Египетские хроники. Осирис, Апполон, Геракл, Пан, Лабиринт, Город Крокодилов 

Главная

Геродот

    

                  Геродот. История. Книга вторая. Евтерпа.

1-9 10-19 20-29 30-39 40-49

50-59 60-69 70-79 80-89 90-99

100-109 110-119 120-129 130-139

140-149 150-159 160-169 170-179 180-182

 

 

140. А лишь только эфиопский царь покинул Египет, слепец Анисис снова

воцарился, возвратившись из [прибрежной] низменности. Там он пробыл 50 лет

и насыпал остров из золы и земли. Ведь, кроме съестных припасов, которые он

приказывал египтянам тайно от эфиопского царя доставлять себе, египтяне

должны были приносить в дар слепому царю также золу. Остров же этот вплоть

до времени царя Амиртея никому не удавалось отыскать. Более 700 лет цари,

предшественники Амиртея, тщетно пытались найти его. Называется же этот

остров Эльбо, а длина и ширина его 10 стадий.

 

141. После Анисиса царствовал жрец Гефеста по имени Сетос152. Этот царь

беэрассудно пренебрегал кастой египетских воинов153, как будто вовсе не

нуждаясь в них. Он даже обижал их и отнял у них земли, пожалованные

прежними царями154 (каждому по 12 отборных участков). После этого пошел

войной на Египет с сильным войском Санахариб, царь арабов и ассирийцев. И

вот египетские воины отказались выступить в поход. А царь-жрец, доведенный

до отчаяния, вступил в святилище155 и стал с рыданьями горько жаловаться на

свою тяжкую участь перед кумиром божества. Когда царь так рыдал, напал на

него сон и во сне предстал ему бог и, ободряя его, сказал: "Пусть царь,

ничего не боясь, идет на арабское войско; он, бог, сам пришлет ему помощь".

Ободренный этим сновидением, царь взял с собой египтян, готовых следовать

за ним, и разбил стан в Пелусии (там ведь находятся "ворота" Египта).

Впрочем, никто из воинов не пошел с царем, но только мелочные торговцы,

ремесленники и разный сброд с рынка. Когда они прибыли в Пелусий, то ночью

на вражеский стан напали стаи полевых мышей156 и изгрызли их колчаны, луки

и рукоятки щитов, так что на следующий день врагам пришлось безоружными

бежать и множество врагов пало. И поныне еще в храме Гефеста стоит каменная

статуя этого царя157. Он держит в руках мышь, и надпись на статуе гласит:

"Взирай на меня и имей страх божий!".

 

142. До сих пор египтяне и их жрецы передавали мне сказания о стародавних

временах. Они объяснили мне, что со времени первого египетского царя и до

этого последнего жреца Гефеста прошло 341 поколение людей и за это время

было столько же верховных жрецов и царей. Но 300 поколений составляет 10000

лет, считая по три поколения в столетие. Да сверх 300 еще 41 поколение дает

1340 лет. Таким образом, по словам жрецов, за 11340 лет в Египте

царствовали только смертные люди, а не боги в человеческом образе. Так же и

среди царей, правивших в Египте до или после этого времени, по их мнению,

не было богов в человеческом образе. В это время, рассказывали жрецы,

солнце четыре раза восходило не на своем обычном месте: именно, дважды

восходило там, где теперь заходит, и дважды заходило там, где ныне

восходит. И от этого не произошло в Египте никакой перемены в смысле

плодородия почвы и растений, режима реки, болезней или людской смертности.

 

143. Когда однажды историк Гекатей158 во время пребывания в Фивах

перечислил жрецам свою родословную (его родоначальник, шестнадцатый предок,

по его словам, был богом), тогда жрецы фиванского Зевса поступили с ним так

же, как и со мной, хотя я и не рассказывал им своей родословной. Они

привели меня в огромное святилище [Зевса] и показали ряд колоссальных

деревянных статуй. Их было действительно столько, сколько я перечислил

выше. Каждый верховный жрец ставил в храме еще при жизни себе статую. Так

вот, жрецы перечисляли и показывали мне все статуи друг за другом: всегда

сын жреца следовал за отцом. Так они проходили по порядку, начиная от

статуи скончавшегося последним жреца, пока не показали все статуи. И вот,

когда Гекатей сослался на свою родословную и в шестнадцатом колене возводил

ее к богу, они противопоставили ему свои родословные расчеты и оспаривали

происхождение человека от бога. Противопоставляли же они свои расчеты вот

как. Каждая из этих вот колоссальных статуй, говорили они, это –

"пиромис"159 и сын пиромиса, пока не показали ему одну за другой 345

колоссальных статуй (и всегда пиромис происходил от пиромиса), но не

возводили их происхождения ни к богу, ни к герою. "Пиромис" же по-эллински

означает "прекрасный и благородный человек".

 

144. Так вот, такими и были все эти люди, статуи которых там стояли, а

вовсе не богами. Правда, до этих людей в Египте царствовали боги, которые

жили совместно с людьми, и один из них всегда был самым могущественным.

