитории.

Групповая дискуссия. По мнению А. С. Спиваковской, во время групповой дискуссии целесообразно организовать тематическую дискуссию и дискуссию по типу анализа конкретных случаев. Тематическая дискуссия предполагает обмен мнений по темам лекций. Темы дискуссий второго типа строятся по те­мам, предложенным самими родителями.

Дискуссия может быть организована с целью выработки у участников груп­пы оптимального подхода к той или иной жизненной ситуации, пониманию ее психологического смысла. Между тем главные задачи групповой дискуссии заключаются в повышении уровня мотивации и вовлеченности участников группы в обсуждение предложенных проблем; развитие креативности при ре­шении сложных, нестандартных ситуаций; использование воспитательных и терапевтических ресурсов группы.

Библиотерапия. Родителям для домашнего прочтения предлагается специ­ально подобранный список книг. В основном используются книги научно-по-

317

пулярного характера, посвященные проблемам семейной жизни и воспитания. Ведущий семинара может предоставить подборку статей и книг в электронном варианте или на бумажных носителях. Во время последующих встреч обсужда­ются основные идеи прочитанных статей и книг. Родители могут изложить соб­ственную точку зрения на предложенные для обсуждения темы и проблемы, поделиться своим опытом.

Анонимные трудные ситуации. Данный прием используется для активиза­ции групповой дискуссии, повышения мотивации участников к разрешению типичных проблемных ситуаций новыми способами, к реализации творческо­го подхода в воспитании детей.

Психолог предлагает обсудить такие ситуации взаимодействия родителей с детьми, когда воспитательные приемы не приводят к успеху. Подбор ситуаций для обсуждения и анализа должен осуществляться с учетом запросов участников.

Далее каждый из родителей должен предложить свой вариант разрешения ситуации, опираясь на личный опыт, а также объяснить, почему герои приве­денного примера не достигли успеха в установлении контакта со своим ребен­ком. После того как все высказались, предложенная ситуация анализируется и обобщается психологом.

Рекомендации по использованию: технику рекомендуется использовать в груп­пе, состоящей из 8—12 человек. В том случае, если родители неоднократно и безуспешно пытались изменить существующую в семье ситуацию, групповая работа поможет задействовать дополнительные ресурсы благодаря действию таких терапевтических факторов группы, как альтруизм, вселение надежды, информирование, универсальность переживаний и др. Участие в семинаре по­зволяет родителям обнаружить собственные воспитательные возможности, расширить диапазон используемых средств и методов, получить поддержку от группы, посмотреть на различные сложные ситуации «со стороны», вырабо­тать новые пути и способы разрешения семейных конфликтов.

«Конструктивный спор»

Цель: восстановление каналов коммуникации и разрешение супружеских конфликтов. Техника предоставляет супругам возможность открыто и нетрав­матично друг для друга обмениваться информацией об имеющихся трудностях во взаимоотношениях, осознаваемых и подавляемых чувствах и желаниях, про­тиворечиях в исполнении семейных функций.

Историческая справка: техника «Конструктивный спор» представляет собой модификацию техники «Честная борьба» (Г. Р. Бах и П. Уиден), выполненную С Кратохвилом.

Г. Р. Бах и П. Уиден считали, что нарушение коммуникаций между супруга­ми ведет к искажениям и утрате передаваемой информации, что порождает внутриличностное и межличностное напряжение, затрудняет удовлетворение потребностей и взаимных ожиданий. Такое состояние приводит к появлению агрессивных, отрицательных эмоций, длительное подавление которых (во имя сохранения «семейного мифа») приводит к резкому увеличению монотонных и стереотипных форм взаимодействия, которые еще больше фрустрируют чле-

318

нов семьи. Вследствие этого последние часто используют неудачные формы снятия напряжения в виде конфликтов со взаимными оскорблениями и оби­дами. Поэтому с целью оптимизации супружеских отношений авторами была предложена техника «Честная борьба». Правила ее проведения, методика обу­чения супругов, а также оценка эффективности выполнения техники осуще­ствляется по 12 параметрам. В дальнейшем количество параметров оценки эффективности было сокращено С. Кратохвилом (Эйдемиллер Э. Г., ред., 2002).

Процедура проведения

1. Предварительная подготовка супругов. Техника может использоваться су­пругами для преодоления своих разногласий только после прохождения спе­циальной подготовки в группе супружеских пар, состоящей из 8—12 человек (супругам необходимо посетить не менее 6—8 занятий продолжительностью 2 часа каждое). В группах супружеских пар обучение конструктивному спору осуществляется с помощью сценарных разработок, которые составлены по типу незаконченных предложений. Муж и жена получают описание ситуации и кон­тур роли. После того как они идентифицировались с предписанными им роля­ми, они начинают взаимодействие. Наиболее актуальными темами для групп конструктивного спора являются темы воспитания детей, ревности, распреде­ления обязанностей в семье, доминирования—подчинения и др.

2. Правило «места и времени». Конструктивный спор необходимо проводить в отдельной комнате при отсутствии эмоционально заинтересованных свидете­лей (детей, родственников, друзей, близких и т. д.). В день проведения конст­руктивного спора не следует планировать прием гостей, посещение театра, дру­зей и другие мероприятия, так как последствия спора могут быть непредсказуемы: он может трансформироваться в психотравмирующий поединок супругов.

3. Правило момента проведения конструктивного спора. Согласно этому пра­вилу, конструктивный спор должен быть максимально приближен во времени к актуальной конфликтной ситуации.

4. Правило оповещения партнера. Инициатор спора должен заранее сообщить партнеру о своем намерении спорить и о предмете разговора.

5. Правило конструктивного выхода из спора. Основной целью спора должен быть поиск возможностей совместными усилиями решить проблему, а не стрем­ление «наказать» партнера.

С. Кратохвил выделяет три фазы конструктивного спора, каждая из кото­рых проводится по определенным правилам:

Вводная фаза: правило «Дай знать, что хочешь спорить, и назови пред­мет спора».

Средняя фаза: правило «Скажи, что думаешь о поведении партнера, от­реагируй и критикуй».

Финальная фаза: правило «Признай свои ошибки и найди положитель­ное в партнере».

Общая продолжительность конструктивного спора не должна превышать 10-15 минут, а финальной фазы 1,5-2 мин. Если супруги продолжают крити­ковать друг друга, психолог дает команду заканчивать спор и выполнить тре-

319

ГЛАВА 5. ТЕХНИКИ СЕМЕЙНОЙ ТЕРАПИИ

бования финальной фазы (окончательно спор завершается рукопожатием, объятиями или поцелуем).

По окончании конструктивного спора по определенным критериям и пози­циям оцениваются его стиль и результаты. Г. Р. Бах и П. Уиден оценивали стиль спора по 9 критериям, а результаты — по 12 позициям. С. Кратохвил сократил число позиций оценки стиля и результата спора до 4 по каждому параметру.

При оценке стиля спора участники получают «+1» или «-1» балл по каждой позиции. На партнеров заполняется общий бланк оценки стиля спора (при сильной выраженности конфликта бланк заполняется на каждого участника). Супружеская пара может набрать максимальное количество баллов — «+4» или минимальное — «-4». На каждом сеансе групповой терапии супружеские пары имеют возможность узнать особенности стиля своего спора и его результа­тивность.

Таблица 23

Стиль спора

Параметры Стиль спора «+» «—» Стиль спора
1. Конкрет ность Вспореимеетсяпредмет, нападениеилизащита сводитсякконкретному поведению«здесьитеперь» Обобщение: поведениеназы­вается«типичным» («ты всегда...»), ссылканасобытия, прошедшиеилинеимеющие отношениякделу
2. Вовлечен­ность Обаувлечены,наносяти получаютсильные«удары» Одинизучастниковнезадей­ствован, находитсявсторонеот спора, оскорбляется, прекращает спорпреждевременноитд.
3. Коммуника­ция Ясная, открытая, каждый говоритзасебя, думаетто, чтоговорит. Егоможно понятьиответитьему. Хорошаяобратнаясвязь Слишкомчастоеповторение своихдоводовиневнимание кдоводамдругого. Скрытые признакинепонимания, намеки, неясности, «шум»
4. «Честная борьба» Недопускаются«ударыниже пояса», ипринимаетсяво внимание, сколькоможет вынестипартнер Аргументынеотносятсякпред­метуспора, нонацеленыв чувствительноеместо
ПодсчеточковОбщийсчет

Также заполняется бланк «Результат спора». По каждой позиции начисля­ется «+1» либо «-1» балл. Оценки, полученные за стиль и результат спора, суммируются. В результате максимальная сумма для пары составляет «+8» бал­лов, а минимальная — «—8». Набранные баллы являются фактором подкреп­ления определенных паттернов супружеского взаимодействия.

Для конструктивного спора характерным является реализм, конкретность, открытость, честность, ответственность, юмор, акцентуация внимания участ­ников на необходимости соблюдения следующих правил «честной игры»:

П Высказывания партнеров по спору должны отражать чувства в ситуации «здесь и теперь».

