Публицистика декабристов

СОДЕРЖАНИЕ: Содержание Введение 3 «В одежде теории». Декабристская публицистика в легальных журналах. _4-10

Содержание

Введение____________________________________________________3

«В одежде теории». Декабристская публицистика в легальных журналах._________________________________________________4-10

«Рукописная словесность». Нелегальная публицистика декабристов______________________________________________­­11-16

«Под политической печатью». Альманахи декабристов_________17-23

Заключение_________________________________________________24

Список используемой литературы______________________________25

Приложение______________________________________________26-30

Введение

Я стою на пороге самостоятельной жизни… Выбор своей будущей профессии я уже сделала – журналистика.

В наше время публицистика играет большую роль в жизни общества: мы видим мир глазами журналистов, о наиболее острых проблемах говорят именно они.

А с чего все начиналось? Русская публицистическая литература восходит к «Слову о законе и благодати» Иллариона (XIв.) и обличительным произведениям Максима Грека (XVIв.). Иван Пересветов (XVIв.) в ярких публицистических трудах ратовал за централизацию Русского государства. Проникнута публицистичностью полемическая переписка Ивана IV Грозного и А.Курбского. В XVIIIв. образцами вольнолюбивой публицистики служат произведения Н.И.Новикова и А.Н.Радищева. В начале XIXв. развивается публицистика декабристов. Именно этот период публицистики показался мне наиболее интересным, ведь он в дальнейшем занял одно из первых мест в мировой литературе как по силе своего влияния на современников, так и по глубине и блеску изложения.

В своей работе я обратилась к публицистическим статьям А.П.Куницына, А.А.Бестужева, Ф.Рылеева, Н.И.Тургенева, Н.И. Кутузова, изучила их, а результатом своих наблюдений, исследований я поделюсь с Вами.

«В одежде теории».

Декабристская публицистика в легальных журналах

Процесс развития декабристской идеологии не мог не привести к тому, что все острее становилась потребность вынести свои взгляды, свое отрицание самодержавия и крепостничества, свои мечты об изменении общественного и социального строя на страницы печати, развернуть пропаганду за преде­лами тайных обществ.

Главным оплотом декабристской публицистики в период первых декабристских организаций стал петербургский журнал «Сын отечества». В «Сыне отечества», особенно в 1817-1820 гг., отчетливо прослеживается декабристская линия, вместе с тем даже и в этот период взлета журнала там много бледных, неинтересных материалов. Это связано с позицией самого издателя журнала - талантливо­го, но беспринципного журналиста Н.И.Греча. Чувствуя, что вокруг декабристов сосредото­чились самые талантливые писатели и ученые, Греч не прочь был дать им трибуну в своем журнале, зная, что это принесет ему выгоду. Вместе с тем он вовсе не хотел целиком передавать журнал в руки декабристов, а с 1821 года, чувствуя усиление ре­акции, отказался от помещения политических ста­тей. С этого времени журнал стал учено-литератур­ным, и, хотя декабристы продолжали сотрудничать в нем, их политическая публицистика сменилась в журнале публицистикой литературно-критической.

К тому времени, когда складывались первые декабристские организации, «Сын отечества» был уже «старым» журналом. Основанный в 1812 году, он объединил в годы Отечественной войны крупных писателей и публицистов, которые создали журна­лу славу лучшего русского периодического издания. После окончания войны вокруг «Сына отечества» сформировалась группа литераторов, развивав­ших на его страницах прогрессивные взгляды на культуру, искусство, литературу, политику. Замет­ное влияние на направление журнала оказали де­кабристы А.А.Бестужев, К.Ф.Рылеев, В.К.Кю­хельбекер, И.И.Кутузов, Ф.Н.Глинка, а также близкие к декабристам А.П.Куницын и О.М.Со­мов. В журнале печатались А.С.Пушкин, И.А.Крылов, В.А.Жуковский, А.А.Дельвиг.

Небольшой по объему еженедельник во второй половине 10-х годов был учено-политическим и ли­тературно-критическим журналом; художественная литература до 20-х годов не занимала в нем сколь­ко-нибудь заметного места. Публицистическим ду­хом были пронизаны не только политические ста­тьи, но и научные выступления и стихотворные про­изведения. Значительное место занимали путевые записки, широко были представлены критика и биб­лиография. Журнал защищал прогрессивный ро­мантизм, печатая статьи и рецензии о крупнейших произведениях того времени - «Руслане и Людми­ле» и «Кавказском пленнике» А.С. Пушкина, «Горе от ума» А.С.Грибоедова и др. Литературно-эсте­тическая программа декабристов пропагандировалась со страниц журнала А.А.Бестужевым, К.Ф.Рылеевым, В.К.Кюхельбекером, О.М.Сомовым.