Последним из этих царей был Ор, сын Осириса, которого эллины зовут

Аполлоном. Низложив Тифона, он стал подлинным царем-богом в Египте. А

Осирис – по-эллински Дионис.

 

145. У эллинов самыми младшими из богов считаются Геракл, Дионис и Пан. У

египтян же, напротив, Пан – самый древний бог, один из сонма так называемых

восьми160 первых богов. А Геракл принадлежит к сонму двенадцати так

называемых вторых богов, Дионис – к третьему сонму, который произошел от

этих двенадцати богов. Сколько лет, по словам египтян, прошло от Геракла до

царя Амасиса, я уже упомянул выше161. От Пана, по их расчетам, прошло еще

больше времени, от Диониса же гораздо меньше, хотя все-таки до царя Амасиса

– 15000 лет. И это, как утверждают египтяне, они знают точно, так как

всегда вычисляют и записывают года [царей и верховных жрецов]. Напротив, от

Диониса, которого считают сыном Семелы, дочери Кадма, до нашего времени

протекло самое большее 1600 лет, от Геракла, сына Алкмены, – около 900 лет,

а от Пана, сына Пенелопы (эллины ведь считают Пана сыном Гермеса и

Пенелопы), прошло до сегодняшнего дня еще меньше лет, чем от Троянской

войны, – только 800 лет.

 

146. Итак [что касается Диониса и Пана], то из этих двух сказаний о них

всякий волен принимать то, какое ему кажется более вероятным. Мое же

собственное мнение о происхождении эллинских богов я уже высказал162.

Действительно, если бы Дионис, сын Семелы, и Пан, сын Пенелопы, так же как

и Геракл, сын Амфитриона, стали знаменитыми героями и жили в Элладе, тогда

и о них, так же как и о Геракле, можно было бы сказать, что они были

простыми смертными людьми и носили лишь имена более древних богов. Однако

эллины рассказывают, что Зевс тотчас же после рождения зашил Диониса в свое

бедро и отнес на Нису, что в Эфиопии выше Египта; и о Пане они не могут

вообще ничего сказать: куда он попал после рождения. Поэтому я убежден, что

оба эти бога стали известны эллинам гораздо позднее других богов, а время,

когда эллины узнали этих богов, они приняли за время их рождения.

 

147. Все это мне сообщили сами египтяне. Теперь же я буду продолжать

историю этой страны, как мне передавали (кроме египтян) другие ее жители и

согласно с ними египтяне. Прибавлю к этому и виденное мною собственными

глазами. После освобождения Египта [от эфиопов] и правления Гефестова жреца

египтяне (они ведь не могли жить без царей) разделили весь Египет на

двенадцать частей и поставили двенадцать царей163. Эти цари породнились

между собою путем браков и заключили договор [в том, чтобы] не свергать

друг друга и не отнимать земли, но жить всегда в дружбе. Причина же

заключения этого договора, который они твердо соблюдали, была вот какая.

Дано им было тотчас же по достижении власти предсказание оракула: кто из

них совершит возлияние из медной чаши в святилище Гефеста, тот станет царем

над всем Египтом. Поэтому цари обыкновенно собирались во все святилища все

вместе [для жертвоприношений].

 

148. И вот они решили оставить общий памятник, а, решив это, воздвигли

лабиринт164 немного выше Меридова озера близ так называемого Города

Крокодилов. Я видел этот лабиринт: он выше всякого описания. Ведь если бы

собрать все стены и великие сооружения, воздвигнутые эллинами, то, в общем,

оказалось бы, что на них затрачено меньше труда и денежных средств, чем на

один этот лабиринт. А между тем храмы в Эфесе и на Самосе165 – весьма

замечательны. Конечно, пирамиды – это огромные сооружения, и каждая из них

по величине стоит многих творений [эллинского строительного искусства],

вместе взятых, хотя и они также велики. Однако лабиринт превосходит

[размерами] и эти пирамиды. В нем двенадцать дворов с вратами,

расположенными одни против других, причем шесть обращены на север, а шесть

на юг, прилегая друг к другу. Снаружи вокруг них проходит одна единственная

стена. Внутри этой стены расположены покои двух родов: одни подземные,

другие над землею, числом 3000, именно по 1500 тех и других. По надземным

покоям мне самому пришлось проходить и осматривать их, и я говорю о них как

очевидец. О подземных же покоях знаю лишь по рассказам: смотрители-египтяне

ни за что не желали показать их, говоря, что там находятся гробницы царей,

воздвигших этот лабиринт, а также гробницы священных крокодилов. Поэтому-то

я говорю о нижних покоях лишь понаслышке. Верхние же покои, которые мне

пришлось видеть, превосходят [все] творения рук человеческих. Переходы

через покои и извилистые проходы через дворы, будучи весьма запутанными,

вызывают чувство бесконечного изумления: из дворов переходишь в покои, из

покоев в галереи с колоннадами, затем снова в покои и оттуда опять во

дворы. Всюду каменные крыши, так же как и стены, а эти стены покрыты

множеством рельефных изображений. Каждый двор окружен колоннами из

тщательно прилаженных кусков белого камня. А на углу в конце лабиринта

воздвигнута пирамида166 высотой 40 оргий с высеченными на ней огромными

фигурами. В пирамиду ведет подземный ход167.