О Участники должны воздерживаться от обобщений типа: «Ты никогда не слушаешь».

320

Таблица 24

Результат спора

Параметры Результат спора «+» ... Результат спора
1. Информа­тивность Партнерычто-тоузналиили получили, научилисьчему-то новому Неузналиничегонового
2. Отреагиро-вание Исчезланапряженность, уменьшиласьзлобность, выясненыпретензии Напряжениенеисчезло, а осталосьилиусилилось
3. Сближение Спорпривелквзаимопони­маниюисближениюпартне­ров. Естьощущение, чтоэто ихкасается, чтотакидолжно быть. Сохраняютсвое достоинство Партнерыболееотдалены, чем прежде. Ощущение, чтоонине понятыилисильнообижены
4. Улучшение Устраненыпроблемы, расширениеситуации, оправдания, извинения, планынабудущее Ничегонерешено, партнерне стараетсяничегоисправитьили оставляетэтодругомуинехочет егопростить
ПодсчеточковОбщийсчет

П Участники должны воздерживаться от упоминания о прошлых обидах, от аргументов, направленных на «слабое место» партнера: вес, особен­ности фигуры, внешности, дефект речи и др.

Необходимо воздерживаться от критики родственников: «Ты такая же глупая, как и твоя мать», «Ты такой же рохля, как и твой отец».

В споре необходимо пользоваться описательным безоценочным языком.

Рекомендации по использованию: техника «Конструктивный спор» может применяться при работе с супружескими парами, характеризующимися высо­ким уровнем конфликтности, неумением договариваться и конструктивно об­ращаться с агрессией, которая может возникать по отношению к партнеру.

Техника содействует росту культуры выражения агрессии у супругов, что в последующем может стать моделью поведения для всех остальных членов се­мьи. Особенно эффективным оказывается ее применение при наличии у од­ного из членов семьи иррационального страха перед выражением агрессии со стороны других: такие члены семьи склонны уступать выражению афессии даже тогда, когда чувствуют, что полностью правы. Обучение технике «Конструк­тивного спора» в таком случае обеспечивает «устойчивость» в ситуациях, свя­занных с выражением агрессии, формируя умение в подобных условиях нахо­дить приемлемую линию поведения.

Супружеская конференция» и «Семейный совет»

Цель: предоставление членам семьи возможности свободно общаться меж­ду собой; обучение конструктивным способам взаимодействия и разрешения конфликтных ситуаций; поиск новых ресурсов для улучшения функциониро­вания семьи.

321

Историческая справка: первоначально техника предложена терапевтами ад-лерианского направления. В дальнейшем идея семейного совета была популя­ризована Дрейкусом и его коллегами (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

Процедура проведения

Техники «Супружеская конференция» и «Семейный совет» используются для улучшения качества внутрисемейных взаимоотношений. Они представля­ют собой регулярно проводимые встречи психолога с супругами или всеми чле­нами семьи, в рамках которых создаются условия для улучшения семейных интеракций.

Алгоритм проведение техники «Супружеская конференция» Для оптимизации внутрисемейного общения супругам может быть предло­жена возможность регулярных встреч между ними и психологом. При этом время, место и частота встреч особо оговариваются. Время, отведенное для конференции, супруги должны полностью посвятить друг другу, исключив ка­кие-либо посторонние вмешательства. Если эта идея принимается, партнеры договариваются о встречах, выбирают наиболее удобные для обоих часы для их проведения и знакомятся со списком правил, который разрабатывается пси­хологом с учетом индивидуальных особенностей данной супружеской пары и характера ее проблем.

Список правил может быть представлен следующими требованиями:

1. Супруги встречаются в условленное время и в условленном месте как минимум один раз в неделю.

2. Один партнер говорит в течение какого-то фиксированного времени (примерно полчаса) на любую тему. Другой партнер должен в это время внимательно слушать, не перебивать и не делать чего-либо, что могло бы нарушить процесс общения. Первый партнер может говорить ровно столько, сколько ему отведено времени. Если он заканчивает раньше, то оставшееся у него время супруги молчат.

3. Второй партнер кратко (в течение 3 минут) рассказывает о том, что он услышал в монологе первого и как он его понял. При этом запрещается осуждение и критика. Целью данного процесса является адекватное вос­приятие слов говорящего и признание его права на собственную позицию.

4. Далее второй партнер говорит в течение отведенного ему времени (рав­ного тому, что было отведено для супруга, выступавшего первым), а пер­вый его внимательно слушает.

5. После того как второй партнер закончит свой монолог, первый в тече­ние 3 минут должен резюмировать услышанное и подтвердить, что он адекватно воспринял позицию другого, а также то, что она, равно как и его собственная, имеет право на существование.

6. Обсуждение следует закончить в строго определенное время.

7. Вопросы, обсуждаемые на конференции, не должны подниматься и об­суждаться вплоть до следующей встречи.

8. В начале следующей встречи супруги рассказывают о том, что с ними про­изошло в промежуток между встречами и как они к этому относятся. Пси-

322

холог в соответствии с актуальной ситуацией корректирует правила про­ведения последующей конференции и еще раз повторяет задание.

Задача данной техники — сделать общение между партнерами более откры­тым, повысить сплоченность семьи, ослабить борьбу за власть и создать усло­вия для обученияконструктивным способам решения семейных проблем.

Алгоритм проведения техники «Семейный совет»

«Семейный совет» представляет собой расширенный вариант техники «Се­мейная конференция».

Как и в предыдущей технике, психолог знакомит членов семьи с правилами проведения семейного совета:

1. Семья собирается в условленное время, удобное для всех членов семьи, и в условленном месте как минимум один раз в неделю.

2. Совет предполагает участие всех членов семьи, однако присутствие на нем добровольное. Вместе с тем тот, кто не участвовал в семейном сове­те, должен согласиться с условием следовать тем решениям, которые будут на нем приняты. Наиболее целесообразно, чтобы все члены семьи присутствовали на встрече.

3. Все члены семьи должны строго следовать решениям, принятым на со­вете. Если же они кем-то нарушаются, то такой инцидент должен об­суждаться на последующих встречах.

4. Каждый член семьи (как родители, так и дети) имеет право предложить вопросы для обсуждения.

5. Список вопросов может включать все, что имеет отношение к семейно­му функционированию.

6. На семейном совете запрещается обсуждать личности и их поведение. Это время и пространство предназначено для обсуждения проблем и спо­собов их решения.

На следующих занятиях члены семьи делятся с психологом опытом прове­дения совета и обсуждают его. Данная техника помогает семье научиться дого­вариваться и принимать совместные решения в процессе обсуждения семей­ных проблем. Опыт, полученный членами семьи в результате применения данной техники, способствует профилактике семейных конфликтов и повы­шает сплоченность семьи.

Семейная конференция или семейный совет могут назначаться психоло­гом в качестве домашнего задания для членов семьи. Впоследствии они могут стать ритуалами данной семьи.

Рекомендации по использованию: Техники «Семейная конференция» и «Се­мейный совет» могут применяться при работе с высококонфликтными семья­ми, с семьями, переживающими нормативные кризисы, особенно обусловлен­ные взрослением детей, а также с семьями, в которых отсутствуют навыки коммуникации и совместного принятия решений. В последнем случае перед психологом стоит дополнительная задача обучить членов семьи элементарным навыкам коммуницирования.

323

на снимке?»; «Какие чувства вызывало у вас нахождение в кругу семьи в этот день?»; «Кто делал этотснимок?»; «Что происходило после того, как был сделан этот снимок?»; «Расскажите, пожалуйста, об этом месте»; «Почему люди одеты именно так, а не иначе?»;

поведение членов семьи во время обсуждения фотографий: остальные члены семьи спокойны или возбуждены, проявляют безразличие либо интерес, серьезны они или шутят и т. д.

После того как член семьи закончил предъявление выбранных им фотогра­фий, других членов семьи просят задавать вопросы и рассказывать о своих на­блюдениях во время показа, что помогает открыть новые перспективы внут­рисемейного поведения. Просмотр фотографий может продолжаться в течение нескольких встреч.

Рекомендации по использованию: техника «Семейные фотографии» может быть использована при работе с семьей, переживающей как нормативные, так и ненормативные кризисы для поиска ресурсов семьи, а также анализа ее струк­турных параметров (иерархии, близости, ролевых позиций и др.). Она позво­ляет выстраивать и проверять терапевтические гипотезы о причинах возник­новения дисфункции в семье.

Метафора»

Цель: определение и проработка проблем в символической форме, зачас­тую более безопасной для семьи; описание различных параметров семейной системы при помощи символов и метафор; осуществление терапевтических интервенций в недирективной форме; фасилитация самопознания и самопо­нимания у членов семьи; изменение внутрисемейных взаимоотношений.

Историческая справка: технические приемы, в основе которых лежит исполь­зование метафор и символов, наиболее последовательно разрабатывались шко­лой стратегической семейной терапии (Дж. Хейли, М. Эриксон, П. Вацлавик и др.).