Журнал, который довольно живо и своевременно откликался на политические, литературные и науч­ные новости, привлек внимание читателей; его ти­раж достигал 600 экз.

Славу журналу создала именно декабристская публицистика. Нелегко было декабристам писать для легального журнала, каждая статья которого подвергалась строгой цензуре. Еще в 1814 году цен­зура обратила внимание на «Сына отечества», ко­торый помещал «изречения и известия, которых в наших журналах обнародовать невозможно». Де­кабристам же нужно было быть вдвойне изобрета­тельными и осторожными, чтобы критика самодер­жавия и крепостничества была, с одной стороны, выразительна и, с другой, - не вызывала преследо­ваний. И нужная форма была найдена. И.И.Тур­генев, один из публицистов ранних декабристских организаций, писал: «Так как у нас нельзя прямо говорить то, о чем говорить надобно, то я и пола­гаю, что все это должно быть наряжено в одежду теории».

«Одежда теории» и была той внешней оболочкой, формой, которая позволила декабристам сказать все, что они думали о государственной политике, о крепостническом рабстве, о самодержавии. Науч­но-теоретические выступления в журнале по пробле­мам государственного устройства, современной истории Европы, о положении крестьянства на Западе не позволяли, конечно, открыто требовать введения конституционного правления и созыва парламента в России, отмены крепостного права, но «одежды» эти были прозрачны.

Тема конституции зазвучала в «Сыне отечества» уже в 1817 году, когда в журнале было опублико­вано первое обозрение политической жизни Европы - «Взгляд на 1816 год». Автор обозрения решил на примере Германии доказать, что самодержав­ная, неограниченная монархия доживает в Европе последние дни, а на смену ей там, где самодержцы не хотят потерять трон, приходит монархия кон­ституционная.

Наибольшее развитие тема конституции получи­ла в статье близкого к декабристским кругам ученого, профессора Царскосельского лицея А.П.Куницына, которому А.С.Пушкин посвятил во­сторженные строки:

Куницыну дань сердца и вина!

Он создал нас, он воспитал наш пламень...

Куницын стал активным публицистом «Сына отечества» еще во время Отечественной войны. Его патриотические статьи были заметным явлением в публицистике того времени.

Вновь имя Куницына замелькало на страницах журнала с 1818 года, когда появилась в журнале его статья «О конституции». Может быть, эта статья не была бы написана, если бы император Александр I, выступая в польском сейме в 1818 году, не произ­нес демагогической речи, из которой в России сде­лали вывод, что царь хочет ввести конституционное правление. В печати разгорелись споры на эту тему. И в момент, когда реакционеры обрушились на конституционный способ государственного устрой­ства, связывая установление конституционного строя с бедствиями Франции прошедшей четверти века, в защиту конституции поднял голос Куницын.

Используя речь царя для постановки политиче­ских проблем (иначе цензура не разрешила бы статью), цитируя слова Александра I о том, что «законно свободные постановления... совершенно согла­суются с порядком и общим содействием утвержда­ют истинное благосостояние народов», Куницын на примере современной Франции показывает, какую роль играет парламент в условиях конституционной монархии. Теоретически доказывая, что прогрессив­ное развитие общества не может не вести к консти­туционным формам правления, Куницын идет го­раздо дальше простой поддержки довольно туманного заявления Александра I. Восторженно привет­ствуя будущую «свободную конституцию» России, Куницын рисует картину устройства обновленной России, когда царь «собирает вокруг трона своего народных Представителей… изъявляя готовность утвердить своею державною волею все то, что они найдут нужным и полезным для блага общего». Ку­ницын не таится - царь для него только наслед­ственный глава государства, а все дела вершат пред­ставители народа.

Обсуждение проблем политики в «Сыне отечест­ва» закономерно привело к постановке крестьянско­го вопроса.