 

149. Как ни поразителен этот лабиринт своей грандиозностью, но еще большее

удивление вызывает так называемое Меридово озеро, на берегу которого он

стоит. Окружность этого Меридова озера составляет 3600 стадий, или 60

схенов, т. е. как раз равняется длине всей прибрежной полосы Египта. В

длину озеро простирается с севера на юг, и в самом глубоком месте глубина

его 50 оргий. А то, что оно – произведение рук человеческих и вырыто

искусственно, это ясно видно. Почти что посредине озера стоят две пирамиды,

возвышающиеся на 50 оргий над водой; такой же глубины и их подводная часть.

Рядом с каждой пирамидой поставлена колоссальная каменная статуя,

восседающая на троне168. Таким образом, высота этих пирамид 100 оргий, а

100 оргий равняется как раз 1 стадии и 6 плефрам, так как оргия имеет 6

футов, или 4 локтя; фут же равен 4 пяденям, а локоть – 6 пяденей. Вода же в

озере не ключевая (местность эта совершенно безводна), а проведена по

каналу из Нила, и шесть месяцев она течет в озеро, шесть месяцев – обратно

в Нил. Во время отлива воды рыбная ловля в озере доставляет доход царской

казне каждый день по 1 таланту серебра, а за время прилива – только 20 мин.

 

150. Местные жители рассказывали, что озеро это имеет подземный выход в

ливийском Сирте: оно течет под землей на запад внутрь страны вдоль горного

хребта, что выше Мемфиса. Так как я нигде не видел [отвалов] земли, вынутой

из водоема, то, заинтересовавшись этим, я спросил окрестных жителей, где же

выкопанная земля. А те рассказали мне, куда ее отнесли, и их сообщения мне

показались правдоподобными. Ведь я слышал, что в городе Нине в Ассирии с

землей сделали то же самое, что и здесь. Там грабители задумали похитить

великие сокровища царя Сарданапала, сына Нина, хранившиеся в подземных

сокровищницах. Так вот, грабители принялись копать подземный ход от своего

собственного дома к царскому дворцу. Землю же, вынимаемую из прокопа, ночью

сбрасывали в реку Тигр, текущую у Нина, пока, наконец, не достигли своей

цели. Подобным же образом, как я слышал, было выкопано озеро и в Египте,

только работа велась не ночью, а днем: выкопанную землю египтяне относили в

Нил, который, естественно, принимал ее и рассеивал своим течением. Так-то,

по рассказам, было выкопано это озеро.

 

151. А двенадцать царей, верно соблюдали свой договор; но однажды, когда

они приносили жертву в храме Гефеста и хотели в последний день праздника

совершить возлияние, верховный жрец по ошибке подал им вместо двенадцати

золотых жертвенных чаш, в которых обычно совершалось возлияние, только

одиннадцать. Тогда последний царь Псамметих, так как у него не было чаши,

снял с головы медный шлем и протянул его для возлияния. Все цари носили

тогда медные шлемы, и они были в это время у них на головах. Псамметих,

однако, протянул свой шлем без всякого коварного умысла, а другие заметили

поступок Псамметиха и вспомнили предсказание оракула о том, что совершивший

возлияние из медной чаши будет царствовать над всем Египтом. Так вот,

вспомнив об этом, они все же решили не лишать жизни Псамметиха, так как

после допроса нашли, что он совершил это неумышленно. Тем не менее они

постановили лишить его большей части владений и изгнать в прибрежную

[низменную] область страны, запретив общение с остальным Египтом.

 

152. А этому Псамметиху уже прежде однажды пришлось бежать от эфиопского

царя Сабака, который убил его отца Неко. Сам он спасся тогда бегством в

Сирию. Когда затем эфиопский царь, побуждаемый сновидением, удалился [из

Египта], египтяне, жители Саисской области, вернули Псамметиха назад.

Теперь, уже будучи царем, Псамметиху вторично пришлось бежать в прибрежную

низменность от одиннадцати царей из-за шлема. Почувствовав себя тяжко

оскорбленным, Псамметих задумал отомстить своим гонителям. Он вопросил

оракул Латоны в городе Буто, где находится самое правдивое прорицалище в

Египте, и получил ответ: "Отмщенье придет с моря, когда на помощь явятся

медные люди". А Псамметих ни за что не хотел поверить, что спасение ему

принесут медные люди. Через некоторое время, однако, ионян и карийцев,

которые занимались морским разбоем, случайно занесло ветрами в Египет. Они

высадились на берег в своих медных доспехах, и один египтянин, никогда

прежде не видавший людей в медных доспехах, прибыл к Псамметиху в

прибрежную низменность с вестью, что медные люди пришли с моря и разоряют

поля. Царь же понял, что сбывается прорицание оракула, вступил в дружбу с

ионянами и карийцами, и великими посулами ему удалось склонить их поступить

к нему на службу наемниками. А когда он склонил их, то со своими

египетскими сторонниками и с помощью этих наемников свергнул других

царей169.