Процедура проведения

После знакомства с семьей и выявления ее актуальных трудностей психо­лог выбирает в качестве темы для обсуждения ситуацию, вид деятельности, историю, миф, которые бы отражали семейные проблемы, но в метафоричес­кой форме.

Например, если проблемой является воспитание детей, то в качестве мета­форы может выступать образ ухода за садом, где процесс воспитания уподоб­ляется процессу выращивания и ухаживания за растениями. В супружеской паре с сексуальными проблемами метафорой может служить совместный прием пищи. Семье с постоянными конфликтами можно предложить обсудить веде­ние переговоров между двумя враждующими сторонами.

При использовании данной техники психологу необходимо в течение неко­торого времени выстраивать диалог с семьей, оставаясь в рамках предложен­ной метафоры. Для этого задаются уточняющие и проясняющие вопросы. На-

326

пример, супружеской паре, в которой жена не может говорить мужу о своих чувствах, может быть предложена сказка Г. X. Андерсена «Русалочка», главная героиня которой была немой. Психолог может задавать следующие вопросы: «Что случится с Русалочкой, если она не научится сообщать Принцу о своих чувствах?», «Что переживает Русалочка, когда Принц ее не понимает?», «Кто является Ведьмой, забравшей ее голос?», «Как она может вернуть возможность нормально говорить?», «Какую помощь может оказать Принц, зная о затруд­нениях Русалочки?» и др.

Рекомендации по использованию: технику целесообразно использовать в тех случаях, когда по каким-то причинам невозможно работать с проблемой на­прямую (сильное сопротивление семьи; интимность обсуждаемой темы; нео­днократные и безуспешные попытки решать проблему и т. д.). При выборе ме­тафоры важно учитывать социокультурные особенности семьи и «принятие» ею метафоры в качестве экрана для проекции их жизненной истории.

«Завершение предложений»

Цель: изменение взгляда членов семьи на семейные обстоятельства, кото­рые приводят к появлению негативных переживаний; осознание ими собствен­ных проблем и связанных с ними чувств; определение ожиданий и притязаний по отношению друг к другу.

Процедура проведения

Стимульный материал техники представляет собой ряд незаконченных пред­ложений, которые психолог зачитывает членам семьи. Последним предлагает­ся их завершить.

Прослушивание себя и других помогает членам семьи лучше понять друг друга, увидеть реальные трудности во внутрисемейных взаимоотношениях, осуществить коррекцию собственных ожиданий и притязаний. Часто с помо­щью данной техники удается выявить ранее не осознаваемые проблемы чле­нов семьи и определить фокус дальнейшей терапевтической работы.

Инструкция: «Сейчас вы услышите ряд незаконченных предложений. Ко­нец предложения вы должны придумать сами. При этом можно говорить все, что приходит вам в голову. Пожалуйста, будьте как можно более свободными. При этом в процессе выполнения задания запрещается обсуждать высказыва­ния друг друга. Если у вас нет вопросов, давайте начнем».

Возможные варианты незаконченных предложений

«Я должен...»

«Я хочу...»

«Я больше всего боюсь...»

«Особенно мне нравится, когда люди, окружающие меня...»

«Мне очень трудно забыть, но я...»

«Чего мне иногда по-настоящему хочется, так это...»

«Когда я сердит, я...»

«Я выражаю любовь тем, что...»

327

«Моя значимость состоит в том, что...»

«Изменение в моем положении чревато тем, что...»

«Особенно меня раздражает то, что...»

«Мне особенно приятно, когда меня...»

«Моя мечта...»

«Меня беспокоит...»

«Я мог(ла) бы быть очень счастливым(ой), если бы...»

«Если бы я набрался смелости, я бы...»

«Если бы вы меня знали, то вы бы...»

«Моя мать должна...»

«Мой отец должен...»

«Моя жена...»

«Мой муж...»

«Дома...»

«Человек, которого я люблю, должен...»

«Для меня самое лучшее время, когда...»

Рекомендации по использованию: техника «Завершение предложений» при­меняется в работе с детьми и взрослыми, как в индивидуальном, так и в супру­жеском и семейном консультировании и терапии.

«Сравнение ценностей»

Цель: помощь членам семьи в согласовании их жизненных ценностей и мотивов поведения, прояснение образов восприятия друг друга и организация эффективного семейного общения.

Историческая справка: автором данного варианта техники «Сравнение цен­ностей» является X. Флойд (FloydH., 1982).

Процедура проведения

Данная техника проводится при участии как минимум двоих членов семьи. Каждому члену семьи дается индивидуальное домашнее задание.

Инструкция: «Подумайте, какие ценности являются наиболее значимыми для Вас и для Вашего партнера (другого члена семьи) и составьте их списки. Один список - Ваши собственные ценности, другой - ценности партнера с Вашей точки зрения. Ценности необходимо расположить в порядке их важно­сти. Включайте в Ваши списки все, что считаете значимым, не существует ни­каких ограничений по их содержанию».

Члены семьи не должны между собой обсуждать составленные списки. На следующей встрече психолог просит их прочитать подготовленные списки вслух и затем сравнить их. В фокусе обсуждения и анализа могут оказаться следую­щие вопросы:

противоречия между списками и внутри каждого списка;

адекватность представлений членов семьи о ценностях друг друга;

различия и сходства в содержании списков; О взаимодополняемость членов семьи и др.

328

Важным моментом работы является обмен впечатлениями, которые возник­ли у членов семьи при знакомстве со списками друг друга.

Пример ___________________________________________________________________________

Наприемеупсихологасупругамибылисоставленыдваследующихсписка:

Список мужа

Мои ценности Ценности жены ( с точки зрения мужа )
Семья Уборка
Работа - Семья
Секс Друзья
Бегтрусцой Работа
Путешествия Здоровоепитание
Друзья Развлечения
Чтение Секс
Познаниенового Покупки
Список жены
Мои ценности Ценности мужа ( с точки зрения жены )
Здоровье Профессиональнаясамореализация
Семья Здоровье
Образование Образование
Путешествия Семья
Секс Книги
Работа Секс
Красота Путешествия
Хорошаяеда Спорт

Сопоставлениеданныхсписковдаловозможностьобсужденияспсихоло­гом-консультантомследующихтем:

•важностьсемьидлямужаипредставлениеобэтомужены;

•присутствиеценностей, называемыходнимизпартнеров, иотсутствие этихжеценностейвспискедругого (например, уборка, развлеченияи покупкинеупоминаютсяженой, ноупоминаютсямужемвкачествецен­ностейжены);

•наличиеобщихинтересов: семья, образование, путешествия, секс, работа;

•собственныеценностипартнераикаконисоотносятсясоценкойивос­приятиемимценностейдругого.

Техника «Сравнение ценностей» позволяет выявить ценности, влияющие на внутрисемейные взаимоотношения, в условиях конструктивного обсужде­ния. Анализ несовпадений ценностных ориентации дает возможность членам семьи увидеть, в чем их сходства, различия и взаимодополняемость.

329

Рекомендации по использованию: техника «Сравнение ценностей» исполь­зуется на первых этапах работы с семьей, если ее члены жалуются на отсут­ствие интереса к тому, что происходит в семье, непонимание друг друга, воз­никновение ощущения, что их используют, невозможность договориться в принятии важных решений.

5.3.5. Парадоксальные техники

Парадокс представляет собой противоречие, следующее за правильным выводом из непосредственно согласующихся друг с другом предпосылок. Ис­пользование явления парадокса при оказании психологической помощи чело­веку имеет достаточно длинную историю. Уже с начала XX века психотерапев­ты начали разрабатывать парадоксальные техники с целью оказания помощи клиентам в преодоления жестких поведенческих паттернов.

В рамках психологической помощи семье парадоксальные техники впер­вые были активно использованы стратегическими семейными терапевтами, которые отталкивались от теории «двойной связи» Г. Бейтсона, — Дж. Хейли, К. Маданес, П. Пэпп, М. Сельвини Палаццоли и другие. Основным их вкла­дом в использование парадокса в семейной терапии является соединение пред­ставлений о симптоме как способе поддержания гомеостаза семейной систе­мы с парадоксальной интервенцией (Шерман Р., Фредман Н., 1997).

Парадоксальные техники, как правило, применяются в работе с семьями, которые демонстрируют сопротивление изменениям. Суть парадоксальных техник семейной психотерапии заключается в том, чтобы предложить серию радикальных переопределений сложившихся паттернов взаимодействия, ве­дущих к кризису восприятия клиентов, чтобы тем самым в итоге стимулиро­вать поведенческие изменения членов семьи. В результате семья оказывается не в состоянии воспринимать свое поведение так же, как и раньше, и продол­жать функционировать на основе тех же симптоматических поведенческих паттернов.

П. Пэпп описывает три основных этапа парадоксальной техники:

1. Переопределение. При переопределении симптоматическому поведению идентифицированного пациента и поведению каждого челна семьи придается другое значение, согласно которому оно способствует сохранению семьи и ее стабильному существованию. Например, мать, которую обвиняют в сварливо­сти и чрезмерном контроле, представляется психотерапевтом как очень забот­ливая и небезразличная к судьбе детей.