Крестьянский вопрос стал главной темой в «Сыне отечества» 1818—1820 гг. В журнале были опубликованы очеркового типа заметки А.А.Бестужева «О нынешнем нрав­ственном и физическом состоянии лифляндских и эстляндских крестьян», статья Куницына «Сравнение русских крестьян с иностранными», а также «Письмо к издате­лю» Н.И.Тургенева. Рассказав о высоких челове­ческих качествах русского крестьянина, Тургенев заканчивает статью словами презрения и негодова­ния против крепостников, «которые говорят о простом народе русском иногда с презрением, иногда с отвращением... и обыкновенно заключают свои суждения бессмысленными фразами: «С на­шим народом нельзя без страха...», «наш народ не воображает себе лучшего состояния, как то, в кото­ром он находится» и т. п.».

Н. И. Тургенев, участник первых декабристских объединений, сыграл заметную роль в полемиче­ских схватках с крепостниками. В 1818 году вышла его книга «Опыт теории налогов», в которой на ос­нове строгих статистических данных доказывались экономическая невыгодность крепостного права и необходимость социально-экономических преобразо­ваний в России. «В одежде теории» ставились ост­рые политические вопросы, и в журналах разгора­лась полемика относительно книги Тургенева.

Безоговорочную поддержку книга получила в «Сыне отечества», где рецензентом выступил идей­ный единомышленник Тургенева Куницын. Его ре­цензия - образец пропаганды передовых идей, хотя метод автора бесстрастен - Куницын просто пересказывает основные идеи книги, приводит наи­более яркие цитаты. В результате читатели журнала получили такое ясное и политически острое изло­жение идей Тургенева, которого не мог достигнуть сам автор. Рецензия Куницына нанесла меткий пу­блицистический удар по защитницам крепостниче­ского рабства и дворянских привилегий.

Последним выступлением «Сына отечества» в защиту политической и экономической свободы на­рода стала статья Н.И.Кутузова «О причинах благоденствия и величия народов», напечатанная в журнале в 1820 году. В основе благоден­ствия народа, заявляет Кутузов, должна лежать «свобода личная, неприкосновенность имуществ и мудрость законов... Может ли тот стараться об улуч­шении состояния своего, кто не только имущество, но и бытие свое считает игрою случая, или где бо­гатый и сильный гнетут слабого, не страшась за сие наказания?».

В статье прямо говорится о том, что если прави­тели не прислушаются к голосу разума, не позабо­тятся о благе народном, тогда может создаться по­ложение, которое «приводит государства в замеша­тельство, бывает причиною возмущений». «То об­щество, - продолжает Кутузов, - где народ не имеет доверенности к власти.., близко или к паде­нию, или к какому-нибудь сильному перевороту».

Кутузов был умеренным декабристом, он не вы­ступал сторонником революции, но логика жизни приводила его к мысли о том, что и в России чаша терпения может переполниться, и тогда революци­онные события неминуемы. Статья эта была напе­чатана в то время, когда в странах Западной Евро­пы и в Америке все ярче разгоралось пламя нацио­нально-освободительного движения, принимавшего революционный характер. В России же усиливалась реакция, и декабристы все отчетливее сознавали необходимость более решительных средств борьбы, нежели мирная пропаганда,

С начала 20-х годов декабристам-публицистам стало уже не по пути с Гречем, который был не прочь щегольнуть либерализмом, но и в мыслях не допускавшим превращения своего журнала в рево­люционный орган. Да и цензура давила все силь­нее. В разгар полемики 1818 года министр духов­ных дел и народного просвещения повелел «обра­тить внимание цензуры на издаваемые журналы и другие сочинения, дабы в них ни под каким видом не было печатаемо ничего ни в защищение, ни в опро­вержение вольности или рабства крестьян не толь­ко здешних, но и иностранных, ни вообще материй, касающихся до распоряжений правительства». Не­сколько лет спустя это цензурное распоряжение было сформулировано еще жестче: «Частным же ли­цам не следует писать о политических предметах ни за, ни против: и то, и другое нередко бывает одина­ково вредно, давая повод к различным толкам и заключениям». В эту пору журнал «Сын отече­ства» резко сворачивает вправо. Уже в «Обозрении 1821 года» журнал ополчился на «дух беспокойства, упорно стремящийся против существующего ныне порядка гражданских обществ».

Публицистике декабристов был закрыт доступ в «Сын отечества» как раз тогда, когда на московском совещании (1821г.) декабристы проголосовали за республику, за революционные методы борьбы.

Декабристы-публицисты принялись за поиски других путей; легальные журналы стали для них теперь вспомогательной формой преимущественно литературной пропаганды. Публицистика на время ушла в подполье, чтобы через несколько лет возро­диться вновь, но уже не «в одежде теории», а в ли­тературно-художественной и литературно-критиче­ской оболочке.