 

153. Став царем над всем Египтом, Псамметих воздвиг южные преддверия

святилища Гефеста в Мемфисе, а для Аписа – двор против преддверий, где

держат [это священное животное], когда оно появится. Двор этот окружен со

всех сторон колоннадой с рельефными фигурами. Вместо столбов опорами двора

служат колоссальные статуи 12 локтей высотой. Апис же по-эллински

называется Эпафом.

 

154. Ионянам же и карийцам, которые помогли ему [вступить на престол],

Псамметих пожаловал участки земли для поселения друг против друга на обоих

берегах Нила. Эти поселения назывались станами. Земли эти царь пожаловал им

и, кроме того, все остальное по обещанию. Он передал им даже египетских

юношей на обучение эллинскому языку. Эти египтяне – предки теперешних

толмачей в Египте. А ионяне и карийцы долгое время жили в этой области. Она

лежит по направлению к морю немного выше города Бубастиса, у так

называемого Пелусийского устья Нила. Впоследствии царь Амасис повелел им

оставить эту местность и переселил в Мемфис, сделав их телохранителями для

защиты от своих же египтян. С этими поселенцами эллины, естественно,

поддерживали сношения, и потому-то мы так хорошо осведомлены обо всех

событиях в Египте со времени Псамметиха и позднее. Они были первыми

иноземцами, поселившимися в Египте. В тех местах, откуда их переселил

Амасис, еще до моего времени виднелись остатки корабельных верфей и жилищ.

Так-то Псамметих стал царем Египта.

 

155. Я уже неоднократно упоминал о прорицалище [в Буто] в Египте и теперь

хочу подробнее рассказать об этом достопамятном месте. Это египетское

прорицалище находится в храме Латоны в большом городе у так называемого

Себеннитского устья Нила, если плыть от моря внутрь страны. Имя этого

города, где находится оракул, Буто, как я только что сказал. Кроме того, в

этом Буто есть еще святилище Аполлона и Артемиды. Храм же Латоны, где

именно и находится оракул, и сам очень велик, а его преддверия 10 оргий

высотой. Я должен еще упомянуть о том, что меня больше всего поразило из

виденного в этом святилище. На этом священном участке Латоны воздвигнуто

храмовое здание, высеченное целиком из одного камня. Стены его одинаковой

высоты и ширины, именно 40 локтей. Кровлю над ним образует другой камень с

выступом в 4 локтя.

 

156. Это храмовое здание, таким образом, – самое удивительное из того, что

можно видеть в этом святилище. Но почти столь же замечателен и остров под

названием Хеммис. Лежит остров на большом и глубоком озере рядом со

святилищем в Буто. Египтяне же утверждают, будто это плавучий остров. Я-то

сам, впрочем, не видел, чтобы он плавал или двигался, и был весьма удивлен,

услышав, что в самом деле могут существовать плавучие острова. На нем стоит

большой храм Аполлона и воздвигнуты три алтаря и, кроме того, растет много

пальм и других плодоносных и неплодоносных деревьев. Египтяне передают вот

какое сказание о плавучем острове, который раньше не был плавучим. Когда

Латона, принадлежавшая к сонму восьми древних богов, жила в Буто, где ныне

находится ее прорицалище, Исида передала ей на попечение Аполлона. Латона

сохранила Аполлона и спасла на так называемом ныне плавучем острове, когда

всюду рыскавший Тифон пришел, чтобы захватить сына Осириса. По словам

египтян, Аполлон и Артемида – дети Диониса и Исиды. Латона же была их

кормилицей и спасительницей. У египтян Аполлон называется Ором, Деметра –

Исидой, а Артемида – Бубастис. Из этого-то сказания, и не из какого

другого, Эсхил, сын Евфориона, заимствовал то, что я сейчас скажу и чего

нет ни у кого из прежних поэтов. Именно в одной своей трагедии он изобразил

Артемиду дочерью Деметры170. Вот почему остров этот стал плавучим, как по

крайней мере рассказывают египтяне.

 

157. Псамметих же царствовал в Египте 54 года. 29 лет171 он провел, осаждая

большой сирийский город Азот, и наконец взял его. Ни один из известных нам

других городов не выдержал столь долгой осады.

 

158. У Псамметиха был сын Неко, который после него стал царем Египта. Он

первым начал строить канал, ведущий в Красное море, который потом продолжил

персидский царь Дарий. Длиной этот канал в четыре дня пути и был выкопан

такой ширины, что две триеры могли плыть рядом. Вода в него проведена из

Нила немного выше города Бубастиса. Затем канал проходит мимо аравийского

города Патума и впадает в Красное море. Сначала канал пересекает часть

египетской равнины, примыкающую к Аравии. Южнее этой низменной полосы

возвышается гора, которая тянется до Мемфиса, где находятся каменоломни. У

подошвы этой горы канал долго идет в направлении с запада на восток, затем

поворачивает на юг в ущелье, ведущее через город, и, наконец, впадает в

Аравийский залив. Самый прямой и короткий путь идет из Северного моря к

Южному, так называемому Красному морю, т. е. от горы Касия (на границе

Египта и Сирии) до Аравийского залива, [и составляет] ровно 1000 стадий.