2. Предписание. Кроме переопределения проблемы, членам семьи дается предписание продолжать вести себя, как раньше, потому что семья нуждается в сохранении старых образцов поведения. Открытое и сознательное проигры­вание цикла, лежащего в основе функционирования системы, способствует тому, что семья теряет свою силу создавать симптом.

3. Ограничение. Когда в семье начинаются изменения, терапевт предупреж­дает ее членов об опасности негативных последствий, которые они могут вы-

330

звать, то есть терапевт занимает парадоксальную позицию, неохотно прини­мая все изменения в семье.

К парадоксальным техникам относятся рефрейминг (изменение негатив­ных смыслов на позитивные), парадоксальное письмо, контаминация суици­дальных фантазий (К. Витакер), предписанное бездействие, пари с подрост­ком и др. Парадоксальные техники по своей структуре и проведению являются достаточно сложными и требуют от психолога специальной подготовки и опы­та работы.

5.3.6. Техники организации беседы в семейной терапии

Техники организации беседы в семейной терапии, представленные в этом разделе также, как и общие (неспецифические для семейной терапии) техни­ки, обеспечивают реализацию тактических задач терапии, среди которых: под­держание контакта с семьей, достижение взаимопонимания, получение инфор­мации об особенностях семейного функционирования, организация обратной связи для членов семьи. Однако они обладают определенной спецификой в связи с особенностями процесса семейной терапии.

Техника прослеживания последовательностей взаимодействия

Цель: обнаружение дисфункционального паттерна взаимодействия в семье, имеющего циклический характер.

Историческая справка: техника прослеживания (tracking) была предложена С. Минухиным в 1974 году (Черников А. В., 2001).

Процедура проведения:

Техника прослеживания последовательностей взаимодействия — это спе­циальная техника терапевтического интервью, которая в наиболее простой форме представляет собой задавание проясняющих вопросов, направленных на выявление последовательности поведения членов семьи. При этом терапевт не бросает вызов семье: не опровергает то, что ему сообщается, и не навязыва­ет собственное мнение о ситуации и семье в целом, выражая заинтересован­ность в происходящем.

Кроме общих технических приемов организации беседы, таких как повто­рение, поддержка, постановка вопросов с целью выяснения содержания, пе­рефразирование, уточнение, выяснение чувств, семейный терапевт, прослежи­вая циркулярную последовательность, использует определенную тактику расспрашивания. Он может задавать следующие вопросы:

П Кто первым сделал что-либо в этой ситуации?

О Что затем делает(ют) другой(ие)?

Что тогда сделает первый?

331

Что на это ответит другой?

Что в это время делают другие члены семьи, пока это происходит?

Таким образом, семейного терапевта при прослеживании циркулярных по­следовательностей интересует не то, почему что-либо происходит, а в большей степени — «как это происходит» и «каковы последствия этого поведения?». Подобная тактика расспрашивания актуальна до тех пор, пока циркулярная последовательность не окажется восстановленной полностью. В результате те­рапевт получает полную картину того, как члены семьи, демонстрируя опреде­ленное поведение, поддерживают повторяющийся паттерн взаимодействия, на который семья жалуется как на симптом (Черников А. В., 2001).

На основании полученной в результате прослеживания информации тера­певт формулирует гипотезы о семейном функционировании и организует об­ратную связь для членов семьи, позитивно переопределяя поведение каждого из них. Подобная организация обратной связи способствует созданию атмо­сферы сотрудничества и может явиться стимулом для членов семьи к дальней­шим изменениям.

Циркулярное интервью

Цель: прослеживание коммуникаций; получение более точной, по сравне­нию с традиционным опросом, информации об особенностях взаимодействия в семье.

Циркулярное интервью — особая техника постановки вопросов и организа­ции беседы, делающая акцент на обнаружении различий между членами семьи.

Историческая справка: данная техника была изобретена терапевтами милан­ской школы — М. Сельвини Палаццоли, Л. Босколо, Д. Чеккин, Дж. Прата. Построение интервью вокруг обнаружения различий является одним из наи­более блестящих вкладов миланской школы в усовершенствование техники семейной терапии.

Процедура проведения

Циркулярное интервью предполагает использование особого типа вопро­сов — циркулярных. В отличие от прямых вопросов, циркулярные дают более существенную информацию о внутрисемейном взаимодействии, как психо­терапевту, так и семье.

Выделяют следующие виды циркулярных вопросов:

1. Вопросы, выявляющие различия. Например: «Кто из вас в большей степени несчастен?» или «Кто из вас в большей степени расстраивается в этой ситуа­ции?». Для сравнения: обращение к членам семьи «Является ли мама несчаст­ной?» представляет собой линейный вопрос, подразумевающий односложный ответ. Семейному терапевту более полезно знать не то, что кто-то (например, отец) является очень нежным и любящим, а то, есть ли разница в его привя­занности к жене и дочери.

Для выявления различий семейный терапевт может попросить одного из членов семьи описать характер отношений между двумя другими, например,

332

матерью и сыном. Такие триадические вопросы способствуют получению бо­лее точной информации о паттернах взаимодействия и снимают проблему со­противления: как правило, легче рассказать об отношениях двух других, чем охарактеризовать собственные отношения с каким-либо членом семьи в его присутствии. Таким образом, ориентируя интервью с семьей вокруг различий, терапевт извлекает более релевантные данные (Черников А. В., 2001). В процессе интервью выявляются следующие типы различий:

различия между индивидуальностями (например: «Кто злится больше

всех?»);

различия во взаимоотношениях («В чем разница между тем, как мама общается с дочерью, и тем, как она обходится с сыном?»)

различия во времени («Как она общалась с ним в прошлом году, в срав­нении с тем, как это происходит сейчас?»).

При постановке подобного вида вопросов активно используются категории, проясняющие различия: больше/меньше, ближе/дальше, чаще/реже, хуже/луч­ше: «А кто из членов семьи лучше понимает маму?»; «Чаще ли отец бывает дома, когда Леня ворует?» и т. д.

Циркулярные вопросы позволяют также получить информацию, которая, в свою очередь, приводит к пониманию циркулярных последовательностей. За­давая подобные вопросы, консультант, как правило, заменяет слово «чувство­вать» словом «делать» и, кроме того, адресует их не самим участникам собы­тий, а кому-то третьему: «Что сделает Иван, когда, придя домой, увидит, что жена расстроена?»

2. Вопросы, использующие сослагательное наклонение «если бы». Например: «Если бы отец был здесь, то что бы он ответил на этот вопрос?»; «Кто больше всего пострадал бы, если бы сын уехал учиться в другой город?». Другой во­прос: «Если бы мы не говорили о проблеме твоего брата, о чем бы нам стоило здесь еще поговорить?» — вскрывает другие важные темы в семье, помимо про­блемы идентифицированного пациента.

3. Вопрос, «читающий мысли»: кого-то из семьи спрашивают, что, по его мнению, другой член семьи думает об этой проблеме.

Во время циркулярного интервью терапевт тщательно отслеживает невер­бальные реакции членов семьи на тот или иной вопрос, что способствует более глубокому пониманию процессов, протекающих в семье.

333

ГЛОССАРИЙ

Гибкость — способность семейной системы адаптироваться к изменениям ситуации и стрессам. Несбалансированные по параметру гибкости семейные системы характеризуются ригидностью либо хаотичностью.

Границы семьи — термин, используемый для описания взаимоотношений между семьей и социальным окружением (внешние границы), а также между различными подсистемами внутри семьи (внутренние границы). По степени проницаемости границы бывают жесткие, размытые и ясные (достаточно про­ницаемые).

Идентификация — психологический процесс самоотождествления, форми­рования идентичности.

Иерархия — характеристика отношений доминирования-подчинения в се­мье. Данный термин включает в себя различные аспекты семейных отноше­ний: авторитетность, доминирование, степень влияния одного члена семьи на других, власть принимать решение. Понятие иерархии используется также при изучении изменений в структуре ролей и правил внутри семьи. Иерархия мо­жет быть низкой, умеренной и высокой. Оптимальный вариант — существо­вание баланса между иерархией и близостью.

Метакоммуникация — процессы совместного обсуждения и осмысления того, что происходит между членами семьи. Метакоммуникация становится возможной лишь после того, как каждый выскажет свой взгляд на проблему.

Ненормативный кризис семьи — кризис семейной системы, возникновение которого потенциально возможно на любом этапе жизненного цикла семьи. Ненормативные кризисы вызываются каким-либо событием, которое можно определить как кризисное, и не являются типичными для определенного эта­па жизненного цикла семьи.

Нормативные фильтры — совокупность норм, правил, установок, ролевых позиций, представлений, характерных для данной семьи.

Нуклеарная семья — семья, состоящая из двух поколений (дети и родители).

Паттерны взаимодействия — вытекающие из ролей устойчивые коммуника­тивные стереотипы: ссоры, высмеивание, обиды, унижение, поддержка, защита и т. д.

Половая роль — модель социального поведения, специфический набор тре­бований и ожиданий, предъявляемых обществом к лицам мужского или женс­кого пола.