«Рукописная словесность».

Нелегальная публицистика декабристов

Неудача ряда попыток организации собственных журналов, неудовлетворенность сузившимися воз­можностями легальной пропаганды и все более усиливавшийся революционный дух декабристской идеологии побудили наиболее решительных декаб­ристов стать на путь нелегального издания тайных программных документов, а также публицистики «малых форм». Декабрист М.С.Лунин признался на следствии, что в 1819 году он приобрел для нужд общества «литографический станок, новейшего в то время изобретения, и приспособленный для переписывания писем». Таким образом, декабристы начали то дело, которое продолжил А.И.Герцен, создавший «Полярную звезду» и «Колокол», замечательные издания бесцензурной русской печати. Но многого сделать декабристам не удалось - без цензуры от­печатана была только «Зеленая книга» - устав Союза Благоденствия, а также «Воззвание к сынам Севера», не дошедшее до нас публицистическое произведение.

Главной формой декабристской нелегальной про­паганды стали переписывавшиеся от руки и в та­ком виде ходившие в обществе произведения. «Нам только и можно лакомиться что рукописным, а пе­чатное так черство, так сухо, что в горло не лезет», - писал близкий в те годы к декабристам П.А.Вяземский.

Одним из зачинателей «рукописной словесности» стал только что вышедший из лицея А.С.Пушкин. Через несколько лет в своем «Послании цензору» Пушкин писал, что кто хочет

Осмеивать закон, правительство иль правы,

Тот не подвергнется взысканью твоему,

Тот не знаком тебе, мы знаем почему, -

И рукопись его, не погибая в Лете,

Без подписи твоей разгуливает в свете.

Пушкин поплатился за свою стихотворную публи­цистику ссылкой на юг. С 1820 г. он лишен был возможности принимать участие в общественной жизни северной столицы - как раз тогда, когда в идеологии декабристов происходили знаменатель­ные перемены. Именно об этом времени пишет ре­акционер Ф.Ф.Вигель: «Я видел, как прежний ро­зовый цвет либерализма стал густеть и к осени [1820 г.] переходить в розово-красный». Созревание революционных идей не замедлило отразиться в не­легальной публицистике. Время надежд на рефор­мы прошло. Декабристы поняли, говоря словами Пушкина, что

царь-отец

Рассказывает сказки.

Нелегальная стихотворная публицистика Пушки­на была первым звеном в цепи произведений «ру­кописной словесности», в ней еще есть надежды на реформы, хотя протест против самодержавия и крепостничества звучит с огромной силой. Другие произведения нелегальной публицистики, последо­вавшие за стихами Пушкина, свидетельствуют, что нелегальная публицистика приобрела революцион­но-республиканский характер.

В 1820 году по Петербургу с быстротой молнии распространилось известие о волнениях в гвардей­ском Семеновском полку. Через несколько дней бы­ла обнаружена прокламация - обращение Семе­новского полка к Преображенскому, которая не на шутку встревожила придворные круги.

До сих пор неизвестно, кто был автором прокла­мации. Страстное разоблачение царской власти и на­дежд на царя заставляет предположить, что авто­ром прокламации был один из тех декабристов, кто уже в это время голосовал за уничтожение царской власти. «Честно истребить тирана, - решительно провозглашает автор, - и вместо него определить человека великодушного, который бы всю силу бед­ности народов мог ощутить своим сердцем и достав­лять средства к общему благу».

Взгляды, изложенные в прокламации, очевидно, долго вынашивались; строгая последовательность мысли, продуманность и завершенность критики и призывов заставляют думать, что распространялись прокламации во время волнений в Семеновском полку не случайно. В полном соответствии с дека­бристскими взглядами автор прокламации опасался народной революции, считая, что только дворяне-офицеры с подчиненными им войсками могут со­вершить переворот в России. Войска, по мысли ав­тора, должны арестовать всех высших чиновников в Петербурге и в губерниях и поставить на их ме­сто представителей армии. Верховную власть будет осуществлять выдвинутый армией «законоуправитель».

Бесстрашие мысли и решительность предложений, обращение к солдатским массам, народный язык, расчет на миропонимание солдата - все это делает прокламацию крупным памятником публицистики времени декабристского движения.

Целям декабристской пропаганды служила и фор­ма катехизиса. Декабристы-публицисты учли, что этот необычный «жанр», служивший церкви для вдалбливания народу религиозных догм, благодаря своей вопросно-ответной форме дает возможность «разложить» сложные понятия на ряд простейших. Поэтому, по словам К.Ф.Рылеева, «такими сочи­нениями удобнее всего действовать на умы народа».