Это кратчайший путь, канал же гораздо длиннее, потому что извилист. На

строительстве канала при царе Неко погибло 120.000 египтян. Впрочем, Неко

велел прекратить работы в силу неблагоприятного изречения оракула.

Изречение это гласило, что царь строит канал только на пользу варварам.

Варварами же египтяне называют всех, кто не говорит на их языке.

 

159. Итак, Неко не закончил строительства канала и выступил в поход. Он

велел построить триеры, как в Северном море, так и в Аравийском заливе для

Красного моря. Их верфи можно видеть там еще и поныне. В случае нужды царь

всегда пользовался этими кораблями. [С этим флотом] Неко напал на Сирию и

одержал победу при Магдоле. А после битвы он взял большой сирийский город

Кадитис. Свои доспехи, в которых совершил эти подвиги, он посвятил

Аполлону, отослав их в святилище бранхидов в Милетской области. Затем после

16-летнего правления Неко скончался и оставил царство своему сыну

Псаммису172.

 

160. В царствование этого Псаммиса прибыли в Египет послы элейцев и стали

похваляться тем, что устроили Олимпийские игры по самым справедливым и

прекрасным законам на свете. Кроме того, по их словам, даже сами египтяне,

мудрейший народ на свете, не могли бы придумать ничего лучше [и

справедливее]. Итак, когда элейцы прибыли в Египет и изложили царю дело,

ради которого приехали, царь этот велел созвать египтян, славных своей

великой мудростью. Мудрецы собрались и стали расспрашивать элейцев, какие у

тех правила и порядки на олимпийских состязаниях. Элейцы рассказали им все,

прибавив в заключение, что прибыли сюда узнать, не могут ли египтяне

придумать еще более беспристрастные правила и порядки на состязаниях. А

мудрецы, посоветовавшись, спросили, принимают ли участие на состязаниях

также элейские граждане. Те ответили, что и они также могут состязаться

подобно всем другим эллинам. Египтяне же на это возразили, что такими

порядками они совершенно нарушают беспристрастие: ведь как судьи они не

могут беспристрастно относиться к борцу из своих граждан и не обижать

чужеземцев. Если же они желают проводить состязания действительно по

справедливости и ради этого прибыли в Египет, то должны допускать к

состязаниям только иноземцев и исключить всех элейцев. Такой ответ дали

египтяне элейцам.

 

161. Псаммис царствовал в Египте всего шесть лет. Он совершил поход в

Эфиопию и вскоре затем скончался. Наследовал ему сын Априй. Это был самый

счастливый царь из всех древних царей после своего прапрадеда Псамметиха.

Царствовал он 25 лет. За это время он ходил войной на город Сидон и

сражался на море с тирским царем. С Априем случилось несчастье по причине,

о которой я упомяну здесь лишь вскользь, чтобы подробно рассказать потом

при описании Ливии. Априй послал войско против Кирены, но оно потерпело

тяжкое поражение. За это египтяне распалились на царя и подняли восстание,

так как полагали, что он, желая извести их, намеренно послал на явную

погибель, чтобы самому более надежно править над остальными. Так вот,

уцелевшие от гибели египтяне и их друзья, возмущенные этим, подняли

открытый мятеж.

 

162. Получив весть о восстании, Априй послал к мятежникам Амасиса успокоить

их посулами. Когда же Амасис прибыл и стал уговаривать их, какой-то

египтянин во время его речи сзади надел ему шлем на голову и объявил, что

этим коронует его на царство. Это произошло отнюдь не против воли Амасиса,

что он и не замедлил доказать. Когда мятежники провозгласили его царем,

Амасис стал готовиться к борьбе с Априем. Априй же, узнав об этом, отправил

к Амасису одного знатного египтянина из своей свиты, по имени Патарбемис, с

приказанием доставить Амасиса к нему живым. Когда этот Патарбемис прибыл и

стал звать Амасиса к царю, Амасис, приподнявшись в седле (он как раз в это

время сидел на коне), испустил ветер и сказал Патарбемису, чтобы тот отнес

это Априю. Патарбемис все же настаивал, чтобы Амасис явился к царю, если уж

тот послал за ним. Амасис же отвечал, что давно уже собирался это сделать и

Априю не придется гневаться на него: скоро он сам придет к царю и других

еще приведет с собой к нему. Патарбемис же прекрасно понял смысл этих слов.

Он видел приготовления к войне и поспешно уехал, чтобы немедленно сообщить

царю о положении дел. Когда же Патарбемис явился к Априю, то царь,

разгневавшись, не дал сказать ни слова и приказал отрезать ему уши и нос.

Когда остальные египтяне, до сих пор еще верные царю, увидели такое

отвратительное поругание знатнейшего человека из своей среды, то немедленно

перешли на сторону мятежников и предались Амасису.