334

Половая идентичность — единство самосознания и поведения индивида, относящего себя к тому или иному полу и ориентирующегося на требования соответствующей половой роли.

Расширенная семья — семья, включающая в себя три и более поколений.

Сексуальная роль/идентичность — специфические аспекты половой роли/ идентичности, относящиеся к генитально-эротической сфере и поведению.

Семейная история, или семейная эволюция, — параметр, позволяющий выя­вить накапливаемые от поколения к поколению дисфункциональные паттер­ны, приводящие к патологии членов семьи. Обнаруживается посредством вы­явления семейных мифов, преданий, историй. Воплощается в «семейных сценариях» — устойчивых паттернах микродинамики и структурной органи­зации семьи, повторяющихся из поколения в поколение.

Семейная легенда — искажающая реальные факты семейной истории ин­терпретация отдельных событий, позволяющая поддерживать семейный миф о семейном благополучии и выполняющая защитную функцию. Семейная ле­генда может относиться к индивидуальному, микро- или макросистемному уровню психологического функционирования семьи. В отличие от семейного мифа, семейная легенда осознается как неправда, искажение информации (на­пример, легенда о сокрытии супружеской неверности, легенда о естественной смерти суицидента и др.). Со временем семейная легенда может стать частью семейного мифа.

Семейный миф — это многофункциональный семейный феномен, формиру­ющийся на макросистемном и проявляющийся на микросистемном уровне в виде совокупности представлений членов данной семьи о ней самой. Для обозначения данного понятия используются и такие термины, как «образ семьи», «образ „мы», «верования», «убеждения», «семейное кредо», «согласованные ожида­ния», «наивная семейная психология». Функция семейного мифа заключается в сокрытии от сознания отвергаемой информации о семье в целом и о ее членах. Семейные нормы и правила — это те основания, на которых строится жизнь семьи. В отсутствие правил и норм в семье наблюдается хаос, который представ­ляет серьезную опасность для психического здоровья. Правила позволяют членам семьи ориентироваться в реальности и придают устойчивость семье в целом.

Семейные роли — устойчивые функции семейной системы, закрепленные за каждым из ее членов. Ролевая структура семьи предписывает членам семьи, что, как, когда и в какой последовательности они должны делать, вступая друг с другом в отношения. В понятие «роль» включаются желания, цели, убежде­ния, чувства, социальные установки, ценности и действия, которые ожидают­ся или приписываются человеку.

Семейные ценности — явная (открыто одобряемая и культивируемая в кругу семьи) или неявная характерная для семьи совокупность представлений, ко­торая влияет на выбор семейных целей, способов организации жизнедеятель­ности и взаимодействия и т. п.

Семейный диагноз — описывает нарушения в жизнедеятельности семьи, спо­собствующие возникновению и сохранению трудностей ее функционирования, выражающихся в появлении индивидуальных дисфункций у одного или несколь­ких членов семьи либо препятствующих нормативному прохождению семьей

335

стадий ее жизненного цикла и переживанию ненормативных кризисов. Семей­ный диагноз позволяет определить характер нарушений семейного функциони­рования и планировать направления психологической помощи семье.

Семейный кризис — состояние семейной системы, характеризующееся на­рушением гомеостатических процессов, приводящих к фрустрации привыч­ных способов функционирования семьи и невозможности справиться с новой ситуацией, используя старые модели поведения.

Семья — малая социальная группа, состоящая из людей, связанных узами родства и/или супружества. Представляет собой динамическую систему, функ­ционирование которой определяется действием двух законов: закона гомеоста-за и закона гетеростаза. Согласно закону гомеостаза, каждая семья стремится сохранить свое положение, остаться в данной точке развития. Согласно закону гетеростаза, каждая семейная система должна пройти свой жизненный цикл: некую последовательность смены стадий. Семья выполняет ряд функций, наи­более важными из которых являются: функция духовного (культурного) обще­ния, эмоциональная, сексуально-эротическая, функция первичного социального контроля, репродуктивная, воспитательная, хозяйственно-бытовая.

Система — это комплекс объектов, а также взаимоотношения между объек­тами и их атрибутами (определениями). В качестве объектов семейной систе­мы, являющихся ее составными частями, выступают подсистемы (супружес­кая, детско-родительская, сиблинговая и индивидуальная), в то время как атрибуты представляют собой свойства подсистем.

Сплоченность (связь, когезия, эмоциональная близость, эмоциональная дистанция) — психологическое расстояние между членами семьи. Примени­тельно к семейным системам это понятие используется для описания степени, до которой члены семьи видят себя как связанное целое.

Стиль эмоциональной коммуникации — способ коммуникации в семье, ха­рактеризующийся определенным соотношением позитивных и негативных эмоций, критики и похвалы в адрес друг друга, включая также наличие или отсутствие запрета на открытое выражение чувств.

Структура семьи — совокупность элементов и взаимосвязей между ними. В качестве структурных элементов семьи как системы выделяют супружескую, родительскую, сиблинговую и индивидуальные подсистемы, представляющие собой локальные, дифференцированные совокупности семейных ролей, кото­рые позволяют семье выполнять определенные функции и обеспечивать ее жизнедеятельность. Структура семьи представляет собой своеобразную топо­графию семьи, квазипространственный срез семейной системы. Выделяют сле­дующие параметры семейной структуры: сплоченность, иерархия, гибкость, внешние и внутренние границы, ролевая структура семьи.

Табу — объект запрета для осуществления с ним тех или иных действий. Тема — специфическая, несущая эмоциональную нагрузку проблема, вокруг которой формируется периодически повторяющийся в семье конфликт (Э. Г. Эйдемиллер).

Традиции и ритуалы — повторяющиеся узаконенные действия, имеющие символический смысл. Это очень важный фактор стабилизации системы, опор­ные элементы, укрепляющие семью и редуцирующие тревогу ее членов.

336

Триангуляция — привлечение третьего для попыток разрешения конфликта между участниками основной диады. Треугольники, отношения триангуля­ции — это любые взаимоотношения с тремя каналами связи.

Уровень функционирования семьи — единица анализа психологического фун­кционирования семейной системы, отражающая сложность и многообразие связей ее элементов. Различают следующие уровни: индивидуальный, микро-, макро- и мегасистемный.

Циклы развития (этапы) — одна из самых важных характеристик макроди­намики, необходимая для адекватной постановки задач в работе с семьей. Каж­дый цикл характеризуется своими целями и задачами. Неизбежные трудности, связанные с переходом к-новому циклу, потребность семьи сохранить привыч­ный стиль взаимоотношений провоцируют сопротивление семейной системы необходимым изменениям.

Циркулирование информации — способ передачи информации в семье, ко­торый может быть эффективным либо дисфункциональным. В первом случае информация доступна, открыта, представлена в ясной и полной форме. Во вто­ром — она противоречива (типичный пример: «двойная связь»), фрагментар­на, частично или полностью сокрыта (наличие «семейных секретов»).

Эмоциональный разрыв — некорректный способ сепарации, для которого характерно прекращение контактов между ребенком и родителями.

337

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Авксентьева М. В. Семья и болезнь. Структура, функции и динамика семьи, болезнь в се­мье и роль семейного врача. М., 1994.

2. Агейко О. В. Социальная перцепция семейных отношений у детей из неполных семей: Дисс.... канд. психол. наук. Мн., 2004.

3. Айви А. Е., Айви М. Б., Саймэн-Даунинг Л. Психологическое консультирование и психотера­пия. Методы, теории и техники: практическое руководство. М., 1999.

4. Айламазян А. М. Метод беседы в психологии. М.: Смысл, 1999.

5. АладьинА.А., ОлифировичН. И. Использование тренинговых психотехнологий в работе пси­холога с родителями // Психолог года. Мн., 2001. С. 125-129.

6. Александров А. А. Современная психотерапия: Курс лекций. СПб.: Академический проект 1997.

7. Алешина Ю. Е. Удовлетворенность браком и межличностное восприятие в супружеских па­рах с различным стажем семейной жизни. Автореф. дисс... канд. психол. наук. М., 1985.

8. Алешина Ю. Е., Гозман Л. Я.,Дубовская Е. М. Социально-психологические методы исследо­вания супружеских отношений. М., 1991.

9. Алешина Ю. Е. Индивидуальное и семейное психологическое консультирование. М., 1994.

10. Алешина Ю. Е. Цикл развития семьи: исследования и проблемы // Вестник Московского университета. Сер. 14. Психология. 1987. № 2.

11. Амбрумова А. Г., Постовалова Л. И. Семейная диагностика и вопросы профилактики суи­цидального поведения // Проблемы профилактики и реабилитации в суицидологи: Сб науч тр. М., 1984. С. 62-77.

12. Андреева Т. В. Семейная психология. СПб., 2004.

13. Анцыферова Л. И. Личность в трудных жизненных условиях: переосмысление, преобразо­вание ситуаций и психологическая защита // Психологический журнал. 1994 Т. 15 № 1 С. 3-18.

14. Архиреева Т. В. Методика измерения родительских установок и реакций // Вопросы психо­логии. 2002. № 5. С. 144-153.