Один из виднейших декабристов - С.И.Мура­вьев-Апостол - совместно с М.П.Бестужевым-Рюминым написал революционную прокламацию «Православный катехизис», который широко рас­пространялся в 1825 году во время восстания в Черниговском полку. Размноженный в довольно большом количестве экземпляров полковыми писа­рями, «катехизис» ходил по рукам далеко за пре­делами Василькова, где квартировал полк; его чи­тали даже в Киеве. Учитывая религиозные чувства солдат, авторы прокламации искали доказатель­ства необходимости революционного переворота не только в экономическом и политическом состоянии России, но и в христианском вероучении.

«ВОПРОС: Для чего же русский народ и русское воинство-несчастно?

ОТВЕТ: Оттого, что цари похитили у них свободу.

ВОПРОС: Стало быть, цари поступают вопреки воле божией?

ОТВЕТ: Да, конечно, бог наш рек: бол[ьш]ий в вас да бу­дет вам слуга, а цари тиранят только народ.

ВОПРОС: Должны ли повиноваться царям, когда они по­ступают вопреки воле божией?

ОТВЕТ: Нет!..

ВОПРОС: Какое правление сходно с законом божиим?

ОТВЕТ: Такое, где нет царей. Бог создал всех нас равны­ми...

ВОПРОС: Стало быть, бог не любит царей?

ОТВЕТ: Нет! Они прокляты суть от него, яко притесните­ли народа, а бог есть человеколюбец...

ВОПРОС: Что же, наконец, подобает делать христолюби­вому российскому воинству?

ОТВЕТ: Для освобождения страждущих семейств своих и родины своей и для исполнения святого закона христиан­ского... ополчиться всем вместе против тиранства и восстано­вит!) веру и свободу в России.

А кто отстанет, тот, яко Иуда предатель, будет анафема проклят. Аминь».

Конечно, составители прокламации понимали, что в священных книгах можно найти и прямо противо­положные цитаты, но они считали, что в таком виде призыв к восстанию против царя и крепостничества будет более доходчив, и не ошиблись. Вместе с тем такие аргументы говорят и о слабости авторов про­кламации, не захотевших или не сумевших приве­сти более близкие солдатам жизненные доказатель­ства враждебности самодержавия и крепостниче­ства народу.

Публицистический характер поэзии декабристов особенно ярко выявился в знаменитых агитацион­но-сатирических песнях, создававшихся в 1823 - 1824 гг. К.Ф.Рылеевым и А.А.Бестужевым-Марлинским. «Критика оружием» самодержавно-крепостниче­ского строя, освященного церковью, - вот основная идея агитационной поэзии декабристов-публицистов. И она нашла живой отклик не только в среде дека­бристов, но и проникла в солдатские массы.

«Хотя правительство всеми мерами старалось истребить сии песни, где только могли находить их, - писал брат А.А.Бестужева декабрист Н.А.Бе­стужев, — но они были сделаны в простонародном духе, были слишком близки к его состоянию, чтобы можно было вытеснить их из памяти простолюди­нов, которые видели в них верное изображение сво­его настоящего положения и возможность улучше­ния в будущем... Рабство народа, тяжесть притес­нения, несчастная солдатская жизнь изображались в них простыми словами, но верными красками.»

Действительно, Рылеев и Бестужев нарисовали глубоко правдивую картину крестьянской жизни, ко­торая приводила к выводу о необходимости реши­тельных революционных перемен в России:

Ах, тошно мне

И в родной стороне;

Всё в неволе,

В тяжкой доле,

Видно, век вековать?

Долго ль русский народ

Будет рухлядью господ,

И людями,

Как скотами,

Долго ль будут торговать?

По две шкуры с нас дерут:

Мы посеем, они жнут;

И свобода

У народа

Силой бар задушена.

А что силой отнято,

Силой выручим мы то.

И в приволье,

На раздолье

Стариною заживем.

Используя мотивы народных песен, их строй, образность, язык, Рылеев и Бестужев создали об­разцы публицистической поэзии, проникнутой духом народного творчества, верно рисующей картины на­родной жизни и с революционной смелостью зову­щей в бой. Рылеев и Бестужев показали себя в нелегально распространявшихся песнях подлин­ными мастерами стихотворной публицистики.