 

163. При известии об этом Априй вооружил наемников и выступил против

восставших египтян. А было у него 30.000 наемников – карийцев и ионян. В

городе Саисе у царя был также большой и замечательный дворец. Итак, Априй

шел войной на своих же египтян, а Амасис – против чужеземных наемников. В

городе Момемфисе оба войска сошлись и начали сражение.

 

164. В Египте существует семь различных каст: жрецы, воины, коровьи

пастухи, свинопасы, мелочные торговцы, толмачи и кормчие. Столько каст в

Египте, а названия каст взяты по роду занятий [их членов]. Каста воинов

делится на так называемых каласириев и гермотибиев, которые живут в

следующих округах (весь Египет ведь разделен на округа).

 

165. Гермотибии живут в округах: Бусирис, Саис, Хеммис, Папремис, на

острове по имени Просопитида и в Нафо. Это – округа гермотибиев173,

численность которых, когда их было больше всего, доходила до 160.000

человек. Никто из них не занимается никаким ремеслом, но только военным

делом.

 

166. Каласирии же обитают в следующих округах: Фивы, Бубастис, Афтис,

Танис, Мендес, Себеннис, Атрибис, Фарбаис, Фмуис, Онуфис, Анисис,

Миекфорис. Последний находится на острове против города Бубастиса. Это –

округа каласириев174, численность которых, когда их было больше всего,

доходила до 250.000 человек. Им также не дозволено заниматься никаким

ремеслом, но только военным, которому сын учится от отца.

 

167. Научились ли эллины от египтян также и этому, я не могу определенно

решить. Я вижу только, что и у фракийцев, скифов, персов, лидийцев и почти

всех других варварских народов меньше почитают ремесленников, чем остальных

граждан. Люди же, не занимающиеся физическим трудом, считаются

благородными, особенно же посвятившие себя военному делу. Так вот, этот

обычай переняли все эллины, и, прежде всего, лакедемоняне. Менее же всего

презирают ремесленников в Коринфе.

 

168. Кроме жрецов, только воины в Египте пользовались особыми

преимуществами: каждому из них [с семьей] жаловалось [в надел] по 12 арур

отборной земли, не облагаемой налогом. Арура же составляет 100 квадратных

египетских локтей; египетский же локоть по величине равняется самосскому.

Так вот, столько земли жаловалось каждому [воину] в собственность. Кроме

того, от времени до времени и попеременно они получали еще следующие

доходы: тысяча каласириев и столько же гермотибиев ежегодно служили

царскими телохранителями. Последние, кроме доходов с земельных наделов,

получали ежедневно по 5 мин хлеба, по 2 мины говядины и по 4 аристеры вина

на каждого. Таково было постоянное жалование телохранителей.

 

169. Итак, после того как Априй во главе наемников и Амасис со всеми

египтянами прибыли к городу Момемфису, началась битва. Хотя наемники храбро

сражались, но все же потерпели поражение, так как значительно уступали

врагам численностью. По рассказам, Априй воображал, что даже бог не может

лишить его царства. Столь прочно, казалось ему, сидит он на престоле. Но

все же тогда он был побежден в бою, захвачен в плен и уведен в город Саис в

свой прежний дворец, теперь уже принадлежавший Амасису. Сначала Априя

некоторое время содержали в царском дворце, и Амасис хорошо обходился с

ним. В конце концов, когда египтяне стали роптать (они считали, что Амасис

несправедливо поступает, оставляя жизнь своему и их злейшему врагу), и

Амасису пришлось выдать им Априя. Египтяне же задушили его и затем предали

погребению в усыпальницах предков. Эти усыпальницы находятся в храме Афины

очень близко от главного святилища, как войдешь, так по левую руку. А

хоронили саисцы в этом святилище всех своих царей саисской династии. Так же

и усыпальница Амасиса – во дворе храма, хотя и дальше от главного

святилища, чем Априева и его предков. Она представляет собой обширную

каменную галерею с колоннами в виде пальм и другими украшениями. В этой

галерее находятся два [двухстворчатых] портала, а за ними [в нише] стоит

саркофаг.

 

170. В том же саисском святилище Афины есть и гробница того, чье имя я не

считаю позволительным здесь разглашать175. Она находится позади храмового

здания вдоль всей стены храма Афины. Затем внутри этой священной ограды

стоят высокие каменные обелиски и расположено озеро, обложенное по краям

очень красиво камнем, по-моему, такой же величины, как так называемое

Круглое озеро на Делосе176.

 

171. На этом-то озере во время ночных бдений египтяне представляют действа,

[изображающие] страсти бога. Эти представления они называют мистериями.

Впрочем, об этом я буду хранить молчание, хотя и мог бы сообщить более

подробно о том, что происходит на этих действах. Так же хочу я умолчать и

об обрядах на празднике Деметры177, который эллины называют Фесмофориями,

поскольку непосвященным сообщать об этом не дозволено. Дочери Даная

принесли к нам из Египта этот праздник и обряды [Деметры] и научили им

пеласгических женщин. Впоследствии же, когда дорийцы изгнали из Пелопоннеса

всех прежних жителей, эти [мистические] празднества совершенно

прекратились. Только аркадцы – единственное племя, которое не было изгнано

и осталось от древнего населения Пелопоннеса, – сохранили их.