15. Бейкер К. Г. Теория семейных систем М. Боуэна// Вопросы психологии. 1991. № 6.

16. Бейтсон Г. Экология разума. М., 2000.

17. Белорусов С. А. Методика «Мое письмо о супруге» и ее психотерапевтическое использова­ние // Семейная психология и семейная терапия. 1998. № 3. С. 32-35.

18. Бене Е. Детский тест «Диагностика эмоциональных отношений в семье» // Семейная пси­хология и семейная терапия. 1999. № 2. С. 14-41.

19. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. Л., 1992.

20. Берне Р. С, Кауфман С. X . Кинетический рисунок семьи: введение в понимание детей через кинетические рисунки. М., 2000.

21. Бодалев А. А., Столин В. В. О задачах научного психологического обеспечения службы се­мьи // Семья и формирование личности. М., 1981.

22. Бодалев А. А., Обозов Н. #., Столин В. В. О службе семьи // Психологический журнал 1981 Т. 2. № 4.

338

23. Борисовская О. Б. Использование системной семейной психотерапии в коррекционной ра­боте с детьми с особенностями развития // Семейная психология и семейная терапия. 1998. № 3. С. 44-47.

24. Боуэн М. Теория семейных систем. М., 2005.

25. Браун Дж., Кристенсен Д. Теория и практика семейной психотерапии СПб., 2001.

26. Бурменская Г. В., Захарова Е. И., Карабанова О. А. и др. Возрастно-психологический подход в консультировании детей и подростков. М., 2002.

27. Бурменская Г. В., Карабанова О. А., Лидере А. Г. Возрастно-психологическое консультирова­ние. Проблемы психического развития детей. М., 1990.

28. Варга А. Я., Драбкина Т.С. Системная семейная психотерапия. СПб., 2001.

29. Варга А. Я, Типы и структура родительского отношения. Автореф. дисс. ... канд. психол. наук. М., 1987.

30. Венгер А. Л. Психологические рисуночные тесты: Иллюстрированное руководство. М., 2003.

31. Витакер К. Полночные размышления семейного терапевта. М., 1998.

32. Витакер К., Бамберри В. Танцы с семьей. М., 1997.

33. Волкова А. Н. Социально-психологические факторы супружеской совместимости. Автореф. дисс.... канд. психол. наук. Л., 1979.

34. Волкова А. Н., Трапезникова Т. М. Методические приемы диагностики супружеских отно­шений // Вопросы психологии. 1985. № 5.

35. Гаврилова Н. В. Нарушения функций семьи как объект социологического исследования // Семья как объект философского и социологического исследования. Л., 1994.

36. Гозман Л. Я. Психология эмоциональных отношений. М., 1987.

37. Гозман Л. Я., Алешина Ю. Е. Социально-психологические исследования семьи: проблемы и перспективы // Вестник Московского университета. 1985. Сер. 14. Психология. № 4.

38. Голод С. И. Стабильность семьи: социологический и демографический аспекты. Л., 1984.

39. Гринсон Р. Р. Техника и практика психоанализа. М., 2003.

40. Грюнвальд Б. Б., Макаби Г. В. Консультирование семьи. М., 2004.

41. Гузеев Г. Г. Общая психологическая модель поведения семьи в процессе консультирова­ния // Современные исследования по проблемам учебной и трудовой деятельности ано­мальных детей: Тез. докл. / Под ред. И. Т. Власенко и др. М.: АПН СССР, 1990. С. 380-381.

42. Дейте Б. Жизнь после потери. М., 1999.

43. Дерманова И. Б. Диагностика эмоционально-нравственного развития. СПб., 2002.

44. Джеймс М. Брак и любовь. М., 1993.

45. Джонсон СМ. Психотерапия характера. М., 2001.

46. Дольто Ф. На стороне ребенка/ Пер. с фр. СПб., 1997.

47. ДомбровскийА., Велента Т. Кризис семьи // Семейная психология и семейная терапия. 2005. №3.

48. Духновский С. В. Психологическое сопровождение подростков в кризисных ситуациях. Кур­ган, 2003.

49. Захаров А. И. Неврозы у детей и подростков. Л., 1988.

50. Зелинская С. Ю., ТащеваА. И. WIPPF-опросникдля исследования личностных особеннос­тей, стратегий поведения в конфликте и «моделей для подражания» // Прикладная психо­логия. 2000. № 1. С. 64-76.

51. Изард К. Психология эмоций. СПб., 1999.

52. Имелинский К. Сексология и сексопатология. М., 1986.

53. Калмыкова Е. С. Психологические проблемы первых лет супружеской жизни // Вопросы психологии. 1983. № 3.

54. Катан Г. И., Сэдок Б.Дж. Клиническая психиатрия. В 2 т. М., 1994.

55. Каприо Ф. Многообразие сексуального поведения. М., 1995.

56. Кемпински А. Меланхолия. СПб., 2002.

57. Кемпински А. Человек и невроз. М., 1997.

58. Кон И. С. Введение в сексологию. М., 1988.

59. Кон И. С. Ребенок и общество. М., 1980.

60. Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В. Социодинамическая психиатрия. М., 2000.

339

61. Кочарян Г. С, Кочарян А. С. Психотерапия сексуальных расстройств и супружеских конф­ликтов. М., 1994.

62. Кочюнас Р. Основы психологического консультирования. М.: Академический проект, 1999.

63. Крайг Г. Психология развития. СПб.: Питер, 2000.

64. Кратохвил С. Психотерапия семейно-сексуальных дисгармоний. М., 1991.

65. Кюблер-Росс Э. О смерти и умирании. Киев, 2001.

66. Левкович В. П., Зуськова О. Э. Методика диагностики супружеских отношений // Вопросы психологии. 1987. № 4.

67. ЛичкоА. Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. Л., 1983.

68. Лосева В. К. Рисуем семью. М., 1995. Серия «Психологическая помощь и консультирова­ние». Вып. 1.

69. Лосева В. К., Луньков А. И. Психосексуальное развитие ребенка. М., 1995.

70. Лунин И. И. Влияние семьи на формирование отклоняющегося полоролевого поведения ребенка. Автореф. дисс. ... канд. психол. наук. Л., 1987.

71. Маданес К. Стратегическая семейная терапия. М., 1999.

72. Майрамян Р. Ф. Семья и умственно отсталый ребенок. Дисс... канд. мед. наук. М., 1976.

73. Мак-Вильяме Н. Психоаналитическая диагностика: Понимание структуры личности в кли­ническом процессе. М.: Класс, 1998.

74. Марковская И. М. Опросник для изучения взаимодействия родителей с детьми // Семейная психология и семейная терапия. 1999. № 2. С. 94—108.

75. Марковская И. М. Тренинг взаимодействия родителей с детьми. СПб., 2002.

76. Мастере У., Джонсон В., Холодны Р. Мастере и Джонсон о любви и сексе. В 2 т. СПб., 1991.

77. Медведская Е. И. Мы глазами детей. Экспресс-диагностика личностных особенностей млад­ших школьников: Пособие для практ. психологов, педагогов, социальных работников Мн., 1997.

78. Минухин С, Фишман Ч. Техники семейной терапии. М., 1998.

79. Мягер В. К, Мишина Т. М. Семейная психотерапия: Руководство по психотерапии. Л.: Ме­дицина, 1979.

80. Мясищев В. Н. Личность и неврозы. Л., 1960.

81. Навайтис Г. Семья в психологической консультации. М., 1999.

82. Навайтис Г. А. Опыт психологического консультирования супружеских конфликтов // Пси­хологический журнал. 1983. Т. 4. № 3.

83. Нартова-Бочавер С. К., Несмеянова М. И., Малярова Н. В., Мухортова Е. А. Ребенок в кару­сели развода. М., 1998.

84. Николе М., Шварц Р. Семейная терапия. Концепции и методы. М., 2004.

85. Обозов Н. Н. Семейно-брачные и родственные отношения // Психология межличностных отношений. Киев, 1990.

86. Обозов Н. Н., Обозова А. Н. Диагностика супружеских затруднений // Психологический журнал. 1982. Т. 3. № 2.

87. Обухова Л. Ф. Детская психология: теории, факты, проблемы. М., 1995.

88. Общая психодиагностика / Под ред. А. А. Бодалева, В. В. Столина. М., 1987.

89. Овчарова Р. В. Психологическое сопровождение родительства. М., 2003.

90. Овчарова Р. В. Психологическое сопровождение семьи и семейного воспитания. Курган, 2002.

91. Олейник Ю. Н. Исследование уровней совместимости в молодой семье // Психологический журнал. 1986. Т. 7. № 2.

92. Олифирович Н. И., Велента Т. Ф., Заеко (Зинкевич-Куземкина) Т. А. Общие принципы, виды и направления оказания психоогической помощи семье в кризисный период // Женщина. Образование. Демократия. Материалы 7-ой междун. Междисциплин, научно-практ. конф. Мн.: ЖИ Энвила, 2005. С. 184-186

93. Олифирович Н. И., Заеко (Зинкевич-Куземкина) Т. А., Велента Т. Ф. Психологическая по­мощь семье с детьми подросткового возраста // Психологическое здоровье в контексте раз­вития личности. Мат. 2-я международной научно-практ. конф. Брест: Изд-во БрГУ, 2005 С. 206-209.