Нелегальная публицистика декабристов - важная составная часть их пропагандистской деятельности. Именно здесь наиболее отчетливо раскрываются их взгляды на центральные проблемы жизни России; именно здесь ярчайшим образом запечатлена их ре­шимость бороться да конца против самодержавно-крепостнического строя, за счастье и свободу народа,

Идеи декабристов, начавшие победное шествие в легальных журналах конца 10-х годов XIX в. и окончательно оформленные и раскрытые в нелегальной публицистике начала 20-х годов, перед са­мым восстанием 1825 года вышли на страницы де­кабристских альманахов.

«Под политической печатью».

Альманахи декабристов

В 1821 году последняя из ранних декабристских организаций - Союз Благоденствия - была распу­щена, и наиболее решительные ее члены приступи­ли к организации Северного и Южного обществ, программы которых постепенно приобретали революционно-республиканские черты. Среди членов Северного общества были выдающиеся литераторы-декабристы К.Ф.Рылеев, А.А.Бестужев-Марлинский, В.К.Кюхельбекер. Именно в годы деятель­ности Северного общества они создали свои лучшие произведения, каждое из которых - и в этом осо­бенность декабристской литературы и критики - было насыщено политическими мотивами, каждое из которых несло публицистический заряд большой взрывчатой силы.

Период высшего подъема движения декабристов, связанный с деятельностью Северного общества (1823-1825), ознаменовался новыми чертами их журнально-публицистического творчества. Дека­бристов, продолжавших участвовать в «Сыне отече­ства» и «Соревнователе», давно уже не удовлетво­ряли значительно сузившиеся возможности ис­пользования этих журналов в пропагандистских целях. «Сын отечества» Греча в начале 20-х годов отошел от постановки политических проблем, и де­кабристы могли выступать там только с литературно-критическими материалами. Здесь была опубли­кована известная статья К.Ф.Рылеева «Несколько мыслей о поэзии». «Соревнователь» в 20-х годах, позиция которого оставалась просветительской, также не давал возможно­сти широко поставить легальную пропаганду.

«Недостаток благородного, честного журнала с каждым годом становится ощутительнее», - пи­сал в это время К.Ф.Рылеев П.А.Вяземскому. Но в силу цензурных условий декабристы не имели возможности создать собственный журнал. Поэто­му с 1823 года они приступили к изданию альма­нахов, для организации которых не надо было испрашивать разрешения цензуры (хотя каждая книжка контролировалась обычным порядком).

Альманахи А.А.Бестужева и К.Ф.Рылеева «По­лярная звезда» и «Мнемозина» В.К.Кюхельбеке­ра и В.Ф.Одоевского стали ведущими декабрист­скими легальными изданиями, которые в художе­ственных и литературно-критических произведениях пропагандировали политические идеи. В этих альманахах, особенно в «Полярной звез­де», нашла наиболее полное воплощение литератур­но-публицистическая программа декабристов, кото­рая была сформулирована еще в уставе Союза Благоденствия — «Зеленой книге». Наряду с уча­стием во всех сферах общественной жизни члены Союза Благоденствия, как указывалось в «Зеленой книге», достигают своих целей «изданием повременных сочинений..., сочинением и переводом книг, касающихся особенно до обязанностей человека». Для литератора-декабриста «истинно изящное есть все то, что возбуждает в нас высокие и к добру ув­лекающие чувства». С другой стороны, «описание предмета или изложение чувства, не возбуждаю­щего, но ослабляющего высокие помышления, как бы прелестно оно ни было, всегда недостойно дара поэзии».

Свое понимание этой программы Н.И.Гнедич выразил так: «Перо пишет, что начертается на серд­цах современников и потомства. Им писатель сра­жается с невежеством наглым, с пороком могучим, и сильных земли призывает из безмолвных гробов на суд потомства». И литературная программа Со­юза Благоденствия, и слова Гнедича свидетельст­вуют о неразрывном единстве, о взаимопроникнове­нии художественного и публицистического начал в произведениях декабристов. В любом своем произ­ведении декабристы были публицистами, поэтому-то Н.А.Бестужев видел основную особенность художественного творчества Рылеева в том, что он преследует политические цели: «...постоянная его идея была пробудить в душах своих соотечествен­ников чувствования любви к отечеству, зажечь же­лание свободы».

Имя Рылеева сделалось широко известным пос­ле опубликования им в 1820 г. на страницах «Нев­ского зрителя» послания «К временщику». Поэт-декабрист, метивший во всесильного Аракчеева, все­гда в своем творчестве был художником и публици­стом:

О, как на лире я потщусь того прославить,

Отечество мое кто от тебя избавит!