 

172. Так-то после свержения Априя воцарился Амасис родом из Саисского

округа, из города по имени Сиуф. Сперва египтяне мало уважали и ни во что

не ставили царя, так как прежде он был простым гражданином и даже

незнатного рода. Потом, однако, Амасису удалось завоевать их расположение

хитростью, но деликатным способом. Среди несметных сокровищ был у него

умывальный таз, из которого сам царь и все его гости всегда умывали ноги.

Этот-то таз Амасис велел расплавить, отлить из него статую бога и

воздвигнуть в самом оживленном месте города. Египтяне же, проходя мимо

статуи, благоговейно молились ей. Когда же Амасис услышал об этом, то

повелел призвать к себе египтян и объявил им, что статуя [бога] сделана из

того таза для омовения ног, куда они раньше плевали, мочились и где умывали

ноги, а теперь ее благоговейно почитают. Вот и с ним, прибавил царь,

произошло примерно то же самое, что с этим тазом. Пусть когда-то прежде

Амасис был только простым гражданином, а теперь – он их царь. Поэтому они

должны почитать и уважать его. Так-то Амасис расположил к себе египтян, так

что они добровольно согласились служить ему.

 

173. Порядок [ежедневных] занятий Амасис установил такой: ранним утром еще

до времени, когда народ собирается на рынок, царь усердно разбирал дела,

которые ему докладывали. Затем он пировал и легкомысленно и весело шутил со

своими застольными друзьями. Друзей же царя удручало его поведение, и они

упрекали его такими словами: "Царь! Ты умаляешь свое царское достоинство,

предаваясь таким легкомысленным и пустяковым занятиям. Тебе следовало бы,

восседая на пышном троне, целый день заниматься делами. Тогда египтяне

поняли бы, что над ними властвует действительно великий муж, и о тебе пошла

бы лучшая слава. А теперь ты ведешь жизнь вовсе не такую, как подобает

царю". А царь возразил им: "Стрелок натягивает свой лук, только когда он

нужен, и спускает тетиву, когда нет нужды. Ведь если бы лук был постоянно

натянут, он бы лопнул, и его нельзя уже было бы пустить в дело в случае

надобности. Такова же и человеческая природа: если бы человек вздумал

всегда предаваться серьезным делам, не позволяя себе никаких развлечений и

шуток, то либо неприметно впал бы в безумие, либо сразу был бы разбит

параличом. Поэтому-то я всему уделяю свое время". Так он отвечал своим

друзьям.

 

174. Как говорят, Амасис, будучи еще простым гражданином, очень любил

выпить и пошутить и вовсе не имел склонности к серьезным занятиям. А когда

он пропил и прогулял свое добро, то начал будто бы воровать у соседей. А те

обвиняли его в кражах, и когда он запирался, то водили в прорицалище и

вопрошали, где украденные вещи. Иногда оракул его уличал, но часто и

оправдывал. Когда же Амасис стал царем, то сделал вот что. О храмах тех

богов, которые его оправдывали [в кражах], он вовсе не заботился и не

жаловал денег на их украшение. Он и не посещал их и не приносил жертв: по

его словам, ведь эти боги не заслуживают жертвоприношений и их прорицания

лживы. Напротив, богов, уличавших его в воровстве, он глубоко чтил, как

истинных богов, дающих правдивые прорицания.

 

175. Прежде всего, он воздвиг в Саисе удивительные преддверия Афине,

которые далеко превосходят высотой и обширностью, а также величиной и

красотой камней, из которых они сложены, все другие. Затем он повелел

поставить колоссальные статуи и огромные сфинксы с головами мужчины, а

также доставить огромные глыбы камней для других работ. Некоторые глыбы

были перевезены из каменоломен у Мемфиса, а другие, самые огромные, из

города Элефантины, который отстоит от Саиса не менее чем на двадцать дней

плавания вверх по реке. Но вот что меня в этом больше всего удивляет. Царь

повелел доставить из Элефантины целое здание, высеченное из цельного камня.

Перевозили же его три года, и для этого было назначено 2000 человек,

которые все были кормчими. Длина этого храмового здания снаружи 21 локоть,

ширина 14, высота 8 локтей. Это – наружные размеры этого монолитного

здания. Изнутри же оно 18 локтей и 20 пяденей длины, 12 локтей ширины и 5

локтей высоты. Здание стоит при входе в священный участок. Внутрь

[священного участка], говорят, его не втащили вот почему. Зодчий, как

рассказывают, при перетаскивании этого здания глубоко вздохнул, так как ему

наскучила бесконечная работа. Амасис же принял это за недобрый знак и не

позволил тащить здание дальше. Другие, впрочем, говорят, что один из

рабочих, двигавших здание рычагами, был раздавлен и поэтому-то здание и не

втащили в святилище.