94. Олифирович Н. И., Зинкевич-Куземкина Т. А., Велента Т. Ф. Семейные кризисы: феномено­логия, диагностика, психологическая помощь. Москва; Обнинск, 2005.

340

95. Олифирович Н. И. Индивидуальное психологическое консультирование: Теория и практи­ка. Мн., 2005.

96. Осипова А. А. Общая психокоррекция. М., 2002.

97. Основы психодиагностики / Под ред. А. А. Бодалева, В. В. Столина. М., 1987.

98. ОудсхоорнД. Н. Детская и подростковая психиатрия. (Приложение к журналу «Социальная и клиническая психиатрия».) М., 1993.

99. Пезешкиан Н. Позитивная семейная психотерапия. М., 1994.

100. Пергаменщик Л. А., Гончарова С. С, Яковчук М. И. Преодоление психологических травм. Мн., 1999.

101. Пергаменщик Л. А. Кризисная психология. Мн., 2004.

102. Потемкина О. Ф. Психология сексуальности. М., 1993.

103. Практикум по экспериментальной и прикладной психологии. Л., 1990.

104. Практическая психодиагностика. Методики и тесты: Учебное пособие. Самара, 1998.

105. Психологические тесты / Под. ред. А. А. Карелина: В 2 т. М., 2000. Т. 2.

106. Психология семейных отношений с основами семейного консультирования. М., 2002.

107. Психология семьи: Хрестоматия/ Редактор-составитель Д. Я. Райгородский. Самара, 2002.

108. Пэйдж С. Супружеская жизнь: путь к гармонии. М., 1995.

109. Пэпп П. Семейная терапия и ее парадоксы. М., 1998.

110. Рабочая книга школьного психолога / Под ред. И. В. Дубровиной. М., 1991.

111. Ремшмидт X . Подростковый и юношеский возраст. М., 1994.

112. Ричардсон Р. Сила семейных уз. Руководство по психотерапии в помощь семье. СПб., 1994.

113. Романова Е. С, Потемкина О. Ф. Графические методы в психологической диагностике. М., 1991.

114. Рыбакова Н. А., Телишева Л. В., Малыхина Н. А. Психосоциальная работа с женщинами и семьями, ждущими ребенка. Псков, 2002.

115. Саймон Р. Один к одному. Беседы с создателями семейной терапии. М., 1996.

116. Самоукина Н. В. Симбиотические аспекты отношений между матерью и ребенком // Во­просы психологии. 2000. № 3.

117. Сандлер Дж., Дэр К., Холдер А. Пациент и психоаналитик: основы психоаналитического процесса. М., 1995.

118. Сатир В. Психотерапия семьи. СПб., 1999.

119. Семаго М. М. Консультирование семьи «проблемного ребенка» // Семейная психология и семейная терапия. М., 1998. № 1.

120. Семейная психотерапия: Хрестоматия / Под ред. Э. Г. Эйдемиллера, Н. В. Александровой, Юстицкиса В. СПб.: Питер, 2000.

121. Семья в психологической консультации. Опыт и проблемы психологического консульти­рования / Под ред А. А. Бодалева, В. В. Столина. М., 1989.

122. Системная семейная психотерапия / Под. ред. Э. Г. Эйдемиллера. СПб., 2002.

123. азанауА. М. Этыка i пахалопя сямейнага жыцця: Практ. Мн., 1994.

124. Скиннер Р., КлинзДж. Семья и как в ней уцелеть / Пер. с англ. М., 1995.

125. Слепкова В. И. Полоролевая дифференциация брачно-семейных ориентации старшекласс­ников: Дисс. ... канд. психол. наук. Мн., 1990.

126. Слепкова В. И., Заеко (Зинкевич-Куземкина) Т. А, Практикум по психологической диагно­стике семейных отношений. Мн., 2003.

127. Собчик Л. Н. Диагностика индивидуально-типологических свойств и межличностных от­ношений: Практическое руководство. СПб., 2003.

128. Собчик Л. Я. Диагностика межличностных отношений. М., 1990.

129. Соколова Е. Т. Влияние на самооценку нарушений эмоциональных контактов между ро­дителями и ребенком и формирование аномалий личности. М., 1981.

130. Соколова Е. Т. Психотерапия: теория и практика. М., 2002.

131. Спиваковская А. С. Профилактика детских неврозов. Комплексная психологическая кор­рекция. М., 1988.

132. Спиваковская А. С, Черников А. В., Мясникова С. Н., Теперик Р. Ф. Модели социально-психологических тренингов для обеспечения эффективного контакта в работе с семьей //

341

Проблемы семьи и семейной политики. Вып. 3. М.: НИИ семьи, Министерство социаль­ной зашиты населения РФ, 1993. С. 142-159.

133. Старович 3. Судебная сексология. М., 1991.

134. Старшенбаум Г. В. Сексуальная и семейная психотерапия. М., 2003.

135. Столин В. В., Романова Т. Л., Бутенко Г. П. Опросник удовлетворенности браком // Вест­ник Московского Университета. Сер. 14. Психология. 1984. № 2. С. 54—60.

136. СтолинВ. В. Психологические основы семейной терапии// Вопросы психологии. 1982.№ 4.

137. Столин В. В. Семья как объект психологической диагностики и неврачебной психотера­пии // Семья и формирование личности. М., 1981.

138. Сысенко В. А. Устойчивость брака. М., 1981.

139. Тайсон Р., Тайсон Ф. Психоаналитические теории развития. Екатеринбург, 1998.

140. Тийт Э. Факторы риска, вызывающие расторжение брака// Социально-демографические исследования семьи в республиках Советской Прибалтики. Рига, 1980.

141. Тулина Н. В. Семья и общество: от конфликта к гармонии. М., 1994.

142. Фигдор Г. Дети разведенных родителей: между травмой и надеждой. М., 1995.

143. Филиппова Г. Г. Психология материнства. М., 2002.

144. Фрейд А. Теория и практика детского психоанализа. М., 1999.

145. Фрейд А. Норма и патология детского развития. М., 1990.

146. Фрейд 3. Тотем и табу // Я и оно. Тбилиси, 1991. Т. 1.

147. Фурманов И. А., Аладьин А. А., Фурманова Н. В. Психологическая работа с детьми, лишен­ными родительского попечительства: Кн. для психологов. Мн., 1999.

148. Хайл-Эверс А., Хайгл Ф., Отт Ю., Рюгер У. Базисное руководство по психотерапии. СПб., 2002.

149. Хеши Дж. Необычайная психотерапия. Психотерапевтические техники Милтона Эрик-сона. СПб., 1995.

150. Хеплингер Б. Порядки любви. М., 2003.

151. Херсонский Б. Г., Дворяк С. В. Психология и психопрофилактика семейных конфликтов. Киев, 1991.

152. Холмогорова А. Б. Научные основания и практические задачи семейной психотерапии // Московский психотерапевтический журнал. 2002. № 1. С. 93-119.

153. Хоментаускас Т. Использование детского рисунка для исследования внутрисемейных от­ношений // Вопросы психологии. 1986. № 1.

154. Цветовой тест отношений: Методические рекомендации / Сост. Е. Ф. Бажин, Л. М. Эт-кинд. Л., 1985.

155. Черников А. В. Системная семейная терапия: Интегративная модель диагностики. М., 2001.

156. ЧуйкоЛ. В. Браки и разводы. М., 1985.

157. Шерман Р., Фредман Н. Структурированные техники семейной и супружеской терапии: Руководство. М., 1997.

158. Шиян О. А. Семья в пространстве преобразования // Семейная психология и семейная терапия. М., 1998. № 3.

159. ШнейдерЛ. Б. Психология семейных отношений: Курс лекций. М., 2000.

160. Шутценбергер А. Синдром предков. М., 2001.

161. Эйдемиллер Э. Г. Особенности семейной психотерапии в подростковой психиатрической клинике // Психотерапия при неврозах и психических заболеваниях. Л., 1993.

162. Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М. Семейный диагноз и семейная психоте­рапия: Учебное пособие для врачей и психологов. СПб., 2003.

163. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В. Психология и психотерапия семьи. СПб., 2000.

164. Ялом И. Когда Ницше плакал // Психотерапевтические истории. М., 2002.

165. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. М., 1999.

166. Acker/nan N. The strength of family therapy. Selected papers of Natan Ackerman. New York: Brunner/Mazel, 1959.

167. Brown G. ., Monck E. et al. Influence of family life on the course of schizophrenic illness // British Journal of Prevention and Social Medicine. 1962. Vol. 16. P. 55-68.

168. FinkelhorD. The sexual abuse of children. Current Research Reviewed // Psychiatric annals. 1987. Vol. 17. P. 233-241.