Твои дела тебя изобличат народу:

Познает он, что ты стеснил его свободу,

Налогом тягостным довел до нищеты,

Селения лишил их прежней красоты...

Тогда вострепещи, о временщик надменный!

Народ тиранствами ужасен разъяренный!

В том же 1820 году единство поэзии и публици­стики продемонстрировал в своем программном стихотворении «Поэты» Кюхельбекер:

В руке суровой Ювенала

Злодеям грозный бич свистит

И краску гонит с их ланит,

И власть тиранов задрожала.

«Я не поэт, а гражданин», - сказал о себе Ры­леев, и к этому могли присоединиться все литера­торы-декабристы. Любое их произведение было проникнуто политическими идеями, художественное произведение становилось пропагандистским высту­плением, орудием общественной борьбы.

«Полярная звезда», лучший альманах декабри­стов, выходил в Петербурге по одной книжке в год в 1823-1825 гг. Идея издания была выдвинута на собрании декабристов, происходившем у Рылеева.

Вокруг «Полярной звезды» сосредоточились не только декабристы-литераторы, но и все выдающие­ся писатели 20-х годов. Кроме самих декабристов, в нем печатали свои произведения Пушкин, Гри­боедов, Вяземский, Баратынский, Д.Давыдов, Дель­виг, Крылов, Жуковский и др. Бестужев и Рылеев так подбирали произведения для альманаха, чтобы читатель получил книжку не только лучших произ­ведений литературного года, но и почерпнул бы в них передовые идеи времени. Каждое стихотворе­ние или очерк, повесть или статья так или иначе помогали воспитанию читателя в декабристском ду­хе, и в этом заключается значение «Полярной звез­ды». Декабристы считали альманах своим органом и всячески способствовали его распространению. Тираж его был огромным для того времени - он достигал полутора тысяч.

«Полярная звезда» отличалась строгостью отбора материала. Каждое произведение так или иначе «ра­ботало» на декабристов, даже если оно принадле­жало перу писателей недекабристского круга. Изда­тели альманаха выработали строгие принципы составления книжек. Роль передовой отводилась лите­ратурно-критическим обзорам А.А.Бестужева.

Основа обозрений Бестужева - краткие, но выра­зительные характеристики этапов истории русской литературы, общественно-политических условий ее развития, оценки творчества писателей и их важней­ших произведений. Буквально в нескольких словах Бестужев умел показать отличительные особенности творчества писателя.

Рассматривая литературные явления с декабри­стских позиций, Бестужев неизменно пропагандиру­ет творчество тех литераторов, произведения кото­рых созвучны декабристским идеям.

«Гром отдаленных сражений одушевляет слог ав­торов, - писал о характере современной литерату­ры А.А.Бестужев, - и пробуждает праздное вни­мание читателей… и под политической печатью сло­весность кружится в обществе». Уделяя огромное внимание произведениям на исторические темы, переносясь в эпохи борьбы за свободу, декабристы заявляли, что цель этих исторических произведений «обнаруживается в приноровлении, которое может сделать сам читатель».

Определяя направленность творчества Рылеева, А.А.Бестужев писал, что его цель - «возбуждать доблести сограждан подвигами предков».

Особенно явственно «политической печатью» от­мечены речи и монологи героев, которые были ха­рактерны для декабристской литературы и несли главный публицистический заряд.

Такие речи-монологи были почти всегда важней­шей составной частью рылеевских дум. Вот монолог Рогнеды из одноименной думы, напечатанной в «Полярной звезде»:

Впервые днесь ропщу... Увы!

Почто губителя отчизны

Сразить не допустили вы

И совершить достойной тризны!

С какою б жадностию я

На брызжущую кровь глядела,

С каким восторгом бы тебя,

Тиран, угасшего узрела.

Обширную речь героя вводит А.А.Бестужев-Марлинский в свою повесть «Роман и Ольга», пове­ствующую о борьбе вольного Новгорода за свою независимость от московского князя:

«Вольные местичи вольного Новагорода!.. Вам предлагают купить мир - временною уступкою прав своих и вечным стыдом родины. Граждане! разве не испытали вы, что уступки становятся чужим пра­вом? разве серебряным лезвием отразили предки булат Андрея Боголюбского? - Наш колокол не дает спать в Кремле Василию: заснем ли мы под грозою?., или нет в Новегороде сердец новогород­ских, или не стало мечей, или мы разучились вла­деть ими?»