 

176. И во все другие знаменитые святилища Амасис также посвятил

архитектурные сооружения, удивительные своей величиной. Так, между прочим,

в Мемфисе перед святилищем лежит на земле колосс длиной 75 футов. На том же

цоколе стоят еще два других колосса из эфиопского камня в 20 футов высоты

каждый, по обеим сторонам того большого колосса. Есть также и в Саисе такой

же величины колосс, лежащий на земле, как и в Мемфисе. И Исиде в Мемфисе

воздвиг Амасис большой и достойный удивления храм.

 

177. При царе Амасисе, как рассказывают, Египет достиг величайшего

процветания. Река дарила [блага] земле, а земля – людям, и населенных

городов в Египте было тогда, говорят, 20.000. Амасис также издал вот какое

постановление египтянам: каждый египтянин должен был ежегодно объявлять

правителю округа свой доход. А кто этого не сделает и не сможет указать

никаких законных доходов, тому грозила смертная казнь. Афинянин Солон

перенял из Египта этот закон и ввел его в Афинах. Еще и поныне он там

сохранился как самый превосходный закон.

 

178. Амасис был другом эллинов. Он не только выказывал благосклонность

некоторым из них, но даже предоставил эллинским переселенцам город

Навкратис178 для жительства. А тем, кто не желал селиться там, а приезжал

только временно [для торговли], он отвел места, где они могли бы

воздвигнуть алтарь и храмы богов. Самое большое, знаменитое и наиболее

часто посещаемое из этих святилищ называется Эллений. Его основали сообща

следующие города: из ионийских – Хиос, Теос, Фокея и Клазомены; из

дорийских – Родос, Книд, Галикарнасс и Фаселида; из эолийских – одна

Митилена. Эти-то города сообща владеют святилищем, они же назначают

начальников для надзора за торговлей в порту. Прочие города, которые

посещают святилище, там только гости. Город Эгина воздвиг особое святилище

Зевса, самосцы – Геры, а милетяне – Аполлона.

 

179. Первоначально Навкратис был единственным торговым портом [для

чужеземцев] в Египте; другого не было. Если корабль заходил в какое-нибудь

другое устье Нила, то нужно было принести клятву, что это случилось

неумышленно. А после этого корабль должен был плыть назад в Канобское устье

Нила. Или если нельзя было подниматься вверх против ветра, то приходилось

везти товары на нильских барках вокруг Дельты до Навкратиса. Такие права и

преимущества были у Навкратиса.

 

180. Когда амфиктионы за 300 талантов отдали подряд на строительство нового

дельфийского храма (прежний храм случайно погиб в огне пожарища), то

четвертую часть денег за подряд пришлось уплатить дельфийцам. Тогда

дельфийцы стали ходить по городам и собирать пожертвования, причем

возвратились из Египта далеко не с пустыми руками. Так, Амасис пожертвовал

им 1000 талантов квасцов179, а эллины, жившие в Египте, – 20 мин серебра.

 

181. С киренцами же Амасис заключил оборонительный и наступательный союз и

не задумался даже взять себе супругу оттуда потому ли, что желал иметь

супругой эллинку, или, быть может, только ради союза с киренцами. Так вот,

он взял себе в супруги девушку по имени Ладику, которая, как одни говорят,

была дочерью Батта, по другим же, – Аркесилая или даже знатного гражданина

Критобула. Однако, разделяя с супругой ложе, Амасис не мог сойтись с нею,

хотя еще сходился с другими женщинами. И так как это повторялось не раз, то

Амасис сказал Ладике: "Женщина! Ты меня совершенно околдовала! Ничто уже не

спасет тебя от самой лютой казни, которую когда-либо испытала женщина!".

Хотя Ладика отрицала свою вину, Амасис не сменил свой гнев на милость.

Тогда Ладика принесла обет Афродите посвятить в Кирену статую богине, если

Амасис сойдется с ней в эту ночь (ведь в этом одном было ее спасение). И

действительно, после этого обета Амасис тотчас же сошелся с ней и с тех

пор, всякий раз как приходил, имел сношение с ней, и потом очень полюбил

ее. Ладика же исполнила свой обет богине. Она велела изваять статую и

отослала ее в Кирену. Когда я был там, статуя была еще цела и стояла [в

храме] за городом Киреной. Эту Ладику Камбис после завоевания Египта, узнав

от нее самой, кто она, отослал в Кирену, не причинив обиды.

 

182. Амасис же послал посвятительные дары также и в Элладу. В Кирену он

пожертвовал позолоченную статую Афины и свое собственное изображение в

красках; затем Афине в Линде – две каменные статуи и замечательный льняной

панцирь; наконец, в храм Геры на Самосе – две свои портретные деревянные

статуи, которые еще в мое время стояли в большом храме за порталом. Эти

приношения на Самос царь сделал ради своей дружбы и гостеприимства с

Поликратом, сыном Эака. Что же до даров Амасиса в Линд, то он принес их

вовсе не ради дружбы с кем-нибудь или гостеприимства, а потому что

святилище Афины в Линде, по сказанию, воздвигли дочери Даная, остановившись

там во время бегства от сыновей Египта. Эти посвятительные дары принес

Амасис. Он завоевал также впервые остров Кипр и заставил остров платить ему

дань.

 

 

 

Главная

Геродот