342

169. FinkelhorD. Sexually victimized children. New York: Free Press, 1979.

170. Floyd H. H. Values assessment-comparison (VAC): A family therapy Technique. Family Therapy, 1982. IX (3). 280-288.

171. Hill R. Family development in the generations. Cambridge, MA: Schenkman. 1970.

172. Nazara-Aga I. Les manipulateurs et lamour. Les Editions le PHomme, 2002.

173. Menninger R. Theory of Psychoanalytic Technique. New York: Basic Books, 1958.

174. Russell D., Finkelhor D. The gender gap among perpetrators of child sexual abuse // D. Russel (Ed.) Sexual exploitation: Rape, child sexual abuse and workplace harassment. Beverly Hills, CA: Sage, 1984.

175. Selvini-Palazzoli M., Boscolo L, Ceccin G., Prata G. Paradox and Counter Paradox. New York: Jason Aronson, 1978.

176. Stroeve M. et al. Broken hearts and broken bonds: Love and and death in histrorical perspective. American Psychologist. October 1992. 47 (10). 1205-1212.

177. Thorman G. Incestuous families. Springfield, IL: Charles Thomas, 1983.

178. Walsh F. The timing of symptoms and critical events in the family life cycle // H. Liddle (Ed.) Clinical implication of family life cycle. Rockville, Maryland: Aspen Publications, 1983.

179. WeinbergS. Incest behavior. Secaucus. New York: Citadel Press, 1976.

Приложение 2

АНКЕТА ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ

Чтобы у нас было больше времени для личной беседы, мы просим Вас отве­тить на следующие вопросы. Отметьте, пожалуйста, те утверждения, которые, как Вам кажется, относятся к Вашему ребенку. Если Вы не можете или не хо­тите отвечать на какие-то вопросы, то просто оставьте соответствующую гра­фу незаполненной. Вы можете быть уверены, что вся информация будет обра­батываться конфиденциально. Если у Вас возникнут какие-то замечания, внесите их в графу «Пояснения».

Сейчас или прежде Вы замечали у ребенка ... Наличие симптома Пояснения
Нарушенияпитания, боливживоте, рвота
Лишнийилинедостаточныйвес
Запоры,поносы
Недержаниекалаилинежеланиеходитьвтуалет
Недержаниемочиночьюили/иднем
Сверхвысокаядвигательнаяактивность, непоседливость
Неловкость, часторанитсебя
Гримасничанье, подергиваниеивздрагиваниелица
Раскачиваниетуловищем, движенияголовой
Частыеголовныеболи
Левшествоилиодинаковоеиспользованиеобеих рук
Недостаточноезрениеилислух
Речевыепроблемы
Обмороки, нарушениекровообращения
Частыепокраснения
Повышеннаячувствительностькожи
Сексуальныепроблемыилинеобычные особенности
Сильноежеланиесосать
Кусаниеногтей, выдергиваниезаусенцев, выковыривание
Жеваниепредметов, закручиваниеволос
Скрежетаниезубами
Особоежеланиеспать, повышеннаяпотребностьв отдыхе
Нарушениясна, кошмарныесновидения
Частоежеланиеспатьсродителями
Страхтемноты, спиттолькососветом

350

ПРИЛОЖЕНИЯ

Сейчас или прежде Вы замечали у ребенка ... Наличие симптома Пояснения
Вцелом, пугливый, особыестрахи
Повышеннаячувствительностькшуму
Повышеннаячувствительностькзапахам, отвращения
Оченьчувствительныйкгрязи, аккуратный
Оченьорганизованный, дисциплинированный
Колебаниянастроения, многоплачет
Нехочетбольшежить
Замкнутость, скупостьслов, робость
Нетдрузей,изолированность
Неможетзасебяпостоять
Дурачится, хочетбытьвцентревнимания
Частораздражен, ищетссоры
Хочеткомандоватьдругими
Обманывает, подделываетподписи
Оченьнеорганизованный, непунктуальный
Стремитсяубежатьиздома, бродяжничество
Вселомаетиразрушает
Хочетвсеиметь, огромныезапросы
Отнимаетвещиудругих, ворует
Всераздает, транжирит
Малоинтересов, нетхобби
Пассивный, несамостоятельный
Плохиеуспехивучебеиливработе
Прогуливаетшколу, неучаствуетвработе
Сверхчестолюбивый, неможетпроигрывать
Ревностьисоперничествосбратьямиисестрами
Другиеособенности

351

Приложение 4 ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ЛЮДЯМ, ПЕРЕЖИВШИМ УТРАТУ БЛИЗКОГО ЧЕЛОВЕКА

Не пытайтесь избегать болезненных переживаний.

Не сдерживайте слез. То, что произошло, — настоящее горе. Его необходи­мо прочувствовать, пережить.

Переживание горя может быть длительным процессом. Дайте себе время.

У каждого человека свой способ переживания утраты близкого, сроки горе-вания индивидуальны.

Не замыкайтесь в себе, обратитесь за помощью к людям, от которых вы може­те получить поддержку.

Это может быть член вашей семьи, друг, священник, психолог. Найдите кого-то, с кем вы можете поговорить о ваших чувствах и переживаниях.

Попробуйте понять, чем вам могут помочь другие люди, и сообщите им об этом.

Часто люди, желающие помочь, просто не представляют, что они могут для вас сделать. Подскажите, как они могут вам помочь. Делитесь с ними своими воспоминаниями. Не беспокойтесь о том, что скажете что-то не так, — просто говорите от всего сердца.

Используйте известные вам способы совладания со стрессовыми ситуациями.

Слушайте музыку, пишите дневник, гуляйте, ищите новое хобби, занимай­тесь физическими упражнениями, старайтесь обеспечить себе полноценный сон, следите за питанием, принимайте витамины. Будьте особенно осторожны при употреблении лекарств и алкоголя. Это создает лишь временное облегче­ние, но не избавляет вас от боли утраты.

Если вам не удается самостоятельно преодолеть кризисную ситуацию, обрати­тесь за профессиональной помощью.

Вам необходима профессиональная помощь в том случае, если спустя год после смерти близкого человека вы:

испытываете сильный гнев, обиду;

не хотите общаться с другими людьми;

думаете, что никогда не смиритесь с потерей;

357

О находитесь в сильной депрессии, сопровождающейся бессонницей, на­пряжением, упреками в свой адрес и самобичеванием;

отмечаете появление болезней психосоматического характера (язвенный колит, ревматический артрит, астма и др.);

обнаруживаете возникновение симптомов, от которых страдал умерший; О отмечаете снижение чувствительности, «замороженность» эмоций;

переживаете изменение отношения к друзьям и родственникам; раздра­жительность, нежелание надоедать, избегаете социальной активности; стремитесь к уединению;

думаете о суициде, воссоединении с умершим, о желании со всем по­кончить.

Приложение 5

КРИТЕРИИ МАНИПУЛЯТОРА1

1. Он обвиняет других от имени семьи, друзей, любовника, профессиональ­ного коллектива.

2. Он уклоняется от ответственности или перекладывает ее на других.

3. Он не сообщает ясно свои просьбы, желания, чувства и мнения.

4. Он очень часто отвечает расплывчато, туманно.

5. Он меняет свои мнения, установки, чувства по отношению к людям или ситуациям.

6. Он ссылается на логический разум, чтобы оправдать свои просьбы.

7. Он заставляет других считать, что они должны быть превосходны, что они никогда не должны менять свое мнение, что они должны все знать и отвечать немедленно на просьбы и вопросы.

8. Он ставит под сомнение качество, компетенцию, личность других: он критикует, обесценивает и судит других.

9. Он заставляет других сообщать его послания.

10. Он сеет ссоры и создает подозрения, разделяет, чтобы ему было лучше царствовать.

11. Он умеет занимать позицию жертвы, чтобы его жалели.

12. Если он чем-то увлечен, он не знает просьб.

13. Он использует моральные принципы других, чтобы удовлетворить свои потребности.

14. Он угрожает в скрытой манере или использует открытый шантаж.

15. Он уверенно меняет тему диалога.

16. Он избегает или уклоняется от бесед и собраний.

17. Он говорит другим об их невежестве и заставляет их верить в его превос­ходство.

18. Он лжет.

19. Он любит поучать других.

20. Он эгоцентричен.

21. Он может быть ревнивым.

22. Он не выносит критики и отрицает очевидное.

23. Он не берет во внимание права, потребности и желания других.

24. Он часто использует последний момент, чтобы приказывать или застав­лять действовать других.

25. Его речь кажется логической и связанной, однако его установки соот­ветствуют противоположной позиции.

26. Он льстит, чтобы вам понравиться, делает подарки, вдруг неожиданно проявляет о вас заботу.

1 Nazara-Aga I. les manipulateurs et lamor. Les Edition le lHomme, 2002.

359

27. Он вызывает у других чувство недомогания или несвободы.

28. Он чрезвычайно эффективен в реализации собственных целей, но за счет других людей.

29. Он заставляет нас делать вещи, которые мы бы вряд ли делали по соб­ственной воле.

30. Он постоянно является объектом для разговоров, даже когда он отсут­ствует.

Скачать архив с текстом документа