О каких бы событиях истории ни шла речь в про­изведениях декабристов, под прозрачной маской историзма читатель угадывал, что это - обраще­ние к сегодняшнему дню, что устами исторических героев говорят с читателем декабристы, проповедуя свои идеи. Призыв к восстанию, к решительной борьбе с угнетением и несправедливостью - вот пафос творчества декабристов-литераторов и публи­цистов.

К «Полярной звезде» в 1824 году присоединилась «Мнемозина» В.К.Кюхельбекера и В.Ф.Одоев­ского. Этот альманах издавался в Москве че­тыре раза в год объемистыми книжками боль­шого формата. Уже внешний вид альманаха и его периодичность говорили о журнальном характере «Мнемозины».

Здесь печатались произведения А.С.Грибоедова, А.С.Пушкина, Д.В.Давыдова, П.А.Вяземского. Грибоедов опубликовал в «Мнемозине» своего «Давида», в котором воспевается победа над Голиафом - победа свободы. Борьбе двух братьев - республиканца и тирана - посвя­щен отрывок из трагедии Кюхельбекера «Аргивяне». Кюхельбекер в «Мнемозине» активно поддержал критику дворянского общества, раздавшуюся со страниц «Полярной звезды». Дополняя характери­стики, данные Бестужевым, Кюхельбекер в своем фельетоне «Земля безглавцев» создал сатирическую картину дворянского общества. Характеризуя жи­телей фантастической страны Акефалии (Земли безглавцев), Кюхельбекер показывает, что «нормальное» воспитание там состоит в отпиливании го­ловы и вытравливании сердца. Но люди, над которыми проделали эти «воспитательные операции», вовсе не теряют светских качеств. При таком воспи­тании сохраняется остроумие и красноречие, «быст­рота и легкость в разговорах», - а что еще надо для светской беседы, в которой «они все твердят одно и то же». Важен для этого общества и еще один результат такого воспитания: «Избавившись от голов и сердец, акефалийцы получают ненасыт­ную страсть к палочным ударам, которые состав­ляют их текущую монету». Таков дворянин - акефалиец, безголовое остроумие которого сочетается с приверженностью к палочному правлению. Сарка­стический смех над светским обществом завер­шается в фельетоне резким обличением: «Безглавцы омерзели мне по своему нелепому притворству: они беспрестанно твердят о головах, которых не имеют, о доброте своих сердец, которыми гнушают­ся. Получающие самые жестокие побои, ищу­щие их везде, где только могут, утверждают, что их ненавидят».

Декабристы создали литературу высокого гражданского пафоса, в которой постоянно звучала проповедь подвига во имя освобождения отечества от рабства и угнетения. Их творчество было публи­цистично, тенденциозно в лучшем смысле слова.

Заключение

Публицистическая деятельность декабристов обо­рвалась выстрелами на Сенатской площади. Реак­ция торжествовала: «Первые два выстрела рассея­ли безумцев с «Полярною звездою», Бестужевым, Рылеевым и достойными их клевретами», - писал Н.М.Карамзин.

Мечта декабристов не сбылась, но я считаю, что их деятельность составляет важный период истории русской передовой публицистики. Продолжая традиции журналистов — просвети­телей XVIII века, наследуя публицистиче­скую направленность произведений Радищева, де­кабристы внесли свой заметный вклад в сокровищ­ницу публицистического мастерства. Прав был Кюхельбекер, утверждая, что декабристы научились «облекать полемику в ост­роумную одежду разговоров». На мой взгляд, работы, с которыми я познакомилась, - это достойный пример для подражания многим современным публицистам. Мне, как будущему журналисту, есть чему поучиться, ведь публицистика декабристов – это классика.

Список используемой литературы

1. А.Ю.Щербаков. Декабристы. Заговор против России, Нева, 2005г

2. Декабристы. Эстетика и критика, М., 1991г

3. Мемуары декабристов. Правда, 1988г

4. В.Г.Базанов. Очерки декабристской литературы. Пуб­лицистика. Проза. Критика. М, 1953г

5. А.Г.Цейтлин. Творчество Рылеева. М., 1955г

6. Декабристы. Поэзия. Драматургия. Проза. Публици­стика. Литературная критика. М.—Л., 1951г

7. Избранные социально-политические и философские произведения декабристов в трех томах. М., 1951г

8. Очерки по истории русской журналистики и критики, т. 1 Л., 1950г

Скачать архив с текстом документа